Глава 25
В четверг утром Лиза рано ушла на работу, оставив Ире записку, чтобы та позвонила ей, когда пора будет идти в парк на обед. В офисе она тут же рьяно принялась за рабочие дела, совершая телефонные звонки и отвечая на электронную почту, перенаправляя часть дел коллегам, чтобы удостовериться, что до утра понедельника никто с ней не свяжется, если не случится ЧП.
Лиза тяжело вздохнула, когда в почтовом клиенте появилось новое письмо с непременным и ужасно драматичным восклицательным знаком, который был постоянным атрибутом электронных посланий от Маркуса Хайнда – старшего партнера, работающего в фирме уже много лет. Андрияненко прочитала послание, потом перечитала его еще раз, закатила глаза и нажала кнопку на коммуникаторе, приглашая Саймона к себе в офис. Через несколько секунд ассистент вошел в ее кабинет, улыбаясь и вопросительно подняв бровь. Лиза развернула свой монитор так, чтобы Саймон смог прочесть письмо.
Мужчина закатил глаза и покачал головой:
– Мудак.
– Согласна, – кивнула Лиза, – но мне придется пойти к нему. Можешь позвонить Ире и предупредить, что я не успею присоединиться к ним за обедом?
Саймон выпрямился и медленно кивнул:
– Конечно, но ты, правда, позволишь ему вот так вызывать тебя?
Лиза пожала плечами:
– Если я оставлю его тушиться в собственном беспокойстве на все выходные, на следующей неделе он будет неуправляем. Нет, я могу быстро подняться наверх и пригладить его взъерошенные перышки.
– Что его так напрягает? – спросил Саймон.
– Я думал, что материалы по ТД Медикал полностью разобраны, и он счастлив.
– О, это все потому, что я устроила Джеймсу и Стюарту техническое банкротство не проконсультировавшись предварительно с ним, – вздохнула Лиза.
Она достала из сумочки зеркальце, убедилась, что с лицом всё в порядке и поправила прическу:
– Ты знаешь, как он ненавидит моменты, когда я растаптываю его хрупкую мужскую гордость.
– Но ты – босс, – заметил Саймон.
– А он – старший партнер с правом голоса, и так этот бизнес работает, – ответила Лиза, – нужно удостовериться, что все заинтересованные лица счастливы, даже мудаки.
Саймон кивнул:
– Я позвоню Ире и скажу, что ты задерживаешься.
***
Полуторачасовая встреча с Маркусом Хайндом принесла Лизе головную боль и дурное настроение. Пока женщина шла по офису, сотрудники отдела налогообложения спешили скрыться кто куда. Лиза решила не пользоваться лифтом, а спуститься пешком. Она шагала тяжело, буквально вбивая туфли в бетон, мысленно считая ступеньки, как делала всегда, идя по лестнице. Спустившись на свой этаж, женщина направилась к собственному офису.
Уткнувшись в экран мобильника, Лиза просматривала новые сообщения электронной почты, сердито отвечая короткими репликами на те, которые требовали ответа, пока не услышала знакомые звуки, казавшиеся неуместными на рабочем месте. Зайдя в свой офис, она с удивлением обнаружила, что посреди комнаты стоит Саймон, который держит Генри на вытянутых руках и крутится вокруг своей оси, заставляя мальчика хихикать. Лиза недоуменно нахмурилась, заметив скатерть в красно-белую клетку, накрывшую стол в конференц-зале, и Иру, которая выставляла на стол продукты.
– Лизааааааааааааааааааа! – сквозь смех завопил Генри, заметив ее во время очередного оборота.
Ира повернулась к двери и улыбнулась:
– Привет, – она указала на стол, – Саймон сказал, что ты не сможешь присоединиться к нам за обедом, так что мы решили присоединиться к тебе. Внутриофисный пикник!
Лиза прошла в центр комнаты, положила свой телефон на стол и в замешательстве огляделась:
– Вы... пришли ко мне? Саймон перестал кружить Генри и поставил мальчика на пол, пошатываясь, как и малыш, от головокружения.
