Глава 32. «День рождения»
То самое утро, когда от твоего года рождения всё дальше и дальше, приходит максимально неожиданно. Ты ждёшь его весь год, но накануне перестаешь им жить. Тебя может охватить страх – вот, ты взрослеешь, а значит с каждым годом на тебе всё больше ответственности. Это нужно учесть сразу, как только в душу прокрадется осознанность.
Утром Максим проснулся, не застал Женю дома, но зато настроение было на удивление хорошим, по утрам будней такое редко бывает. Тарасенко погладил сладко сопящего Тигру по мягкой шёрстке, натянул заранее подготовленную рубашку на голое тело и, даже не застегнув её, встал и подошел к столу. На ней лежала записка. Любят же люди писать разные послания затаившись! В ней своим симпатичным и острым почерком Евгений написал: «После школы во Дворец ни ногой, тренировку отменили», внизу листочка была аккуратная приписка, явно уже другой руки «С днём рождения».
— Походу Саша... — улыбнулся Макс, оперся руками на стол и посмотрел в окно.
Там всё тот же привычный мир, и невозможно поверить, что прожил в нём уже семнадцать лет, семнадцать лет, наполненных эмоциями, чувствами, размышлениями. Кажется, что уже все узнал, разгадал все тайны, но это далеко не так. В мире миллиард загадок, и чтобы их постичь не хватит и триллиона жизней. Человеку отведены в среднем семьдесят лет на то, чтобы понять главное – смысл его жизни – сама жизнь. В юношестве ты не всегда это понимаешь, только после огромного потрясения. Максим осознал в двенадцать лет и слишком быстро повзрослел.
Тарасенко сделал себе чай, собрая рюкзак и дописывая оставшуюся с вечера домашку. Он влил его в себя, умылся, почистил зубы и стал одеваться.
В половину девятого парень вышел из подъезда во двор. К другому пути ещё стоило привыкнуть, потому что поворачивать нужно было не налево, а направо. Теперь Максу каждое утро приходилось себе это напоминать. Шел юноша практически налегке, сегодня шесть уроков, а не семь, как обычно. Настроение не испортили даже лихие велосипедисты, не видящие ничего на своем пути. Максим шел с мыслью о том, что к семнадцати годам у него появилось много всего – любимое дело, друзья, ему нравится его жизнь, но не обрёл он одного – любви, настоящей и искренней. Вчера ему удалось пообщаться с Дианой, узнать её хотя бы внешне и это общение принесло Тарасенко много эмоций – ему понравилось, что к нему было обращено столько женского внимания одной только девушки. Это и тянуло его к ней. Макс вдруг подумал, что наконец-то влюбился, а раз это произошло – терять находку не следовало бы.
Все эти мысли закончились, как только юноша переступил порог школы, он с безразличием глянул на вахтера, прошел через открытые вечно турникеты и влетел в раздевалку. Максим снял куртку, переодел туфли и, подняв глаза, увидел перед собой Андрея.
— Поздравляю, именинник. — с радостью сказал паренёк и тоже повесил куртку.
— Спасибо. — ответил Тарасенко и, переведя взгляд за спину Андрея, ужаснулся и ринулся за вешалку.
В другом конце раздевалки парень увидел Лив. Она весело болтала с подругой, крутясь и перемещаясь. Оливия хвасталась перед ней новой, красивой юбкой, указывая на то как замечательно она смотрится с её бежевой рубашкой. Пока Андрей смеялся над другом, Макс краем глаза выглядывал из-за курток на Стар. Как зачарованный его взгляд магнитился к ней, к её красивым ногам в капроновых колготках и туфлях на каблуке, выкрашенном в золотой цвет. Максим долго мог присматриваться к её аккуратным движениям, прислушиваться к голосу, но все прервал её уход из раздевалки под увлеченный разговор с одноклассницей.
— Влюбился что ли? — задорно спросил Андрей и толкнул Макса в плечо.
Тарасенко на него шикнул и нахмурился. Без задней мысли хоккеист поведал приятелю о случившемся между ним и Лив, ловко обходя основную ситуацию, благодаря которой и завязалась интересующая.
— Тебе всё равно от неё не скрыться. — сказал Андрей, наблюдая за эмоциями Максима, — У нас алгебра сейчас.
Лицо Деятеля надо было видеть, он зажмурился, будто по ногам проехался поезд. А пояснение к такому поведению более чем ясно. Вернемся в первое сентября.
***
После линейки первым уроком стояла геометрия, одиннадцатый «А» взобрался по лестнице на третий этаж и остановился около кабинета математики. С другого конца коридора к ним приближался параллельный класс. Максим подергал ручку кабинета, он оказался закрыт.
