3 глава
Пятый класс принес с собой дух перемен. Это был тот переходный возраст, когда детская припухлость лиц начала исчезать, уступая место более четким линиям, а школьные правила стали казаться тесными. Но самое главное изменение произошло не в расписании уроков, а в твоем зеркале.
За неделю до начала учебного года ты решилась на отчаянный шаг — состригла свои длинные волосы, которые годами заплетала в косички. Теперь мягкие пряди едва касались плеч, открывая шею. Эта стрижка делала тебя старше и как будто увереннее в себе.
Линейка 1 сентября была душной. Сотни учеников выстроились на плацу, в воздухе пахло цветами и свежей краской. Ты стояла в ряду своего класса, поправляя воротничок новой блузки, и чувствовала себя немного непривычно. Ветер шевелил твои короткие волосы, и тебе всё время хотелось по привычке перекинуть косу через плечо, которой больше не было.
В какой-то момент по твоей коже пробежал холодок. Знакомое чувство, будто кто-то пристально изучает твой затылок. Ты знала этот взгляд.
Чонвон стоял в соседней шеренге мальчиков. За лето он снова вытянулся, обогнав почти всех сверстников. Его плечи стали шире, а лицо приобрело ту самую аристократичную строгость, которая позже покорит миллионы сердец. Но сейчас он был просто двенадцатилетним мальчишкой, который застыл, не сводя с тебя глаз.
Ты медленно обернулась.
Ваши взгляды встретились над головами одноклассников. Чонвон не отвел глаз, как сделал бы раньше. Он смотрел прямо, чуть прищурившись, словно пытался разгадать сложную задачу. Его взгляд скользил по линии твоих новых волос, по открытой шее, и в этом взгляде не было привычной насмешки. Скорее... легкое замешательство.
Заметив, что ты на него смотришь, он тут же спохватился. Уголок его губ привычно пополз вверх, и он едва заметно кивнул в сторону твоей головы.
— Эй, — одними губами произнес он. — Где остальное потеряла?
Ты фыркнула и отвернулась, чувствуя, как щеки начинают гореть. Линейка продолжалась: директор что-то говорил в микрофон, первоклашки запинались в стихах, но ты больше не слышала ничего. Ты кожей чувствовала, что его взгляд всё еще там — на твоих плечах.
Когда официальная часть закончилась и все двинулись в сторону школы, Чонвон ловко лавируя в толпе, пристроился рядом с тобой.
— Ладно, — сказал он, засунув руки в карманы брюк и шагая в такт с тобой. — Признаю. Выглядишь... странно.
— Странно? — ты возмущенно вскинула брови. — Это называется «стильно», Ян Чонвон. Но тебе, видимо, не дано понять.
Он усмехнулся, и его ямочка на левой щеке на мгновение показалась во всей красе.
— «Стильно»? Ты теперь похожа на того самого котенка с твоей валентинки во втором классе. Такого же взъерошенного.
— Перестань вспоминать ту открытку! — ты попыталась легонько толкнуть его локтем, но он ловко увернулся.
— А что такого? Это история. Это база, — он внезапно замолчал на секунду, а потом добавил уже тише, так, чтобы слышала только ты: — Но вообще... тебе идет. Открывает лицо. Теперь сразу видно, когда ты злишься или смущаешься. Удобно для меня.
Ты замерла на ступеньках школы. Это было так похоже на него: сделать комплимент и тут же его обесценить подколкой. Ты обернулась, чтобы что-то возразить, но он уже обогнал тебя, обернувшись на ходу.
— И не забудь про мой йогурт! В пятом классе ставки растут, — он подмигнул тебе и скрылся в дверях школы, оставив тебя стоять на солнце с бешено колотящимся сердцем.
В тот день в твоем шкафчике появилась записка. Без подписи, но с нарисованным барашком, у которого вместо кудряшек была такая же короткая стрижка, как у тебя. Под рисунком красовалась короткая фраза:
«Королева Клея обновила имидж. Принято. Это база».
Ты прижала бумажку к груди, понимая, что в пятом классе скрывать свои чувства за шутками становится всё труднее и труднее. Особенно когда Ян Чонвон смотрит на тебя так, будто ты — самая интересная вещь во всей этой огромной школе.