Глава 8
– Все спят, – сообщила Ира, входя в помещение экипажа первого класса.
Белль кивнула:
– Замечательно. Генри в порядке?
Ира кивнула, начав перекладывать грязную посуду со столов в специальную тележку:
– Да, он просыпался один раз, но теперь, похоже, снова уснул.
_ Он восхитительный, – усмехнулась Белль, заполняя документы, – прекрасный ребенок.
– Спасибо, – с гордостью улыбнулась Ира, – мне очень повезло с ним.
– И он привязался к мисс Андрияненко, – заметила Белль с усмешкой.
– Да, – вздохнула Ира, – Генри такой болтун, боюсь даже подумать, что он успел ей рассказать!
– Ну, каждый раз, когда я проходила мимо них, все, что я слышала – это разные факты о жирафах, – улыбнулась Белль, – кроме того, мне показалось, что мисс Андрияненко хорошо поладила с ним.
Ира кивнула:
– Обычно Генри не привязывается так к людям, но по какой-то причине с ней он сразу сошелся. Я только не могу понять, она просто пытается быть любезной, или она действительно не против того, чтобы он сидел с ней. Знаешь, какими могут быть дети – потребуют чего-то, и некоторые люди просто не хотят говорить «нет».
– Она выглядела довольно счастливой, – ответила Белль с улыбкой, – и ты сказала, что она скормила ему огурец, так что она явно хорошо на него влияет!
Ира хихикнула.
– Я думала, что в обморок упаду от потрясения! Генри никогда не ел ничего зеленого. А теперь он спросил, сделаю ли я ему бутерброд с огурцом, когда мы вернемся домой!
Белль рассмеялась:
- Ахх, он такой милый. Хорошо, что у него было на что отвлечься, он должно быть боится операции.
Ира покачала головой.
– Нет, у него все прекрасно, а вот Кроха очень боится.
– Ах, – понимающе кивнула Белль, – бедный Кроха!
– Именно, – ответила Ира, – я бы хотела, чтобы он поговорил со мной, но в последнее время все больше и больше идет через Кроху.
– По крайней мере, у него есть Кроха, иначе ты могла бы вовсе об этом не узнать, – заметила Белль.
Айрис Винтер вошла в помещение экипажа первого класса и посмотрела по очереди на обеих бортпроводниц:
– Все пассажиры легли?
– Да, все спят, – ответила Ира.
– Как юный Генри? – спросила Айрис.
– Очень хорошо, он сейчас спит, огромное спасибо за то, что разрешили ему сидеть здесь, чтобы я могла присматривать за ним, – поблагодарила Ира.
Айрис кивнула:
– Это было логично, раз уж в твоем салоне были места. Мне позвонили из маркетингового отдела, они хотят взять у тебя интервью о Генри, и о щедрости компании, позволившей взять его с собой в Лондон.
– Ладно, звучит справедливо, – кивнула Ира.
– Еще они хотят фотографию Генри для статьи, – продолжила Айрис.
– Ладно, – Ира на мгновение задумалась, – у меня дома есть несколько хороших снимков, я могу прислать их.
– Я думаю, они хотят получить более свежие фотографии, – заметила Айрис, – может быть даже одно его фото после операции?
– Вы имеете в виду, в больнице? – спросила Ира, быстро уловив невысказанный смысл.
– Это хорошая идея, – произнесла Айрис так, будто ей в голову эта мысль не приходила, – и, конечно, несколько фотографий во время обратного перелета по пути домой, возможно с несколькими ключевыми членами экипажа – с капитаном, со мной, с прочими.
Ира быстро приклеила к лицу фальшивую улыбку.
– Да, конечно.
– Замечательно, я позвоню им и сообщу обо всем, как только мы доберемся до Лондона, – сказала Айрис. – Полагаю, ты хочешь остаться на дежурстве внизу на следующие пару часов?
– Да, я хочу быть поближе к Генри, – подтвердила Ира.
