16 часть
Москва встретила меня морозным, хрустальным воздухом и объятиями, от которых хрустели ребра. Элина, Лера и Вика устроили «день возвращения блудной подруги» в том самом «Метрополисе». Было громко, тесно от смеха, душно от воспоминаний. Мы пили, танцевали, кричали тосты «за свободу от скучных гонщиков» и «нашествие русских красавиц на мировой спорт». Я смеялась до слёз, рассказывая про абсурдные моменты паддока, опуская, конечно, самое болезненное. Я была душой компании. Старой, дикой, неуправляемой Риной. Казалось, я вернулась в свою оболочку.
Но что-то было не так.
Посреди танцпола, под давящие биты, я ловила себя на мысли о том, как тихо гудит симулятор в боксах «Макларена». За столом, заливая смех подруг шампанским, я вспоминала вкус того самого капучино с кривым смайликом на салфетке. Даже в самой безбашенной вечеринке теперь был уголок тишины, где жило другое понимание себя.
Две недели пролетели как один сумасшедший день. Новогодние огни, встречи с давними друзьями, попытки влиться в старые потоки жизни. Но все эти потоки теперь казались... мелкими. Я ловила взгляды подруг, в которых читалось: «С тобой что-то не то». Я была с ними, но где-то очень далеко.
Осознание пришло тихо. Не под громкую музыку, а в тишине собственной комнаты, заваленной подарками и сувенирами. Я сидела на полу, разбирая чемодан, который так и не успела полностью распаковать. На дне, под стопками московских обновок, лежала та самая, спасшая меня однажды, униформа «невидимки» — бежевые брюки, черный джемпер. Рядом с ними — яркий оранжевый шарф с логотипом McLaren, который Ландо всучил мне в аэропорту со словами: «На удачу. Или для маскировки, если передумаешь».
Я брала в руки одну вещь, потом другую. Бежевое было прошлым. Тяжелым, сложным, горьким, но и безумно важным. Оно научило меня силе, дисциплине, выдержке. Оно было частью меня, но больше не определяло меня.
Оранжевое... было возможностью. Возможностью быть сильной, но не скрывать этой силы. Быть профессиональной, но не безликой. Быть частью команды, но не потерять себя.
Я встала и подошла к окну. За стеклом пылил снег, горели огни незнакомого, родного города. И я поняла. Москва, подруги, безумные вечеринки — это было прекрасное, горячее, любимое прошлое. Но мое настоящее, мое будущее — было там. В мире рева моторов и тихой, отточенной работы. Только теперь у меня был шанс вписать в этот мир себя. Не Рину-тень, а Рину — специалиста, личность, человека.
Решение созрело, как кристалл — холодное, твердое и идеально четкое.
На следующее утро я позвонила юристу, чтобы он проверил контракт от McLaren. Вечером я уже общалась по Zoom с их HR-директором, уточняя детали. Через три дня подписала документы электронной подписью. Моя новая жизнь начиналась с первого рабочего дня после зимних каникул. В офисе McLaren Technology Centre в Уокинге.
Сборы были быстрыми. Я не брала с собой много — только самое необходимое и несколько вещей, которые напоминали о доме. Бежевую униформу я оставила на дне шкафа. Вместо этого в чемодан легли строгий, но элегантный костюм, удобная обувь для долгих дней и тот самый оранжевый шарф.
В последний вечер мы собрались у меня — тихо, по-домашнему, с пиццей и вином.
— Ты уверена? — спросила Элина, глядя на меня поверх бокала. — Там же опять всё начнется. Гонки, перелеты, стресс.
— Да, — ответила я просто. — Но теперь это будет мой стресс. На моих условиях. Я еду не играть в мышку. Я еду делать карьеру.
— И с рыжим забиякой? — подмигнула Вика.
— С коллегой, — улыбнулась я. — С которым у нас отличный рабочий вайб.
Лера вздохнула.
— Мы будем скучать по нашей дикарке.
— Я никуда не делась, — рассмеялась я. — Просто теперь у меня есть режим «турбо». И я научусь им управлять.
В аэропорту «Шереметьево» было морозно и светло. Я сдавала багаж, думая не о том, что покидаю, а о том, куда лечу. Не было страха, не было сомнений. Была собранная, ясная решимость.
На стойке регистрации я вручила документы. Девушка за стойкой, проверив паспорт и билет, вежливо улыбнулась:
— Прямой рейс до Лондона, мисс. Цель поездки?
Я на секунду задержала взгляд на оранжевом шарфе, лежавшем рядом с паспортом.
— Работа, — ответила я, и в этом слове звучала вся гордость и уверенность, накопленная за эти тяжелые месяцы. — Начало новой работы.
Когда самолет оторвался от земли, я смотрела на удаляющиеся огни родного города и не чувствовала тоски. Я чувствовала... правильность. Как будто все виражи, все аварии и обгоны последних месяцев привели меня именно сюда — в эту точку, в это кресло, на этот курс.
Я достала планшет и открыла первые документы от McLaren — структуру отдела, планы на предсезонные тесты. Это была моя территория теперь. И я знала, что справлюсь. Потому что я больше не боялась ни своей силы, ни своей громкости, ни своего прошлого.
Самолет набрал высоту, оставив внизу суету и мороз. Впереди были облака, а за ними — новая глава. Глава, которую я напишу сама. Без масок, без притворства. Просто как Рина. Специалист. Девушка из Москвы. Человек, нашедший свою собственную, уникальную формулу в самом быстром мире на свете.