До талого [Эйдан Галлахер]

Вероника медленно ходила по комнате, попутно отшвыривая ботинком мелкие камни, которыми был усеян пол. У противоположной стены сидел Эйдан и аккуратно протирал свой пистолет, периодически поглядывая в окно. Очередной камень угодил в парня, и он злобно прикрикнул на Веронику:

— Может перестанешь страдать фигней и займёшь себя чем-нибудь?

Внезапный порыв нежности, произошедший после побега из лагеря, казался миражом воспалённого мозга. Эйдан больше не позволял себе такой слабости, ведь такое поведение шокировало их обоих. Копаясь в себе, руша все дозволенные границы и позволяя чувствовать потребность в ком-то, девушка старалась вернуть всё, как было. Казалось, так оно и вышло — снова ссоры, недопонимание и открытая неприязнь, но теперь это задевало сильнее, оставляло след. Поначалу невидимый, лёгкий осадок, с каждой новой перепалкой становился отчётливее и ощутимее. Постоянно провоцируя Эйдана на новый конфликт, стараясь поддеть ещё сильнее, надавить на самое больное, она пыталась взрастить в себе потухшую ненависть, но на душе становилось гаже.

—Даже не знаю с чего бы начать, дел слишком много, — съязвила она, остановившись у окна.

На улице смеркалось. Очередной бессмысленный день подходил к концу, распыляя вместе с последними лучами солнца чувство безвыходности. Никаких знаков, намёков, что они идут в правильном направлении.

— Вероника, не испытывай моё терпение! — Эйдан резко вставил магазин в пистолет. — Я и так устал от твоих выходок.

— Что, простите? — девушка нервно кашлянула. — Какие мои выходки? Включи мозги и прекрати нести чушь. Если бы не я, то тебя пристрелили, и пепел давно ветер разнёс!

— Долго собралась этим тыкать? Тебя никто не просил переступать через свои железные принципы, — Эйдан презрительно фыркнул и добавил. — Раз уж на то пошло, то, если бы не я, тебя давно сожрали ходячие! Заметь, от тебя я благодарности не жду.

— Ты бы подавился ей, — от досады, Вероника стукнула ногой по стене.

— И не сомневаюсь, — Эйдан ногами принялся расчищать место для сна. — Пока мы в одной лодке, будь добра вести себя немного адекватнее.

В голове у девушки вновь промелькнули картинки того дня. Сердце забилось сильнее, а от волнения вспотели ладони, которыми она сжала деревянную раму.

— Стоит забыть то, что произошло в лесу, оба были не в себе. Да, Эйдан? — она с вызовом посмотрела на парня, который на мгновенье замер, а затем вновь приступил к своему занятию, словно сказанное девушкой его не задело.

Вероника ненавидела тишину, ведь именно в такие моменты появлялись предательские мысли и напрасные чувства. Это утомляло и быстро надоедало, но она была не в силах от этого избавиться. Словно неизлечимая метастаза, о которой не знал — появляется внезапно, даря весь букет ощущений, к которым ты был не готов, но с которыми приходится жить, зная, что они теперь часть тебя. Возможно, это излечимо, но вероятность слишком мала, чтобы оставлять место надежде.

Эйдан смотрел исподлобья, будто ожидая нападения. Внутри Вероники что-то щёлкнуло. Спусковой рычаг пришёл в движение и заставил работать шестерёнки, сильнее разгоняя кровь по венам и учащая сердцебиение. Горькая обида взорвалась внутри, затуманивая рассудок и побуждая действовать вопреки желаниям. Девушка схватила рюкзак и выбежала из комнаты, не обращая внимания на окрик, в ушах стоял гул и больно отдавал в виски. Чувства настолько обострились, что она резко вырывалась, когда её схватили за локоть. Эйдан сразу же отпустил её, а она пристально посмотрела в его глаза, надеясь прочитать в них что-то важное, из-за чего ей бы не пришлось уходить. Он лишь засунул руки в карманы и с нескрываемым раздражением отвернулся в сторону. Девушка попыталась проглотить неприятный комок, подступивший к горлу. Не вышло — начали душить слёзы, и по телу прошёл озноб.

Всё бред — вся эта ситуация, их глупое поведение. Они сами бред в этом чёртовом, разлагающемся мире. Она развернулась на пятках и уверенно вышла из здания, в котором они решили устроить привал. Сорвалась сразу, только переступив порог, и уже бежала по лесу, подгоняемая удушающими воспоминаниями. Как же хорошо было без них, без этих давящих отрывков. Вероника бежала, не обращая внимания на острую боль в боку и пересохшее горло. По лицу с силой хлестали ветки, а ноги постоянно проваливались в ямы, скрытые под листьями. Счёт времени был давно потерян, и девушка остановилась лишь тогда, когда она забрела в самые дебри. Солнечный свет с трудом пробивался сквозь плотную паутину из веток крупных деревьев. Только сейчас дошло осознание, что скоро наступит ночь, а она одна, неизвестно где и непонятно куда идёт.

