По ту сторону Баррикад

Лабиринт не такое уж устрашающее место, как могло бы показаться с первого раза. Особенно для того, кто с детства по приказу собственного отца был вынужден добираться по разным лабиринтам к выходу. Вначале, конечно же, непросто, особенно когда нельзя ослушаться и вернуться назад (а иногда просто невозможно), когда начинаешь путаться и забывать, как шёл; а потом на землю падала темнота с завывающим ветром и страшными ночными звуками, исходящими от леса, стоящего недалеко от дома Хартфилия. Но потом становилось легче, ведь Люси, как-никак, умная и начитанная девочка, которой не предоставили иного выбора кроме как выжить. Каждый раз лабиринты менялись: зелёные стены кустов то выкапывались, то обрезались, то переносились на другое место. И всегда что-то новое, непростое. Нередко отец брал с собой дочку к кому-то в гости, зная, что те также имели у себя зелёный лабиринт — и тогда Джудо мог просто уехать в этот же вечер домой, оставив маленькую Люси искать выход столько дней и ночей, сколько потребуется.

Кто-то сказал бы, что Джудо был тираном и плохим отцом. Люси с этим не согласилась бы. Может быть, лишь частично. В раннем возрасте, оставшись без матери, подруг и поддержки, ей было поручено задание самосовершенствоваться, узнавать новое и расширять кругозор. И, как понятно из вышеперечисленного, это были не только книги, целая библиотека которых являлась любимой обителью девушки в холодном особняке, но и задания на логическое мышление, конный спорт, фехтование... До своего побега Хартфилия перепробовала многое.

И вот сейчас она стояла перед самым большим и старым лабиринтом, с которым ей приходилось сталкиваться в своей жизни. Один раз, во время её службы на посту капитана морской полиции, девушка вместе с Леви и Шакалом вынуждена была пройти по миссии через лабиринт, который был спрятан в одной незатейливой пещере. Но даже это не смогло напугать Люси так, как старые потертые камни, большая устрашающая арка и темнота, готовая в любую минуту поглотить полицейских и пирата.

Шакал не связал её, ведь и так было понятно, что убежать Люси не даст Венди, в теле которой медленно распространялся яд (она сейчас могла бы выложить любую информацию, но её слабый и маленький организм пытался защитить её, оставив без сознания). С ними зашли ещё трое рядовых, держащих в руках факелы и готовых в любую минуту ринуться вперёд в темноту по приказу Мар де Голля. Какая преданность! Если бы Люси не была бы сама предана этими людьми, подумала, что у них в морской полиции лишь добросовестные и хорошие люди.

— Без лишних движений. В любой момент может активироваться какая-нибудь ловушка, ведь данное сооружение очень и очень древнее. Не бегите впереди, не расслабляйтесь и будьте бдительны. И слушайтесь меня, — сказала Хартфилия.

— Да, капитан, — крикнули трое рядовых в сию же секунду, не успев додумать. Лейтенант на это посмеялся, многозначительно взглянув на девушку, которая сочла нужным не обращать на эту мелочь внимания. Ведь привычки всегда остаются при тебе спустя время, от них не так-то просто избавиться. Особенно когда сама судьба вас объединила в похожей, знакомой и старой ситуации, словно они вновь разгадывают загадку или помогают жителям приближенных к городу Магнолия деревень. Внутри Люси съёжилась — ей совсем не хотелось возвращаться в те времена, надевать на себя маску строгого и серьёзного человека, противореча своей немного вспыльчивой, стойкой, но мягкой натуре.

Скажем сразу, Хартфилия всё же надеялась, что лабиринт этот пройти будет легко, по крайней мере, проложить путь, а все опасности и ловушки, которые могли бы встретиться, - это уже дело второе. Но её надежда рухнула навзничь, как только они зашли в лабиринт и проделали пять шагов. И минуты не прошло, как перед ней предстал узел: коридор, по которому они шли, был перпендикулярен следующей ветви, которая вела в две стороны: левую и правую. И там, и там - темнота, скрывающая правильную тропу и ту, что наведёт на них неприятности.

— Не успели зайти, а уже задачка для ума, — присвистнул Шакал, стоящий рядом со своим Капитаном. — Что будем делать, Капитан?