– Да, – Ира обошла двух шатающихся парней и остановилась рядом с Лизой, – все нормально, верно?
– Да, – Лиза быстро кивнула и огляделась, – да, прости, я... просто у меня была напряженная встреча.
– Саймон рассказал мне об этом мудаке, – прошептала Ира и закатила глаза, прежде чем продолжить нормальным тоном: – Еще он сказал, что ты любишь картофельный салат.
– Люблю, – улыбнулась Лиза.
Ира взяла ее за руку, подвела к столу и пододвинула для нее стул.
– Генри, иди сюда и садись.
Ира с Лизой повернулись к мальчику, который громко хохотал, глядя на Саймона, притворяющегося, будто сейчас упадет на пол от головокружения.
– Саймон, хочешь присоединиться к нам? – спросила Ира, пока Генри пытался помочь мужчине подняться на ноги.
– Спасибо, но я лучше займусь делами, – ответил Саймон, вставая.
– Присоединяйся к нам, – попросила Лиза с улыбкой, – ты явно приложил к этому руку, так что тоже должен насладиться обедом.
Саймон выпрямился и усмехнулся:
– Конечно, хорошо, если вы не против.
Женщины синхронно кивнули, занимая свои места за столом. Саймон подхватил Генри на руки, донес до стола и усадил на стул, прежде чем сесть рядом с ним. Ира показала всем где какие продукты находятся и положила на тарелку сыну несколько кусочков курицы в панировке. Лиза рассеянно глядела в окно, пока остальные раскладывали еду по тарелкам и вели беседу, и через пару минут Ира положила руку ей на предплечье. Андрияненко повернулась и обнаружила, что Лазутчикова с беспокойством смотрит на нее.
– Ты в порядке? Выглядишь так, будто находишься в сотне километров от нас, – нахмурилась Ира.
– В порядке, – быстро ответила Лиза и повернулась к столу, чтобы положить себе немного еды, – прости, просто задумалась. Как прошел осмотр у доктора?
– Очень хорошо, – улыбнулась Ира, – малышу разрешили лететь домой завтра. Все медицинские документы перешлют его лечащему врачу в Штаты, так что его уже выписали.
Лиза ясно увидела облегчение и радость, написанные на лице Иры, и нашла это выражение столь заразительным, что не смогла не улыбнуться в ответ:
– Замечательные новости.
За обедом они разговаривали о девушке Саймона и его предстоящем свидании. И Лиза, и Ира надавали ему шутливых ужасных советов по поводу того, как ему следует себя вести, в ответ на которые мужчина рассмеялся и пообещал их проигнорировать. Потом Ира рассказала о том, какое облегчение чувствует, зная, что скоро вернется домой, к собственной кровати, и что Генри выздоравливает, и о том, как она надеется, что эта глава их жизни окончательно завершена. Когда из-за всех этих эмоций у Лазутчиковой слезы выступили на глазах, Саймон потянулся через стол и утешительно сжал ее ладонь, после чего они улыбнулись друг другу.
Ира поблагодарила мужчину за всю его помощь и добрые слова, повернулась к Андрияненко и поблагодарила и ее тоже. Лиза с Генри обменялись недоуменными взглядами, не понимая, почему Ира плачет, и что вообще происходит, потом синхронно пожали плечами и спокойно продолжили обедать.
Закончив со своей едой, Генри сполз со стула и подошел к окну, с любопытством разглядывая улицу, не обращая внимания на беседу взрослых. Через некоторое время Лиза встала и подошла к Генри – вместе с мальчиком они смотрели на красные автобусы и черные такси, которые он замечал.
Внезапно малыш помахал рукой, и Андрияненко нахмурилась, не понимая, что он там увидел.
– Кому ты машешь, Генри?
– Крохе, – ответил мальчик, – он на окне, где мама сидит.
– О, правда? – усмехнулась Лиза. Она повернулась и, подняв бровь, посмотрела на Иру, продолжая расспросы:
– И что она делает, когда сидит там?
– Иногда она читает, а иногда наблюдает за тобой и Саймоном, – Генри пожал плечами и снова уставился на улицу: – Автобус!
