Скарлетт/Чимин
Карли
Я испытываю облегчение, что осталась. Встреча с Чонгуком меня не пугает, но если выбирать, то я предпочту остаться здесь и ждать возможности надрать Леро задницу. Встреча с Чонгуком добром не кончится, а дразнить его и навлекать на себя неприятности мне совсем не хочется. Это может подождать до другого раза.
Чимин уходит. Я смотрю ему в след, замечая его попытки не смотреть в ответ. Это забавляет меня. Перед уходом я собиралась сказать ему что-то грязное, что-то после чего он не перестанет думать до самой нашей встречи, но наблюдая за ним сейчас я понимаю, что это лишнее, его мысли и так полны ожиданиями на эту ночь.
Температура упала на несколько градусов с тех пор как мы ужинали на пляже. Когда выстрелы затихают и криков больше не слышно, становится умиротворенно, а звёзды... Никогда не видела, чтобы они сверкали так ярко. Лёгкие волны раскачивают яхту, но я стараюсь перебороть себя, свой страх. Прикосновения Чимина, его голос, охватывают меня тёплой магией, доверия к нему, словно его незримое присутствие накладывает печать безопасности.
Ещё какое-то время я остаюсь внизу, крепко сжав пальцы вокруг металлического ограждения и глядя на водную гладь, в которой отражаются огни вдоль всего побережья. Я думаю о Чимине и почему-то улыбаюсь, чувствуя себя при этом невероятно глупо. Чимин не тот человек, о котором я должна столько думать, но по невообразимым и причинам я продолжаю это делать, надеясь на что-то в долгосрочной перспективе. Но я точно знаю: долго и счастливо – это точно не про нас. Тем не менее я с готовностью согласна принять каждую секунду, которая у нас может быть.
Мысли о Чимин, о том, что у нас может быть, делают меня мягче, сглаживая каждый острый угол, который во мне есть. Я впервые в своей жизни вот так запросто прыгаю навстречу чему-то безрассудному, вверив свою судьбу человеку способному отнять ее у меня, не моргнув и глазом. Контроль над собой, над моей жизнью, утекает промеж пальцев точно горячий песок... И меня пугает насколько быстро это происходит, но в тоже время я чувствую себя так, словно впервые за долгие годы моя жизнь течёт в правильном русле.
Тишина умиротворяет, ослабляя инстинкты. Я не понимаю, как так вышло, что я не смогла услышать шаги прямо позади себя. Мысли в голове оказались достаточно громкими, заглушая происходящее вокруг. Угроза казалось отступила, и это стало моей виной, расслабиться не доведя дело до конца. И я поплатилась за свою ошибку в тот самый миг, когда что-то тяжёлое коснулось моей головы, отправляя меня в пустоту...
Прошло какое-то время, не знаю точно сколько, прежде чем я очнулась. Я застонала от головной боли раньше, чем открыла глаза или почувствовала себя скованной верёвками. Затем я услышала гудение мотора и шум волн, и осознание, что мы находимся посреди океана, прокололо меня с силой тысячи игл. Никто не стал заморачиваться и меня привязали прямо там, к тому же ограждению, где я стояла в последний момент, который помню. Инстинктивно я постаралась выпутаться, но каждое движение давалось с трудом. Впрочем, в моём положении я могу бежать отсюда лишь прямиком навстречу смерти.
Судя по всему, моё шевеление привлекло внимание человека, по чьей вине я оказалась в заключении. Я слышу шаги, затем вижу ноги, оказавшегося достаточно близко, чтобы я могла разглядеть дорогую кожу дизайнерской обуви. Я поднимаю голову, встречаясь взглядом с одним из людей, близких Леро, являющимся его телохранителем. У Леро всегда были странные особо доверительные отношения со своей охраной, но подозрений это не вызывало. Казалось, Леро просто нуждается в общении или компании, которую он делил с ними. Сандро и другой парень постоянно ошивались в баре, и она оба были придурками. Я была слишком сосредоточена на Леро, но никогда не думала о его подельниках.
- Здравствуй, Рори... - сказал он хрипловатым голосом, опустившись на корточки рядом и подставив дуло пистолета к моему подбородку. - Или как мне лучше тебя называть? Может твоим настоящим именем, Скарлетт? Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя мафиозной продажной шлюхой? – выплюнул он, больно вдавливая оружие мне в кожу. Он говорил так, словно моя тайная жизнь стала его личной трагедией.
