Глава 2
Травы дрожали под порывами ветра, смеркалось, и мрачная ночь погружал мир в оковы из чернёной стали. Задержавшись на поляне, Туманка села снова. К ней степенно подошла бывшая наставница, вальяжно выгибая спину. Шерсть её лежала волосок к волоску.
«Чистое зло»
— Будь как дома, дорогая моя, – язвительно протянула она, прикрывая глаза.
— Хватит, – едва сдерживая дрожь, зарычала кошечка. Шум в кустах затих. – Ты же настоящая предательница!
— Не совсем. Просто каждый преследуют свою истину, свой идеал, что зачастую другая сторона воспринимает как плохое. Для кого добро, для кого зло, – небрежно качнула она головой и продолжила нахаживать кругами – Я не верю, что мы с тобой похожи, ведь я самых одинаковых кровей по племени, но такая разная по отцу. Ведь твой был домашним или обычным бродяжкой? – поинтересовалась кошка, при этом, не отводя взгляд из глубины одного глаза Туманки.
— Не смей так отзываться о нём! – пискнула она в ответ, понимая, что звучит это вовсе не грозно.
Та в ответ лишь раскатисто засмеялась, упиваясь страхом беспомощной жертвы и придвинула морду к носу кошку, смотря в слепой глаз, прорезанный шрамом.
— Подумать бы только... Боишься? – глумливо улыбнулась она, словно растянув улыбку до ушей и показав ряд острых, словно акульих зубов, от чего ученица попятилась. Это казалось бредовым кошмаром.
— Ладно, – отрезала она, выпрямляясь – Отдыхай, уверяю, тебе понравится...
После кошка ушла, сделав вид, что даже и не видела пленницу. Шёпот сзади снова привлёк ее, и она осторожно влезла в вереск, покрываясь сухими ошмётками сухой травы. В теньке сверкнули два тёплых, синих глаза и их вторая пара. Первый кот заставил Туманку болезненно задрожать, после того, как она его опознала. Второй кот был рослый, такой же тонколапый, а третья являлась кошкой, зажатой под весом старшего, блестя испуганными, но непокорными глазами.
— Бобролап... – тихо всхлипнула серебристая кошка, боясь сделать лишнее движение, боясь, что это видение, и он растворится.
— Боброух, – хрипло и нежно поправил кот – Я на прошлом рассвете стал воином.
— Вы знакомы? – сухо и неэмоционально осведомился кот, кивнув, и сильнее прижал бок янтарноглазой кошки к земле.
Туманка мгновенно опознала её по грязной и всклокоченной шкуре – Яснолапка.
— Мы с отцом тренировались неподалеку, а потом увидели этот лагерь прямо за нашей границей, слева от пастбищ, переплыли ручей.
— Не сильно ли ты распространяешься о наших делах незнакомой кошке?
«Вот почему тут почти нет деревьев»
Пропуская спор двух котов, тем временем уняв стук бешеного и одурманенного сердца, ученица целительницы проговорила:
— Меня поймали как свидетеля в лесу. Нам нужно поработать вместе, чтобы сбежать, – заметила малышка.
Спорщики мгновенно обернулись.
— Моё имя ты знаешь, виделись на Совете, — прикрыв глаза, промурлыкал кот, вызвав непонимающий взгляд отца.
— Гремучий Ручей, – представился тёмно-серый, в светлые пятна кот, поблёскивая такими же прекрасными глазами цвета ранних васильков.
В воздухе разило запахом напряжения, исходящей от невольной Яснолапки, раздувающей землю. В глазах её блеснула подавленность и она, тяжело дыша, пробурчала:
— Можно мне с вами? – отводя глаза и покорно прижимая уши, подала она голос.
Небольшой отряд неуверенно переглянулся. Туманка заглянула в глаза дочери Темногрива, стараясь поймать её колючий, ежовый взгляд. Та вздрогнула и снова отвернулась.
— Вы можете мне доверять, ведь я уже сама боюсь всего этого. Я запуталась... – потерянно прошептала она.
