18 глава
– Эй, бро, ты чего? – спросил синий человек, подавая мне руку. – Здароу!
– Марли? – опешил я, узнавая в косплеере «Аватара» соседа Антохи по комнате Марата.
На макушке парня, как обычно, темнела шапочка.
– Изи, изи, чувак, – усмехнулся он. – Ты чего так напряжен?
Я закашлялся:
– Опять зверобой?
Марли отошел, пропуская меня внутрь. Мне не очень-то хотелось входить в комнату, наполненную дымом, прошедшим уже через чьи-то легкие и способным нанести вред моему здоровью.
– Нет, бро, это благовония. Крутые, да?
– А где девочки? – спросил я, вглядываясь в темноту.
– Медитируют. Вон там.
Сделав пару шагов, я заметил синих человечков, сидящих на полу посредине комнаты.
– Эй, привет! Привет! – Они замахали мне руками.
Я с трудом опознал среди них Ольку, Настю, Маринку и…
– Майкин?!
– Привет, Милохин, – широко улыбнулся он. – Присоединяйся! Сейчас разомнемся и будем учить статистику.
Все ясно! Этот тип позволил себя вымазать ради того, чтобы оказаться ближе к Савиной. А меня учит быть альфа-самцом, хитрец!
– Чем вы тут надымили? – Размахивая руками, я бросился к окну и открыл форточку.
– Кайфолом… – скрипучим голосом отозвался Марли. – Нет-нет, не выпускай священный дым!
– Эй-эй, погоди! Это индийские благовония! – вскочила на ноги Маринка. – Мы хотим умилостивить богиню знаний!
Я распахнул окно полностью:
– Богиню? У вас тут что, храм науки? А я-то думал, что ты тут один здравомыслящий человек, Савина! Окуривать замкнутое помещение! Так можно нарушить работу легких, заработать головную боль, аллергию. Спалить тут все, наконец!
– Да успокойся ты! – Маринка поправила очки. – Выпей с нами травяного чаю, очисти сознание и приступим вместе к практикам.
– Серьезно? – рассмеялся я. – Забыла, как меня раздуло в автобусе? Что в этом твоем травяном чае?
– Ничего, – шепнула она, наклонившись к моему уху, – просто чай с бергамотом.
Выпрямилась и покосилась в сторону Антохи, внимательно наблюдающего за нами.
– Думаешь отпугнуть его своими странностями? – поинтересовался я. – Не выйдет! Майкин будет терпеть и прижигания, и испытания колдовским зельем, и депиляцию, и даже баночный массаж ради тебя. У этого парня столько своих фишек, что твои вряд ли покажутся ему безумными.
– Депиляция? – оживилась она. – А это идея… Отличное испытание для инициации…
– Я ведь к тебе по делу пришел, – напомнил я.
– Я не забыла! – Она взяла меня за руку и потянула за собой. – Начинайте пока без нас.
Синий человек с копной рыжих волос проводил меня недовольным взглядом. Девочки захихикали, пихая его в бок.
– Кажется, я только что лишился друга, – пробормотал я, выйдя в коридор.
– Ему полезно, – отмахнулась Марина.
– За что ты его так?
– Как? – Девушка взглянула на меня, удивленно изогнув бровь.
– Заставляешь беситься.
– Разве? – Она сложила руки на груди и прислонилась к стене.
– Парень старается, ухаживает за тобой.
– Ухаживает? Да Майкин просто строит из себя героя-любовника! Представляешь, возомнил, что я от него без ума?!
– А ты – нет?
Савина напряглась, ее щеки вспыхнули.
– Я?!
– Разве он тебе не нравится?
– Вот еще… – Она нервно дернула плечами.
– А он в тебе души не чает. Я серьезно. Не шпыняла бы ты его.
Маринка часто захлопала глазами:
– Ты о себе пришел говорить или о Майкине?
– О себе. – Я вздохнул. – Только, наверное, плохая это идея.