Я сжимаю челюсть, подавляя желание убить его на месте. Но я сейчас не в том состоянии, чтобы суметь дать отпор. Моё тело очень слабое, голова кажется невероятно тяжёлой, а в ушах ужасно шумит. Не удивлюсь, если помимо прочего мне вкололи что-то из-за чего я так себя чувствую.
Я несколько раз подавала выпивку Леро, когда он был с Сандро в его кабинете. В комнате каждый раз становилось очень тихо с моим присутствием. Они предпочитали обсуждать дела исключительно наедине, поэтому как правило мне приходилось делать всё слажено и быстро, иначе Леро начинал орать, чтобы я пошевеливалась. Сальные взгляды Сандро не были редкостью, он то и дело пытался кого-нибудь облапать. А привилегированное положение в стенах бара дозволяло ему многое на что Леро закрывал глаза. Сандро часто отпускал неуместные шуточки и намеки, которые я предпочитала не замечать. Мой «долг» перед мафией, к счастью не позволял мне опуститься ниже работы в баре, по этой причине Сандро не имел доступа в мою постель по его собственной прихоти. Но многозначительные взгляды в мою сторону время от времени намекали насколько ему хотелось бы это исправить. Однако это касалось не одну меня.
Сандро привлекателен, этого нельзя отрицать. Вселенная наградила этого мужчину краснотой и обаянием лишь для того, чтобы ее обманчивость могла наполнять токсичностью и опасностью жизни других. Девушки с лёгкостью доверяют ему, идут на контакт, но осознание и последствия нанесённого ущерба его гнилой личностью настигают слишком поздно, когда урон уже необратим. Впрочем, возможно поэтому лёгкая добыча никогда не прельщала его с тем же удовольствием, кое доставляла дикая охота. Недосягаемость и недоступность возбуждают его и без того испорченное нутро. Его опасность мне не угрожала и все же я старалась его остерегаться.
Мои руки связаны. Крепко, так что пальцы почти занемели. Я пытаюсь высвободить их, но продолжаю просто травмировать кожу трением верёвки. Оружия у меня больше нет. Сандро знал о нём и решил предусмотрительно от него избавиться. Но помимо очевидных способов защитить себя у меня также имеются и неочевидные. Например, скрытые выдвижные шипы в обуви, или крошечный резак спрятанный в браслете. Иногда такие мелочи способны спасти жизнь.
Лёгким движением пальцев, я освобождаю резак и пытаюсь перерезать верёвку. Но это не быстрая задача, из-за толщины верёвки и размера инструмента. Главное не позволить онемевшим пальцам выронить мой единственный шанс на спасение. В спину дует ветер, а шум воды опасно будоражит нервы. Мне все время кажется, что ограждение внезапно ослабнем и меня выбросит за борт, где я обрету вечную свободу. Страх затягивает душу в тугой узел, но я стараюсь, борюсь с ним изо всех сил.
- Что ты мне дал? – спросила я с несколько заплетающимся языком, отчасти намеренно, пусть видит меня беспомощнее, чем есть на самом деле, в какой-то момент, это может помочь. – Ты ведь дал мне что-то, не так ли?
- Что-то, что позволит тебе расслабиться, солнце... - свободной рукой он погладил меня по волосам, и я инстинктивно постаралась отпрянуть, но у меня нет на это много сил.
- Чего ты хочешь, Сандро? – продолжаю я свой допрос, пусть и не очень бодро.
Рука Сандро ложится мне на колено.
- Многое, - отвечает он, внезапно убирая оружие от моего лица. Наверное, не увидел в моём состоянии ничего угрожающего. – К счастью у нас есть куча времени разобраться во всем по порядку. Не торопясь...
Кончики его пальцев касаются моего лица, убирая выпавшие пряди волос за ухо. Я морщусь от неприязни, но большего сделать не могу. В его глазах видится похоть, грязь от которой я вряд ли себя отмою.
- Когда я с тобой закончу, ни один мужчина, даже самый павший, не захочет связываться с тобой...
