Глава 18
Ира сидела в гостиничном номере, выключив свет, и пыталась убедить себя, что вовсе не шпионит за происходящим в офисе Эпплвуд Файнаншл. После ужина и просмотра телевизора Генри начал клевать носом, несмотря на свои отчаянные попытки не уснуть до того, как Лиза вернется. Ира уложила сына в постель и начала собирать по номеру раскиданные повсюду игрушки и различные вещи с изображенными на них жирафами, чтобы к возвращению Андрияненко в помещениях было чисто.
Лазутчикова закончила с делами несколько часов назад, гул оживленной улицы за окнами стал тише, время приближалось к полуночи. Ира почитала, посёрфила по интернету, немного посмотрела телевизор, но от любых занятий ее слишком отвлекало ожидание появления Лизы.
Сначала она время от времени вставала и выглядывала из-за занавешенных штор, чтобы посмотреть на деловито работающих Лизу и Саймона. На двадцатом подходе к окну Ира поняла, что нет смысла обманывать себя, так что Лазутчикова решила выключить свет и раздернуть шторы, чтобы видеть все желаемое, не вставая с дивана.
В десять часов Саймон покинул офис, но Лиза продолжила работу. Ира целый час наблюдала за тем, как женщина разговаривает по телефону или что-то печатает на компьютере, пока та, наконец, не встала и не принялась вышагивать по офису. Нахмурившись, Ира задумалась о том, не избегает ли Андрияненко ее, опасаясь неловкости возвращения в номер, зная, что она с сыном здесь. Лазутчикова нервно прикусила нижнюю губу, вспоминая, что во время беседы за обедом Лиза вовсе не казалась колеблющейся и, похоже, даже не поняла, почему Ира считает, будто их присутствие может создать какие-то проблемы.
Но, наблюдая за тем, как Андрияненко медленно вышагивает по офису, прежде чем остановиться у окна и посмотреть вниз на улицу, Лазутчикова поняла, что это не колебания, а печаль. Ира вдруг осознала, что совсем ничего не знает о Лизе. Знает лишь, что она живет в Нью-Йорке, а работает в Лондоне, в сфере финансовых услуг, и много ездит из-за работы, да еще предполагала, что она – лесби или, может, би, но и только.
Ира нахмурилась, понимая, что ничего конкретного не знает об этой женщине, и решила приложить усилия к тому, чтобы узнать ее получше. Следующие несколько дней они будут жить в одном номере, а потом Ира будет сталкиваться с Андрияненко дважды в неделю на работе. Также она подозревала, что Генри уже запланировал кучу разных способов провести больше времени со своим новым другом, и если Лиза не будет против, Ира, конечно, не собирается ему запрещать.
Лазутчикова провела большую часть дня и почти весь вечер, думая о Лизе, обманывая себя, что это лишь из-за их нынешней ситуации с совместным проживанием. В глубине души Ира знала, что было что-то еще, нечто большее, но она оставалась верна своему начальному заявлению о том, что сейчас неудачное время для завязывания отношений, и что Генри должен быть ее приоритетом. Но это не мешало ей с нежностью смотреть на привлекательную брюнетку, задаваясь вопросом о том, каково бы это могло быть.
Когда Ира в следующий раз подняла взгляд, то с удивлением и облегчением обнаружила, что свет в офисе Лизы выключен, а значит женщина, наконец, решила, что пора закругляться, и направляется обратно в номер. Лазутчикова быстро подошла к окну и посмотрела на улицу. Она увидела, как Лиза вышла из офисного здания, перешла дорогу – автомобилей в такой час практически не было, – и идет в отель. Ира быстро задернула шторы и включила несколько настольных ламп, чтобы не было заметно, что последний час она сидела тут в темноте и пялилась в окно.
Присев на диван, Лазутчикова подняла книгу и снова начала читать, ожидая появления Лизы. Десять минут спустя она услышала звук карточки, проводимой по считывателю, и щелчок замка, и посмотрела на дверь. Лиза мгновение с удивлением глядела на нее:
– Я думала, ты уже спишь, – заметила она негромко.