– Потому что горилла-мэн пригласил твою девушку на свидание?
– Да. И она согласилась.
– А что ей оставалось делать? – усмехнулась Савина. – Ты же ее не приглашал, так?
– Так, – согласился я. – Просто… просто совершенно не понимаю, что нужно девочкам.
– Внимание, забота, решительность.
– Решительность? Поэтому-то ты вечно отшиваешь Майкина?
– У нас – совсем другое дело! – занервничала Маринка. – Мы… мы… просто не пара, понимаешь?
– Мы с Юлей, видимо, тоже!
– Вообще-то, я так и думаю, но она ведь тебе не просто нравится, да?
– Да!
– Значит, нужно идти к своей цели. Быть решительнее. Я, конечно, тот еще советчик. Опыта у меня никакого, но зато есть видение ситуации со стороны.
– И что ты видишь?
– Что тебе нужно уравнять ваши с Кошкиным шансы. Вот, смотри. – Она вытянула руку. – С одной стороны, он – сильный, красивый. Извини. Тут уж как есть. – Вытянула другую. – С другой – ты. Умный.
– И все?
– С остальным нужно поработать. Имидж у тебя так себе. Вот что за походка? Что за осанка? – Савина вцепилась в мои плечи, заставляя распрямиться. – Ты интересный собеседник, Милохин. Когда нужно, можешь помолчать, когда нужно – поговорить. Не пьешь, не куришь, в еде не привередлив. Но это не явные плюсы, они могут стать лишь дополнением.
– К чему?
– К образу. – Она пожала плечами. – Мужчина должен модно одеваться, хорошо пахнуть, быть уверенным.
– Как Майкин?
– Иди ты! – толкнула меня Савина. – Ладно. Пригласи меня куда-нибудь. Представь, что я Юля.
– Ты… – Мне пришлось прочистить горло. – Я… Может, мы…
– Ох, как все запущено-о-о, – нахмурилась девушка. – Ясно. Вы с ней общаетесь каждый день. Ты должен сделать так, чтобы ей с тобой было хорошо. Включи ее любимую музыку, поставь в вазу на стол или подари ей ее любимые цветы. Узнай, какое у нее любимое блюдо или любимое место, например кафе или ресторан. Но не как чертов маньяк, который все предварительно узнает о своей жертве, а аккуратно. Будто ты сам угадываешь все ее желания.
– Любимое блюдо, цветы… – пробормотал я, стараясь запомнить.
– Да. Будь внимателен, слушай ее. Окружи заботой, удивляй. Только не будь навязчив, пусть скучает по тебе. И не бегай за ней! Трубку сразу не бери! Пусть знает, что она не пуп земли.
– Хорошо.
– И свидание. Не забудь про свидание, – прищурилась Маринка, и ее синее лицо пошло мелкими синими морщинками. – Пригласи ее куда-нибудь. В очень необычное место. Только без всех этих «я… ты… мы…». Скажи прямо в лоб, и пусть только попробует отказаться. А если откажется, найдем тебе другую девчонку!
– Спасибо, Марин!
– Не за что! – Она улыбнулась и заключила меня в объятия.
Надо же было Майкину выглянуть из комнаты именно в этот момент!
– Нет, не прерывайтесь, продолжайте! – бросил он зло.
Хлопнул дверью и решительно промаршировал мимо нас к лестнице.
– Да что за день, – вздохнул я, высвобождаясь из Марининых объятий.
– Он вернется! – небрежно махнула рукой она.
– Не-а, – мотнул я головой, – я его знаю.
– Вернется как миленький! – Савина направилась к комнате девочек. – Обещал меня проводить домой.
– Лучше вызови такси.
– Ерунда! – Девушка подмигнула мне и скрылась за дверью.
Когда я добрался до приюта, уже начало темнеть. Вошел в здание и застал Лиру разговаривающей по телефону.
