Глава 21
Поднимаясь в гостиничном лифте на свой этаж, Лиза довольно улыбалась себе под нос – все шло очень хорошо. После беседы за обедом с Полиной, она чувствовала себя помолодевшей и готовой брать то, чего хочет – и к черту последствия. Она слишком долго жила в страхе перед тем, что может произойти, вместо того, чтобы жить полной жизнью и дать возможность случиться чему-нибудь хорошему. Ира согласилась поужинать с ней и, хотя там будет и Генри, так что это нельзя назвать свиданием, но это, безусловно, шаг в верном направлении.
Лиза дошла по коридору до своего номера, достала из портмоне ключ и открыла дверь, но стоило ей войти, как улыбка сползла с ее лица. Генри ревел, сидя на полу, слезы стекали по его красным щекам, невообразимый поток соплей скрывался, когда он шмыгал носом, а в остальное время капал на голую грудь. Лиза быстро закрыла за собой дверь, чтобы другие гости отеля не решили, будто тут кого-то убивают, и в ужасе уставилась на обычно милого мальчика.
Ира сидела на диване, отвернувшись от Генри, и небрежно листала журнал, будто ничего особенного не происходит. Лиза перевела взгляд с Генри на Иру, задаваясь вопросом, что случилось, и почему женщина игнорирует своего явно ужасно несчастного сына. А Генри уставился на Лизу так, будто она была брошенным ему спасательным кругом. Он нетвердо поднялся на ноги, плача и шмыгая носом, и протянул к ней руки.
– Генри Лазутчиков, не смей, – твердо произнесла Ира, даже не посмотрев на сына. Мальчик кинул на мать злобный взгляд и прокричал сквозь слезы нечто совершенно для Лизы неразборчивое.
– Сядь. Генри пару секунд с вызовом смотрел на Иру, и та повторила спокойно, но твердо:
– Сядь, сейчас.
Лиза наблюдала за этой тупиковой ситуацией, переводя взгляд с одного ее участника на другого. С громким воплем Генри шлепнулся на пол, будто его подстрелили, и снова принялся рыдать. Лиза поставила сумки и вошла в гостиную, по широкому кругу обойдя лежащего мальчика.
– Как прошел твой день? – Ира улыбнулась Лизе, будто ничего необычного не происходило.
Андрияненко удивленно моргнула, глядя на собеседницу:
– Ну, он... да, – она перевела взгляд на Генри, потом снова посмотрела на Иру, – он был... ну... что... что случилось?
Ира посмотрела на Генри, который все еще валялся по полу.
– Ну, сначала он капризничал во время медицинского осмотра, потом попытался ударить доктора, пока тот измерял его давление, затем он швырнул на пол свой полдник, после этого он опрокинул стул, потом он отказался принимать ванну, а теперь отказывается одеваться, – небрежно объяснила она.
– Он... плачет, – заметила Лиза, будто Ира сама этого не слышала.
– Да, уже некоторое время, – кивнула Ира, – и если он извинится, подойдет ко мне и скажет, что не так, мы сможем все исправить, но пока он отказывается это делать, так что у нас таймаут.
– Таймаут? – переспросила Лиза.
– Да, – ответила Ира, показав на ранее стоящий в столовой стул, который теперь находился у стены в гостиной, – он поступает не слишком хорошо, отказываясь сидеть на своем стуле таймаута.
Генри сел на полу и громко шмыгнул носом, глядя на расположившуюся на диване Иру и стоящую рядом с ней Лизу. Мальчик пытался справиться со слезами, глубоко дыша.
– Генри, пожалуйста, сядь на свой стул таймаута, – мягко произнесла Ира.
Сглотнув, мальчик посмотрел на Лизу, а потом медленно пополз к стулу, что заняло у него больше времени, чем было необходимо. Добравшись, он неторопливо встал и залез на стул.
– Сядь прямо, Генри, и посиди пять минут, пожалуйста, – спокойно произнесла Ира. Генри поерзал на стуле пару секунд, перед тем, как медленно сесть, сложив руки на груди, и надуться, вытягивая шею так, чтобы видеть обеих женщин.
