Глава 14
– Генри, может немного отодвинешь одеяло, чтобы было видно эти пластиковые трубки?
Ира потрясенно уставилась на мужчину:
– Прошу прощения?
Фотограф опустил фотоаппарат и ответил ей с дерзкой усмешкой:
– Ну, мы же не хотим, чтобы люди подумали, будто он просто валяется в постели и выглядит ужасно бледным? Мы должны показать читателям, что речь шла о жизни и смерти!
Ира повернулась к Генри, который нервно смотрел на фотографа, прижимая Кроху к груди.
– Слушайте, я согласилась на фото и маленькую заметку в журнале авиакомпании, а не на фотосессию со слезливой историей! – Ира сложила руки на груди и встала между мужчиной и кроватью Генри.
Фотограф рассмеялся:
– В журнале авиакомпании? Нет, они собираются придать историю гласности. Такая душещипательная мелодрама станет отличной рекламой.
– Я не на это соглашалась! – Ира попыталась еще раз.
– Что происходит? – тихий голос Лизы был властным и гневным, каким Ира его никогда раньше не слышала.
Фотограф обернулся и хмуро уставился на женщину, стоящую в дверном проеме:
– Вы кто?
Лиза проигнорировала его вопрос, глядя на Иру, которая явно была чем-то расстроена:
– Ты в порядке?
Ира неуверенно кивнула, но даже для Лизы было очевидно, что она вовсе не в порядке. Андрияненко повернулась к мужчине:
– Кто вы?
– Рик Маккой, – мужчина протянул Лизе свою визитку, которую та тщательно изучила.
– И зачем вы здесь? – Лиза нахмурилась и бросила взгляд на Генри, который все еще сидел, съежившись, прижимая Кроху к груди. Напуганный вид мальчика, видимо, распалил ее гнев.
– Делаю несколько снимков парня, простите, а вы кто? – снова спросил Рик.
– Вы собираетесь использовать эти фотографии в массовой прессе? – продолжила свой допрос Лиза.
– Да, – с насмешкой ответил фотограф, – именно этого хочет авиакомпания.
– Назовите свое контактное лицо в авиакомпании, сейчас! – потребовала Лиза.
Рик пробормотал нечто уничижительное о женщинах и вышел в коридор. Выражение лица Лизы тут же смягчилось, и она подошла к Ире:
– Что происходит?
Непролитые слезы блестели в глазах Иры, когда она отошла от постели Генри, чтобы прошептать Лизе:
– Я сглупила и заключила сделку с дьяволом, и теперь должна заплатить.
– Что ты имеешь в виду? – Лиза нахмурилась.
Ира вздохнула.
– Генри нуждался в этой операции, а здесь можно было сделать ее бесплатно, но я не могла себе позволить привезти его сюда, так что я обратилась к представителю авиакомпании с просьбой помочь мне в этом, а билет я бы оплатила потом с зарплаты. Они сказали, что разрешат ему лететь бесплатно, если я позволю опубликовать эту информацию в журнале авиакомпании – что-то вроде милой истории о помощи больному ребенку. У меня действительно не было выбора, так что я согласилась. А теперь заявился этот парень и хочет осветить лицо Генри ярким софитом, чтобы тот выглядел еще более бледным, чем есть на самом деле, и он только что заявил, что они собираются опубликовать эту историю в масс-пресс!
– И ты этого не хочешь? – уточнила Лиза.
– Нет! – прошипела Ира. – Генри не должен проходить через это, но я в тупике – если я скажу им "нет", то могу потерять свою работу, и тогда нам в жизни не вернуться домой!
– Позволь мне с этим разобраться, – предложила Лиза, повернувшись к коридору, откуда звучал голос Рика, разговаривающего по телефону, – у меня есть идея. Она не идеальна, но даст тебе больше контроля над ситуацией.
Ира посмотрела Лизе в глаза и кивнула:
– У тебя это получится лучше. Я, похоже, не очень хорошо справляюсь. Лиза быстро сжала руку Иры и вышла в коридор.
– Мама, я не хочу больше фотографироваться, – прошептал Генри.