— Я больше не капитан, Шакал, — тут же отреагировала Хартфилия, которой мешали разговоры полицейских. Один предлагал разделиться, что было бы глупо в данной ситуации, другой решил выбрать с помощью считалки, третий говорил, что нужно обойти весь остров, чтобы найти какую-нибудь карту или схему, что, вообще-то логично, но, во-первых, остров слишком большой, слишком много простора и возможностей для пряток, во-вторых, не факт, что люди, строившие этот лабиринт, могли бы оставить подсказку с внешней стороны.

Сколько бы девушка не смотрела на ближайшие стены той ветви, в которой они пришли, или стены следующей — не было ни одной подсказки, кроме начерченных царапин и крестов, которые не помогали, хотя должны были, а лишь путали. Но ей всё равно казалось, что эти царапины на камнях им ой как пригодятся.

— Идём в правую ветвь, — спустя пару минут наконец-таки издала приказ пират.

— Но почему именно туда? — спросил один рядовой со шрамом на левой щеке, самый хмурый, тихий и скрытный из всех троих.

— Не знаю, захотелось, — просто пожала плечами Люси и двинулась вперёд. На самом деле, на стене правой ветви она увидела много галочек, очень много, что могло свидетельствовать о разном: либо этот ход верный, и все, проходившие тут, выжили, либо он ложный и всё время возвращал обратно, вынуждая пленников лабиринта бродить по кругу.

Шли они немало. Стоящая напряженная тишина между пиратом и полицейскими нарушалась перешептыванием рядовых за спиной лейтенанта и бывшего капитана, постукиванием каблуков сапог, а также шуршанием по стене каких-нибудь ползучих тварей, завыванием ветра, который проходил снаружи сквозь щель, или каплями непонятно откуда взявшейся здесь воды. Кости, металлы, какие-то вещи, затушенные факелы — ничего на пути не встречалось, однако судить о безопасности этого лабиринта лишь по первой ветви не стоило. Дальше последовал не узел, как предполагала Хартфилия, а обычный поворот влево, где пол неожиданно обрывался в яму: то ли специально выкопанную, то ли случайно сделанную. Насколько она была глубока — никто узнавать не хотел, а вот длина для прыжка была в самый раз, так что пройти её не стоило никаких проблем ни для одного из пяти.

— Если препятствия все будут такими, то тут не так уж и страшно, — обрадовался и ободрился лейтенант, посмотрев вначале на своих товарищей, которые согласно закивали, а потом на Люси, которая, наоборот, отрицательно помотала головой.

После они шли ещё дольше, чем в первой ветви. В этот раз на них чуть не упала металлическая решётка со ржавыми и острыми наконечниками. Дальше их ждал такой же узел: идти прямо или свернуть налево? Ещё не совсем понимая систему прохождения, а также все знаки, выцарапанные здесь на камнях, Хартфилия решила от этой точки проходить до каждого узла и обратно, пока на одной из ветви не повстречается тупик. И парни с девушкой продолжили путь прямо, тем самым чуть не лишившись голов от вращающихся металлических японских сюрикенов. Обидно было то, что их испуг и приближенная смерть были напрасны: в конце концов через пять минут пират и полицейские достигли тупика.

— Я чуть не умер! — взревел от страха самый молодой из троих рядовых, Эди. Третий, ранее еще не названный, стал его утешать тем, что с ними лейтенант и капитан (Люси тут же послала остерегающий взгляд, мол, теперь пират, враг ваш), в то время как Трой, рядовой со шрамом на левой щеке, хмыкал, потирая с интересом ладони. Видно, что этому парню пришлась по душе игра со смертью в закрытом пространстве, да ещё и запутанными коридорами, чего не скажешь о старших по чину людях: Шакалу было не по себе, он не хотел жертв, как не хотел своей смерти, при этом вернуться назад он не мог, ведь приказ Мар де Голля неоспорим.

— Как насчёт того, чтобы вернуться и дождаться этой группки пиратов на острове рядом с вашим кораблём, а потом просто забрать вещь и уйти? — неожиданно накатила гениальная идея на Сэду, которую тут же поддержал Эди.

— Вы сами потребовали, чтобы я провела вас по лабиринту, — вздохнула Люси. — Настолько испугались, что хотите забрать свои слова обратно?

— Нет, так не пойдёт, — возразил Шакал. — Нацу и остальные могут умереть, даже не дойдя до конца, а если дойдут, то не факт, что смогут найти и взять нужную вещь. Тем более, мне бы хотелось добраться до конца лабиринта раньше них, забрав из-под носа то, ради чего они всю дорогу жертвовали своими жизнями. А про чёткий указ Мар де Голля самим войти в лабиринт даже упоминать не стоит, и так понятно, что не ослушаешься.