Я наблюдаю как его пальцы медленно продвигаются выше. Его прикосновения кажутся мерзкими, и мне хочется сбросить его руку как налипшую грязь. Но я жду, выжидаю, когда его лицо приблизится к моему достаточно близко, пока в определённый момент не делаю замах головой и бью лбом в нос Сандро. Получается несколько небрежно, мне приходится использовать всю силу, из-за чего в последствии мою голову пронзает очередной приступ боли, но вид крови, сочащейся из ноздрей делает эту жертву стоящей того. Это всё что я смогла сделать, учитывая то с каким усердием я стараюсь поскорее перерезать веревку, не вскрыв себе вены. Я уверена, мои запястья будут исполосованы маленькими ранками, но такова цена свободы.
Я слабо рассмеялась зная, что моя выходка не останется безнаказанной.
- Сука, - кричит Сандро, и его лицо приобрело менее привлекательные черты, искаженные болью, ненавистью и некоторым уродством, выдающим его истинное нутро.
Для меня не оказалось неожиданность, когда всплеск его ярости пришёлся кулаком по моей скуле, так же зацепив часть подбородка. Мою голову отбросило в сторону, а звёзды в глазах засияли ярче, чем огни на рождественской елке. Я почувствовала боль в губе и привкус железа из-за выступавшей крови. И это все ещё стоило того.
Сандро резко берет мое лицо в свои руки, оставляя кровавые мазки на моей коже. Под давлением его пальцев боль в скуле усиливается, и я стискиваю зубы, отказываясь показывать эту слабость. Губы мужчины искривляются в жёсткой улыбке.
- Для меня стало бы полным разочарованием, поступи ты иначе. - Он склоняется над моим, шёпотом приговорив: - Иногда приятно, когда они сопротивляются...
То отвращение, нахлынувшее на меня с его откровением может сравниться разве что с ненавистью, которое я испытала к этому человеку.
- Может, тогда не стоило так накачивать меня? – прошипела я.
Улыбка Сандро стала ещё шире и куда более опаснее, если это вообще возможно.
- Это для общего блага. От тебя стоит ждать проблем, - большой палец его руки гладит мою щеку, касаясь огрубевшей кожей. – А эффект не продлится вечно. Он пройдёт, когда мы будем на безопасном расстоянии.
- На безопасном расстоянии от чего? От смерти? Тогда тебе стоит знать, что Чимин и Чонгук быстрее смерти...
Мои слова лишь позабавили Сандро.
- На твоём месте я бы не полагался на них так сильно. Думаешь им есть дело до какой-то маленькой шлюшки вроде тебя?
Яд его слов не трогает моего лица, в отличии от покоя моих мыслей нарушенного словами Сандро. Я не могу вообразить себе ни одной причины почему Чимин должен все бросить и пуститься в след за мной. Горит ли та искра между нами достаточно сильным поводом для этого? Есть ли в этом какой-то смысл? Возможно он решит, что я бросила его, предала его веру, спасаясь вместе с Леро. Звучит глупо. Но не увидев ни меня ни яхту на том месте, где он нас оставил, первые выводы могут оказаться поспешными и недостаточно разумными. Чимин пытался уверить меня в своем доверии, но я не могу рассчитывать, что оно достаточно крепко.
Я не уверена насколько на самом деле Сандро известно обо мне и моей роли под временным покровительством Чонгука. Не думаю, что он знает обо мне, о той личности, ставшей истинной причиной почему я оказалась в таком положении. Пусть лучше считает меня их шлюхой, так мои шансы на спасения значительно возрастут, потому что так он вряд ли сможет ожидать от меня чего-то грандиозного.
- Я никогда не полагаюсь на кого-то, тем более на мужчин. Я в силах сама позаботиться о себе.
Сандро сильнее сжимает пальцы, скопляясь ещё ко мне ещё ближе, пока между нашими носами не остаётся ничтожно маленькое расстояние. Мои слова он не воспримет всерьёз, вероятно считая меня слишком гордой, упрямой, а также слабой для отрицания его противоречащего мнения, сложенного обо мне.
- Мы будем плыть несколько дней, отрешённые от мира, брошенные посреди целого океана прежде чем найдём пристанище в безопасном месте. Как думаешь, как сильно я тебя сломаю прежде чем твоё мнение изменится?
- Наверное, тебе не терпится это выяснить... - уклончиво отвечаю я.
Сандро не отвечает. Он разжимает пальцы и отстраняется на несколько шагов назад. Его лицо несёт победоносное выражение, но уже не столь уверенное как, то было в самом начале. Что-то поколебало его решительность. Возможно, мои слова звучат как вызов, и я обрекаю саму себя на всю ту жестокость на которую Сандро способен, но это на тот вид страха которому я с лёгкостью поддамся.