— У вас сейчас какой урок? — спросил парень, стоящий во главе одиннадцатого «Б».
— Геометрия, — ответил Андрей, отведя Тарасенко от двери в сторону.
— У нас тоже вообще-то геометрия. — сказала одна из девочек параллели, — А учитель у нас один.
— И кабинет один. — послышалось с лестницы, оба класса синхронно обернулись, там стояла учительница математики, — Идем в конференц-зал на первый этаж.
Все жутко смутились, но послушались и через несколько минут уже рассаживались по красным стульям с приделанными к подлокотникам столиками.
— В этом году из-за нехватки человек в педагогическом составе уроки математики у некоторых параллелей совмещённые. — объяснила учительница, наконец-то поприветствовала одиннадцатиклассников и началось обычное течение учебного дня с щепоткой торжества.
***
Пережив учебный день с двумя уроками алгебры, получив пятерку и чуть не получив в ухо, Максим шел домой, прокручивая поведение Оливии у себя в голове. У них состоялся маленький разговор, в котором Стар вела себя как обычно, точнее как при первом её диалоге с Максом – дерзко, но и парень не позабыл о своем очаровании, попытался сделать Лив комплимент, но он получился слегка двухсмысленный и как раз за это ему чуть не влетело. Тем не менее, домой он пришел счастливый, Оливия уже забыла о произошедшем и не держит на Максима зла. В последнее время общение с этой особой заряжало юношу, и от этого ему хотелось общаться с ней всё больше и больше.
Тарасенко снял ботинки, поставил их на полочку для обуви и прошел на кухню. Она была пуста как Долина Смерти. Макс прошел к столу, собрался выпить воды, как вдруг сзади него кот, завернутый в плед, скатился с дивана. Парень подорвался к Тигре, высвободил его из объятий покрывала и снова усадил на диван. Неожиданно в дверном проеме появился улыбающийся и довольный Женя. Он подошел к другу и начал ждать, пока тот его заметит.
— О! — воскликнул Максим, увидев знакомые ноги, а потом лицо, — Привет.
Юноши пожали друг другу руки.
— Как будешь день рождения праздновать? — спросил Евгений и отошёл к кухонному гарнитуру.
— Да что его отмечать? — усмехнулся Деятель, — Семнадцать лет, не круглая дата.
— До тридцати лет день рождения это самый лучший праздник, он должен праздноваться. — сказал Тарасов, поправляя ножи в подставке.
— Вот давай здесь, — Тарасенко указал на стол, — ты и я, всё!
Женя улыбнулся, отвёл взгляд, но через две секунды снова посмотрел на друга.
— А Саня? — возразил Евгений и оперся на спинку стула руками.
— Ну, ещё Саша, — согласился Макс и ушел в прихожую переодеться в домашнее.
Через полтора часа, когда Максим уже заканчивал небрежное выполнение домашней работы по физике, на кухне снова появился Тарасов, он держал в руке телефон.
— А у Саши появилось одно интересное предложение, — заговорил Женя, дождался пока друг поднимет на него глаза и продолжил, — пойти в кафе.
Максим удивился этому предложению, однако, после недолгих уговоров согласился. Он закончил выполнение домашнего задания, оделся в приличную одежду – бежевые брюки, синий свитшот и вместе с лучшим другом выдвинулся в путь.
— А вы уже без меня выбрали место? — посмеялся Тарасенко.
— Ты же никуда не хотел, вот, мы всё взяли на себя, — ответил Евгений, сопровождая конец фразы таинственной улыбкой.
Макса насторожило такое загадочное поведение всегда во всем ясного Тарасова, он начал подозревать какие-то подводные камни этого похода в кафе.
Юноши пришли в так называемое кафе, которое часто служило местом проведения частных мероприятий, таких, как, например, вечеринка, именно здесь Кирилл Ларин устроил неприличную для хоккеиста посиделку в начале августа. Как только нога Тарасенко переступила порог этого заведения там включился яркий свет, ослепивший именинника и раздались громкие звуки поздравлений в адрес Максима. Когда юноша прозрел, он увидел почти всю свою команду, Сашу, а на расстоянии от себя, напротив – Юрия. Он первый подошёл к Максу и пожал ему руку.
Благодаря Юре Тарасенко впервые осознал, что не всем, кто имеет деньги, эти богатства туманят мозг. Несмотря на доход и положение, Мельников так и оставался простым молодым парнем, у которого есть друзья, которыми он дорожит вне зависимости от статуса. Максим оказался одним из таких.
Никогда в жизни Макс не был так счастлив в окружении не таких близких ему людей, как родители – сейчас он действительно понимал, что вот они – его друзья, те, кто всегда придет на помощь в трудную минуту, поддержит, подарит заряд энергии для новых свершений и поможет в покорении высот.