– Я знаю, малыш, – шепотом ответила Ииа, присаживаясь на край кровати, – но, возможно, тебе снова придется быть смелым мальчиком для меня.
– Что делает Лиза? – спросил Генри, пододвинувшись, чтобы прижаться к матери.
– Я не уверена, – хихикнула Ира, – пытается исправить мою ошибку.
– Но, мама, ты не ошибаешься, – нахмурился Генри, прижимаясь ближе.
Ира поцеловала волосы сына:
- О, все мы порой ошибаемся, Генри.
Из коридора раздавались приглушенные голоса – недовольный Лизы и спорящий Рика, – но слов было не разобрать. Ира облегченно вздохнула, когда Лиза вернулась в палату.
– Он ушел, – сообщила Андрияненко.
– Но? – Ира была уверена, что Лиза чувствует, будто принесла дурные вести.
– Я не сказала им, кто я, только уточнила, что я друг. Подумала, что ты не захочешь, чтобы прозвучало мое имя, – заметила Лиза, улыбнувшись Генри, который сидел в своей жирафо-толстовке в объятиях матери и смотрел на нее.
– Спасибо, – Ира благодарно кивнула.
– Кажется, твой менеджер продал Краун Эйрлайнс идею, основанную на международной маркетинговой компании, которая создаст хорошую рекламу авиалиниям, – сообщила Лиза, – никакого упоминания об истории только для внутреннего пользования.
– Айрис... – пробормотала Ира и покачала головой.
– Однако думаю, я нашла приемлемый компромисс, – Лиза колебалась, – надеюсь, ты согласишься... Ира с надеждой смотрела на Лизу, которая села в ногах кровати Генри.
– Авиакомпанию не волнует, каким именно образом история получит огласку. Мистер Маккой собирался сделать несколько постановочных снимков и продать их тому, кто больше заплатит. Моя рекомендация состоит в том, чтобы встать у руля самой: выбрать журналистов, с которыми ты хочешь работать, рассказать им историю, окончательный вариант которой ты утвердишь лично, контролировать то, какие фотографии будут сделаны, и получить авторский гонорар, не отдавая его этому ужасному человеку.
Ира на мгновение задумалась:
– Так, – она нахмурилась, – они все равно получат свою рекламу?
Лиза кивнула:
– Да, это все, чего они хотят от сделки.
– Но я буду выбирать вариант истории и фотографии? – продолжила Ира.
– Именно, – кивнула Лиза. – Я могу связать тебя с несколькими уважаемыми внештатными журналистами – они напишут историю с парой цитат, сделают снимки и, когда ты одобришь результат, продадут статью в масс-пресс. Тогда ты получишь некоторый процент от прибыли, а не мистер Маккой загребет себе все.
Ира колебалась, и Лиза продолжила:
– Я знаю, что это не вопрос денег, но лучше, чтобы ты их получила после всего этого. Ради Генри.
– Мама, меня будут фотографировать? – спокойно спросил Генри.
– Не сегодня, Генри, – ответила Ира, и мальчик кивнул.
– Этот мужчина вернется? – продолжил расспросы Генри.
– Нет, – быстро ответила Лиза и улыбнулась, – он не вернется.
– Хорошо, – Генри улыбнулся.
– Генри, посмотришь телевизор, пока я поговорю с Лизой? – Ира заглянула сыну в лицо, чтобы убедиться, что он в порядке.
Когда мальчик кивнул, Лазутчикова усадила его и прикрыла их с Крохой одеялом.
– Мы будем сразу за дверью, – пообещала она, – если тебе что-нибудь понадобится, только позови.
– Хорошо, – кивнул Генри, уже целиком поглощенный мультфильмом.
Лиза встала и вслед за Ирой вышла в коридор. Женщины сели на скамейку для посетителей.
Ира мягко улыбнулась Лизе:
– Спасибо за это, я... я сейчас несколько растеряна. Не знала, что делать.
– Я понимаю, – Лиза кивнула.
– Нет, я не думаю, что ты понимаешь, – мягко прервала ее Ира, – именно поэтому я и предложила выйти. Чтобы должным образом все тебе объяснить.