Сандро мог бы сказать что-то ещё или в худшем случае сделать, если бы голос со стороны рубки не нарушил его намерения.
- Сандро, чего ты там с ней возишься. Леро просит обезболивающие, дай их мать его ему.
Сандро поморщился, косясь в сторону говорящего издав тихий раздражённый рык. Второй телохранитель, имел ровно те же права, какими обладал Сандро, не смотря на их значительную разницу в возрасте, только старший часто пренебрегал этим правилом и брался всякий раз упрекать, ворчать на Сандро или что-то ему приказывать. Из-за этого между ними двумя часто висело своего рода напряжение, и иной раз казалось, что один из них в один момент не выдержит и прикончит другого.
- Леро жив? – спросила я, не веря, но ответить я Сандро не дала, тут же продолжив: - Ну конечно. Ублюдки вроде вас живучие, как клопы. От вас невозможно избавиться...
- Сиди здесь. Я скоро вернусь.
- Как скажешь, - услужливо отвечаю я, подкрепляя слова натянутой улыбкой, взбесившей Сандро ещё больше.
Я отворачиваюсь, не дожидаясь его ухода, слышу лишь звуки шагов все дальше и дальше удаляющихся от меня. В груди неприятно болит. Сейчас я могу рассчитывать только на себя.
Чимин
Сейчас темно, и эта тьма сгущаетесь по мере того как далеко от берега мы отдаляемся, и она ложится чёрной тучей на мои плечи. Мне тяжело поверить, что Карли пропала по собственному желанию. Если яхта и отчалила с ней на борту, то только потому что кто-то принудил ее к этому. При условии, что она жива, а ее тело навечно не отдано океану... Но даже мысли об этом пробуждают во мне злость.
Я не знаю кто это сделал, потому что мы не осматривали яхту и не знаем о скрытых пассажирах подобно крысам, затаившимся внутри или быть может поблизости. И это моя вина по отношению к Карли. У меня нет никаких догадок о том, кто этом мог сделать, но если люди Зейдена хоть как-то в этом замешаны, то его семья и бизнес навсегда исчезнут с лица Земли, я лично позабочусь об этом. Они также могут попытаться выменять ее на Зейдена, и я не могу быть уверен, что Чонгук с готовностью согласится на обмен.
Голос в голове тихо нашептывал, что Карли сама могла организовать это, бросившись на яхте Леро в неизвестность, навстречу новой безопасной жизни. Она уже позаботилась, чтобы о местонахождении ее брата и Аниты не было ничего неизвестно, не говоря уже о Кори скрывающемся неизвестно где. Других родственников, по крайне мере близких у неё нет. У Карли есть возможности держать семью в стороне и не выходить на связь достаточно долго, пока мы не потеряем к ней всякий интерес. Но моя уверенность в Карли в полной мере пересиливает всякое убеждение допустимое против неё.
Карли достаточно сильна, чтобы позаботиться о себе. Ее крошечное тело способно стать сокрушительным оружием против мужчин вдвое сильнее ее. Она в состоянии защитить себя и мое волнение с огромной вероятностью она сочтёт оскорбительным, но это идиотское желание позаботиться о ней, слишком навязчиво чтобы я мог ему сопротивляться. Я буду в порядке, как только найду Карли.
Я не мог не сказать Чонгуку о случившемся, и не заручиться его поддержкой вот так бросаясь искать иголку в стогу сена. Он все ещё мой Босс, лучший друг, не смотря на разногласия, вызванные моей связью с Карли. Наши взаимоотношения и без того приняли несколько неустойчивое положение, но усугубляя их под натиском собственных эмоций сделало бы мое положение ещё более шатким. Я ожидал, что придётся уговорить Чонгука, но к моему удивлению его согласие удалось добиться куда быстрее. Возможно, из-за разговора, состоявшего на складе. Потому что Чонгук очевидно понял, что я бегу за Карли, но никак не за Леро. И этот жест в какой-то мере тронул меня.
Катер мчится по беспокойным волнам. Огни яхты мерцают где-то вдалеке, становясь то ярче, то тусклее, но оставаясь неизменным, непостижимыми ориентиром. Я не знаю, жива она или мертва, но что-то неумолимо тянет меня за ней...