– Мне нужно мало сна, – мягко ответила Ира. – Ты вернулась поздно?
– Да, – кивнула Лиза, снимая пальто и убирая его в шкаф.
Ира улыбнулась и мысленно заметила для себя, что Лиза лишь услышала произнесенные слова, но не уловила их тон. Лазутчикова не знала, была ли причина в том, что Андрияненко устала или была невнимательна, но решила отложить данную информацию, чтобы обдумать ее позже.
– Почему ты вернулась так поздно? – попробовала она еще раз, закрывая книгу, используя палец, чтобы не потерять нужную страницу.
Лиза поставила свою сумку с ноутбуком и дипломат на журнальный столик и тяжело опустилась на диван, но все же в этом движении было больше изящества, чем Ира вообще считала возможным в подобной ситуации.
– Пыталась устроить сделку в последнюю минуту, – объяснила Лиза, – но безуспешно. Долги слишком велики.
– О, – Ира обнаружила, что удивлена поражением Лизы, будто раньше она считала, что эта женщина способна даже на невозможное. – Так, что будет теперь?
– Мы распродадим все активы, чтобы покрыть неоплаченные счета, – ответила Лиза, – но в первую очередь мы сделаем заявление в прессе, поговорим с директорами, а затем проконсультируем штат компании.
Ира начала понимать причину мрачности Лизы.
– Ты сразу ляжешь спать или хочешь сначала чего-нибудь выпить?
Лиза подняла глаза на Иру и улыбнулась.
– Думаю пока не ложиться, я бы хотела чего-нибудь выпить.
– Чай, кофе, вода, сок? – пошутила Ира, повторяя стандартную фразу, которую множество раз произносила на работе.
Лиза усмехнулась.
– Кофе, пожалуйста, если тебе не слишком сложно. Я предложила тебе пожить здесь не для того, чтобы ты подавала напитки.
– Но я все равно могу что-то для тебя сделать, – Ира отправилась на кухню, наполнила чайник и включила его. Когда она вернулась в комнату, Лиза уже достала ноутбук из сумки и теперь ждала, когда система загрузится.
– Ты ведь не собираешься еще работать? – удивленно спросила Ира.
Лиза повернулась к ней.
– Боюсь, что мне придется. Нужно многим людям сообщить, что сделка не была заключена.
– Уже почти полночь, – заметила Ира, покосившись на часы.
– Ты бы могла спокойно лечь спать, зная, что твои средства к существованию висят на волоске? - вежливо возразила Лиза.
– Нет, думаю, что не смогла бы, – согласилась Ира.
BlackBerry Лизы, лежащий на журнальном столике рядом с ноутбуком, завибрировал, и женщина быстро подняла трубку.
– Стюарт, спасибо, что перезвонил.
Ира почувствовала, что она здесь лишняя и вернулась на кухню, чтобы закончить приготовление кофе, но как только чайник перестал кипеть, женщина снова услышала голос Лизы.
– Да, я все понимаю, но на самом деле это твоя... – судя по оборвавшейся фразе, собеседник перебил Лизу.
– Я знаю, что ты расстроен, но... – Андрияненко вновь заговорила и снова оборвала фразу, прежде чем продолжить: – Конечно, да. – Невозмутимо ответила Лиза, пытаясь успокоить собеседника.
– Конечно, я понимаю твою точку зрения. Но я могу тебя заверить, что мы сделали все возможное.
Ира медленно и спокойно занималась приготовлением кофе, зная, что подслушивать невежливо, но не в силах себя остановить.
- Ну, откровенно говоря, твое мнение для меня несущественно, – твердо ответила Лиза, и Ира поняла по изменению звука, что Андрияненко ходит по комнате, продолжая негромкие объяснения.
– Конечно, если ты чувствуешь, что не можешь сказать это, то вся эта работа падет на мою команду.
Ира переделала на кухне все дела, какие могла, и вышла в комнату с двумя чашками кофе. Аккуратно поставив напитки на журнальный столик, она снова села на диван.