– Хорошо, я оставлю тебя и Шона здесь, не забывай следить за кнопками вызова экипажа также в салонах бизнес и эконом-класса, – напомнила Айрис и повернулась к Белль:
– Надеюсь скоро увидеть тебя в главном помещении экипажа.
Айрис вышла и задернула за собой занавеску. Белль чуть отодвинула ткань, и, убедившись, что женщина ушла и не сможет их услышать, повернулась и посмотрела на Эмму, стоящую с открытым ртом.
– Ты знала, что они собираются предать историю огласке до того, как они предложили бесплатный перелет? – спросила Белль, уже зная ответ.
– Нет, – горько произнесла Ира, – об этом они не упомянули.
– Звучит так, будто они хотят еще и превратить это в по-настоящему душещипательную историю с его фотографиями на больничной койке и всем таким! – Белль покачала головой. – Это все Айрис устроила!
– В смысле? – нахмурилась Ира.
– Все знают, что она уже некоторое время хочет получить место управляющего по маркетингу, – объяснила Белль, – наверняка она это придумала.
Ира вздохнула:
– Ну, у меня нет выбора. Я не могу себе позволить билет для Генри на перелет в Лондон и обратно. На мне так много кредитов, что ни один банк в Штатах не будет иметь со мной дел, все мои кредитки опустошены медицинскими счетами. Я нуждаюсь в помощи авиакомпании, и они это знают, так что мне придется просто смириться. Я и мечтать не могла о том, что наскребу достаточно денег, чтобы оплатить операцию, в которой Генри нуждается, но с помощью доктора Хоппера... ну, я не могу упустить такой шанс.
Белль подошла к Ире, положила ей руку на плечо и стиснула его, когда та подалась вперед:
– Самое главное, что Генри сделают операцию, которая ему нужна, и тебе не придется за это платить. Когда ему будет лучше, тебе понадобится только несколько месяцев работы в таком графике, чтобы расплатиться с долгами.
Ира улыбнулась:
– О, даже этот график не поможет мне расплатиться с долгами, я лишь смогу вернуться к своим кредитным лимитам. Я превысила их все и едва в состоянии производить минимальные платежи. Для полной отработки долгов мне нужно будет продержаться в таком графике восемь месяцев, только тогда я вернусь в границы максимальных лимитов.
– Ух ты, выходит, ты действительно глубоко завязла? – мягко спросила Белль.
– Да, – фыркнула Ира и тяжело вздохнула, – знаешь, когда твой ребенок в беде, ты что угодно сделаешь, чтобы помочь.
– Безусловно, – кивнула Белль, – у меня детей нет, так что я даже представить себе не могу, через что ты прошла, но я знаю, что на твоем месте поступила бы точно также.
Ира сделала глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, Белль отошла в сторону, заканчивая с делами.
– Мне лучше пойти, пока она не вернулась, – пробормотала Белль.
Ира кивнула:
- Хорошо, увидимся через пару часов!
***
Лиза резко проснулась и увидела перед собой Генри, пристально глядящего на нее. На мгновение она задумалась о том, почему видит его сквозь маску для сна, но потом поняла, что мальчик держит руку на ее лице – он приподнял маску, это ее и разбудило.
– Генри? – обратилась Лиза к мальчику, который в своей пижаме с длинным рукавом, разукрашенной жирафами, стоял на коленях на ее постели.
– Мы разобьемся, – торжественно сказал Генри, – а я не могу найти маму.
Лиза приподнялась на локтях и поняла, что самолет попал в зону турбулентности и трясется, слегка поскрипывая. Подняв взгляд на панель над сиденьем, она увидела, что горит табло «пристегнуть ремни».
– Мы не разобьемся, – с улыбкой успокоила она Генри, – я обещаю.
Самолет резко тряхнуло и Генри упал вперед на живот Лизы, но тут же поднялся и снова сел на колени рядом с ней, глядя на женщину практически с паникой в глазах. Андрияненко прижала подушку к задней стенке своего места, села и похлопала по простыне рядом с собой, приглашая Генри присоединиться, мысленно порадовавшись, что он такой маленький, и пространства хватит им обоим. Мальчику не нужно было предлагать дважды, он быстро заполз на кровать и сел рядом с Лизой, засунув ноги под ее одеяло.