Возможно, в этом мой выход. Позволить Карли сгинуть, исчезнуть навсегда, чтобы ее присутствие так не отягощало выбор, который я должен предпринять в своём суде по отношению к Кори. Чтобы ее присутствие так не нарушало мой душевный покой. Чтобы ее свет не гнал тьму, засевшую внутри меня. Чтобы мое жестокое сердце не находило покой рядом с ней.
Но что тогда? Смогу ли я вернуться к прежней жизни после всего? Смогу ли я существовать на этом свете зная, что ещё один человек так или иначе значимый для меня, оказался вырванным из моего сердца. Она лишь девушка – одна из многих, каких я встречал на своём пути... или может я лишь пытаюсь убедить себя в этом. Карли никогда не была «одной из»... именно по этой причине я сейчас здесь, по среди гребанного океана пытаюсь догнать судно движущееся двое быстрее нашего.
Возможно Чонгук прав. Все происходящее между мной и Карли куда серьезнее, чем я сам себе могу признаться. Мне не с чем сравнивать, у меня никогда не было серьёзных отношений и любимой девушки... Я ничего не знаю о любви. Слишком громко заявлять о чём-то подобном прямо сейчас, но мое отношение к Карли уже намного большее, чем у меня было хоть с кем-то. Я могу отрицать это, но это чувство как горячий солнечный поток в самую холодную и отчаянную пору, и мне хочется стоять там, под этим потоком, пока жар не станет пламенем и не превратит меня в пепел. Блядь... Если Карли сейчас делает это со мной, то что будет дальше?
Наш катер маловат, сильно уступая габаритам яхты и ее возможностям, но это самое быстрое из того что нам удалось раздобыть. Вероятно, мы также не сможем плыть достаточно долго, но я собираюсь плыть столько, сколько смогу.
В какой-то момент яхта замерает на месте. Мы начинаем это понимать, когда объект впереди нас становится все более крупнее, а огни ярче. Прошло около двух часов непрерывной погони прежде чем удача повернулась к нам стороной и у нас появился по крайне мере шанс сократить дистанцию между нами. Я могу только догадываться о причинах, внезапной остановки, поэтому всеми силами цепляюсь за мысль, что Карли жива.
Приближаясь к одиноко раскачивающейся на волнах яхте, меня все больше одолевает странное, зловещее чувство, усиливающееся также от того, что никто не вышел нас встретить или остановить.
- Либо все мертвы, либо нас ждут, - не весело сказал Шуга, заглушая мотор, когда мы останавливаемся возле яхты.
- Скоро мы это узнаем, - сказал я, поднимаясь на яхту и хватаясь за пистолет. – Ты сможешь вести эту чёртову штуку обратно в порт?
- Хочешь прибыть к берегу с шиком? – шутит Шуга, забираясь следом.
Я оборачиваюсь, дёрнув плечом, но ответить не успеваю. Мой взгляд падает нам под ноги, натыкаясь на брызги крови. Я отступаю на несколько шагов, разглядывая пятна.
- Блядь, - не сдерживаюсь я, вытирая испарину со лба. Если хоть капля принадлежит Карли, то сегодня ночью прольётся много крови. – Давай поскорее закончим с этим дерьмом...
Я начинаю ударять по всем видимым поверхностям, создавая шум и выкрикивая имя Карли. Отсутсвие видимой и слышимой реакции заставляет меня напрячься. Все выглядит так, словно в живых мы здесь никого не найдём.
- Я иду наверх. Если Леро жив, постараюсь выпытать у него информацию. Ты проверь в каютах. Кто бы все это не затеял, он не мог взять и испариться...
Шуга внимательно слушает, не задавая вопросов, хотя некоторые из них могли бы поставить нашу дружбу под угрозу. У него никогда не было проблем с выполнением поручений или молчанием. Армия научила его подчинению и дисциплине, сделав из него нашего лучшего силовика.
Мы разделились, но прежде чем Шуга скрывается из видимой зоны, я успеваю сказать.
- Если найдёшь девушку... - я говорю сдержанно, не выдавая того, о чем я не хотел бы, чтобы Шуга знал. Сказанное уже говорит о слишком многом.
- Знаю, - перебивает меня он, очевидно все поняв, избавляя меня от излишних объяснений.
Я лишь киваю, провожая друга взглядом. Он не человек эмоций, и единственная связь, которую он чтит – связь с мафией, которой он предан до мозга костей. Любые человеческие взаимоотношения между людьми противоположного пола, не подразумевающие секс, кажутся ему не имеющими значения. Но он предан нам. И если что-то важно мне, Чонгуку, или любому другому преданному человеку Семьи, то это становится важным для него самого.