– Это... печально, – произнесла Лиза. Ира со своего места услышала приглушенные расстоянием сердитые вопли собеседника Андрияненко, и, нахмурясь, повернулась к женщине. Держа трубку около уха, свободной рукой Лиза отдернула занавеску, чтобы выглянуть из окна.
– Очень хорошо, да, хорошо, ты не оставляешь мне выбора.
Ира слышала, как сердитый мужчина еще немного поорал, затем Лиза вздохнула и произнесла:
– Конечно, да, мы обзвоним всех утром. Сбросив вызов, Лиза на мгновение закрыла глаза, крепко сжимая телефон в кулаке.
– Ты в порядке? – мягко спросила Ира.
Лиза открыла глаза, удивленная то ли тем, что кто-то еще был в комнате, то ли тем, что кого-то волновало ее состояние – Ира не была уверена.
– Да... Владелец фирмы, – Лиза помахала телефоном, подошла к дивану и снова села, – отказывается брать на себя какую-либо ответственность. Он утверждает, что мы пытаемся превратить его в козла отпущения, который должен отвечать за нашу неудачу.
– Это сумасшествие, – заявила Ира, – твое вмешательство вообще бы не понадобилось, если бы у него не было серьезных проблем.
Лиза улыбнулась и хихикнула:
– Именно, но он видит все иначе. Теперь нам придется сделать массу звонков служащим, сообщая, что завтра им не нужно идти на работу, но при этом поговорить с каждым индивидуально, объяснить ситуацию и дать советы по поводу их законных прав. Он отказывается помогать, и даже давать собственным служащим отдела кадров задание выполнить эту работу.
Ира нахмурилась:
– Так, что теперь будет?
– Мы это сделаем, – со вздохом ответила Лиза. – Эту новость, очевидно, людям будет трудно принять, но было бы легче, если бы сообщение передал кто-то, кого они знают – коллега, который работал рядом с ними и оказался в той же ситуации. А теперь мне придется разделить имена пятисот восьмидесяти трех человек между моими сотрудниками, и мы должны будем обзвонить всех.
Ира приоткрыла рот:
– Пятьсот восемьдесят три звонка?
– Да, – кивнула Лиза, – ну, пятьсот восемьдесят два, потому что, владелец, очевидно, уже в курсе ситуации.
– Как ты с этим справишься? – спросила Ира, шокированная масштабом работы.
– Если у меня будут два других партнера, их помощники, семь членов группы банкротства, два члена группы реструктуризации, Саймон и собственно я, – итого пятнадцать человек, – то на каждого придется около тридцати восьми звонков. Из расчета примерно пяти минут на звонок, исключая тех, до кого дозвониться не удастся, и тех, кто просто бросит трубку, на все уйдет где-то три часа, – Лиза подняла со столика дымящуюся чашку с кофе.
– Звучит непросто, – сочувственно произнесла Ира.
– Да, – согласилась Лиза, делая глоток, – но это необходимое зло.
– Хочешь чего-нибудь поесть? – спросила Ира. – В холодильнике осталось немного еды.
Лиза мгновение сомневалась.
– Я собиралась позвонить вниз на кухню.
– Я думала, что они уже закрыты, но для тебя сделают исключение, верно? – рассмеялась Ира.
– Да, – призналась Лиза, – они знакомы с моей привычкой пропускать ужин.
– Постой-ка, – Ира подняла взгляд на собеседницу, – ты пропустила ужин?
Лиза выглядела так, будто строгие родители поймали ее несовершеннолетнюю за распитием спиртных напитков:
– Ну, у меня не было времени... и было очень много дел.
– Ты не ела двенадцать часов? – Ира покачала головой.
– Я приготовлю тебе что-нибудь поесть – у отельной кухни это много времени займет, а тебе нужна еда сейчас. Ира торопливо вышла на кухню. Лиза последовала за ней со своей чашкой в руках, удивленно наблюдая за тем, как Лазутчикова вытаскивает из холодильника продукты.
– Сэндвич или хочешь что-нибудь горячее?