После сказанных слов у Люси прошлись мурашки по спине. Она из-за своей гордости даже не задумывалась, что пираты могли умереть в этом лабиринте. Она даже не воспринимала этот лабиринт настолько серьёзно, словно он был как та Полюшка, неожиданно испарившаяся вместе с избой. Здесь не слишком трудно пройти, просто нужно порассуждать и быть внимательным, здесь и не слишком опасно, если увидеть вовремя предостерегающие письмена на камнях, в которых девушка начала уже лучше разбираться — зато их конечная цель оставалась загадкой. Будет ли это место для них спасением после нелёгкой дороги или же впереди их ожидает ещё большая проблема, с которой они могли бы столкнуться?

— Хотя этого Драгнила так просто не убьёшь! Глядите, вдруг при встрече столкнёмся с ним в бою?

И все пошли дальше, смирившись с тем, что они сами должны будут пройти через лабиринт и найдут нужную вещь. А Люси тем временем надеялась, что в сказанных словах не было скрытого смысла утешить её или привнести надежду, хотя, если быть честным, это именно то, что она почувствовала благодаря ему.

Спустя один узел девушка смогла отыскать необходимую подсказку среди всех царапин, знаков и рисунков на камне, тем самым определив безопасный и правильный путь без тупиков, неожиданных атак сюрикенов или падающих страшных черепов, двигающих своей челюстью. Больше ни с чем серьёзным они не сталкивались — разве что с дорожкой пауков размером с кулак, несколькими потёртыми и старыми мешками (которые могли быть брошены людьми, испугавшимися чего-то) и неожиданно сами по себе загорающимися факелами в стенах, однако это не считается чем-то «серьёзным». В один момент, пока все жаловались на усталость и захотели немного отдохнуть, смочив свои губы водой, Люси отошла с Шакалом в сторону, напрямую спросив, зачем он выполняет такие страшные поручения весом в его жизнь. Не то чтобы девушка наивно верила, что она могла бы что-то изменить в его жизни, как это было раньше, или что её слова звучат убедительно, просто она захотела узнать причину того, почему лейтенант не ушёл из полиции или не перевёлся после её ухода-похищения, а продолжил служить далеко не на благо людей под руководством Мар де Голля. Но Хартфилия ничего не смогла узнать кроме того, что так нужно.

Конец пути путники встретили целыми и невредимыми, лишь уши девушки устали от вечных разговоров Сэда и Эди, решивших, что раз можно идти теперь спокойно, то и тишина теперь не нужна. Они правильно вышли, повернув на последнюю ветвь вправо, однако вместо того, чтобы увидеть счастливую вывеску «выход» или доброжелательных людей, приглашающих в свою обитель поесть и попить после долгой пешей прогулки, им встретилась арка. Хотя, аркой назвать тупик было бы неправильно. Ведь это тупик. Со стороны это смотрелось так, будто здесь была построена арка, ведущая их либо на следующий уровень сложности лабиринта, либо уже предоставляя конечный пункт, но вместо прохода там стояли тяжёлые камни, точно такие же, как стена. Замурован был проход специально в момент сооружения данного лабиринта или же чуть позже кем-то, кто хотел оставить тайное по ту сторону, — сказать было трудно. Факт остаётся фактом, выбор таков: вернуться ни с чем или найти продолжение пути.

— Это что, тупик? И что нам делать? Мы точно правильно шли? — этими и другими вопросами закидал Сид бывшего капитана, которая тоже была удивлена увидеть замурованную арку.

— Заткнись, твои риторические вопросы лишь мешают Капитану! — прикрикнул лейтенант, окинув всех строгим взором.

— Здесь определенно не конец пути, нужно лишь внимательней осмотреться, — не обращая внимания на полицейские перепалки, Люси взялась за изучение каменной стены в арке.

Все повторили за ней: потолок, пол, стены ветви — всё было под огненным вниманием людей, позволявших себе и облапать, и побить, и ударить изучаемые ими объекты лабиринта. Через пять минут Шакал нашёл сбоку на полу, недалеко от самой арки, дырку диаметром в 7 см. Он засунул туда с интересом указательный палец и не смог столкнуться с концом этой выемки. Оставалось только предполагать, как глубоко она идёт. Лейтенант подозвал самого молодого из рядовых, взяв у него тонкую саблю, подходящую под диаметр ямы, и просунул её. Пока он медленно опускал оружие, парня окружили остальные «расхитители лабиринта», замолкнув и подготовившись к активации очередной ловушки. Лезвие сабли достигло дна, даже не до конца войдя до рукояти. Когда Шакал попытался покрутить саблю, что было вполне легко, ведь вокруг сабли было ещё пустое пространство, каменная стена арки громко зашумела на одну секунду, словно кто-то попытался сдвинуть тяжёлый камень.