Ира опустила голову на стол и легонько ударила лбом по столешнице.
Саймон рассмеялся:
– Ты маленький шпион!
Ира выпрямилась и усмехнулась:
– Я не шпионю, просто... тут довольно скучно, и окна выходят прямо на эту сторону! Трудно не смотреть !
Лиза усмехнулась:
– Вот почему у меня есть это, – она показала на маленькую кнопку, расположенную около окна.
– Что это? – нахмурилась Ира.
– Генри, – сказала Лиза, – ты не мог бы нажать эту кнопку для меня?
Мальчик подошел и надавил на кнопку, и во мгновение ока все стекла стали матовыми.
– Ух ты! – от неожиданности Генри отпрыгнул назад.
Оба Лазутчиковых с удивлением смотрели на большие окна, вид на улицу за которыми сменился непрозрачным облаком.
– Впечатляет, – кивнула Ира, подходя к окну, чтобы убедиться, что через стекло больше ничего не видно.
– Стекла для конфиденциальности, – заметил Саймон, – защита от посторонних глаз одним нажатием кнопки без потери дневного света.
– Лиза, можно я снова нажму? – спросил Генри, дергая женщину за рукав.
– Конечно.
Генри протянул руку к кнопке, нажал и отпрыгнул назад, когда окна снова стали прозрачными.
– Лучшая штука из всех! – мальчик усмехнулся Лизе и снова ткнул в кнопку.
– Вообще-то, это не самая лучшая штука из всех, – заметила Ира с улыбкой, посмотрев на Лизу.
– О, – Андрияненко догадалась, что настал тот момент, когда она должна сообщить Генри хорошие новости об их поездке в зоопарк.
Она на мгновение задумалась, пытаясь лучше сформулировать фразу. Генри вопросительно переводил взгляд с Лизы на Иру, остановившись на Лизе, когда его мама указала на Андрияненко.
– Генри, – Лиза свела руки вместе, но тут же опомнилась и опустила их, – ээм, тебе... тебе нравятся жирафы, верно?
Генри кивнул и улыбнулся.
– Ну, я так и думала, – внезапно Лизу посетило вдохновение: – Раз ты так хорошо себя вел во время операции и врачебных осмотров, возможно, ты захочешь познакомиться с жирафом?
Генри нахмурился, не сразу поняв, что именно Лиза ему предлагает, но постепенно рот мальчика открывался все шире, и он в шоке уставился на женщину:
– Настоящим?
– Да, – кивнула Лиза, – даже с несколькими.
Генри медленно повернулся к матери, чтобы получить от нее подтверждение, что такое вообще возможно. Когда Ира улыбнулась и кивнула, мальчик быстро развернулся обратно к Лизе и прижался к ее ноге, крепко обнимая удивленную женщину. Андрияненко положила одну руку на голову Генри, а другой слепо нащупала край стола, чтобы не пошатнуться от внезапного нападения, и улыбнулась счастливому мальчику, который поднял на нее взгляд:
– Когда?
– Ну, скоро, – Лиза растерянно оглядывала офис, пытаясь вычислить, во сколько им нужно выходить.
Лицо Генри огорченно вытянулось.
– О, – произнес он, отходя на пару шагов.
– Не мое «скоро», – с улыбкой пояснила Ира, понимая печаль сына, для которого «скоро» означало недели и даже месяцы. – Когда Реджина говорит «скоро», она имеет в виду – через час или около того.
Улыбка снова засияла на лице Генри, который взволнованно перевел взгляд с Лизы на Иру.
– Правда?!
– Правда, – подтвердила Лиза.
Женщина обошла вокруг стола и принялась собирать оставшиеся продукты.
Троим взрослым потребовалось пятнадцать минут, чтобы прибраться после обеда и закончить последние дела перед уходом, но эти минуты показались Генри вечностью. Мальчик крутился на офисном стуле Лизы, издавая тихие звуки, похожие на сирену. Ира с Саймоном обнялись на прощание, пообещав друг другу быть на связи, потом Саймон попрощался с Генри, еще раз похвалив его жирафо-толстовку.