– Мне страшно, – произнес он.
Лиза посмотрела на Генри, не зная, что ответить. Лихорадочно размышляя над тем, как успокоить мальчика, Андрияненко заметила какую-то выпуклость размером с флешку у него под футболкой напротив сердца. На мгновение, она уставилась на эту штуку, пытаясь понять, что это такое. Генри проследил ее взгляд и задрал футболку, чтобы показать медицинский прибор.
– Так доктор Фишер может узнать, когда я болею, – пояснил Генри, положив руку на выпирающую под кожей шишку с неприятным шрамом, которую окружал уже пожелтевший синяк.
– Я... Я вижу, – ответила Лиза и быстро опустила его футболку на место.
Самолет снова качнулся, и Генри вцепился в Лизу, крепко обняв ее за талию и положив голову на прохладный материал ее шелковой пижамы. Женщина обняла мальчика и в панике огляделась, пытаясь проснуться толком и придумать, что делать дальше.
Через некоторое время она предположила, что полезно будет отвлечь Генри, так что она вытащила газету из кармашка под иллюминатором, положила ее на колени и развернула. Мальчик смотрел на газету, пока Реджина лихорадочно просматривала страницу, пытаясь найти что-нибудь подходящее для пятилетнего ребенка.
– Что это за слово? – Генри ткнул пальцем в заголовок.
– Освенцим, – спокойно прочитала Лиза.
– Забавное слово, – сказал Генри.
– Да, это название места, – ответила Лиза и быстро перелистнула страницу, – о, смотри, Китай планирует инвестировать тридцать миллионов долларов в создание экономического коридора с Пакистаном.
Генри продолжал молчать, и Лиза мысленно пнула себя за то, что подумала, будто мальчик поймет хоть одно слово из этого заголовка. Она продолжила листать газету.
– Белый дом! – Генри восторженно ткнул пальцем в фотографию.
– Да, – с облегчением вздохнула Лиза, – а кто в нем живет?
– Президент, – спокойно ответил Генри, разглядывая картинку. – Мне нужно пи-пи.
Мальчик откинул одеяло, сполз в ноги кровати и оглянулся на Лизу:
– Пошли.
– Я? – женщина выглядела напуганной.
– Я не могу пойти один, – настойчиво пояснил Генри.
Лиза отложила газету, откинула одеяло и села рядом с мальчиком. Как только она поднялась на ноги, Генри протянул ей руку. Лиза взяла его за руку, и мальчик потащил ее к туалетам. Когда они проходили мимо помещения экипажа первого класса, Лиза быстро заглянула внутрь, чтобы проверить, нет ли там Иры, но помещение было пустым. Андрияненко вздохнула – она понятия не имела, были ли ее действия уместны, ведь технически она была для Генри незнакомцем.
Мальчик открыл дверь свободной рукой, продолжая другой держаться за ладонь Лизы, стянул с себя пижамные штаны и сел на унитаз. Андрияненко осталась в коридоре, деликатно отведя глаза, а рука ее, за которую все еще крепко держался Генри, была протянута в туалетную комнату.
Занавеска, отделяющая туалеты первого класса от салона бизнес-класса, поехала в сторону, и Лиза почувствовала волну холодного страха, скользнувшую по спине, когда появившаяся перед ней Ира нахмурилась в замешательстве.
Неловкая тишина висела в воздухе, пока Лиза паниковала, а Ира пыталась понять, что происходит. Лазутчикова задернула занавеску, заглянула в туалет, куда Андрияненко избегала смотреть, и увидела своего сына.
– Он не отпускает мою руку, – прошептала Лиза, надеясь, что Ира поймет, почему застала сына в столь компрометирующей ситуации с посторонним человеком.
Лицо Иры вытянулось:
– Мне так жаль, он вас разбудил?
– Он испугался турбулентности, – объяснила Лиза.