— Вот оно! — обрадовались полицейские.

— Но здесь нужен определённый инструмент, — произнесла вслух Люси. — Если это замок к открытию нашего пути, то должен быть подходящий ключ.

— И где нам его искать? — Шакал отдал саблю своему товарищу, выпрямился и взглянул на Хартфилию, в глазах которой он увидел такой же вопрос без возможных ответов, как у него.

Они так спокойно смотрели друг другу в глаза, словно всё вернулось в былые времена, когда Шакал опаздывал и отнекивался от важных заданий, но всё равно приходил на помощь к своему капитану, не смея прервать их особое доверие.

— Если вам интересно моё мнение, — прокашлявшись, обратил на себя внимание Трой, — то наш «ключ», скорей всего, находился где-то по пути, возможно, в тех мешках, которые были за несколько поворотов до арки, — все послушали, но эта идея не особо вызвала доверие. Это ведь предположение, но с другой стороны альтернативы не было. — Просто я видел, как из одного мешка торчала металлическая цилиндрическая палка.

— С этого-то и надо было начинать! — тут же отозвалась Хартфилия. — Я и Трой пойдём за «ключом», а вы оставайтесь здесь.

Двое рядовых кивнули, Шакал же нахмурился и хотел было возразить, но взгляд девушки показывал, что убегать или убивать его товарища не намерена, ведь у неё самой есть движущая сила — Венди с ядом в крови. Дальше прошло всё быстро, без лишних разговоров или возражений. Люси с Троем действительно нашли оружие с рукоятью, где вместо острого клинка был длинный цилиндр, идеально подходящий отверстию снизу. Как только они вставили его, послышался странный звук, словно из этого гладкого металла вдруг выдвинулись пластинки — и цилиндр действительно раскрылся как ключ с выступами, идеально подходящий для скважины. Рядовые начали крутить клинок по часовой стрелке, тем самым заставив двигаться каменную стену в арке; а после вся пятёрка вошла в следующее помещение, которое, как оказалось согласно предположению пиратки, было последним. Это был круглый зал с куполом сверху без окон или отверстий, без факелов или ламп, которые могли бы осветить данное место, но по каким-то причинам внутри было светло. Было лишь несколько маленьких проёмов по самому краю стены, откуда потом начинался купольный потолок. Также сверху находились четыре решётки, настолько маленькие, что через них невозможно было бы пролезть обычному человеку, разве что Венди или Леви. Пол был необычный: через пару шагов началась круглая белая линия, которая будто бы отделяла внутреннюю часть помещения от входа; далее, за этой полосой, шли квадратные плиты в шахматном порядке разных цветов — ранее были красный и чёрный, сейчас оттенки потускнели — а в самом середине яма, не безалаберно вырытая кем-то, а специально уложенная камнем вниз.

В первую очередь, конечно же, стоило отметить точно такую же арку напротив, замурованную камнями, и сбоку металлическую дверь, которая расположена полукругом (пройти можно только ползком). Пока девушка и парни осматривались, противоположная дверь начала двигаться с таким же звуком, словно кто-то пытался двинуть тяжёлый камень. Случилось то, чего боялась Хартфилия, когда вошла в этот чёртов лабиринт, — нет, она столкнулась не с монстрами или привидениями, а с Нацу и остальными пиратами, вошедшими в это помещение и с самым удивленным видом смотрящими на неё с Шакалом.

Из всех выделились взгляды Джерара, который смотрел то ли со страхом (не за себя уж точно), то ли с раздражением, то ли с неприязнью, и Каны, полностью спокойно стоящей и смотрящей на трёх подчинённых за спинами бывшего капитана и нынешнего лейтенанта. Сложилось впечатление, словно она знала, что такое должно было произойти. Люси сглотнула и попыталась успокоить мысли. Ну, конечно же, рано или поздно она бы наткнулась на первую группу, но из-за лабиринта, который ставил на пути сложные логические задачи, данный факт отходил на задний план. Она разрывалась между «рассказать о причине происходящего» и «не потерять гордость перед бывшими подчинёнными». Почему-то ей не хотелось сейчас отчитываться, будто обычный рядовой, чтобы те не потешались и не стали рассказывать об этом в Магнолии, приукрасив ситуацию. Возможно, в ней заиграла гордость? Трудно сказать, но Люси упрямо решила не рассказывать сейчас о причине подобной ситуации: если они ей доверяют, то не поймут неправильно.