Трое вышли на улицу, Лиза подняла руку – и тут же откуда ни возьмись появилось черное лондонское такси. Машина развернулась с полосы обратного направления и остановилась у обочины. Лиза открыла заднюю дверь, жестом предложила Ире и Генри садиться первыми, и забралась в такси вслед за ними.
– В лондонский зоопарк, пожалуйста, – сказала она водителю, захлопнув тяжелую дверь, и начала пристегиваться.
По пути Генри сидел уставившись в окно, а Лиза пыталась отвлечься от того факта, что она сидит буквально бедром к бедру с Ирой, устроившейся посередине сиденья. Андрияненко выглянула в окно, надеясь сосредоточиться на чем-нибудь другом, но вдруг в замешательстве почувствовала, как Ира положила руку ей на бедро.
– Ты действительно в порядке? – негромко спросила Лазутчикова, наклонившись ближе к уху Лизы, чтобы Генри и водитель ее не услышали. Андрияненко что-то недоуменно промычала – то есть, она собиралась что-нибудь ответить, но, открыв рот, обнаружила, что плохо себя контролирует.
– Из-за твоей встречи, – пояснила Ира, все еще держась ближе к собеседнице и легонько опираясь рукой на ее бедро, – ты выглядишь ужасно рассеянной, все в порядке?
– Да, – Лиза кивнула, повернулась лицом к Ире и слегка улыбнулась, – старший партнер, он... с ним трудно иметь дело. Он знал моего отца и считал, что не следует доверять мне лондонский офис. Теперь мы часто спорим, я... нахожу, что его очень трудно читать.
Ира понимающе кивнула:
– Что-то вроде борьбы за власть?
– Да, – согласилась Лиза, – прости, если я казалась отстраненной.
– Все хорошо, – Ииа слегка сжала бедро Лизы и убрала руку, – у всех бывают моменты, когда работа забирается нам под кожу.
– Арина тоже говорила, что я слишком напряженно работаю, – с мягкой улыбкой ответила Лиза, повернувшись к окну, – сейчас я работаю еще больше, чем тогда.
– Как это получилось? – деликатно спросила Ира.
Лиза пожала плечами:
– Потому что работа есть.
– А если бы у тебя было что-то еще, ты бы работала меньше? – уточнила Ира.
Лиза повернулась к ней с настороженным взглядом.
– Никаких ожиданий, – с улыбкой объяснила Ира, - и я говорю не о себе или о нем, – она кивком указала на сына, который смотрел в окно, о чем-то беседуя сам с собой. – Я лишь хочу знать, если бы ты нашла другие вещи, которыми наслаждаешься, ты бы работала меньше? У тебя была бы возможность работать меньше?
Лиза нахмурилась, обдумывая вопрос, и некоторое время молчала, прежде чем кивнуть:
– Да, я... думаю, я работала бы меньше.
– Возможно, тебе стоит изучить этот вопрос, – небрежно произнесла Ира, глядя на Генри, – живем лишь раз, и нужно максимально использовать эту жизнь и наслаждаться ей, пока можешь.
– Мы увидим жирафов! – взволнованно воскликнул Генри, обращаясь к водителю.
– Жирафов? Звучит весело, – ответил таксист с тем же энтузиазмом.
– Да, – согласился Генри, снова уставившись в окно.
Пару минут спустя такси остановилось у входа в Риджентс-парк[1], Лиза открыла дверь и все трое по очереди выбрались из машины. Андрияненко вручила водителю банкноту и сказала, чтобы сдачу оставил себе. Когда женщина повернулась к своим спутникам, Генри чрезвычайно серьезно смотрел на мать:
– Они там точно будут?
– Ээ, да, – ответила Ира, – думаю, да, а почему ты спрашиваешь?
– Потому что остальные жирафы на каникулах, и я бы не хотел, чтобы мы проделали весь этот путь зазря, – со вздохом ответил мальчик.
Лиза с Ирой добродушно рассмеялись над его словами, а потом Андрияненко повела всех к небольшому зданию, стоящему около ворот. Сотрудник зоопарка нашел ее фамилию в списке, вышел и открыл для них створку.