– Нет, к сожалению, мы сейчас не можем никого принять. Я все понимаю. – Девушка тяжело вздохнула. – Да, ситуация очень серьезная, средств нет, к тому же у нас большие долги. Да, простите. Всего доброго.
Она положила трубку, уперла локти в раскиданные по столу бумаги и нырнула лицом в ладони. Послышался тяжелый вздох.
– Привет, что случилось? – спросил я.
– Ох, – Лира подняла голову. – Ты меня напугал.
– У приюта проблемы?
– Да, – нахмурилась она. – Администрация прекратила выплаты по договору. Говорят, что денег нет. В общем, на нас теперь висят огромные долги за лекарства и услуги ветеринаров. Не на что содержать животных, и мы вынуждены прекратить их прием.
– И что теперь делать?
Она грустно улыбнулась.
– Не знаю! – Она тяжело вздохнула. – Что-нибудь придумаем. Всегда придумывали и в этот раз обязательно справимся.
– Угу.
В глазах девушки читалось настоящее отчаяние. Возможно, она и сама не верила в то, что говорила.
– Помощь моя нужна? – спросил я.
– Проверишь собак?
– Конечно, – кивнул я и вышел во двор.
Юлия
– Ресторан? Мы пойдем в ресторан? – уточнила я.
– Да, в одно очень хорошее место, – довольным голосом промурлыкал Харитон. – Заеду за тобой через полчаса.
– Уже? – Я бросила взгляд в зеркало. – Вряд ли мне хватит времени, чтобы собраться.
– Нас ждут там в семь.
– Ты заказал столик… Ясно. Ладно, приезжай, попробую успеть.
Я отложила телефон и снова уставилась в зеркало. Волосы были скручены в небрежный узел, губы я успела «сгрызть», пока сочиняла заключительную часть курсовой, глаза выглядели уставшими после работы на компьютере… Да уж, сделать из себя красотку за полчаса не представлялось возможным. Но и ударить лицом в грязь перед красавчиком Кошкиным тоже не хотелось.
Возможно, он захочет сделать фото со мной, и тогда завтра весь универ будет обсуждать бледную моль, которая ходила с ним на свидание. Ну уж нет!
– Куда-то собираешься? – спросила мама, заглядывая в комнату.
– Да, – немного растерялась я. – Иду заниматься к Дане. Помнишь, я тебе о нем говорила? Друг Ромкиной Насти. Он уже неделю помогает мне разобраться с долгами по учебе.
– Хорошо, – улыбнулась мама, – Рома говорил, что тебе повезло с репетитором.
– Правда?
– Да! – Мама впервые за последнее время посмотрела на меня без недовольства. – Только долго не задерживайся.
– Ладно. – Я покосилась на часы.
У меня оставалось двадцать восемь минут.
– И приводи к нам этого Даню в следующий раз, хорошо? Я должна познакомиться с парнем, у которого проводит все вечера моя дочь.
Я покраснела.
– Угу. – И я отвернулась к зеркалу.
Как только мама вышла, я проверила телефон: Даня не звонил и не писал. И мне стало как-то даже неловко оттого, что мы с ним сегодня не встречаемся. Но ведь это по уважительной причине? Это из-за Харитона. Он давно мне нравился, а тут такой шанс. Нельзя было не согласиться.
Успокоив себя тем, что все делаю правильно, я накрасилась, распустила волосы, при помощи рифленой плойки соорудила небольшой объем возле корней, затем собрала пряди на затылке, закрепила шпильками и украсила золотистым гребнем.
Думаю, Жанка с Окси меня застремали бы. Они как раз час назад просили скинуть им фотографию моего лука для свидания с Кошкиным. Представляю их реакцию, когда они увидят скромно собранные в пучок волосы вместо роскошных кудрей и нюдовый макияж вместо раскраски а-ля голливудская дива на красной дорожке. Закидают меня какашными смайлами в чате. Ну да ладно.