В рубке пусто, не считая трупа и это становится настоящим разочарованием для меня. Нервы сдают. Найти Карли – всё чего я хочу. Я опустился на колено, получше разглядеть одного из телохранителей Леро, с перерезанным горлом, лежавшем в луже собственной крови, с остекленевшими глазами, глядящими прямо перед собой. Леро здесь нет, но неудачник вроде него вряд ли справился бы по крайне мере с одним из своих телохранителей в здоровом состоянии, не говоря уже о простреленных коленях. Его хватает лишь на то, чтобы наносить увечья девушкам, неспособным дать ему отпор.
Я спускаюсь вниз, намереваясь присоединиться к Шуге в его поисках, отчаянно надеясь, что ему повезло намного больше. Мой взгляд снова падает на брызги крови, но я стараюсь не зацикливаться на этом. Кровь может принадлежать не только ей, но и кому угодно на этой яхте.
Но затем я поднимаю взгляд и вижу ее... Я инстинктивно наставляю пистолет, но он очень быстро отправляется обратно в кобуру.
Она стоит на другом конце яхты. Ее одежда, лицо и волосы залиты кровью, и я не уверен какое ее количество принадлежит Карли. Возможно вся. Что-то внутри меня холодеет при виде того насколько уязвимой она выглядит, будто отчаявшейся дождаться помощи. Мне хочется обнять ее, прижать к себе, дать ей чувство безопасности даже если она не нуждается в этом. Но я нуждаюсь. Этот порыв настолько неожидан, что сперва пугает меня, поскольку многие вещи, включая эту, происходит со мной впервые. И не знаю откуда эти чувства берут свои корни, но они есть и бороться с ними уже нет никакого смысла.
Ее глаза загораются внезапно обретённым спокойствием, как только она замечает меня. Я буквально вижу, как её плечи опускаются от облегчения. Даже я на мгновение перестаю дышать, до конца не осознавая происходящее, и сам переполняясь облегчением от того, что она жива.
Я смотрю на Шугу, стоящего позади неё и киваю. Возможно мы никогда не вернёмся к разговору об этом, но я хочу, чтобы он знал насколько я благодарен за его участие и помощь.
Карли первой сдвинулась с места, заметно прихрамывая. Чем ближе мы оказываемся, тем больше крови я замечаю. Не говоря о частично порванной одежде. Блядь. Как я мог даже допустить мысль, что сбежать на яхты стало её добровольным решением. Кто знает сколько ей пришлось пережить за эти несколько часов. Ублюдки причастные к этому будут страдать во много раз дольше. Если Карли не облегчила их участь, лишив их жизней прежде.
Карли прильнула ко мне всем телом. Маленькая, измождённая, нуждающаяся во мне, не зная насколько я всё это время сам нуждался в ней. Я обнимаю её, прижимая её голову к своей груди, боясь отпустить от себя. Я уже не узнаю сам себя, теряясь в эмоциях и их скоротечном потоке. Та, кого я ненавидел прежде, теперь превращает своих обидчиков в моих личных врагов.
Карли осторожно отстраняется, и я обхватываю её лица своими ладонями. Она улыбается, но взгляд слегка затуманен. Я невольно напрягаюсь от порыва собственных догадок. По спине проходит холодок.
- Ты... - все что я смог произнести, очень тихо.
Карли слегка кивает, понимая мое замешательство.
- Сандро накачал меня чем-то, - медленно и немного невнятно говорит она. – Эффект почти прошёл, но я все ещё чувствую лёгкую... слабость.
- Ничего, - говорю я, погладив ее щеки большими пальцами рук, избегая травмированных мест. Кто-то за это ответит. И очень скоро. – Мы приехали за тобой...
- Правда? – несмотря на смутное недоверие, на мгновение ее взгляд прояснился, стал яснее чем когда-либо. Она ждала подмоги. Меня.
Что-то внутри екнуло. Доверие между нами попрежнему неустойчиво, но я не могу представить себе ни одной причине не быть здесь. Что-то между нами меняется, становясь чем-то покруче наркотиков или секса... Не такое поверхностное. Нечто глубокое и фееричное, от чего сносит голову...
- Это Сандро? – спрашиваю я, проясняя ситуацию. – Он угнал яхту?