— Ну привет, капитанишка пиратской шайки, — позлорадствовал Шакал, прекрасно ощущая накалившуюся атмосферу между пиратами.

— Не особо рад встрече, пешка Мар де Голля.

— Ах ты, ско...

— Давайте не забывать, зачем мы сюда пришли! — предчувствуя драку по готовым к действию телам, Хартфилия тут же встала чуть вперёд, чтобы в поле зрения Драгнила прикрыть своего бывшего товарища.

Она не ожидала, что капитан, пусть и недовольный, послушается её и опустит шпагу. Особенно в тот момент, когда она стояла на стороне полицейских.

— Я так понимаю, каждое неверное движение равносильно нашим жизням? — Джерар встал в более удобную позу. И сейчас Хартфилия пригляделась. Джувия была ранена в руку, явно её задели не поверхностно, потому что крови было немало, но девушка держалась молодцом и даже улыбнулась Люси, оказывая поддержку. Да, Хартфилии ещё непривычно от того факта, что они поладили. Джерар зашёл в это помещение, прихрамывая, видимо, подвернув ногу в какой-то ветви, но больше никаких повреждений или серьёзных ран у пиратов не было — хоть немного, но на душе блондинки стало легче.

— То, зачем мы сюда пришли, наверняка ждёт нас в середине, — сказал лейтенант морской полиции и шагнул вперёд, но был остановлен рукой.

— Не стоит забывать, что это последнее помещение. Как сказал Джерар, тут нужно быть куда более бдительными, — все просто кивнули: полицейские знали, что здесь её слово почти как закон, а пираты... пираты ощущали, что спорить с ней не нужно. — Дайте кто-нибудь сумку, желательно потяжелее.

Сэд отдал свой нелёгкий мешок, который Люси вначале аккуратно положила на каменный белый ободок на полу, словно эта линия отделяла шахматную плитку в середине от внешних потёртых камней. Когда ничего не произошло, девушка переместила мешок на красный квадрат и быстро отошла назад. Вовремя, так как через секунду на той самой плите лежал продырявленный девятью стрелами мешок.

— Что за?! — неясно, чему удивился Сэд больше: тому, что на этом месте могли быть они, или что его мешок с едой теперь уже не вернуть в прежнее состояние.

— Отлично, я догнал твою мысль, — Драгнил шагнул на черную плиту, задержался на месте и, когда понял, что это действительно безопасный путь, показал одобрительный знак девушке и проскакал дальше.

Стоило ли говорить, что лейтенант не стоял на месте, как зевака в театре, а сам ринулся вперёд по черным квадратам, намереваясь дойти до цели быстрее? За ним побежали все трое рядовых, а со стороны Драгнила вперёд ступила Джувия. Люси, как и Фернандес с Каной, стояла на месте и осматривала помещение ещё более тщательно. Всего лишь стрелы, серьёзно? Никто из них не мог поверить, что то, что охранялось неизвестное количество времени в этом лабиринте, так легко достать. Особенно не верилось пиратам, повидавшим несколько неприятных ловушек на пути.

Парни присели на корточки и взглянули вниз: темно, но что-то коричневое выделяется на дне этой выемки. Шакал и Нацу переглянулись. Они и тревожились того, что могло бы случиться с рукой, опусти её вниз, но в то же время хотели первыми взять свой «приз». Двоякое чувство, такое паршивое, особенно для Драгнила, который не любил выбирать. И он же плюнул на риск, медленно опуская руку, захватив шершавую и неприятную ткань. Когда маленький мешочек, перевязанный тугой верёвкой, был перед ним и Джувией, другие пираты смогли выдохнуть, даже не догадываясь, что задержали дыхание, а спокойный доселе Хэппи так радостно вскрикнул, что приближенные квартирмейстер и Кана сморщились.

— Ну, вот теперь можно идти, — капитан протянул руку за спину, пряча находку от хмурого Шакала, и довольно улыбался тому прямо в лицо.

— Я бы не спешил так радоваться, потому что...