– Я не мог найти тебя, мама, – добавил Генри.
– Прости, Генри, я должна была позаботиться о маленькой девочке, которой стало плохо, – объяснила Ира, протискиваясь в маленький туалет.
Лиза старательно смотрела в противоположную сторону, слыша звук отрываемой бумаги, а потом свист смываемой воды.
– Генри, сейчас ты должен отпустить руку мисс Андрияненко, – произнесла Ира.
– Мы читаем газету на ее кровати, – ответил Генри, и Лиза затаила дыхание.
– Ну, это было очень мило со стороны мисс Андрияненко, – осторожно ответила Ира, – но ты не должен будить спящих людей.
Лиза почувствовала, как Генри разжал ладонь, и смогла отойти в сторону. Она повернулась лицом к туалету и уставилась в пол.
– Но я не мог найти тебя, и мне было страшно, – пожаловался Генри.
– Мне было не трудно, – вставила Лиза.
– Вы уже и так много сделали, – вежливо ответила Ира, – мне смертельно жаль, что он разбудил вас.
– Он действительно замечательный мальчик, – сказала Лиза с улыбкой.
– Мы с Лизой друзья, – заявил матери Генри, закончив мыть руки.
Ни Ира, ни Лиза не знали, что на это ответить, так что Андрияненко просто смотрела в потолок, пока Лазутчикова вытирала сыну руки бумажным полотенцем.
– Ладно, Генри, я уложу тебя обратно в постель, а потом мне нужно будет поговорить с мисс Андрияненко, – сказала Ира и подняла взгляд на Лизу, – я вернусь через двадцать секунд...
Лиза кивнула и, замерев, осталась стоять в коридоре, решив, что Ира хочет отругать ее за некорректное поведение по отношению к Генри, пока сама Лазутчикова, взяв сына за руку, вела его в салон. Как и обещала, бортпроводница вернулась через двадцать секунд и жестом предложила Андрияненко зайти в помещение экипажа, чтобы поговорить наедине. Лиза защитно сложила руки на груди, внезапно почувствовав себя не в своей тарелке – в пижаме, в помещении экипажа, разговаривающей с Ирой.
– Я так сожалею, – начала Ира.
Лиза, которая ждала выговора, удивленно посмотрела на нее:
– О чем вы сожалеете? – нахмурилась она.
– О том, что мой сын разбудил вас, забрался к вам в постель и заставил отвести его в туалет, – объяснила Ира, будто Лиза при все этом не присутствовала.
– Все в полном порядке, мисс Лазутчикова, – ответила Лиза, все еще хмурясь, не понимая, почему Ира за это извиняется.
– Я должна была быть здесь, – сказала Ира и со вздохом прислонилась к столу.
– Вы должны были работать, – ответила Лиза, – как я уже говорила, Генри – замечательный мальчик, я не возражаю.
Ира посмотрела на Лизу и улыбнулась:
– Спасибо, я действительно ценю это.
– Мисс Лазутчикова, – Лиза нервно повела плечами, – вы... вы так и не позвонили, после пятницы, и я... ну... я...
– Ах, да... визитка, – сказала Ира и сложила руки на груди, – слушайте, спасибо за то, что пытаетесь помочь, но в этом действительно... У меня все под контролем.
Лиза нахмурилась:
– Простите, я не понимаю.
– Консультация по вопросам задолженностей. Она мне не нужна, – объяснила Ира, – я не какая-то тупая блондинка, я могу сама разобраться со своими финансами.
– О, – выражение лица Лизы стало лишь еще более озадаченным.
Взгляд женщины дернулся слева направо, будто она пыталась разобраться, что имеет в виду Лазутчикова. Ира зачарованно наблюдала за собеседницей, которая явно изо всех сил пыталась понять, о чем она только что говорила. Когда Лазутчикова уже собиралась продолжить разговор, Лиза внезапно посмотрела ей в глаза:
– О! – она явно догадалась. – Я дала вам свою визитку, – просто пояснила Лиза.
– Да, – кивнула Ира.