- Сандро и другой телохранитель Леро. Не помню имени, ты должен его знать. Они знали, что их ждёт, это было отчаянной мерой избежать смерти, - она закрывает глаза, поморщившись. Она касается ладонью своего лба. – Голова болит... Я отключилась после удара.
Для чего им понадобилась Карли ещё предстоит выяснить. Она была там, оказавшись не в том месте и не в то время. Они могли убить и скинуть в воду, но не сделали этого. Возможно они собирались сделать это позже.
- Что он тебе дал?
Карли качает головой, но каждое движение лишь усиливает боль.
- Не знаю. Возможно рогипнол. Сандро похож на тех ублюдков, использующих его для лёгкого секса...
Отвращение отразилось на моем лице. Я сам не святой и не претендую им стать, но насиловать женщин... только последние ублюдки способны на это. Секс – это в первую очередь обоюдное согласие, все остальное – насилие. Я предпочитаю секс...
Я крепко сжимаю челюсть, глядя на порванные вещи Карли. Пуговица на джинсах отсутствует, а замок расстегнут. На футболке ровный разрез от ножа, показывая часть лифчика и ложбинку между грудей. Воображение рисует неприятные картины. Сандро, касающийся Карли в тех местах, которые никто не должен касаться без согласия девушки. Ее тело, слишком слабое, чтобы дать отпор или отрезать ему мошонку и запихать поглубже в горло пока тот не задохнётся...
Я блядь убью его...
- Твоя одежда... он что-то сделал с тобой? – я опасаюсь ее ответа, но мне следует знать. Не поту что это что-то изменит между нами, а потому что убийство Сандро станет моим самым кровавым за всю мою жизнь.
Я снимаю пиджак и накидывая на плечи Карли. Девушка закутывается как в защитную броню.
Карли улыбается, не смотря на боль и все обстоятельства. Она кладёт руку мне на плечо, мягко поглаживая.
- Переживаешь, что кто-то взял раньше то, что предназначалось тебе? – я не отвечаю, упорно ожидая прямого ответа. Она играет со мной. Но ее реакция хороший знак. Впрочем, если бы кто-то взял ее силой, я не уверен, что ее поведение не было бы именно таким. Но ее поведение так же может быть вызвано наркотиками в ее организме.
Я кладу ладонь на ее поясницу, осторожным, но все же рывком, прижимая Карли к себе. Девушка инстинктивно выставляет руки вперёд, касаясь моего живота. Она напрягается всего на мгновение, но быстро расслабляется в моих руках. Ее тепло сквозь одежду проникает в меня. В мою кожу, в мои мысли, даже в мой член... Особенно в моей член.
Я наклоняюсь к ее лицу, убирая пряди выпавших волос. Даже сейчас, грязная, растрепанная и раненная, она красивее любой модели сошедшей с подиума. Совершенная.
- Нет, Чертёнок, - говорю я, почти касаясь ее губ своими губами. Она тянется навстречу, но я не позволяю им соприкоснуться. – Потому что знаю, ты никому не отдашь то, что предназначается мне. И я возьму все что ты можешь мне предложить и даже больше... Я хочу всю тебя. Твои мысли. Твоё сердце. Твоё тело...
Это не слова любви, скорее желание обладать Карли более, чем в физическом плане. Она может либо принять это, либо отвергнуть, но я не знаю какой выбор обернётся меньшей катастрофой для нас двоих.
Я могу обманывать себя ложной надеждой, что отказ Карли ничего не будет значить. Что я откажусь от неё, как отказывался от всех предыдущих, отпущу её... Но это не будет правдой.
Губы Карли растягиваются в улыбке, не выражая ожидаемого протеста. Она слегка не в себе, и это заметно. Но её состояние не настолько критично, и, если бы моё признание шло в противоречье её собственному, она дала бы мне знать.
- А как насчёт других частей моего тела? – она говорит тихо, заговорщицки, прижимаясь всем своим телом к моему. – Особенно нуждающихся в твоём внимании...
Я смотрю в сторону, туда как мне казалось стоит Шуга. Его нет. Скорей всего он намерено оставил нас наедине и предпочёл заняться осмотром яхты. Кто-то должен этим заняться.
- Прекрати, Чертёнок. Тебе нехорошо... - я сглатываю слишком сильно, сожалея о туманном состоянии Карли. Я отступаю назад, касаясь руками только ее плеч. И когда я успел стать таким джентльменом?