Рухнув на колени, Вероника медленно закрыла глаза, кожей чувствуя, как по щекам потекли тёплые слёзы. Втянув сквозь сжатые зубы воздух, она тихо всхлипнула, борясь с желанием разрыдаться. За спиной хрустнула ветка, и девушка резко обернулась. Вспыхнувшее чувство радости тут же померкло — на неё надвигалось несколько ходячих, но она ожидала увидеть конкретного человека. Вытащив катану, она принялась ждать, когда мертвецы подойдут ближе. Действовала по инерции, а при мысли о Эйдане, била жёстче, пропуская через оружие свои переживания. Когда последнее тело рухнуло на землю, Вероника вновь направилась вперёд, волоча за собой катану и равнодушно оглядываясь по сторонам — в силу привычки, а не по осторожности. Даже сотня ходячих не станет для неё неожиданностью. Напугать сильнее, чем её ломающийся жизненный устой, ничего не сможет. Как ей казалось.

Она вышла не небольшую поляну и заметила, что трава на ней выжжена. Поначалу это насторожило, и она неторопливо оглянулась по сторонам. Быть может, когда-то тут неудачно разожгли костёр, или пожар случился из-за жары. Но почему нет следов на деревьях? Значит это сделали люди, контролируя очаг.

«Может быть это тот самый знак, который мы ищем?»

Вероника ошарашенно глядела перед собой. Это вполне может быть знаком, оставленным Робом! На минуту она замешкалась, ведь не знала, как поступить. Если пойдёт назад, то точно заблудится, а идти дальше уже не было смысла. Но судьба распорядилась иначе, злая шутка в лице двух мужчин, держащих девушку на прицеле.

— Стой, где стоишь! — бритоголовый уверенно вышел вперёд и оскалился.

Вероника выставила катану перед собой и сделала шаг назад.

— А вот это лишнее!

— Господь всемогущий, Тревор, прекрати пугать людей! — из-за спины вышел молодой мужчина.

Рони отметила про себя, что его седые волосы сильно контрастировали с юным лицом. На вид он был дружелюбнее своего спутника.

— Ты кто? — Тревор с ног до головы оглядел девушку.

— Вам то что? — Рони сильнее сжала рукоятку, отчего руки слегка затряслись.

— Нет, ты глянь на неё, Эрик, — он обращался к седоволосому, — мы ей жизнь спасаем, а она дерзит!

— А кто сказал, что мне нужна помощь? — девушка попыталась справиться с волнением. — У меня вылазка, наш лагерь неподалёку, — врать было рискованно, но блеф был единственным верным решением, как ей казалось.

— Как интересно. В этой местности только один лагерь, — лысый усмехнулся, — наш.

— Дерьмо! — Рони не смогла совладать с эмоциями, ощутив чувство дежавю. — Я никуда с вами не пойду! Я не хочу… — она запнулась и поджала губы.

Мужчины с удивлением посмотрели на неё. Широко распахнув глаза, она приковала всё внимание к своим побелевшим костяшкам. Дыхание постепенно начало восстанавливаться, и вскоре порыв ярости сошёл на нет.

— На одиночку ты не похожа. Где остальные? — Тревор с подозрением оглядел девушку.

— Я сбежала, — девушка с вызовом посмотрела на мужчину. — Никакой угрозы я не представляю, поэтому предлагаю сделать вид, что этой встречи не было.

Эрик что-то шепнул мужчине на ухо, до неё донеслось неясное бормотание.

— Пошли, — Тревор, который до сих пор держал девушку на мушке, кивнул головой в сторону.

— Я уже сказала, что с вами я никуда не пойду, — волнение накатной волной обрушилось на девушку, дрожь в голосе она контролировать не смогла.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться. Пошла, живо! — мужчина раздражённо сплюнул в сторону и его лицо исказила гримаса злости.

— Ну зачем так грубо! — Эрик поднял руки в капитулирующем жесте. — Я Эрик, это Тревор, но думаю, ты сама поняла уже. А как твоё имя?

— Вероника, — взгляд девушки заскользил по деревьям позади мужчин, но ещё кого-то она никого не заметила.

— Хорошо, Вероника. Я не знаю, что у тебя произошло, но думаю, тебе лучше пойти с нами. Сейчас стемнеет, а одной в лесу находится опасно, явно сама это понимаешь, — Эрик добродушно улыбнулся.

— С чего такая щедрость? — она пренебрежительно фыркнула, но поняла, что юноша был прав — ночью в лесу крайне опасно, тем более одной.

