часть 67
Утром парень открыл слипшиеся от слёз глаза. Веки были тяжёлыми, будто их склеили чем-то вязким, и на мгновение ему даже показалось, что он просто не сможет их поднять. Внутри было пусто. Не больно, не страшно,просто пусто, как будто из него вытащили всё живое и оставили только оболочку.
Он нащупал телефон рядом с собой. Яркий экран больно ударил по глазам, заставляя поморщиться и отвернуться.
Восемь утра.
Всего два часа сна. Если это вообще можно назвать сном.
Телефон в руке завибрировал, и это движение будто вернуло его в реальность. Входящий звонок был от Паши.
Антон резко сел на кровати, будто его кто-то толкнул. Сердце на секунду сбилось, а потом забилось быстрее, отдаваясь глухими ударами в висках.
— Да? — голос прозвучал хрипло.
— Антон, я приехал. Спускайся.
Голос Паши был ровным. Слишком ровным. Без привычной улыбки,без эмоций,и от этого становилось только страшнее.
Связь оборвалась.
Антон медленно опустил телефон, уставившись в одну точку. Это не сон,не кошмар, от которого можно проснуться. Это происходит на самом деле. С ним. Сейчас.
Он провёл ладонями по лицу, пытаясь прийти в себя, но внутри только сильнее сжало. Хотелось обратно,в сон, в тишину, в момент, где ещё ничего не случилось. Но назад уже нельзя.
Надо было вставать.
Он опустил ноги с кровати,они казались ватными, тяжёлыми, будто не его. Каждый шаг давался с усилием, словно он шёл сквозь воду. Дверь тихо скрипнула, когда он вышел в коридор. В доме было слишком тихо. Пугающе тихо.
Спускаясь по лестнице, он на секунду задержался, вцепившись в перила. Внутри всё сжалось. Он не хотел слышать. Но ещё больше — не знать.
Паша сидел на кухне за столом с чашкой кофе. Казалось, он здесь уже давно. Одежда помята, взгляд тяжёлый, уставший. Он выглядел так, будто ночь для него не заканчивалась.
Антон остановился в дверях, просто глядя на него. В этот момент стало окончательно ясно,всё правда.
Он подошёл и тяжело опустился рядом.
— Выглядишь неважно — сказал Паша, мельком осматривая его.
Антон едва заметно усмехнулся.
— Ты тоже.
И это было даже не шуткой. Они оба выглядели так, будто их выбросило после шторма, и они до сих пор не поняли, как остались живы.Паша ничего не ответил. Только сжал чашку крепче, потом тяжело выдохнул, будто собирался с силами.
— Арсения вчера избили.
Слова повисли в воздухе.
Антон не перебил. Он вообще не шевельнулся. Только внутри что-то резко оборвалось.
— Он написал мне..где он. И я сразу поехал — Паша говорил медленно, с паузами, словно каждое слово приходилось вытаскивать через силу.
— Нашёл его возле заброшек,избитого. В крови.
У Антона в груди что-то сжалось так сильно, что стало трудно дышать. Перед глазами вспыхнула картина, которую он не видел,но она была слишком яркой.
— Я успел. Отвёз его в больницу. Его сразу прооперировали... был удар ножом. Пришлось зашивать рану.
Антон опустил взгляд в стол. Пальцы сами собой сжались в кулак.
— Сейчас состояние тяжёлое — продолжил Паша уже тише.
— Врачи говорят, нужна ещё одна операция. Рана серьёзная.. да и не только она. По всему телу гематомы, повреждения.
Каждое слово било точно в цель.
Антон сидел, слушал,и чувствовал, как внутри всё рассыпается на мелкие осколки. Его человек. Его. Сейчас лежит там, один, израненный,и он не рядом.
Ему хотелось сорваться, бежать, уехать куда угодно, лишь бы быть там. Увидеть и убедиться, что он дышит.
— Когда я смогу к нему приехать? — тихо спросил он.
Паша резко поставил чашку на стол. Звук прозвучал слишком громко в этой тишине.
— Не знаю. Когда ему станет лучше.
И снова тишина.
Они сидели рядом, но как будто в разных мирах. Оба думали об одном и том же, просто по-своему. Паша,с тяжестью ответственности и злостью. Антон,с болью, которая разрывала изнутри.
— Ты понимаешь, как ему повезло? — вдруг сказал Паша, не глядя на него.
— Ещё немного...
Он не договорил.
Антон сглотнул, чувствуя, как в горле встаёт ком.
— Ты знаешь, кто это сделал? — спросил он почти шёпотом.
Паша медленно поднял взгляд. В нём было что-то тёмное, тяжёлое.
— Нет.
Мужчина сделал паузу,а после неё глубокий вдох.
— Но я найду их.
Он сжал кулаки так, что побелели костяшки.
— И они за это ответят.
Антон на секунду закрыл глаза. Он понимал эту злость. Сам чувствовал её где-то глубоко внутри, но сейчас она была слабее боли.
Паша резко встал из-за стола, отодвинув стул.
— Мне нужно обратно в больницу.
Он не стал ждать ответа. Просто вышел, оставив после себя тишину.Дверь захлопнулась.Антон остался один.
Он не сразу встал.Он сидел, глядя в одну точку, будто надеялся, что сейчас всё это исчезнет. Что это просто плохой сон. Но ничего не менялось.
В доме было слишком тихо. И эта тишина давила сильнее любых слов.
Он медленно провёл рукой по лицу, задержался пальцами на губах,покусанных, с зажившими и новыми ранами. Даже этого он не помнил. Не помнил, когда сделал себе больно.
Сейчас хотелось только одного.
Быть рядом.
Обнять его. Осторожно, чтобы не сделать больно. Сказать, что он здесь. Что всё будет хорошо. Что он никуда не уйдёт.
Антон резко поднялся.
Сидеть на месте больше не было сил.
Да, его не пустят сейчас. Да, он не сможет ничего изменить прямо сейчас. Но это не значит, что он будет просто сидеть и ждать.Он пойдёт.Он будет рядом. Хотя бы там, где сможет.
Потому что если есть хоть малейший шанс быть ближе — он его не упустит.
Антон взял телефон, на секунду сжал его в руке, словно собираясь с мыслями.
И тихо, почти неслышно, будто это могло долететь через расстояние, сказал
— Держись... я скоро.
И впервые за всё это утро внутри, сквозь боль и пустоту, появилось что-то ещё.