Щелкнув себя у зеркала на телефон, я скинула им фото и, не дожидаясь ответной реакции, вышла из Сети. Честно говоря, мне и с платьем-то не очень хотелось экспериментировать, но ресторан обязывал прийти в чем-то приличном и дорогом, поэтому я надела «Гуччи»: достаточно короткое, но под горло и с воротничком. Уравновесила его туфлями на высоком каблуке с большим количеством ремешков, оплетающих лодыжки.
И скромно, и вызывающе одновременно – эдакая бунтующая школьница. Как раз в тему к тому, чем я занималась последние два года. Сочетала несочетаемое и кайфовала от того, как на меня презрительно поглядывают окружающие.
Харитон подъехал к воротам, я заметила его из окна. Мама как раз разговаривала по телефону в гостиной. Мне удалось просочиться мимо нее незамеченной и избежать нудных вопросов о том, почему я не взяла с собой учебники.
– Привет, ясноглазая! – опустив стекло, пропел Кошкин.
Очевидно, выходить, чтобы открыть мне дверцу, парень и не собирался.
– Привет!
Я забралась на пассажирское сиденье его «Ауди» и положила сумочку на колени. Мне было неловко из-за того, что подол платья задрался, обнажая под его взглядом мои бедра.
– Как оно? – развалившись на водительском сиденье, спросил спортсмен.
– Что именно? – заерзала я.
– Настроение?
– А… да. Хорошо, спасибо.
– Ну, океюшки, – хмыкнул он, и машина сорвалась с места.
Пока мы ехали до ресторана, я тайком разглядывала парня. Сильные бицепсы буквально рвали рукава его футболки, а плечевые швы на ткани тоже едва не лопались от объема его мышечной массы. Наверное, Харитону стоило приобрести одежду на размер больше, но, похоже, он все именно так и задумывал: обтягивающая одежда должна была привлекать внимание к его фигуре. И она привлекала. Каждую минуту я ждала, что его футболка от любого неосторожного движения разойдется по швам.
– Нет, не переключай! – воскликнул спортсмен, когда я попыталась поменять радиоволну на приемнике. – Это моя любимая песня!
Из динамиков доносился голос Костюшкина. Та самая песня про «не танцую» и «нормально с ориентацией». Кошкин принялся покачиваться в такт песне и громко подпевать.
Выглядело это достаточно… забавно. И я улыбнулась. Веселый парень, с ним мне точно не будет скучно.
Композиция закончилась как раз в тот момент, когда мы подъехали к ресторану.
– Ты была здесь когда-нибудь? – с гордым видом поинтересовался Харитон.
Я вытянула шею и прочла на вывеске: «Клуб Idol».
– Нет, – призналась я.
– Здесь очень крутой клуб, а на втором этаже ресторан.
– Понятно.
– Идем! – Он заглушил двигатель и выпрыгнул из машины.
Помочь мне выйти он тоже не собирался. Возможно, эти традиции давно устарели. Да никто и не обязывал его быть моим рыцарем на этот вечер, так?
Спасибо хоть придержал входную дверь в ресторан. Внутри было светло и довольно шумно. Привычных для таких мест столиков я не узрела, наоборот, все столы были сдвинуты к стене и составлены в шведский стол, заставленный тарелками с закусками. По большому залу с бокалами в руках бродили люди и разговаривали друг с другом под ненавязчивую музыку.
– Что это? – вырвалось у меня.
Как-то неожиданно было обнаружить чей-то фуршет вместо столика, накрытого на двоих. Где белые скатерти, свечи и романтика? Где это все?
– Сюрприз! – положил руку на мое плечо Кошкин. – Это вечеринка в честь окончания съемок!
– Ты привел меня на… корпоратив? – растерялась я.
– Не благодари! – стиснул меня в своих объятиях парень. – Сегодня ты познакомишься с настоящими звездами! Захватывающе?