Лиза села рядом с Ирой и негромко спросила:
– Что такое таймаут?
– Когда он очень расстроен, с ним невозможно иметь дело, – объяснила Ира шепотом, чтобы Генри не услышал, – он накручивает себя все сильнее, так что я устраиваю ему таймаут, – он должен сидеть на стуле без взаимодействия с кем-либо, без телевизора, без игрушек в течение пяти минут. Обычно к концу этого времени он успокаивается достаточно, чтобы объяснить мне, что его беспокоит, если, конечно, сам понимает причину.
Лиза кивнула:
– Я понимаю... Так, теперь он будет просто сидеть там?
– Да, – ответила Ира, – не смотри на него, он играет на публику, пытаясь заставить тебя его пожалеть.
Лиза повернулась к Ире:
– Мне действительно его жалко – все эти слезы, я думала, что он умирает.
Ира рассмеялась:
– Что бы ты сделала?
– Я не мать, – ответила Лиза, – но я бы не стала давать ему все, что он хочет, так как знаю, что это неправильно.
Ира усмехнулась:
– Трудно быть плохим парнем, но я продолжаю убеждать себя, что так будет лучше для него.
– Ты замечательно справляешься с ним, – признала Лиза, изо всех сил стараясь поддерживать зрительный контакт с Ирой, зная, что не может пока смотреть на Генри. – Ты знаешь, почему он это делает? – спросила она.
Ира задумалась на мгновение:
- Он через многое прошел, я думаю, он сыт по горло докторами и тем, что оказался заперт здесь. Думаю, он просто хочет вернуться домой, спать в собственной постели и играть со своими игрушками, понимаешь?
– Понимаю, – согласилась Лиза, рассеяно пощипывая кожу между большим и указательным пальцем.
Ира нахмурилась, глядя на руки Лизы.
– Могу я спросить, почему ты это делаешь?
Лиза опустила взгляд туда, куда смотрела Ира, и на ее лице появилось удивленное выражение, будто она только заметила, что делает это:
– О, ну... – она покраснела.
– Ты не должна объясняться, просто я заметила, что ты иногда делаешь это, когда мы разговариваем, – заметила Ира, – и это выглядит довольно болезненным.
Лиза тихонько вздохнула:
– Может быть, я могла бы объяснить все сегодня после ужина?
Ира кивнула, и с легкой улыбкой убрала одну руку Лизы от другой.
– Как прошел осмотр у доктора? Не считая того, что Генри пытался его ударить? – спросила Лиза, подавив усмешку.
– Это не смешно, – хмыкнула Ира, вспомнив, как крошечный кулачок врезался в грудь доктора, лишь немного помяв его халат, – он выздоравливает, доктора довольны его успехами. Судя по всему, в пятницу мы полетим домой.
Лиза кивнула:
– Это хорошие новости.
– Мама, я пить хочу, – проныл Генри.
Ира посмотрела на часы:
– Еще три минуты, Генри.
Лиза нахмурилась, и Ира усмехнулась, прошептав:
– На самом деле, он не хочет пить, он просто пытается разжалобить меня.
– Обманщик, – заметила Лиза, – нам стоит изменить планы на ужин?
– Нет, – Ира покачала головой, – он скоро придет в себя, ему только нужно успокоиться. О, и пусть сюрприз остается сюрпризом, пока его настроение не придет в норму.
Лиза кивнула:
– Хорошо, я пойду переоденусь и приму душ.
– Ладно, – улыбнулась Ира, – мы будем готовы к тому моменту, когда ты вернешься. Не волнуйся, он не будет таким в ресторане.
Лиза прошла мимо Генри, сумев избежать просительного взгляда мальчика, и удалилась в свою спальню.