Лиза вздохнула, теперь она выглядела досадующей на себя.
– Нет, я имею в виду, я дала вам свою визитку.
Ира растеряно смотрела на нее, и Лиза закрыла глаза и вздохнула:
– Я имею в виду, я дала вам свою визитку в надежде, что вы позвоните мне. Не для финансового совета.
– О! – воскликнула Ира, наконец, поняв, что ей пытаются сказать. – Вы... Вы хотели, чтобы я позвонила вам, позвонила вам?
– Почему вы повторили это дважды? – нахмурилась Лиза.
– Вы хотели, чтобы я позвонила вам, чтобы мы могли... поговорить неофициально, – уточнила Ира, начав осознавать социальную неуклюжесть Лизы.
- Да, – улыбнулась Лиза. Облегчение женщины от того факта, что ее наконец-то поняли, было буквально физически ощутимым.
– Вы приложили к ней стодолларовую банкноту, – заметила Ира.
– Это было неправильно? – Лиза снова нахмурилась.
– Ну, – Лиза вздохнула, не желая быть грубой, но зная, что должна объясниться, – обычно так не делают. Не приглашают кого-то на свидание и одновременно платят деньги...
– О, – Лиза снова опустила взгляд в пол, казалось, обдумывая эти слова, – о!
Она резко подняла глаза на Иру и прикрыла рот рукой, похоже, поняв свою ошибку:
– Я не думаю о вас так, будто... будто...
– Будто я проститутка? – пошутила Ира с улыбкой.
Лизу ужаснуло это предположение:
– Мне очень жаль, я не подумала.
– Все хорошо, я решила, что вы предлагаете советы по вопросам задолженностей, – ответила Ира.
– Что тоже считалось бы грубым? – произнесла Лиза полувопрос-полуутверждение.
– Ну, некоторые люди могли бы посчитать это грубым, если они не просили совета, особенно, основанного на беседе, которую советчик не должен был услышать, – заметила Ира.
Лиза кивнула, выслушав ответ:
– Ясно.
Ира наблюдала, как Лиза нервно прикусила губу, а взгляд ее бегает по помещению, будто она обрабатывает полученную информацию.
– Я приношу свои извинения, – наконец, сказала Лиза, – за этот просчет, со мной такое часто случается.
Ира успокаивающе улыбнулась, поняв, что Лиза не хотела ее обидеть:
– Не стоит извинений.
Несколько секунд Лиза молча смотрела на Иру, прежде чем снова заговорить:
– Так?
– Так? – переспросила Ира, не понимая, чего от нее хотят.
– Я... оставила вам свой номер... – напомнила Лиза.
– О... О! – Лиза внезапно поняла, что Лиза приглашает ее на свидание, – о, я...
Лиза улыбнулась:
– Ясно, я понимаю, простите, что побеспокоила вас, – она начала поворачиваться к выходу.
– Нет, постойте, – Ира сделала шаг вперед, и Лиза остановилась, подняв на нее взгляд, – я... У меня сейчас трудный период. Генри... Он очень болен.
– Я догадалась, – призналась Лиза.
– Он на первом месте, и у меня нет времени на кого-либо еще в моей жизни, я не отказываю, я... Просто в данный момент много всего происходит, и у меня действительно нет времени на кого-то еще, – объяснила Ира с печальной улыбкой.
Лиза широко улыбнулась, но Ира видела, что это лишь показуха.
– Я понимаю, что Генри, конечно, будет для вас на первом месте, я сожалею о неразберихе с визиткой... Я действительно не хотела вас оскорбить.
Ира кивнула:
– Спасибо за объяснение.
– Я... вернусь ко сну, – сказала Лиза, махнув рукой к выходу в салон.
– Могу я принести вам что-нибудь? – профессионально спросила Ира.
– Нет, спасибо, мисс Лазутчикова, – ответила Лиза со слабой улыбкой, выходя из помещения экипажа.
Ира расслабленно осела на стол и закрыла глаза, думая о том, что после этого перелета операция на сердце понадобится не только Генри.
_________________________________