Лиза закинула ногу на ногу и повернулась к Ире, которая наклонилась ближе к ней, так как разговор не предназначался для чужих ушей. Выражение лица Лизы было задумчивым.
– У меня... – Ира вздохнула, – у меня есть долги, как ты знаешь.
Лиза покраснела и начала извиняться, но Ира подняла руку, останавливая ее, и продолжила фразу:
– О долгах нелегко говорить, как и справиться с ними. Они заставляют тебя... чувствовать себя под ударом, нервничать, и из-за этого ты принимаешь решения, которые, скорее всего, не приняла бы, не будь у тебя долгов. Моя... моя жизнь началась не сказать, чтобы хорошо – приемные семьи, плохая компания, ошибки... Понимаешь?
Лиза кивнула, но больше из вежливости, чем действительно понимая. Ира продолжила:
– Генри – вся моя жизнь. Когда ему было шесть месяцев, я поняла, что он слишком тихий и малоподвижный, так что я собрала все деньги, которые у меня были, чтобы показать его доктору. Потом были анализы, еще доктора, снова анализы, процедуры, лекарства, и совсем скоро моя кредитка была опустошена, и я не могла себе позволить даже минимальные платежи. Но я не могла и перестать покупать ему лекарства, так что я завела еще одну кредитку, а потом еще одну, и еще. Я работала на трех работах и платила пожилому соседу, чтобы он присматривал за Генри, пока меня нет. Фактически, я видела сына только тогда, когда отводила его в больницу на прием.
Ира замолчала, пережидая, пока медсестра пройдет мимо, а потом вздохнула и продолжила свою историю:
– Затем я начала звонить по объявлениям. Знаешь, по тем, в которых говорится, что они помогут людям, находящимся в долгах, а в результате они лишь навешивают на тебя еще больше долгов? Так что, потом мои займы перевалили за верхнюю планку кредитных карт, которую я уже не могла себе позволить. Однажды я встретила эту женщину в парке – Мэри-Маргарет – она только что переехала в город со своим мужем. Она понравилась Генри, и мы разговорились, и давление ситуации просто догнало меня – я рассказала ей все, рыдая, как ребенок, на скамейке в парке. – Ира печально рассмеялась. – Мы стали друзьями, и через некоторое время она убедила меня переехать к ней и ее мужу. У них была свободная комната, а ее муж – пилот на дальних рейсах, так что Мэри-Маргарет было одиноко, и она хотела, чтобы кто-нибудь составлял ей компанию.
Ира поправила упавшую на глаза прядь волос.
– Дэвид – муж Мэри-Маргарет – убедил меня использовать навыки, полученные на работе в барах и поездах, для того, чтобы стать бортпроводником. Платили за это больше, и работа была более безопасной, так что... я последовала его совету и провела следующие несколько лет, работая на дешевую авиакомпанию. На мне все еще висели огромные долги, и приходилось оплачивать множество медицинских счетов Генри, но все было почти в порядке, понимаешь? Я могла справиться с этим. Я начала кое с кем встречаться – нерегулярные встречи, но она понравилась Генри, и нормально относилась к моему сумасшедшему рабочему графику. А потом Генри стало хуже. Доктора сказали, что ему нужна операция, которая будет стоить больше, чем я смогла бы заработать за всю свою жизнь, они сказали, что поставят его в очередь на операцию и, возможно, больничные юристы выработают для меня особый график выплат.
Ира вытащила из кармана платок и промокнула уголки глаз.
– Моя бывшая... ну, похоже, она не была готова к такого рода обязательствам, или причина в другом, но, как бы то ни было, она ушла от меня. Бросила меня по смс, если точнее, – Ира рассмеялась. – Я знала, что мне нужно больше денег, так что я подписала контракт с авиакомпанией, работающей на дальних рейсах, потому что за них больше платят. Дэвид устроил мне интервью на бортпроводника первого класса в Краун, так что я ринулась в учебу и, не знаю как, но я получила это место.
Выражение лица Иры стало отдаленным, будто она потерялась в воспоминаниях.