А договорить он не успел, потому что с четырёх решёток в куполе начала идти вода. Сначала маленький поток, потом он становился всё больше, превратившись в настолько сильную струю, что она снесла Кану к стене. Входы с арками тут же закрылись обратно каменной стеной. Как бы Кана с Люси не старались найти что-то, что могло бы открыть проход, стало ясно одно — только с другой стороны есть «замок». Вот вам и конец — через несколько секунд воды уже было по щиколотку. Рядовые запаниковали и ступили на красную плиту, но стрелы не появились: видимо, две ловушки сразу активироваться не могли.

— Что делать? — запаниковал кот, летая над всеми и видя, как вода с неописуемой скоростью поднималась до уровня колен.

— Всем искать выход! Что-то, через что можно уйти, или с помощью чего можно открыть эти чертовы двери!

Паника, страх и адреналин заполнили головы находившихся в конечной точке людей, бороздящих воду, лапающих стену и зовущих непонятно кого на помощь. Нацу и Люси встретились, неожиданно столкнувшись, и посмотрели друг на друга. Воды уже было по грудь.

— Не нашёл? — глупый вопрос со стороны девушки, не считаете? Нацу лишь отрицательно покачал головой, а после, заметив скрытый страх в глазах Люси, похлопал по плечу.

— Найдём, надо искать лучше.

Вода всё стекала сверху, обрызгивай парней и девушек. Накопившаяся усталость давала о себе знать. Тяжелые вещи и оружия тянули вниз. Как только лимит поднялся до головы, многие нырнули в саму жидкость и стали искать так. Что-то. Хоть что-то.

— Как считаете, та металлическая дверь сошла бы за выход? — спросила Джувия, пытаясь перекричать звук от бьющейся струи воды об поверхность. Она показывала на ту самую металлическую низкую, но широкую дверь, которая была уже давно под водой и которую Люси приметила в самом начале. Вот что значит страх — он притупляет мозг людей, не позволяя заметить очевидное.

— Возможно, очень даже вероятно, что это наш путь спасения, — Люси подплыла ближе. — Нет никакой выемки? — Джувия отрицательно покачала головой.

— По крайней мере, наполовину задачу решили, остался «ключ», — сказал Драгнил. Серьёзный, чуткий и внимательный капитан снова вернулся, оставив за ширмой весёлого и глупого дурочка, желающего потягаться с лейтенантом в том, кто первый схватит сокровище этого лабиринта.

— Что, если «ключ» находился где-то в самом лабиринте и мы уже не можем им воспользоваться? — спросила Люси всех, но смотрела на капитана. Да, совершенно верно, её состояние подходило к отметке «паника». Дрожь по телу была настолько сильной, что она содрогнулась. Страшно и холодно. Вода была такой холодной, словно только растопленный лёд, но температура жидкости всех волновала сейчас в последнюю очередь.

— Он здесь. И мы его найдём, — ещё с утра не разговаривающий и игнорирующий её Нацу схватил руками лицо девушки, заставляя смотреть в его решительные глаза, что она, собственно, и так делала. Все остальные продолжали поиски — кто на воде, кто под — а эти двое всё ещё не сводили друг с друга глаз. — Ты же не забыла? Я капитан Fairy tail. Твой капитан. Я не позволю никому здесь умереть. Веришь? — Хартфилия кивнула. Да, она верила тому, кто вот так открыто и честно смотрит на тебя зелёными узкими глазами, заставляя постепенно успокаиваться. — А теперь вдохни глубже и подумай, ведь это по твоей части, как можно открыть металлическую низкую ржавую дверь под водой?

Наверно, выбраться было не так трудно, как взять себя в руки, зная, что на тебе лежит ответственность за жизни других. Мысли путались, все знания будто были кем-то вычеркнуты, хотелось закрыть глаза и проснуться ото сна. Но реальность, где голоса людей, бывших врагами и ставших за одну секунду товарищами, брызги холодной воды и неприятно прилипающая одежда, победили панику и отрезвили.

— Рычаг или ручка, что-то, за что можно потянуть или нажать, или покрутить, — сообразила девушка, дав подсказку.

Вода стала подниматься в куполе. До косого потолка оставался какой-то метр. Потом у них не будет воздуха. Но это лишь зажгло желание жить у всех присутствующих. Они все так гребли, что на воде появлялись небольшие покачивающие волны. Совсем скоро они смогли найти то, что могло спасти всем жизни: выступающая металлическая ручка в противоположной стороне от их выхода в самом низу стены. Встал вопрос, почему её раньше не замечал никто? В самом начале её прикрывал собой Фернандес, а после все настолько начали паниковать, что не замечали такой очевидной детали около ног. «Не видят дальше носа»! Страх действительно сильное чувство.