Оказавшись внутри, Генри благоговейно разглядывал все стенды и животных, мимо которых они проходили по пути к жирафам. Лиза шла первой, рассказывая Ире, что зоопарк устраивает множество ночных мероприятий, вот почему она так хорошо ориентируется внутри, а вовсе не потому, что, как шутливо предположила ее собеседница, она тайно проводит в зоопарке все свободное время. Генри плелся за ними, с открытым ртом вертя головой. Лиза и Ира пошли медленней, смеясь над его реакцией, и мальчик, опомнившись, кинулся догонять их.
По подсчетам Лизы, движение по зоопарку с пятилетним ребенком занимало в пять раз больше времени, чем без него. В обычной ситуации ее бы это раздражало, но то, как Генри реагировал на увиденное, искупало все. Тем не менее, Лиза хотела поскорее добраться до вольера с жирафами, чтобы увидеть собственными глазами момент, когда Генри встретится лицом к колену со своим кумиром. Целую вечность спустя, они, наконец, последний раз повернули за угол, и вышли на прямую дорожку к вольеру.
Огороженный сетчатым забором дворик был пуст.
Внезапно из высоких ворот закрытого помещения медленно вышел жираф. Лиза улыбнулась и повернулась, чтобы увидеть выражение лица Генри. Только результат был совсем не таким, какого она ожидала. Лиза рассчитывала на улыбку, волнение и счастливый смех, а вместо этого увидела, как Генри, заметив огромное млекопитающее, остановился на середине шага, будто налетев на невидимую преграду, испуганно уставился на животное и внезапно разрыдался.
Ира быстро подошла к сыну, подняла его на руки и крепко обняла:
- Шшш, все хорошо, Генри, – прошептала она.
Лиза в полном замешательстве смотрела на мальчика. Потом она перевела взгляд на жирафа, пытаясь понять, что оказалось не так. Ира отошла в сторону от вольера с жирафом и присела на скамейку. Лиза направилась к ним и села рядом, глядя на то, как Генри продолжает рыдать, в ужасе цепляясь за мать.
– Все хорошо, – шептала Ира в волосы сына, крепко обнимая малыша.
– Они мне не нравятся, – заикаясь, пробормотал Генри сквозь слезы.
– Но это – жираф, – произнесла Лиза, указывая на животное, которое было видно и отсюда, – ты любишь жирафов!
Ира слегка укачивала расстроенного мальчика:
– Генри видел только мультяшных жирафов, жирафов на картинках в книгах, жирафов в телевизоре, воздушные шарики в форме жирафов, жирафо-толстовки, – Ира слегка пощекотала Генри на последнем слове. – Он никогда не видел настоящего жирафа и, думаю, он немного удивлен тем, какие они огромные, верно, Генри?
Мальчик всхлипнул и шмыгнул носом, согласно кивая.
– Но он знает, что они большие, – прошептала Лиза, – он знает все о них.
Ира серьезно посмотрела на Реджину:
– Ему пять лет. Он плохо соотносит факты и цифры. Кроме того, жираф ростом пять метров, а Генри – только метр. Он никогда раньше не видел такое большое животное.
– Я хочу домой, – Генри слегка отстранился от матери и посмотрел на нее. Лицо мальчика было красным и отекшим от слез.
– Хорошо, – ответила Ира, убирая спутанные волосы со лба малыша, – но я немного устала. Можем мы посидеть тут какое-то время? Только пока я не почувствую себя лучше?
Генри неуверенно посмотрел на нее и кивнул.
– Спасибо, – Ира улыбнулась сыну, – мы просто будем игнорировать этого большого старого жирафа, запертого в своем вольере, ведь он никак не сможет прийти сюда и украсть наше мороженое.
Генри шумно шмыгнул носом:
– Мы будем есть... мороженое?
– Думаю, да, – ответила Ира, – именно так и поступают люди, когда идут в зоопарк, правда, Лиза?
– О, ээ, да, верно, – ответила Лиза, находя взаимодействие матери и сына в равной степени очаровательным и запутывающим.