Ученица успокаивающе погладила янтарноглазую хвостом по шее. Она жалела старшую кошечку, сейчас бывшую прижатой и беспомощной. Собравшись с силами, Туманка решилась на отчаянный шаг и надеялась, что не пожалеет об этом.
— Давайте поверим ей.
— Кто сказал, что мы вообще желаем видеть тебя, пожирательница лягушек! – прорычал гневно воин.
— Пап, пожалуйста, – повернулся к ним его сын, поддерживая кошечку.
— Ты целительница, тебе лучше знать, но за твои ошибки я не ручаюсь, – двусмысленно пожал плечами Гремучий Ручей, убирая лапы с кошки. Недалеко зашуршала подсохшая от солнца трава.
— Сюда идут! – предупредительно шикнул Боброух и нырнул высокие заросли живой изгороди, маня за собой дрожащую любимую.
Оказавшись за пастбищами, они увидели ледяной, отдающий синевой ободок земли, далёкие горы. Успокоившись, беглецы сели на траву и в тишине было слышно урчание живота ученицы целительницы и виден голодный взгляд Яснолапки.
— В лагеря мы сейчас не вернёмся, наверно мятежники увидели пропажу и прочёсывают всё поблизости. Возможно, мы могли бы пройти через территорию племени Ветра, но вряд ли сделаем это, оставшись незамеченными, – предположила она
— Навязались на мою голову, – с недовольством выплюнул старший кот, поднимаясь и идя к небольшому прудику, находящемуся в чём-то тёмном у длинноногих лошадей и небрежно бросил – Сын, проследи за этими двумя, особенно за Сумрачной, я им не доверяю.
Каштановая ученица зарычала, но осеклась. Серебристая кошка придвинулась к Речному воину, лапками ероша его прекрасную, короткую, дымчатую с серым шерсть. Его глаза уменьшились до размера маленьких васильковых щёлок.
— Побудем вместе хотя бы миг... – едва слышно прошептала ученица, укладывая мордочку ему на плечо.
— Надеюсь, он будет длиться вечно.
Теперь Туманка чувствовала себя самой счастливой здесь, хоть и не дома, но рядом с ним. Пусть весь закон будет против, пусть каждый скажет, что они не будут вместе.
«Кто же придумал такие жестокие правила? Разве это не раз приносило боль?» – с упрёком думала она.
Тут в воздухе заструился запах, такой знакомый и нежный, самый родной и прекрасный. Вспышка луча выкроила на земле сотканный из созвездий силуэт, дышащий морозом и мечтой. Полынь стояла с опущенной головой, по мордочке струились капли звёзд, звёздные слёзы. Ученица моргнула, но кошка не исчезла. А когда она подняла глаза, они стали двумя бездонными озёрами, и в них кошка увидела отражение себя и Боброуха, короткие обрывки памяти из своих воспоминаний, первое знакомство, встречи, признание и последняя ночь.
— Это тот самый кот. Ты любишь слишком крепко, и ваш раскол принесёт много боли...
Рядом, всколыхнув пространство, появилась кошка с нежной, песчаной шёрсткой и яркими зелёными глазами, в которой Туманка сразу узнала Песчаную. Теперь она едва сдерживала себя и молча всхлипывала над плечом кота, уже спящего. Тут в голове вспомнилось предсказание: «Ты встретишь его на Совете, он сделает тебя самой счастливой и самой несчастной в то же время». Молодая целительница встряхнулась.
«Я не могу поверить, что моё сердце сделает меня несчастной...»
— Увы, это так, – нежно заключила кремовая, прочитав её мысли, словно она сказала это наяву, и начала пропадать.
Сумерки густым сгустком опали, сломив кошку с собой. Рядом стоял Гремучий Ручей с парой лягушек в зубах. Он выглядел шокированным.
«Значит, он видел. Надеюсь, не слышал»
Сморгнув, Туманка подхватила более тёмную лягушку и, начала есть её вместе с комками в горле, игнорируя склизкое тело, от которого тошнило. Тут её друг поднял голову, сочувствующе улыбнувшись. Он понял без слов. Когда его отец заснул, он крепче прижал к себе кошку, умиротворяя и убаюкивая, словно хотел сберечь от всего на свете. Та заснула, но на её щеках всё ещё оставались солёные, одинокие слезы.