– Это случилось сразу после того, как я столкнулась с тобой в дьюти-фри. Мне позвонила Мэри-Маргарет и сказала, что Генри упал в обморок и она отвезла его в больницу. А я была в Лондоне, в сотнях километров от него, и знала, что должна отработать смену в первом классе, чтобы вернуться домой. Слава Богу за доктора Хоппера! Он увидел меня в аэропорту и заметил, насколько потерянной я была. Он сказал, что знает клинику, которая могла бы взяться за случай Генри. Доктор сделал несколько звонков, и ему ответили, что готовы осмотреть Генри немедленно – это, должно быть, сыграл один шанс из миллиона. Возможность провести операцию в одной из лучших больниц в мире! Как только Генри почувствовал себя достаточно хорошо для перелета, мы отправились в путь.
Ира вздохнула и посмотрела на Лизу.
- И вот я здесь. Мой сын выздоравливает после двух больших операций на сердце, и у меня нет ни одного доллара за душой, но есть огромные долги. У Генри теперь больше денег, чем у меня, с учетом тех монеток, которые ты дала ему, чтобы положить в копилку. Я просто думаю, что будет правильно объяснить тебе все с самого начала, чтобы ты знала – как бы плохо все ни было, я все равно справляюсь с этим самостоятельно. Я очень независима, и мне трудно принимать помощь, что, вероятно, связано с тем, что я была приемным ребенком.
Лиза кивнула, легко принимая историю Иры, и улыбнулась.
– Спасибо за то, что поделилась этим со мной.
– Спасибо за то, что разобралась с этим подлым фотографом, – Ира тихонько рассмеялась.
– Как дела у Генри? – спросила Лиза, нахмурясь. – Он сегодня выглядел расстроенным.
– Не считая того, что ему не понравился фотограф, ему стало лучше. Вчера он с удовольствием съел шоколадный пудинг, – Ира улыбнулась. – Его будут регулярно осматривать в течение недели, а потом, надеюсь, разрешат ему перелет домой.
Лиза кивнула, вытащила из кармана свой BlackBerry и быстро набрала сообщение.
– Саймон свяжет тебя с внештатными журналистами. Дама из авиакомпании, с которой я говорила, – Ирен, – работает в маркетинговом отделе, с ней тебе тоже нужно будет связаться.
– Хорошо, спасибо, – сказала Ира, – о, между прочим, как лучше добраться отсюда до Кингс Кросс?
– На метро, – ответила Лиза, подняв бровь, – пара остановок от Холборн. А почему ты спрашиваешь?
– Мы с Генри остановимся в хостеле на Кингс Кросс, – ответила Ира. – Завтра он будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы покинуть больницу, но еще недостаточно для того, чтобы нормально перенести перелет. Нам нужно освободить палату, так что мы остановимся неподалеку.
– Кингс Кросс – не лучший район Лондона, – серьезно заметила Лиза, – раньше он был кварталом красных фонарей, и некоторые части все еще недалеко от этого ушли.
Ира пожала плечами:
– Я исследовала хостел онлайн – фотографии выглядят неплохо, и отзывы хорошие, и у меня нет другого выбора.
Лиза покачала головой:
– Ира, нет ни малейшего шанса на то, что хостел на Кингс Кросс будет подходящим местом для Генри!
Ира мгновенно ощетинилась на менторский тон Лизы:
– Как я уже сказала, у меня нет другого выбора!
– Остановись в моем отеле, – просто ответила Лиза.
– И что это за отель? – Ира скрестила руки на груди.
– Хилтон. Он буквально в двух минутах ходьбы отсюда, – объяснила Лиза, – вам будет легко добраться до больницы на осмотр, и я могу ручаться за качество комнат и обслуживания.
– Ты хоть слово слышала из того, что я сказала? – Ира вздохнула со злой досадой. – У меня нет денег.
– Тогда позволь мне помочь тебе, – Лиза вытащила свой кошелек, и Ира раздраженно вскочила на ноги.
– Ты все никак не поймешь, да? – Ира покачала головой. – Я не хочу твоей благотворительности! Я сама забочусь о своем сыне.