– Э… да… – нахмурилась я.
– Ага, и жратва халявная, – радостно закивал он. – Шампанское, икра, мидии-хламидии всякие. Ешь что хочешь. Гляди, стол ломится от еды. Ты что будешь? – Парень подтолкнул меня вперед.
– Я… Не знаю… – Мне все никак не удавалось прийти в себя от шутки про мидии-хламидии. – Выпила бы что-нибудь…
– Съешь хотя бы виноградинку! – Харитон схватил со стола несколько виноградин и запихал мне в рот.
– Пф… мф… – промычала я, задыхаясь от злости и пытаясь прожевать виноград, который он цапнул, между прочим, немытыми пальцами перед тем, как затолкнуть мне в рот.
– Эй, красавица! – остановил официантку с подносом Кошкин. – Дай-ка мне и моей девушке по бокальчику.
Я с радостью схватила бокал: его можно было держать в руке, обороняясь от загребущих лап спортсмена. Хотя ему было сейчас совсем не до меня: Харитон хватал все, что попадалось ему под руку с общего стола, и со скоростью света закидывал в рот.
– Ммм, как фкуфно! – С его губ слетели крошки. – Будеф?
– Нет, спасибо, – поморщилась я при виде протянутого мятого канапе, – я сыта.
Оглянулась по сторонам. Похоже, наедине нам сегодня не посидеть.
– Привет! Привет! Привет! – здоровался и обнимался с каждым проходящим мимо Харитон. А потом шептал мне: – Это член съемочной группы. Это фешн-блогер. Это риелтор. Это наш креативный директор – генератор идей. Знаешь, что самое важное в рекламном ролике?
– Что? – спросила я, переминаясь с ноги на ногу.
Туфли натирали, похоже, образовалась мозоль, ужасно хотелось куда-нибудь присесть.
– У нас есть всего три-пять секунд, чтобы заинтересовать зрителя! Если не получается, то канал переключат, а значит, такой ролик в итоге снимут с эфира.
– Логично.
– А знаешь, как тяжело мне пришлось на последних съемках? – выпучил глаза Харитон. – Серьезная роль. Така-а-ая нагрузка! Но режиссер меня похвалил. – Он горделиво надул губы. – Так и сказал: «Потрясающе правдоподобно, Харитон». Понимаешь?
Его буквально трясло от возбуждения.
– О да, ты молодец! – улыбнулась я.
– Да! Увидишь ролик – упадешь, – пообещал он.
Я кивнула. Мне захотелось притвориться мертвой – совсем как Федя. Кошкин в это время продолжал здороваться со всеми проходящими мимо людьми.
– Это Иннокентий Михайлос, это Саша Какелия, это Егор Дринк… – представлял он мне выряженных в перья и фальшивые жемчуга незнакомцев. А потом наклонялся к уху и шептал: – Да ты знаешь его, знаешь. Вспоминай. Тот самый чувак, который чистил яйцо пастой «Бленд-а-мед»!
А потом была Оксана – «Голден Леди», Наташа – «Крылатые Олвейс», Миша – «Доктор, у нее кариес! Но ведь мы каждый день чистим зубы!» и Зина, которая снималась в «Бай-бай, прыщики».
Когда у меня нестерпимо заныла поясница, а от зевания чуть не вывихнулась челюсть, Харитон радостно спросил:
– А хочешь, я попрошу у Ирусика для тебя целую коробку пробников крутого шампуня?
– Чего? – хлопая глазами, я отставила на столик бокал.
– Мне их дарят после каждой съемки. Вот. – Он пошарил в заднем кармане и протянул мне… презерватив! – Упс. Хе-хе! – не растерялся Кошкин. – Не то. Щас. – Пошарил еще и вынул пару пакетиков из фольги. – Вот! – Запустил пятерню в волосы и наклонился ко мне: – Реально крутой! Никакой перхоти. Надо?