Обрадовавшиеся полицейские и пираты уже успокоились и перестали волноваться, пока не заметили одну загвоздку: когда крутишь за эту ручку против часовой стрелки, то дверь открывается, пропуская воду в свой туннель, но как только человек отпускал ее, то и дверь закрывалась. И никак задержать движение нельзя: ручка начинала автоматически крутиться в противоположную сторону, закрывая дверь. Получалось, что кто-то должен пожертвовать собой ради других?

— Нет, мы должны что-то придумать! — тут же возразила Люси. Все девять голов и кот, который всё это время мог летать, теперь наслаждались последними секундами возможностью дышать воздухом.

— Я буду крутить, а вы выбирайтесь, — сказал Нацу.

— Нацу! Ты не можешь жертвовать собой, у тебя есть задача! — напомнил ему рассерженный Фернандес, у которого болела нога, из-за чего было трудно держать равновесие.

— Именно поэтому мотивации у меня больше. Я быстрее многих вас. Я успею.

— Здесь слишком длинное расстояние. За несколько секунд ты не успеешь, — тут же вставил слово Хэппи. И снова одна лишь Альберона была спокойна, как будто знала что-то наперёд, знала что-то, что не знает никто. Но на это никто не обратил внимания.

— Семь секунд и четырнадцать миллисекунд, если быть точнее, — поправила её Джувия.

— Всё получится, верьте мне.

Люси решила забрать свои слова назад: даже будучи внимательным и серьёзным капитаном, этот парень умудрялся всё равно делать безумные и глупые вещи, что было свойственно другой его сущности. У них и выбора не было, ведь вода поднялась настолько, что до потолка осталось расстояние в высоту человеческой головы. Хартфилия замешкалась, посмотрев на своих товарищей, которые лишь неодобрительно помотали головами и нырнули, но потом Шакал сказал: «Давай, Капитан», и потянул её за собой. Как только Драгнил начал крутить ручку, дверь стала раскрываться и все поплыли друг за другом в потоке воды, помогая руками отталкиваться от пола. Последней осталась Хартфилия, что не решалась лезть дальше. В руках она держала тот самый мешок, который Драгнил ей вручил, когда стал опускаться вниз, и Люси поняла, как сильно она переживала сейчас за то, что этот дурак мог не успеть. Было страшно, а их ссора казалась теперь такой глупостью, которая не стоила внимания.

Нацу махнул рукой, чтобы она плыла. Люси заплыла за дверь, но не пошла за остальными, как это сделали другие. Пираты понимали, что, даже сильно волнуясь, они своей гурьбой в одном месте будут лишь мешать плыть последним, ведь туннель не совсем просторный: широкий - да, но к тому же и низкий; потому отправились дальше, веря и надеясь на капитана. Девушка чуть отплыла назад. Воздуха в лёгких было всё меньше, понемногу она начинала задыхаться, а голова кружилась, но Люси всё равно осталась дожидаться Нацу. Всё шло в замедленной съёмке, словно кто-то специально растягивал этот тревожный момент: металлическая ржавая дверь начала медленно закрываться. Надеялась. Верила... Люси закрыла глаза, не желая смотреть и выносить эту замедленную реакцию. Она ощутила, как дверь закрылась. Ощутила, как сердце забилось в ускоренном режиме. Ощутила знакомую крепкую ладонь на своём запястье и мысленно вздохнула. Нацу действительно сдержал своё обещание и сейчас, крепко сжимая её руку, тащил за собой к выходу.

***

Дальше всё происходило, словно в тумане: одурманенные свободой и приятным свежим воздухом за стенами лабиринта и пираты, и полицейские, и кот весело орали в неглубокой реке, куда их вынесло из дыры. Они настолько были счастливы, что не различали, где враг, где друг, и просто все обнимались до той поры, пока вернувшийся в сознание лейтенант морской полиции не оттолкнул прилипшую к нему Кану, уже мечтающую выпить литр-другой.

— Договор, Капитан, — просто сказал он, протянув руку.

Улыбка на лице Хартфилии застыла. Мешок, который она все еще держала в руке, вдруг отяжелел. Все замолчали, а пираты смотрели очень внимательно.