— Нам нужны руки, помощь по лагерю. Ничего сверх, но это будет взаимный бартер, — Эрик покосился на Тревора, который заметно расслабился. — Тебя никто не принуждает, но к чему лишние жертвы, когда можно помочь друг другу.

Тревор устало выдохнул и опустил ружьё, будто соглашаясь на предложение Эрика. Юноша кивнул и ожидающе посмотрел на девушку. Вариантов у неё было крайне мало — довериться незнакомцам или попытаться выжить одной. Её эмоциональный порыв вышел ей боком, откажись она от их предложения, даже сумев пережить ночь, Рони не знала, что ей делать дальше. Куда она шла, какова конечная цель, как она будет добывать пропитание?

«Нужно быть хоть на толику дальновидной, Вероника»

— Хорошо, я согласна, — девушка опустила оружие и пошла следом за мужчинами.

***

Вероника сидела у костра и грела руки. Она невольно поёжилась, на улице было довольно прохладно, а из одежды на ней была одета футболка и лёгкая рубашка. Рядом сидел Тревор и о чём-то разговаривал с женщиной — Мартой, его женой. Неподалёку сидели ещё четверо: двое мужчин и двое женщин, чьи имена она не запомнила. Почему-то посчитала, что это не имеет смысла, ведь пробудет она здесь недолго.

Сбоку присел Эрик и протянул ей кофту. Рони благодарно кивнула и накинула её на плечи. Слишком мило, по-семейному, всё было немного странным и диким, а ведь они могли убить её в лесу, забрать малочисленные припасы, либо и того хуже. Всё было немного странным и диким изнасиловать и оставить в живых, подкинув очередной скользкий отрывок в воспоминания. Девушка очень рисковала, слепо ведомая ими. Всё-таки, характер сложно в корне поменять, слабые стороны остаются.

— А где все остальные? — она повернулась к Эрику.

— Венна и Рой на вылазке, — он подкинул дров в костёр. — Кстати, Венна — дочь Тревора, та ещё оторва, — он криво усмехнулся. – А остальные у себя в домах.

Тревор с мужчиной поднялись со своих мест и ушли в сторону домов. Эрик помешал палкой дрова, жар от костра тут же усилился.

— Вы странные, — голос девушки был тихим, но парень услышал это.

— И почему же?

— Так легко взяли меня с собой. Вдруг я окажусь психованной и всё вам тут подожгу? Или перережу, пока вы будите спать? — на лице Эрика застыло удивлённое выражение лица, а после он звонко рассмеялся.

— Насчёт лёгкости, ты видела сама, что Тревор тебя готов был пристрелить. А что касается твоей вменяемости, — он внимательно посмотрел на девушку, — мне кажется, ты угроза для нас.

Девушка не сдержала улыбки и смущённо отвернулась, но это не осталось без внимания, и Эрик издал победный возглас:

— Наконец-то я увидел твою улыбку, день прожит не зря.

— Да, это и правда достижение, —Рони покачала головой. — Но знаешь, чувствую я себя здесь неуютно, мне кажется, у нас разные цели. Вы хотите продолжать жить нормальной жизнью, а я, — девушка запнулась, — …а я живу без цели, просто выживаю, не думая о будущем.

— Если нет цели сейчас, она появится позже. Все живут, просто живут, — Эрик повёл плечами и с воодушевлением посмотрел на звёздное небо. — Каждый сам решает, наслаждаться ему этим или нет.

Рони презрительно фыркнула, но в душе согласилась с его словами. Не было ожидаемого осуждения и отпора. Он не пытался понять причины её позиции. Это слишком напоминало ей одного человека.

Ворота протяжно скрипнули, раздались шаги, и вскоре в круг света вошло трое людей. Внутри Вероники всё замерло. Жизненные процессы просто прекратили свою деятельность, а неприятный холодок начал расползаться от ступней и выше. Она даже боялась дышать, старалась не выглядывать из-за Эрика.

— Мы встретили его на фабрике, — начала говорить девушка, но Рон  не смотрела в её сторону.

Вокруг были лишь сумрачные тени, неясные очертания. Она теряла самообладание от стального и яростного взгляда этих глаз.

— Мы тоже встретили Веронику, — издалека раздался голос Тревора, который вернулся.

Она не отреагировала. Не обращала внимание на неприятное покалывание в кончиках пальцев и пульсирующую боль в висках. Может, именно так и сходят с ума, когда испытывают одни и те же чувства, бегают по замкнутому кругу, а возвращаясь в конечную точку начинают всё сначала. Испытывают всё те же эмоции — страх, спокойствие, возвышенность и снова крах. Крах всему, что собиралось с такой кропотливостью и осторожностью.

— Вероника, — в плечо толкнул Эрик, и девушка вернулась в реальность, — что с тобой?

