По ту сторону Баррикад

«Я сделала это? О да, я это действительно сделала. Не будь подобная ситуация такой нелепой и с какой-то стороны пугающей, я смогла бы оценить свои актёрские навыки секретного агента. Но мне сейчас не смешно. Ой, как не смешно», — за две секунды мысли спутались в голове, а сознание начало медленно уплывать сквозь солнечные лучи и свет драгоценных металлов.

Люси стояла вплотную к парню, прижимала к его шее, на которой аккуратно был завязан старый клетчатый шарф, мушкет и заглядывала в серые глаза, надеясь, что её уверенность не пошатнется. Ведь так красиво начинала! А капитан «вонючей шайки » спокойно смотрел на девушку, словно его жизнь не могла резко оборваться за одну долю секунды. Его стальные глаза выражали столько уверенности, что казалось, будто они поменялись местами – это Он прижимал её к себе, это Он подставлял дуло мушкета, это Он был здесь распорядителем порядка.

— И что же мы тут забыли, блондиночка? — ехидно улыбнулся Нацу, в то время как Хэппи, его вечный напарник на любых заданиях, продолжал что-то увлеченно искать в целой золотой и серебряной горе.

— Здесь я задаю вопросы, малоуважаемый Нацу Драгнил, — сквозь зубы процедила девушка, нахмурившись ещё пуще, да так, что между бровями залегла тонкая морщинка.

— Смею заметить, мне здесь не рады, — всё также нахально улыбался Драгнил, продвинувшись телом вперёд, оттесняя девушку. На мгновение её лицо озарилось удивлением, она замешкалась, но уже в следующую секунду обрела былую серьёзность. — Раз меня здесь знают, то было бы нечестно оставаться покрытой маской неизвестности, тебе так не кажется?

— Ты... - казалось, этими простыми словами парень без труда забрал весь кислород из лёгких, заставляя Хартфилию задыхаться. Она сглотнула вновь появившийся ком в горле и попыталась проигнорировать тошнотворное бурление внизу, в районе живота. — Я — действующий капитан морской полиции, Люси Хартфилия, которая покажет тебе все сладости тюремной жизни!

— Покажите, на что способны блондинки, капитан? — Люси казалось, что этот пират с ней играл, что его забавляла смена лица Хартфилии — от замешательства до негодования. И это подлило масло к костру ненависти ко всем пиратам, в особенности к этому «гнусному капитанишке».

— Только не плачьте и не кричите, что я вас не предупреждала.

Склад имения В. Группа под командованием Шакала.

Подойдя к намеченной цели, главный в недавно сформировавшейся группе осмотрел пространство вокруг них. Обычная улица: несколько двухэтажных домов с небольшими садами и лужайками на дворе; ровно уложенная дорога, которую ещё не успели испортить тележки и подковы коней; всего пара продуктовых магазинов, из которых шел приятный запах свежей выпечки и черного кофе.

— Младший лейтенант, мы прибыли, — кто-то отчеканил за спиной, выводя из своих размышлений парня, который тут же поправил портупею.

— И без вас знаю, — раздраженно рявкнул Шакал, а после сделал глубокий вздох, пытаясь утихомирить нервишки. — Итак, вот как мы поступим: двое проверяют, украли ли что-нибудь из этого склада, а один осматривает помещение на следы взлома. Быстро разошлись, нечего мозолить мне глаза!

Став членом морской полиции, Шакал надеялся на весёлые дни с захватывающими приключениями по поимке пиратов. Каждый день тренировался ведению меча, использованию холодного оружия, вырабатывал отличные рефлексы и возрождал в себе жажду битв и сражений. А сейчас он мог только чувствовать, как чешутся руки, как сабля, покоившаяся на портупее, отяжелела под весом таких заманчивых мыслей о столкновении с пиратами.

— Докладываю, — резкий голос со стороны вновь вывел парня из собственных мыслей. — Следов взлома нет, но по состоянию склада ясно: пираты здесь побывали и, кроме одного мешка, ничего с собой не прихватили.

— Идиоты, — твёрдо ответил младший лейтенант после минутного молчания, повернув голову на стоявшего рядом парня, такого слащавого, побритого, почти молодого и наивного, что лейтенанту стало смешно. Не любил таких людей. А работать с ними - так и подавно.