***
Через сорок пять минут Лиза вышла из спальни, потратив слишком много времени на выбор наряда для предполагаемого обычного ужина. В конце концов, она выбрала простую бордовую рубашку, черные брюки, и ради удобства заменила туфли на обычные кроссовки с высокой подошвой. В гостиной Генри стоял на коленях на журнальном столике, одетый в стильные темно-синие джинсы, белую рубашку на пуговицах и свитер в серо-синюю клетку. Мальчик напевал какую-то песенку себе под нос и рисовал на листе бумаги, и Лиза уставилась на него, удивленная резким изменением поведения.
– Привет, Генри, ты очень модно выглядишь.
Малыш поднял на нее глаза и широко усмехнулся:
– Я – большой мальчик.
– Да, так и есть, – Лиза улыбнулась, задумавшись над тем, как Генри удалось столь быстро проникнуть в ее сердце.
– А большим мальчикам разрешают посещать хорошие рестораны, – раздался голос Иры со стороны спальни.
Лиза обернулась и почувствовала, как слова застряли в горле от вида Иры, одетой в красную обтягивающую юбку-карандаш и шелковую белую блузу. Женщина наклонила голову, чтобы надеть вторую сережку, волнистые светлые волосы красиво падали на лицо.
– Надеюсь, ты не возражаешь, что я буду в переделанной рабочей униформе? – улыбнулась Ира. – Я не захватила приличный наряд, а это выглядит достаточно пристойно, и без пиджака не слишком похоже на униформу.
– Ты выглядишь прекрасно, – Лизе удалось произнести эту фразу не слишком отвлеченно, хотя Ира как раз проходила мимо нее.
– Генри, обуйся, пожалуйста, – произнесла Ира, надевая свои рабочие туфли на шпильке, заставляя Лизу жалеть о том, что не выбрала схожую обувь.
Генри промчался мимо Андрияненко в спальню. Лиза оценивающе окинула взглядом стоящую к ней спиной Иру.
Через пару минут все трое вышли из отеля, направляясь к итальянскому ресторану. Генри держал обеих женщин за руки и оживленно болтал.
– Я буду макароны с сыром! – громко воскликнул он.
– Разве ты не хочешь попробовать что-нибудь другое? – спросила Лиза.
– Зачем? – нахмурился Генри.
– Чтобы узнать, не нравятся ли тебе другие блюда, – ответила Лиза.
– А что, если мне не понравится? – надавил Генри.
– А что, если понравится? – возразила Лиза.
– Но что, если нет? – продолжил спорить мальчик.
Ира рассмеялась и посмотрела на Лизу:
– Боюсь, что тебе не выиграть в этом споре.
– Посмотрим, – ответила та с улыбкой. – Генри, а если я закажу для тебя маленькую тарелку для дегустации, ты попробуешь новую еду?
– Нет, – Генри помотал головой и усмехнулся.
Лиза остановилась и опустилась на корточки рядом с мальчиком, чтобы заглянуть ему в лицо:
– Пожалуйста, ради меня?
Пару секунд Генри с любопытством смотрел на нее, прежде чем спросить:
– Но что, если они мне не понравятся?
– Ладно, – начала переговоры Лиза, – а если я закажу для тебя маленькую тарелку для дегустации и твои ужасно скучные обычные макароны с сыром? Тогда ты сможешь съесть их, если тебе не понравится то, что будет на тарелке для дегустации, хотя я думаю, что тебе понравится.
Генри задумался на секунду и кивнул:
– Хорошо.
Лиза встала и они продолжили путь. Ира смотрела на спутницу с очарованной улыбкой.
Ресторан оказался чудесно гармоничным, и Ира облегченно выдохнула, радуясь, что Лиза не притащила пятилетнего ребенка в высококлассное заведение. Итальянец в годах, которого Лазутчикова приняла за менеджера, встретил их в дверях и расцеловал Лизу в обе щеки, приветствуя ее на итальянском.
Андрияненко спокойно отвечала ему на том же языке, пока мужчина вел всех троих к столику с табличкой "зарезервировано". Стол этот находился в углу, вдали от основной группы посетителей, и был накрыт на троих, а вместо одного из обычных стульев стоял высокий детский стульчик. Мужчина поприветствовал Иру и пододвинул для нее стул, пока Лиза помогала Генри забраться на его сиденье.