– Ээм, – Лиза сделала паузу, явно разрываясь между желанием поесть и нежеланием заставлять Иру чувствовать себя обязанной готовить для нее. Наконец, голод победил:
– Можно мне сэндвич? Я не хочу ничего слишком тяжелого.
– Конечно, – улыбнулась Ира, – с салатом и курицей?
У Лизы глаза загорелись, и она кивнула:
– Спасибо, ты не должна это делать, я могу...
– Ты в буквальном смысле работала весь день, да еще и часть ночи, – Ира усмехнулась, – а я большую часть дня рисовала жирафов.
Лиза рассмеялась:
– Откуда взялась эта навязчивая идея с жирафами?
– Не знаю, – Ира улыбнулась, принимаясь за приготовление сэндвичей для себя и Лизы, – как-то, года два назад, по телевизору и в газетах было сообщение о родившемся в зоопарке жирафе. Генри буквально подбежал к экрану и уставился на него так, будто это было самое удивительное, что он видел в жизни. Я показала ему несколько фотографий в интернете, и он похихикал над тем, как забавно они выглядят. С тех пор все его интересы сосредоточены на жирафах!
– Он когда-нибудь видел настоящего жирафа? – спросила Лиза.
– Нет, никогда, – Ира покачала головой, – в отсутствие времени и денег, у меня не было такой возможности. Когда-нибудь я отведу его в зоопарк, хотя сомневаюсь, что мне удастся потом увести его оттуда. Кстати, огромное спасибо за жирафо-толстовку, Генри просто обожает ее.
– Скажи спасибо Саймону, – улыбнулась Лиза, – я попросила его купить несколько предметов, а он увидел толстовку и решил, что она прекрасно впишется – похоже, он был прав.
– У меня и без того есть, за что сказать Саймону спасибо, – серьезно произнесла Ира, открывая холодильник, – он отличный парень.
– Да, – подтвердила Лиза, – я боюсь того дня, когда он уйдет.
– Он думает об увольнении? – удивилась Ира.
– Насколько я знаю – нет, но когда-нибудь это произойдет. Саймон молод и, скорее всего, не хочет быть ассистентом всю оставшуюся жизнь, – Лиза вздохнула. – Его будет невозможно заменить.
– Может быть, он останется на больший срок, чем тебе кажется? – предположила Ира.
– Может быть, – Лиза согласилась, но, судя по тону, она слабо в это верила.
– Я должна спросить, – улыбнулась Ира, – почему отель?
Лиза в замешательстве нахмурилась:
– Прошу прощения?
– Почему большую часть жизни ты проводишь в отелях вместо того, чтобы купить собственное жилье? – объяснила Ира, вручая Лизе тарелку с сэндвичем.
– О, – Андрияненко взяла тарелку, – он недалеко от офиса.
– Это точно, – согласилась Ира, – но разве у тебя порой не возникает желание убежать от работы?
Лиза нахмурилась:
– Зачем?
– Чтобы сделать перерыв, заняться чем-нибудь другим? – пояснила Ира.
Лиза откусила кусок сэндвича и на мгновение задумалась перед ответом:
– Я не думаю, что у меня на самом деле есть что-то еще.
– Никаких хобби? Интересов? – Ира принялась за свой сэндвич.
Лиза еще на секунду задумалась, а потом покачала головой:
– У меня нет времени на что-то еще.
Ира хихикнула:
– Так ты попала в заколдованный круг – ты все время проводишь в работе потому, что больше тебе заняться нечем, но у тебя нет времени на какие-либо другие дела потому, что ты постоянно работаешь.
Лиза улыбнулась:
– Похоже на то. А ты чем занимаешься? Я имею в виду, кроме работы?
– Ну, кроме работы у меня есть Генри, а с моим графиком больше ни на что времени не хватает. Но если бы работы было не так много, я бы уделяла время своим хобби. Я люблю читать, играю в спортивные игры, люблю йогу, когда-то умела играть на пианино, но изрядно подрастеряла навыки, – рассмеялась Ира. – Если бы я не работала, то весь день могла бы занять своими хобби.