– Ну, у тебя невероятно плохо выходит, – нахмурилась Лиза, – захудалый хостел в Кингс Кросс – не подходящее место для пятилетнего мальчика, выздоравливающего после операции.
– Прости, – Ира в шоке уставилась на Лизу, – ты... ты назвала меня плохой матерью?
Лиза на мгновение обдумала свою предыдущую фразу и кивнула:
– Да, полагаю, что так.
У Иры отвисла челюсть. Она уставилась на изысканно одетую женщину, сидящую перед ней.
– Ладно, с меня довольно, – заявила Ира, когда к ней вернулась способность говорить, – я хочу, чтобы ты ушла.
– Ушла? – нахмурилась Лиза. – Но что насчет...
– Мне ничего от тебя не нужно, Лиза, – твердо ответила Ира. – Я буквально излила тебе душу, но... ты просто не понимаешь этого. И ты только что назвала меня плохой матерью. Я хочу, чтобы ты ушла, и я не хочу, чтобы ты когда-либо снова подходила к Генри. Если наши пути пересекутся на борту самолета авиакомпании Краун, я буду действовать строго профессионально – но и только. Прощай, Лиза.
Ира резко развернулась и ушла в палату Генри, захлопнув за собой дверь.
***
Двадцать минут спустя Лиза ворвалась в свой офис и захлопнула за собой дверь так, что стена задрожала. Она швырнула сумку под стол, раздраженно стянула пальто и повесила его на крючок, села на стул и сердито дернула мышку, выводя компьютер из спящего режима.
Саймон вошел и закрыл дверь за собой:
– Что-то не так?
– Нет, – твердо ответила Лиза, – все в порядке.
– Ла-адно, – протянул Саймон, – просто ты чуть дверь с петель не сняла.
– Значит нам нужна дверь покрепче! – раздраженно ответила Лиза, продолжая просматривать электронную почту. – Зачем Терри снова хочет меня видеть? Я уже все сказала ему утром!
– Думаю, он хочет поговорить о чем-то другом, – осторожно предположил Саймон. Мужчина подошел к столу и опустился на стул для посетителей.
– Чего ты хочешь? – Лиза бросила на него взгляд и снова уставилась в экран.
– Как там Ира? – спросил Саймон.
Лиза явно ощетинилась:
– Ира абсурдна!
Саймон подавил улыбку:
– Ясно. Ты все еще хочешь, чтобы я передал ей данные тех внештатных журналистов?
Лиза уставилась на него:
– Конечно, почему бы мне этого не хотеть?
– Потому что она абсурдна? – предположил Саймон.
– Даже абсурдным людям нужны внештатные журналисты, Саймон, – серьезно ответила Лиза.
– Почему она абсурдна? – мягко спросил Саймон, подняв со стола Лизы анти-стрессовый мячик и принявшись его жамкать.
– Она хочет затащить Генри в отвратительную маленькую хибару! – заявила Лиза. – На Кингс Кросс! В-в квартал красных фонарей!
Саймон нахмурился:
– Разве он не слишком молод для этого?
Лиза безучастно посмотрела на него, и Саймон рассмеялся:
– Что ты имеешь в виду под «затащить его в хибару»?
– Они должны покинуть больницу, так что она везет его в какой-то... убогий хостел! – Лиза покачала головой, встала и принялась выхаживать перед большими окнами, выходящими на Саутэмптон Роу.
– Она использовала словосочетание «убогий хостел»? – осторожно уточнил Саймон.
– Нет, но разве бывают другие? – возмутилась Лиза.
– Ну, некоторые хостелы нормальные, – признал Саймон, – когда я переехал сюда из Йорка, то месяц жил в хостеле.
Лтза резко развернулась и уставилась на него:
– Месяц в хостеле?!
Саймон рассмеялся:
– Да, месяц в хостеле, как я уже говорил, некоторые из них нормальные. Если, конечно, ты не против того, чтобы делить с кем-то спальню.
– Делить? – уточнила Лиза.
– Да, хостелы не похожи на отели, там скорее большие комнаты в стиле спален, так дешевле.
– Приходится спать в одной комнате с другими людьми? – Лиза выглядела напуганной этой мыслью.