****
Серебристая открыла глаза как от толчка, словно она только что летела и упала, ударившись об землю. По шерсти ползал противный, ледяной холодок, глодающий кожу, расползся по венам и отрезвил голову от сна. Аккуратно выбравшись из тёплых объятий кота, ставшему ей дороже жизни, она аккуратно лизнула его в макушку и направилась в сторону лагеря. Ленивых лошадей видно не было, поэтому она двигалась не спеша, сглаживая движения и боясь потревожить больших животных и наткнуться на поисковые отряды мятежников и Черноусой. Поёжившись от леденящего холода, она пыталась придумать, как вернуться в лагерь, не проходя через лагерь племени Ветра и не попадаясь никому на глаза.
«В племени наверно беспокоятся, – покачала головой ученица целительницы, приостанавливаясь, чтобы освежить себя глотком воды из тёмного пруда возле изгороди, обозначавшей территорию лошадей – Надеюсь, Светлолистая и Ящерка не сойдут с ума от волнения...»
Напившись и собравшись с мыслями, она добежала до ручейка, разбегающегося от реки Речного племени. Теперь она снизила шаг, ставя лапы с сосредоточенностью и вниманием. Земля под лапами вязко хлюпала, утопляя их по коленный сустав, что вынуждало Туманку брезгливо отпрыгивать. «Скачки» длились недолго, вскоре лужи прекратились, и белые носочки на конечностях покрылись противными, чавкающими потёками. Стараясь не глядеть на грязь, она с наслаждением опустила подушечки в ручей, охлаждая. Вода уже была тёплой, и кошка расслабилась. Но тут её задние лапы соскользнули с берега, и Туманка плюхнулась в воду. Потеряв опору под лапами, она запаниковала, задёргалась и забилась. Но её старания перебил лёгкий и ненавязчивый смешок, донёсшийся с берега.
— Купаешься? – едва сдерживая смех, проговорил Боброух и расхохотался.
— Что стоишь, не видишь я тону! Помоги мне и не смейся, дуралей! – гневно прошипела она коту, пытаясь удержаться.
— В этом ручье не могут утонуть и молочные котята. Расслабься, подруга, стань на лапы, – улыбаясь, посоветовал речной кот.
Оруженосец вдохнула и рывком поставила лапы. Как ни странно под ними оказалась земля и кошка мокрая и злобная вылезла из воды, обдав обидчика брызгами, в которых засияла яркая радуга. Боброух качнул боками, и брызги обсыпались с него, как с утки.
— Как это? – пытаясь загладить грубость, поинтересовалась Туманка.
— Меньше знаешь – крепче спишь. Ну а если честно, не для кого это уже не секрет. Мы все упитанные, и даже малыши могут плескаться на мелководье, как тут, – всё ещё мурча, добавил воин.
— Ты совсем не похож на других раскормившихся воинов. Я воду видела не более двух раз в жизни и в обоих это были пренеприятнейшие события, ставящие под угрозу мою жизнь.
Боброух любопытствующе склонил голову. Казалось, он совсем не мог поверить, что вода может причинить вред.
— И за каждый заплыв меня точно не благодарили, – добавила серебристая.
— Ну, идём обратно? – спросил кот, обнимая её хвостом за плечи и согревая мокрый бок. Туманку била дрожь от мокрой шерсти и она легко согласилась, принимая объятия котика.
Только они зашли на лошадиные поля, они увидели огромных животных. Ученица вздохнула и качнула хвостом.
— Не бойся, я буду защищать тебя! – распознав её мысли, смело выпятил грудку друг.
— Как хочешь, – пожала плечами Туманка.
Друзья побежали через поля, но как только кошка пролезла через изгородь, сразу же споткнулась и зашипела. Молнией боль пронзила лапу, пробежав по подушечке.