– Ты хочешь мороженое? – спросила Ира сына. – Нам придется съесть его здесь.
Генри повернулся, чтобы посмотреть на стоящего вдалеке большого жирафа, оценивая опасность ситуации, перед тем, как медленно кивнуть.
– Хорошо, посиди здесь с Лизой, а я пока схожу, куплю мороженое, – она передала Генри своей спутнице:
– Ты что-нибудь будешь?
Лиза аккуратно усадила мальчика к себе на колени и покачала головой:
– Нет, спасибо.
– Хорошо, я скоро! – Ира улыбнулась и ушла.
Генри некоторое время смотрел ей вслед, потом перевел взгляд на жирафа, оценивающе разглядывая его, подняв бровь. Лиза мягко удержала мальчика от падения, когда тот слишком далеко наклонился в сторону вольера.
– Мне жаль, что тебе не понравились жирафы, – сказала она, – я думала, что тебе понравится.
Генри молчал, напряженно глядя на вольер, чтобы убедиться, что большое животное не подобралось ближе к нему. Лиза поняла, что больше ей сейчас нечего сказать, и просто сидела молча, пока не увидела, что Ира возвращается с двумя рожками мороженого.
– Можешь посидеть на скамейке, Генри? – спросила Ира.
Мальчик слез с коленей Лизы, сел рядом с нею и протянул руки, внимательно глядя на мороженое. Ира вручила ему рожок и села с другой стороны от Лизы, кусая свою ледяную сладость. Она смотрела на Генри, который облизывал мороженое, настороженно глядя на стоящего вдалеке жирафа.
– Почему мы едим мороженое? – внезапно спросила Лиза, чувствуя, что по горло сыта непониманием действий окружающих.
– Чтобы дать ему время приспособиться, – негромко ответила Ира, чтобы сын ее не услышал.
– А потом мы уйдем? – в замешательстве прошептала в ответ Лиза. – Я думала, что ему понравятся жирафы.
– Понравятся, – кивнула Ира, – он просто не ожидал, что они окажутся такими большими и такими настоящими. Иногда дети что-то придумывают, а потом, когда видят это в реальности, оно оказывается настолько другим, что они пугаются.
– Так, мы не уходим? – Лиза в замешательстве нахмурилась.
– Посмотрим, как пойдет, – ответила Ира, – он привыкнет.
– Я его расстроила. Лиза произнесла эти слова спокойным тоном, но Ира почувствовала, что она зла на себя.
– Он – ребенок, – ответила Ира, – он непредсказуем, порой он расстраивается. Иногда из-за глупостей. Иногда на ровном месте.
– Я хотела сделать для него что-то хорошее, – произнесла Лиза со вздохом, – но только напугала его.
Ира фыркнула:
– Не ты напугала его, а жираф. И, как я уже сказала, он – ребенок... такое случается.
– Но я хотела поступить правильно, – расстроено объяснила Лиза.
– Ты так и поступила, – ответила Ира, – но не всегда все идет так, как предполагалось. Главное – это намерения. Кроме того, – она усмехнулась, – смотри.
Лиза повернула голову и увидела, что Генри встал со скамьи и медленно, с написанным на лице любопытством, идет к вольеру с жирафами, продолжая облизывать свое мороженое. Андрияненко улыбнулась и посмотрела на Иру, тоже занимающуюся уничтожением пломбира.
– Ставлю десятку на то, что он расплачется, когда мы скажем ему, что пора идти домой, – улыбнулась Ира.
Лиза собиралась ответить, когда Генри повернулся к ним и хихикнул:
– Жираф! Смотрите!
_______________________________
Примечания:
[1] Риджентс-парк (англ. Regent's Park, то есть «парк регента») — один из главных королевских парков Лондона, раскинувшийся на площади в 188 га на границе между Вестминстером (к югу) и Кэмденом (к северу).
Среди основных достопримечательностей — Лондонский зоопарк (в северо-восточной части парка), частная резиденция посла США (бывший особняк Барбары Хаттон), Центральная мечеть Лондона и различные здания Лондонского университета.