Лиза усмехнулась:
– Если бы я не работала, не знаю, чем бы я занималась.
– Ты любишь свою работу? – спросила Ира.
Лиза на секунду задумалась:
– Я наслаждаюсь тем, что делаю, но не могу сказать, что люблю это. Бывают дни, когда...
Андрияненко замолчала, и выражение ее лица стало отстраненным, так что Ира напомнила о себе:
– Когда?
Лиза моргнула.
– Прости, бывают дни, когда я не знаю, какова цель.
– Я думаю, цель в том, чтобы заполнить свое время тем, чем ты наслаждаешься. Конечно, у каждого из нас есть то, что мы должны делать, даже если не любим это, но все остальное время нужно наслаждаться. Жить полной жизнью, – Ира улыбнулась.
Лиза открыла было рот, чтобы ответить, но тут раздался звук вибрирующего на журнальном столике в гостиной телефона, и она вышла, чтобы взять трубку:
– Елизавета Андрияненко.
Ира прибралась на кухне, подслушивая, как Лиза рассказывает кому-то, что сделка не была заключена. Лазутчикова разгрузила посудомоечную машину, как раз закончившую цикл мойки, и убрала на свои места тарелки и чашки. Обнаружив, что одной чашки недостает, она вышла в гостиную, где Лиза уже закончила звонок и теперь сидела на диване, что-то печатая на ноутбуке.
– Хочешь еще чего-нибудь? – спросила Ира, поднимая со столика пустую чашку.
– Нет, спасибо, – Лиза подавила зевок, – мне нужно отправить эти отчеты в банк, потом написать электронное письмо поверенному, а затем разделить список служащих.
Пару секунд Ира смотрела на Лизу, потом кивнула и вернулась на кухню, понимая, что не ей указывать Андрияненко, когда следует прекратить работать и лечь спать. Вскрик Генри оторвал женщину от ее мыслей, и она быстро вышла в спальню. Хотя мальчик обычно спокойно спал всю ночь, но бывали моменты, когда он просыпался из-за кошмаров. Ира быстро забралась в постель, обняла еще ужасно сонного сына и, мягко укачивая, начала напевать колыбельную, чтобы помочь ему спокойно заснуть.
Скоро Генри снова мирно спал, но Лазутчикова полежала с ним еще несколько минут, чтобы удостовериться, что ее движения мальчика не разбудят, а потом аккуратно слезла с кровати. Ира быстро воспользовалась уборной, подготовила одежду на завтра, и вышла в гостиную, с усмешкой на губах остановившись в дверном проеме. Лиза крепко спала, откинув голову на спинку дивана. Ира закатила глаза и с нежной улыбкой подошла к Лизе, задаваясь вопросом, как давно это случилось.
У нее создалось впечатление, что Андрияненко плохо заботится о себе, и что пропущенные ужины и усталый сон на диване – частое явление в ее жизни. После поступления на работу в Краун Эйрлайнс Ира прошла двухчасовой курс по теме «как разбудить уснувшего пассажира». Она остановилась около дивана и мягко положила руку на плечо Андрияненко:
– Лиза, – негромко произнесла она. – Лиза, проснись.
Карие глаза медленно открылись, и Ира улыбнулась, глядя на озирающуюся женщину, пытающуюся понять, что случилось:
– Я уснула, – признала Лиза.
Ира продолжала улыбаться:
– Я заметила. Меня не было только пару минут. Ира взяла телефон из руки Лизы и положила его на журнальный столик.
– Выключи компьютер, – мягко, но уверенно произнесла она, – тебе нужно поспать.
Лиза не стала спорить – она сохранила документы, закрыла ноутбук, тихо встала и пошла в спальню. Остановившись у двери в свою комнату, она повернулась к Ире и улыбнулась:
– Спасибо.
Ира ответила на улыбку:
– Пожалуйста, а теперь ложись, – тон ее голоса стал чуть более повелительным.
Лиза медленно кивнула, вошла в спальню и закрыла за собой дверь.
______________________________