– Да, – ответил Саймон, – обычно по десять-тридцать человек в помещении. Конечно, мужчины и женщины отдельно.
– О мой Бог, – Лиза прижала ладонь к сердцу и прислонилась спиной к окну, – бедный Генри!
Саймон закатил глаза из-за того, насколько буквально Лиза его поняла:
– Лиза, Генри будет с Ирой. Они не поселят пятилетку с парнями, не волнуйся.
Лиза облегченно перевела дыхание:
– Ладно, но... все-таки... хостел!
– Отели в Лондоне ужасно дорогие, Лиза, – сказал Саймон, – должно быть, она не может себе позволить что-то другое. Хотя, по всеобщему признанию, Кингс Кросс все-таки несколько скверное местечко.
– Однажды я попросила таксиста срезать дорогу через Кингс Кросс, – глубокомысленно заявила Лиза, глядя в окно, – я видела, как мужчина мочился прямо на улице.
Саймон громко рассмеялся:
– Ну, я уверен, что это редкое явление.
– Я назвала ее плохой матерью, – пробормотала Лиза, прижавшись лбом к окну и глядя на улицу.
Саймон на мгновение закрыл глаза и вздохнул:
– Ты действительно использовала эти слова?
– Нет, – пробормотала Лиза, – я сказала, что у нее невероятно плохо выходит заботиться о сыне. А потом она спросила, назвала ли я ее плохой матерью, и я ответила «да».
– А потом? – со вздохом спросил Саймон.
– А потом она сказала, чтобы я ушла. Так что я ушла.
– Ты пыталась извиниться? – осторожно уточнил Саймон.
– Нет, она захлопнула передо мной дверь, – ответила Лиза, продолжая смотреть в окно.
– Ладно, – протянул Саймон, – а до этого что было?
– До этого? – нахмурилась Лиза. – Она рассказала мне, что у нее долги. Больничные счета Генри. О, и что она росла в системе приемных детей.
– Что-нибудь еще? – надавил Саймон.
– Не знаю, я расстроена, – ответила Лиза, все так же глядя в окно.
– Лиза, некоторые люди очень чувствительны, когда дело касается денежных вопросов. Когда ты сказала ей, что хостелы убоги, это, должно быть, расстроило ее, – заметил Саймон.
– Она разозлилась, когда я попыталась помочь ей, – вдруг вспомнила Лиза, – я достала портмоне, чтобы дать ей запасной ключ от моего номера.
Саймон нахмурился:
– Ты... Я... Почему?
Лиза посмотрела на него:
– Они должны покинуть больницу завтра, а я завтра возвращаюсь в Нью-Йорк. Я подумала, что они могли бы остановиться у меня в номере, пока меня нет.
– Вот ведь, – спокойно прошептал Саймон, и уточнил: – Ты ей это объяснила?
– О чем ты? – нахмурилась Лиза.
– Ты сказала «у меня есть номер в гостинице, можете жить в нем, пока меня нет в городе»? Или ты просто вытащила портмоне, заявив, что хостелы убоги? – Саймон поднял бровь.
– О. Саймон тяжело вздохнул.
Лиза несколько раз тихонько стукнула лбом по стеклу:
– Я так устала от этого, Саймон.
– Устала от чего? – мягко спросил мужчина.
– Пытаться понять людей. Бороться за то, чтобы они поняли меня. Это выматывает. Я пытаюсь поступать правильно, но, кажется, я просто не способна на это, – Лиза вздохнула, еще раз бросив взгляд на оживленную улицу, прежде чем отвернуться от окна. – Предоставь мисс Лазутчиковой данные журналистов, – формально продолжила Лиза, снова садясь за стол. – Передай ей, что я приношу свои извинения, и что больше я не побеспокою ни ее саму, ни ее сына.
– Лиза... – мягко начал Саймон.
– Спасибо, Саймон, – отрезала Лиза, возвращая свое внимание экрану.
Пару секунд Саймон смотрел на нее, потом бросил анти-стрессовый мячик на стол и встал. Мужчина быстро и тихо покинул кабинет, напряженно закусив губу.
_______________________________