— М-младший лейтенант! — заорали двое прибывших людей, ничуть не отличавшихся от стоявшего рядом парня. — Смотрите, — как удивленные подростки, они указали пальцами вверх, на крышу дальнего дома, откуда, перепрыгивая с крыш на повозки и обратно, бежали двое темноволосых парней, и летел рядом кот (с ними мы уже встречались).

И только Шакал оскалился, намереваясь вступить наконец-таки в бой, как взгляд одного из пиратов, который спокойными прыжками приближался к ним, парализовал всё тело. Взгляд тёмных, как воронье крыло, глаз остудил полыхающий внутри огонь, казалось, даже понизил температуру тела младшего лейтенанта, а в пальцах рук почувствовалось непривычное покалывание — и всё это только от взгляда, от одного взгляда пирата, который не удосужился даже остановиться, и побежал дальше.

В этот момент Шакал осознал, как жестока реальность, как наивен был он сам, как жалко он выглядел, встретившись лицом к лицу со своим врагом. И это ему совсем не понравилось. «Черт, капитан, — сквозь стиснутые от безнадежности и собственного бессилия зубы прошипел младший лейтенант. — Я... не смог».

Склад имения Б.

По прекрасным светлым стенам эхом отдавались звуки соприкасающихся лезвий шпаг. С самодовольной улыбкой и полыхающим в глазах азартом капитан пиратов легко защищался и быстро контратаковал. Девушка, сжимавшая эфес со всей силы, двигалась молниеносно, игнорируя дрожь по коже.

— А вы неплохо владеете мечом для девушки, — саркастически заметил Нацу, блокировав стремительную атаку прямо в его горло.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда эта девушка тебя повергнет, — капитан морской полиции сбивчиво дышала, но продолжала твёрдо стоять на ногах.

— Хм, действительно было бы интересно на это посмотреть, — кивнул Нацу, сделав шаг назад, и взмахнул шпагой. — Но жаль, что я не смогу это увидеть, — просто пожал он плечами, будто это было само собой разумеющимся.

Казалось, температура в помещении поднялась куда выше прежнего, из-за чего Люси готова была взвыть: полицейская форма пусть и была удобна для бега и сражений, но в ней легко можно было устать. Лишь холодный пот, окатывающий её при каждом оглушительном вздохе пирата, остужал тело, даже охлаждал временами. Перед её взором стоял лишь один четкий образ — Нацу Драгнил со своей шпагой в правой руке; а в голове стоял размеренный план её наступления. Как мантру, она повторяла каждый свой шаг, пыталась предугадать его атаки и резкие движения, стараясь сосредоточиться на своей ненависти к этому человеку.

Сам же парень, казалось, лишь забавлялся этим моментом, наслаждался «интересным и заранее предугаданным боем». Это настолько взбесило девушку, что та потеряла концентрацию и, можно сказать, выпала на секунду из реальности. Казалось, что собой представляет одна жалкая секунда, но её хватило, чтобы парень смог взять инициативу на себя, а Люси — оступиться и потерять равновесие. Лишь сзади стоящие ящики смогли защитить её от удара об пол.

— Смотрю, вас уже ноги не держат, капитан, — тут же съехидничал Драгнил, замахнувшись на девушку, которая в последнее мгновение отошла в сторону, тем самым позволив острию вонзиться в деревянную поверхность и быть зажатым между маленькими коробками патронов.

— Ох, какая утрата, — тут же вставила слово Хартфилия, впервые почувствовав загоревшийся огонёк в её душе: она сможет победить, если постарается.

Сильнее сжав эфес, капитан легко и быстро прорезала воздух еле заметным звуком, томно вздохнув и от досады тихо простонав. Парень нагнулся, чтобы без препятствий уклониться от шпаги противника, и теперь уже два острия (один выше, другой ниже) вонзились в гладкую деревянную дощечку.

— Ох, какая утрата, — подразнил капитан пиратов, чуть понизив голос на несколько тонов. И пусть это совсем не было похоже на девичий возглас, но Люси этого хватило, чтобы также рьяно продолжить бой.

«Боже, и что это Нацу делает? — бубнил про себя забытый этими двоими кот с ангельскими крыльями и продолжал дальше исследовать золотую, полную драгоценностей гору. — Если бы захотел, то в миг её победил. Чем с ней играться, лучше мне бы помог». Кот глубоко, даже с толикой досады, вздохнул, посмотрев поверх открытого и почти пустого сундука на товарища и блондинку, которая решительно наступала. Искры так и летели во все стороны после очередного удара, но стоило кому-то из них оступиться, врезаться в ящик или мешок с зернами, как второй тут же нападал.