– Я так понимаю, что ты бывала здесь и раньше? – улыбнулась Ира.
– О, да, – кивнула Лиза, принимая меню, поданное ей официантом, – я привожу сюда всех своих бортпроводников.
Ира подняла брови и одарила Лизу колким взглядом, впрочем, не переставая улыбаться. Лазутчикова открыла поданное ей меню.
– Мам, смотри, – Генри обратил внимание Иры на свои столовые приборы.
Лазутчикова опустила взгляд на стол и рассмеялась, повернувшись к Лизе:
– Приборы с жирафами? Серьезно?
Лиза нахмурилась и тоже посмотрела на стол, заметив, что на ручках маленьких ножа и вилки, лежащих перед Генри, были изображены жирафы.
– Сколь бы лестным не было ваше предположение, что все это устроила я, вынуждена признать, что столик заказывал Саймон и вся слава принадлежит ему, – улыбнулась Лиза.
– Он действительно хочет повышение, – усмехнулась Ира.
– Если это делает вас обоих счастливыми, то, возможно, он этого заслуживает, – произнесла Лиза, пристально изучая меню, чтобы не продолжать эту тему.
Подошедший к столу официант обратился к Ире:
– Добрый вечер, у нас есть карандаши и бумага, хотите, чтобы я принес их для вашего сына?
Генри радостно вскинулся, и Ира рассмеялась:
– Да, пожалуйста.
Через минуту официант вернулся с несколькими листами бумаги и пачкой карандашей, которую, подмигнув, положил перед Генри.
– Спасибо, – мальчик поблагодарил официанта, достал карандаш и принялся рисовать.
– Так, как прошел твой день? – спросила Ира, бросив на Лизу взгляд поверх меню.
За ужином дамы беседовали о рабочем дне Лизы и о том, как идет процедура банкротства. Андрияненко рассказала, что подозревает, будто у ее ассистента любовное увлечение кем-то в кафе, и женщины посмеялись над внезапным желанием Саймона пить сложные и длительные в приготовлении кофейные напитки, благодаря чему он мог дольше находиться в кафе. Генри время от времени вставлял в беседу свои фразы о жирафах, а еще о космосе, которым он недавно заинтересовался, но в основном о своем волнении, связанном с тем, что он поедет домой в пятницу.
– Только помни, – предупредила его Ира, – что тебе, скорее всего, придется сидеть одному на обратном пути.
– Я знаю, – со вздохом ответил Генри, понимая необходимость этого, но явно ей не радуясь.
– Вообще-то, – Лиза покачивала стаканом с вином, – он будет сидеть со мной.
Ира нахмурясь посмотрела на собеседницу:
– О чем ты говоришь?
Лиза улыбнулась:
– Я купила ему билет на место десять-К, на котором он был и в прошлый раз.
Генри счастливо завопил, а Ира кинула в Лизу кинжальный взгляд.
- Ты сделала что?
Лиза пару секунд колебалась с ответом, разрываясь между желанием отпраздновать данный факт вместе с Генри, и удивлением, связанным с тем, что Ира внезапно и без предупреждения превратилась из счастливой в разъяренную.
В этот момент подошел официант, чтобы убрать тарелки, и за столом установилась тяжелая тишина.
Как только мужчина отошел, Лиза заговорила снова:
– Я... Я купила ему билет, я подумала, что ты обрадуешься? Ведь это значит, что он будет сидеть впереди, где мы с тобой сможем приглядеть за ним.
Ира глубоко вздохнула и сжала челюсти на мгновение перед тем, как убрать салфетку со своих коленей и положить ее на стол:
– Я схожу в уборную, пригляди за Генри, пожалуйста, – резко произнесла она, прежде чем уйти.
Лиза, нахмурясь, наблюдала за разъяренным светловолосым штормом, скрывшимся за углом, а потом повернулась к Генри.
– У тебя проблемы, – пропел он с небольшой усмешкой.