— Я походу поцарапалась.
— Сейчас остановимся в соседнем амбаре, – подставляя плечо, пробасил Боброух.
В амбаре коты улеглись на сено и протянули натруженные ходьбой лапы.
— Трава шдесь такая жёшткая. Ума не приложу... – сквозь зубы жаловалась ученица, вылизывая занозу и хватаясь за неё зубами.
Тёмно-серый кот молчал, смотря в сторону разгорающегося солнца.
«Видимо думает о том, как бы сбежать» – предположила она, вытягиваясь.
Но вместо всего кот приблизился начал вылизывать раненую лапу кошечки, и его глаза говорили совсем о другом. В васильковом взгляде сквозила недосказанность, смущение и неуверенность.
— Ты что-то хочешь сказать? – неуверенно поинтересовалась Туманка, боясь услышать что-то страшное.
— Я думаю о нас. Сможем ли мы быть вместе снова? — посмотрел ей в глаза воин.
— Против нас весь закон...
— Знаю... – перебил её тот – Но я по-прежнему люблю тебя и не могу забыть, ты снишься мне каждую ночь. Совсем, – горячим дыханием опалил её ушко кот, раздувая шерсть теплотой прекрасных слов.
— Но я целительница и из другого племени, ты знаешь это.
Боброух тихо вздохнул и отвернулся, словно боясь смотреть ей в глаза.
— И я не могу забыть, – сладко добавила она, вспоминая своё состояние недавними лунами.
— Значит и ты скучала?
Поймав его потеплевший взгляд, она улыбнулась и кивнула.
— Давай, пойдём. Нас хватятся и смогут разгадать, что мы тут обсуждаем. Твой отец спал, когда ты уходил?
— Да.
— Тогда поторопимся! – осторожно ступая на лапы и подталкивая кота, проговорила Туманка.
Возобновив свой путь, ученица целительницы и воин бежали неохотно, уже изрядно устали. Лошади удивлённо оглядывали новеньких, пожёвывая золотые колосья, и пили воду из искусственных прудов. Где-то вдалеке выли и лаяли собаки, чуя незваных гостей. Боброух старательно принюхивался, ловя среди травы ускользающий запах.
— Ты точно уверен, что мы идём куда надо? – тихо спросила малышка, которой казалось, что они уже несколько раз прошли мимо небольшого Гнезда.
Кот молчал. Он лишь успокаивающе лизнул Туманку в макушку и продолжил идти, вдруг позже резко затормозив и усиленно принюхиваясь, приостановил подругу хвостом и начал ходить кругом.
— Боброух...
— Сейчас-сейчас... – неопределённо проворчал тот, не давая кошке договорить.
Он снова двинулся, побежал рысью. Теперь двое шли бегло, что всё больше и больше волновало целительницу. В третий раз, пройдя мимо дощатого Гнезда, грозовая кошка не выдержала и наступила речному на хвост.
— Ай! Ты чего не видишь меня?
— Мы ходим кругами! – вздохнув, обратила его внимание на Гнездо.
Вздохнув и ковырнув когтём землю, Боброух опустил уши и тихо сообщил:
— Прости, но я не чую запах. Меня сбивает аромат рыбы.
— Я тоже голодна, но давай соберёмся.
Туманка встала впереди кота и поманила его хвостом. Теперь она усердно распутывала клубок разных приятных запахов и тяжёлой лошадиной вони. Где-то запахло мышкой, но кошечка усердно отбросила эту мысль прочь, ловя тонкий запах своей шерсти.
— Нашла, – кратко сообщила она.
Тут дело пошло быстрее. Друзья узнавали каждый пробел в заборе, через который шли вчерашним вечером.
Вскоре они оказались уже во временном лагере. Но тут было тихо и пусто, подстилки исчезли и запахи исчезли, оставляя слабый след из крепкого запаха вереска.
— Гремучий Ручей! Яснолапка! – в панике кричала Туманка, но ответом ей была тишина.
(2055 слов)
___________________________
В честь 100 лапушек, юхххууу!❤❤❤