— Дай хотя бы посмотреть, — сказала она тихо и взглянула на своего бывшего товарища из-подо лба. Он вначале нахмурился, но не смог отказать. В мешке был спрятан нож. Старый, потрёпанный, окровавленный. Этот клинок впитал в себя много крови, однако для чего Игнил оставил его как подсказку для своего сына? Нацу аккуратно взял за рукоять, повертел оружие в руке, но не смог вспомнить его. Он изучал этот предмет так, будто просто рассматривает нечто новое, а не пытается вспомнить, где он мог его видеть. Могло показаться, что это какая-нибудь ошибка, и они нашли не то, что хотел оставить старший Драгнил, если бы не почти стёртые инициалы «Н.Д» с одной стороны рукоятки.

Девушка протянула найденное сокровище этого лабиринта в мешочке, перевязав его грубой верёвкой. Полностью удовлетворённый, Шакал отстегнул кардиган и засунул туда руку. Люси, как и остальные, напряглась, ожидая вдруг увидеть оружие, но парень просто достал ткань. Наверняка, там находилось противоядие, правда, было оно уж сильно тяжёлым. Но пиратка не проверяла содержимое, ведь знала, что кто-кто, а Шакал сдерживал обещания.

— Венди, — одними губами прошептала новый пират, но этого хватило, чтобы объяснить данную ситуацию. На лицах пиратов появилась злость. Кана не сдержалась и накинулась прямо на лейтенанта, влепив пощечину и прокричав про «пешку Мар де Голля», от последующих ударов её удержала Локсар. Но Шакала это действие не смутило, наоборот, он разорился смехом. Тем самым банальным смехом каждого злодея, уверенного в своей победе.

— Думайте, что хотите. Всё равно ничего не поймёте.

И он ушёл без лишних разговоров, споров или битв, потянув за собой своих людей. Люси следила за его удаляющейся спиной до тех пор, пока она не скрылась из виду. Сглотнув комок, она сказала:

— Пойдём, солнце уже садится. Венди нужна наша помощь.

И никто не возразил.

***

Все вернулись на корабль в не очень хорошим настроении: ни подсказки от Игнила не получили, ни невредимыми лабиринт не прошли, да ещё и Шакал подсыпал соли. Остальные пираты уже были освобождены, почти все сразу же ринулись спасать Венди, дав ей противоядие, которое подействовало уже через часа два-три. Эрза занялась лечением Джерара, хотя это было больше похоже на то, что она избивала парня словами за то, что он позволил себе покалечиться сразу же после выздоровления. Руку Джувии обрабатывала Леви, которая временами сидела с Венди и многое знала о ранах и их лечении, хотя ей мешал снующий из стороны в сторону Фулбастер — когда он увидел окровавленную руку своей помощницы, краска от лица отлила! И Локсар, конечно же, была бы не Локсар, если бы не сходила с ума с сердечками в глазах от такого внимания со стороны любимого человека — даже совет Люси быть менее возбужденной не помогал.

После случившегося Хартфилия наконец-таки вернулась в каюту к капитану и коту. Хоть они и примирились окончательно, всё равно пару раз успели задеть друг друга колкими шуточками, между которыми Драгнил сказал Люси не винить себя за утрату ножа, ведь на её месте так поступил бы каждый.

— Нацу...

Девушка неуверенно подала голос, решившись. В это время парень вместе с котом уже сложили всё оружие, привели себя в порядок, чтобы выйти пировать с остальными по поводу успешно пройденного этапа. Конечно же, награды они не получили, но все остались живы, а состояние Марвелл нормализовалось. Это уже было огромным поводом к всеобщему веселью.

— Что такое?

Он бы её подколол шуткой, потому что понял, что так общаться с Люси ему привычно и свободно, но заметив выражение её лица, решил отложить это до наступления торжества. Кот так же озадаченно глянул на закусанную губу девушки, а потом на руки, держащие ту самую ткань, в которой Шакал передал противоядие.

— Ты должен взглянуть.

Она протянула ему ткань, в которой парень отыскал небольшую книжечку. Он вначале с непониманием взглянул на пиратку, потом раскрыл и пролистал пару страничек: небрежным почерком было исписано вплоть до середины. И это были заметки, написанные, как сразу догадались парень и кот, Шакалом. И не просто какие-то сведения о том, что он ел или где ходит. То были тайные заметки.

Заметки, рассказывающие о Мар де Голле.