Она лишь тряхнула головой и попыталась выдавить улыбку, но её замешательство заметили все.

— Вы знакомы? — спросил кто-то из сидячих.

Эмоции трудно было скрыть. Несколько секунд могли выдать её с потрохами.

— Нет, — она кинула эти слова, избавляясь от того, что душит.

Но Рони вновь полоснула себя, и самое страшное — она осознала это моментально.

***

Всегда хочется прожить жизнь по готовому сценарию. Желательно блещущему клише, где любой недочёт можно исправить перед тем, как поставить окончательную точку.

Душевные терзания? Конечно. Но, в итоге, всё будет хорошо. Через тернии к звёздам — хороший жизненный девиз. Но те, кто прозябают в колючих зарослях — просто не живут по написанному. Они брак. Зачеркнуть, скомкать и бросить мимо урны. Также себя ощущала Вероника. Брошенной мимо жизни, словно лишний персонаж.

Девушка отшвырнула в сторону одеяло и с трудом перевела дыхание. От жара на лбу выступила испарина. Она резко встала с кровати и вышла из комнаты, решив, что свежий воздух ей не повредит. В доме стояла гробовая тишина. Выжившие взяли под контроль несколько неразрушенных домов, остальные просто пустовали или использовались под склад. Вероника поселили в одном доме с Эйданом, но она не видела юношу после встречи у костра.

Выйдя на улицу, Рони едва не влетела на человека, стоящего к двери спиной. Он медленно повернулся, и она невольно сделала шаг назад. От неожиданности, как она думала, но от его тяжёлого взгляда, как оказалось на самом деле.

— И куда же ты собралась на ночь глядя? — растягивая гласные съязвил Эйдан.

— Если шёл в дом, так вали и не мешай, — Вероника попыталась обогнуть парня, но он резко притянул её к себе.

Ударившись о его грудь, она замерла, не предпринимая попыток вырваться или наорать, как обычно. Его сердце стучало быстрее, чем нужно, в то время, как и её билось в рёбра, словно загнанный в ловушку зверь.

— Ты что делаешь? — на выдохе эти слова казались исполненными нежности, и Рони с силой зажмурила глаза.

— И правда, лезу к совершенно незнакомой девушке, — Эйдан уткнулся ей в волосы и сильнее обхватил за талию.

Всё внутри перевернулось, собралось в тугой комок и с силой подорвалось, рассыпаясь на сотню мелких осколков, которые разнеслись по венам, искалывая всё тело изнутри. Там, где его руки касались её тела, будто обжигал огонь. Любое его движение отдавало физически ощутимой болью.

— Будет лучше, если они не буду знать о том, кто мы и откуда, — она сказала правду, точнее то, чем полностью оправдала сказанное у костра.

— Умница, — прошептал он ей в затылок.

Он развернул её к себе и аккуратно провёл пальцем по шее. Другой рукой Эйдан поднял лицо девушки за подбородок и встретился с ней взглядом.

— Отпусти меня, — от нахлынувшего волнения, её голос прозвучал тихо и едва надрывно.

— Я тебя не держу, — он обхватил её лицо и прижался лбом ко лбу.

Именно сейчас он хотел какой-либо конкретики, прояснить что между ними. Именно сейчас, когда они остались одни, и никому не известно, что будет завтра. Он хотел, чтобы она поняла его. Чтобы она помогла им обоим, ведь и он не знает, что с ним. Её глаза заблестели от подступивших слёз, и Эйдан с силой сжал зубы. Ведь его разозлило не то, что она пытается уйти от разговора, прикрывшись истерикой, его разозлило, что она снова плачет. И снова из-за него.

— Что тебе нужно? — с обидой прошептала Вероника.

Из-за угла вышел Эрик, сладко зевая и потирая глаза. Девушка быстро оттолкнула от себя Эйдана.

— Не спится? — он скривил недовольную мину. — Кстати, мы живём вместе. Комнаты вам ведь уже показали? — Эрик с интересом посмотрел на раскрасневшихся Эйдана и Веронику.

Девушка кивнула и быстро забежала в дом, слишком громко захлопнув за собой дверь. Эрик вздёрнул бровь и, вновь мило улыбнувшись, повернулся к Эйдану.

— У меня сложилось ощущение, что я вам помешал.

— Совсем нет, — Эй с силой сжал кулаки, но всеми силами старался скрыть раздражение. — Я спать, — Эйдану хотелось избить его до полусмерти, поэтому он ускорил шаг и спешно скрылся в доме.

Эрик поднял глаза на окна спальни Вероники. Сцена, невольным свидетелем которой он стал, его не удивила, он понял, что их что-то связывает, когда Эйдан буравил взглядом сначала Веронику, а потом и самого Эрика в минуты, когда он был слишком близко к девушке.