– Из-за чего? – спросила Лиза.
Генри пожал плечами:
– Не знаю, мне пять.
– Как быстро ты используешь эту отмазку, когда нужно, – проворчала Лиза.
Женщина быстро достала из сумочки телефон, пролистала адресную книгу, выбрала нужный номер и прижала трубку к уху.
– Полин, мне нужен совет, – прошептала она, едва на той стороне линии ответили, коротко оглядевшись, чтобы убедиться, что ее никто не услышит.
– Разве у тебя сейчас не свидание? – вздохнула Полина.
– Да, но я что-то сделала не так, и она, бушуя, ушла в уборную, – Лиза кинула взгляд в ту сторону, чтобы убедиться, что Ира пока не возвращается.
– Что случилось? – спросила Полина.
– Я сказала ей, что купила для Генри билет домой, и она выглядела рассерженной, – ответила Лиза, тряхнув головой.
– Разве у него и так уже не было билета домой? – уточнила Хан.
– Да, но они посадят его туда, где будет место, и нет никаких гарантий, что он будет сидеть в первом классе со мной, – пояснила Лиза.
– Так, ты купила ему билет в первый класс? – переспросила Полина. – Сыну женщины, у которой множество долгов, и которая настолько лелеет свою гордость, что едва не остановилась в хостеле, лишь бы не принимать помощь?
– Де... – Лиза посмотрела на Генри, – ло. Дело решено, – исправилась она.
– Технично, – протянула Полина, – я так понимаю, парень рядом?
– Да, – подтвердила Лиза.
– И теперь ты понимаешь, что сделала не так? – надавила Полина.
– Да, но что мне делать теперь? – в панике воскликнула Лиза.
– Вам придется вдвоем разобраться с этим, – ответила Полина, – прости, дорогая...
Лиза заметила, что Ира возвращается, и выражение ее лица не сулит ничего хорошего:
- Полин, Полина! Полина!
Лиза посмотрела на телефон и обнаружила, что Хан повесила трубку.
Ира села на свое место, перевела дыхание и подняла один из рисунков сына.
– Отличная работа, Генри, – улыбнулась она мальчику, который ответил ей довольной усмешкой, радуясь похвале.
– Ира, я... – начала Лиза.
– Позже, – твердо отрезала Ира, – мы поужинаем, вернемся в отель и потом поговорим об этом.
– Но мы до... – Андрияненко попыталась еще раз.
– Лиза, – резко произнесла Ира, заставляя собеседницу замолчать, – считай, что это – мой таймаут, мне нужно время, чтобы успокоиться. Пожалуйста.
Лиза нервно выдохнула, боясь, что ее необдуманный поступок нанес непоправимый ущерб их отношениям, но внезапно Ира протянула руку через стол и мягко сжала ее ладонь. Подняв взгляд, Андрияненко увидела, как ее визави слегка натянуто улыбнулась.
– Все хорошо, я понимаю, почему ты это сделала, мне... мне просто нужно немного времени до того, как мы об этом поговорим. Но все хорошо.
– Мороженое? – спросил Генри, глядя на официанта, несущего тарелку, наполненную горой мороженого с фруктами, мимо их столика.
Лиза вопросительно посмотрела на Иру, и та медленно кивнула, прежде чем повернуться к сыну:
– Да, мы закажем мороженое, но только если ты пообещаешь сегодня лечь спать вовремя.
Генри молча рисовал.
– Генри, – вздохнула Ира, – ты обещаешь?
Со вздохом мальчик кивнул:
– Хорошо, но только если Лиза почитает мне перед сном.
На сей раз, Ира посмотрела на Лизу, задавая молчаливый вопрос, и та нервно кивнула, соглашаясь.
– Хорошо, но помни, что ты обещал, – произнесла Ира с улыбкой, слегка пощекотав мальчика.
Лиза, улыбаясь, наблюдала за парой, надеясь, что ее просчет можно легко загладить, потому что она начала понимать, что хочет много таких ужинов в своей жизни.
_______________________________