- Я в порядке, - уверяет она. – Как я уже сказала, голова болит и немного кружится, но действие этой дрянь почти прошло...
- Все равно тебя лучше показать врачу. Если между нами что-то и произойдёт, то это случится на трезвую голову, а не вот так...
Карли слабо кивает, соглашаясь с моим решением. Она выглядит уставшей. То, что я мог распознать как действие наркотиков, снотворного или любой другой дряни в её организме, может быть банальной усталостью.
- Тогда идём. Нужно поскорее показать меня доктору... - она подмигивает мне, подразумевай что-то грязное. Лисица.
Я веду Карли к катеру, помогая ей спуститься, сжав ее ладонь. Она спотыкается, едва не оказываясь в воде. Она будто забыло о своём страхе. Остаточный эффект наркотиков, а возможно физическая измождённость, действует на Карли благоприятным образом, вытесняя ее фобию воды. Её голова может быть забита чем-то пострашнее из того, что случилось этим вечером.
Я снова невольно напрягаюсь. Это моя вина.
Я остаюсь стоять на яхте, наблюдая, как Карли устраивается в катере.
- Я видел труп в рубке. Кто-то остался жив или все мертвы? – часть меня надеется на положительный ответ, а другая – на отрицательный, чтобы я мог лично убить этого ублюдка Сандро.
- Не знаю. Они утащили Леро вниз и накачали обезболивающими. Возможно, он ещё жив...
- А Сандро?
- Скорее мёртв, чем жив. Он привязал меня, но я перерезала веревку. Он напал на меня. Я всадила нож ему в бедро, задела артерию. Вероятно, он истёк кровью ещё до вашего прибытия...
Ни тот исход, на который я рассчитывал, но тот который я с гордостью приму.
- Это его кровь на тебе? – спрашиваю я, глядя на её волосы с засохшей кровью.
- Не вся. Тот телохранитель в рубке, какую-то часть оставил он.
- Поищу Шугу. Вернёмся тем же способом, каким оказались здесь. Нет мысли гнать яхту к берегу, если некого пытать...
Пусть Леро умирает здесь один, без возможности ходить и без какой-либо помощи. Это тоже можно считать пыткой. Длительной и мучительной пыткой.
Я стараюсь держать Карли в зоне своей видимости пока ищу Шугу. Он что-то кричит из кают, но не я иду за ним. Карли ни за что не останется одна. Пока он не предупреждает об опасности, он в состоянии сам справиться с проблемой.
Как бы Карли не держалась, случившееся отразилось на ней. И дело не в том, что Сандро чем-то ее накачал. Она кажется более тихой по сравнению с тем как она вела себя днём. Она занимает место сзади, забивались в самый угол. Если дурман спадает, то некоторые ужасы этого вечера могут стать травмирующими в ее воспоминаниях.
- Ты молчишь, это нехороший знак. Случилось что-то, о чем не хочешь говорить?
На самом деле я почти уверен в этом, но не стану давить на Карли. Но это только догадка, в нынешних обстоятельствах имеющая под собой основу.
- Нет. Я просто устала... - говорит она, положив голову на край катера. Ее веки медленно открываются и закрываются, указывая на приближающийся сон.
Теперь идея с гостиницей не была такой уж плохой, как я воспринял ее сперва. Если бы я знал к чему все приведёт, забронировал бы отель получше. Я не думал, что нам в самом деле потребуется остаться где-то на ночь. Карли глядела наперёд.
- Мы заночуем в городе. Как только вернёмся на берег и тебя осмотрит врач, я найду нам хороший отель...
Карли беззвучно рассмеялась, покачав головой. Она наконец закрыла глаза, но так их и не открыла. Последние часы высосали из неё последние соки. Теперь, оказавшись в безопасности, она может расслабиться, и её тело постепенно сдаётся.
- Звучит отлично... - она замолчала на несколько секунд, слишком уставшая продолжать дальше. – Чимин?
Она засыпает. Я немного беспокоюсь за неё, из-за всего пережитого за последние часы. Ее травмы не выглядят серьезно, но нужно поскорее ее осмотреть и убедиться в этом.
- Да, Чертёнок... - подобрался чуть ближе к катеру, ее дыхание становилось все более ровным, а голос тихим.
- Спасибо, - и она засыпает, найдя покой в своём сне.