Глава 4
Над яркой степью взвыл одинокий вереск, в котором играючи скакал ветер. Сонное небо покрылось звёздными пятнами, а на облаках разгорелись рыжие цветы. Темнота настигла Туманку спящей на плече Боброуха, дышащей в единый такт с любимым. Её сон был спокоен и мягок, словно мягкое травяное покрывало.
— Вставай, – лениво пнул кошку воин, пугливо смотря на отца, во сне помахивающего хвостом.
Ученица целительницы лениво открыла глаза и зевнула, оглядывая кота.
— Ты прям как в моём сне, рядом... – тихо заметила кошечка, давая себе расслабить чувства в васильковой синеве чудных глаз, втягивающих в себя всю силу и навевая свой приказ.
Поднявшись на лапы, серебристая взъерошила шерсть, чувствуя как сладкое тепло покидает её тело. В прикосновение носом к носу Боброух вложил всю вяжущую путами дурманящих растений веру, наивную и словно котячью. Гремучий Ручей приподнял голову, скверно скаля зубы и едва сдерживая зверское шипение. Друзья живо отдёрнулись друг от друга, развязав нить общего запаха, отвернулись, и тогда Туманка громко спросила:
— Зачем же мы проснулись?
— Сейчас ночь, мы с этой лягушкой Яснолапкой выспались и отдохнули, надеюсь, патрули мятежников ослабили. Может, мы сможем прокрасться через окраину их лагеря, – недовольно пробурчал отец её друга.
Кошка уверенно кивнула, хотя в её душе плясали языки всепоглощающего пламени.
— На рассвете нет дороги нам. Они нас сильней, – впервые за долгое время подала голос Яснолапка, явно недовольная всем происходящим.
Тут на тёмных холмах заклубились туманные облака, тёмно-синие в ночи. Воздух завивался кудрями, негромкие ночные птицы подавали тихие голоса. Туманка вдохнула воздух, расплываясь в улыбке и закрывая глаза. Теперь она не боялась, чувствуя рядом едва касающуюся до неё шерсть друга, спокойно и ободряюще посматривавшего в ледяные искорки глаз.
— Идём, – брезгливо прошёл между ними Гремучий Ручей – Там, за поворотом холма уже видно пастбища, а мы их должны пройти ещё до зарницы.
— Но... – снова пискнула Яснолапка, но кот живо её прервал.
— Никаких но. Я уже весь провонял мешаниной запахов, – выругался он, нежданно взъевшись.
В отряде повисла тишина. Даже сумрачная ученица прекратила бурчать, поджав каштановый хвост и опустив глаза. Группа выдвинулась спустя несколько ударов волнующихся сердец, в давящем молчании, чтобы разорвать которое хотелось завизжать. Серебристой это напомнило поляну родного племени, где она призналась в желании стать целительницей. Дыхание словно смутилось мыслей и всхлипнуло, безжалостно напоминая о расставании с другом. Тот шёл ответно задумчиво и нарочито медленно, размётывая лапами траву. Но не успела Туманка подойти, как из неоткуда в воздух взмылись тучи светлячков, самых волшебных и прекрасных, разжигая свои брюшки светлыми огнями. Ученице всё хотелось с силой хлопнуть лапой по траве, но она боялась шипенья отца Боброуха. Но как не сдерживалась грозовая кошка, она нетерпеливо, но сдержанно заскакала, хватая лапками чудных букашек, угодив в лужу. Грязь тоскливо хлопнула, цепко втянула ступни. Кошка судорожно задёргалась, пытаясь вытягивать лапы по отдельности, но всё было тщетно.
— Опять купаешься? – глумливо, с нежностью глянул на неё друг, улыбаясь.
— Нет, я... Просто так! – наградила ученица целительницы его сильным шлепком грязи по спине.
— О, а я? – прыгнул Боброух рядом, опаляя её шерсть горячим воздухом и брызгами.
— Глупые, тут же лягушки могут быть! – прихрамывая на лапу, напомнила им каштановая ученица и подошла к озерцу.
Трое так увлеклись своей игрой, что не заметили, как попытки их остановить закончились, после чего исчез старший воин Речного племени. Теперь в ночи раздавались лишь восторженные крики. Первой очнулась Яснолапка.
— Так, погодите, а где ещё один?
— Ушёл вперёд наверно, – неуверенно опустил уши котик, видно осознавая свою оплошность.
Проказники вылезли из лужи, отряхиваясь. Теперь Боброух выглядел, словно нашкодивший малыш. Группка в панике обыскала заросли вокруг, оглядывая каждую мелочь и каждый клочок.
— Не может быть, не может... – негромко бормотала Туманка, бродя от одного куста к другому.
Яснолапка обыскивала изгородь лошадиной территории, тщательно её обнюхивая. Поиски прервал негромкий шорох, после раздалось громкое шипение Боброуха, выражающее, скорее всего негодование и неожиданность, чем просьбу о помощи. Серебристая ученица целительницы напряжённо бросилась к папоротнику, в котором она видела серого. Там хмурый котик отряхивал с себя траву, а рядом стоял... Гремучий Ручей. Он совсем не выглядел потрёпанным в драке, а скорее всего разочарованным. Громко вздохнув, он качнул головой и подытожил:
— Враг напал на вас незаметно, вы все мертвы.
Теневая ученица подскочила с места и завизжала:
— То есть всё это было шуткой?! Всего лишь шуткой, – хвост её качался в разные стороны, а глаза сверкали искрами, которые могли сжечь всё живое, захоти хоть и этого Гремучего Ручья.
— Это было проверкой. Вы визжали словно котята, наверняка, нас уже услышали, – эти слова кот произнёс спокойно и отстранённо, словно совсем не был причастен ко всему.
Яснолапка вспылила не на шутку. Она оттолкнула грозовую кошку и подошла к воину, явно желая крепко надерзить. Но не решилась, так как перевела внимание на Туманку, пытавшуюся похлопать её по плечу. На прикосновение она отреагировала негативно, с силой дёрнувшись и сбросив хвост прочь, невнятно рыча сквозь зубы. Ученица отошла от кошки, так непохожей на неё. Пусть даже она не догадывалась, что они прямые родственники по отцу, но это не играло роли в неведении.
Боброух направился в сторону пастбищ быстрым бегом, обегая прутья огороженных территорий. Следом снова в молчании последовали остальные путники. Будущая целительница поравнялась с воином, идя спешно и едва слышно. Замыкали вереницу тяжело дышащая каштановая кошка и серо-пятнистый кот. Теперь на сердце у серебристой было ещё тяжелей, но всё же она не теряла скорость и не отставала. В полутьме устроили полусонную перекличку дрозды и защебетали самые ранние птицы.
— Стоит поспешить, – тоскливо заглядывая в глаза Туманки и повернув к ней, чтобы хоть на мгновение коснуться боками шепнул молодой воин.
Постепенно вдалеке, словно из-под земли вырастали вековые дубы и осинки. Всё чаще стали попадаться мелкие деревца и постепенно исчезали, а вскоре совсем пропали налитые цветом кусты душистого вереска. Над землёй заалел рассвет, ранняя зоря, распаляющая сердца и пробуждающая жизнь. Вереница котов мирно шла под светлеющим небом. Грозовая кошка думала лишь об одном: расставании. Эта мысль снова приносила неподдельную боль и ворох эмоций. Терпение, сколько бы его ни было, кончалось. Туманка любила, не сторонясь этого слова. Она готова было раскрыть своё сердце шагающему рядом с ней. Сколько бы они не были знакомы, та самая тоска, немая и гложущая становилась всё сильней.
— Я не хочу уходить, – тихо мяукнула она, боясь встретить грустный взгляд.
Боброух не ответил, так как они вошли в небольшой подлесок, покрытый запахом изменников, целой смесью всех племён.
Гремучий Ручей взмахом хвоста скомандовал идти, в то же время призывая к тишине. Запах был вчерашним и слабым, следы – старыми. Каждая ветка податливо гнулась, каждую секунду готовясь издать хруст. Каждый шорох казался громким в тишине. Но не успели они обогнуть самое сердце лагеря, как любая высокая растительность закончилась. Теперь четверо крались в невысокой траве, Туманка видела, как нелегко приходилось слегка схуднувшему, но всё ещё толстобокому отцу её друга – он усиленно пыхтел, вдавливая живот в землю. Тут тишину разорвали голоса и чужие, дикие запахи. Путники быстро скрылись за особо крупной кочкой. Из колосьев вдалеке показались четыре силуэта.
— На каждого по одному, – коротко отметил Гремучий Ручей, меряя взглядом пришедших.
— Будем верить, что до драки не дойдёт... – добавила серебристая кошка.
— Всё целители такие неженки! – злобно зарычала Яснолапка, видимо всё ещё распалённая ссорой со старшим – Травы не всегда помогают.
— Тише! – шикнул на сумрачную Боброух.
Тут-то все четверо незнакомцев насторожились и приблизились настолько, что можно было ухватить их за лапу. Молодая кошка заметила, что зрачки ученицы племени Теней забегали в поиске укрытия, она вся сжалась в диком ужасе.
— Это ты виновата, – негромко, но злобно взвыл на неё речной воитель, толкая своего сына и остальных.
Но тут Яснолапка громко закричала, не оглядываясь на соотрядников.
— Сюда, я их поймала!!
(1219 слов)
__________________________
На эту главу ушло слишком много времени, надеюсь это оценят. Я совсем обленилась... :с