Это была разгоряченная битва. К середине сам Драгнил слегка подустал, даже не заметив, как перестал поддаваться. Тяжело дышавшая девушка встала напротив, сжимая с такой силой эфес, что если бы не идеальная работа кузнеца, то давно бы сломала черен*.

«Так не может долго продолжаться, — думала про себя Хартфилия, не сводя грозного взгляда с пирата. — Нужно что-то предпринять для победы, иначе мои шансы понизятся, а я не могу проиграть. Честь капитана морской полиции и безопасность жителей (ну и золота с порохом) стоит предо мной. Я не должна сдаваться». Рассуждать дальше не пришлось, потому как Драгнил, сделав ложный выпад, резко дернул руку вперёд, и если бы не отличные рефлексы, то Люси распрощалась бы с рукой.

— О, простите, капитан, — состроив виноватый вид, проговорил Нацу, приняв прежнюю, готовую к любому движению стойку. — Кажется, у вас кровь, — и верно, несмотря на быстрые рефлексы, он смог задеть левое плечо, порезав синюю ткань, которая окрасилась по краям в алый цвет.

— Вот черт, — прошипела капитан морской полиции, уже ощущая пульсирующую боль в том месте и жар от стекающей (пусть и немного) крови.

— У тебя есть шанс сдаться, тогда, может быть, я тебя не трону, — предложил Драгнил спокойным голосом, от которого девушку стало воротить. Живот скрутило от нарастающей паники — она понимала, что её шансы победить были ничтожны, но чтобы вот так взять и сдаться пирату? Это последнее, что она сделала бы в подобной ситуации.

По взгляду карих глаз парень понял, о чем она думала, потому лишь обреченно вздохнул. «Надо заканчивать, Хэппи один не справится, а у нас мало времени», — подумал он про себя, заметив, как тонкие пальцы Хартфилии начали неуверенно сжимать черен — это был жест того, что она готова напасть в любую секунду. И он не прогадал — капитан морской полиции с каким-то непонятным кличем ринулась вперед, подняв шпагу здоровой рукой, целясь ему куда-то в живот.

Люси видела своего противника, знала, что поступала глупо и безрассудно, но уж лучше так, чем стоять и ожидать непонятно чего, а от мысли, что это смерть, выворачивало наизнанку. Но то, что произошло в считанные секунды, она вряд ли смогла описать, даже очухавшись несколько дней спустя: серые глаза как никогда полыхали стальной уверенностью, золотые серьги ярко отражали свет драгоценностей, клинок ловил ровной поверхностью лучи дневного солнца, а светло-коричневая пелена застелила ей глаза, из-за чего пришлось зажмуриться.

Когда Люси, протерев тыльной стороной руки веки, смогла открыть глаза, то увидела перед собой остриё, которое было нацелено прямо ей в горло; свою шпагу она, оказалось, невольно отпустила, потому её оружие лежало около её ног; а мушкет всего лишь с одним очень ценным патроном спокойно отлеживался в свободной (левой) руке пирата. Это была безоговорочная победа. Хартфилия только сейчас поняла по рукам, что Драгнил кинул ей в лицо песок, и было совершенно всё равно, откуда парень взял его.

— Эй, так не честно! — протестующе заявила Люси.

— Ничего личного, блондиночка. Я же пират, — легко ответил парень, который, скорее всего, уже не раз повторял эту фразу, даже казалось, что это его второе имя. И сама девушка не понимала, что бесило её больше: проигрыш или его надменная ухмылка, которую хотелось стереть с чертового пиратского лица.

***

Люси не знала, сколько прошло времени, пока она, связанная крепкими веревками искусным морским узлом, сидела около ящиков: давно сбившись со счета, девушка просто наблюдала за слишком импульсивной парочкой. Кот с белоснежными крыльями всё чаще жаловался, капая на мозг словами, что «его» здесь нет, когда же Драгнил, изредка бубня под нос не совсем цензурные фразы, продолжал искать и ободрительно разговаривать со своим сотоварищем. И всё бы хорошо, да вот белый платок мешал произносить какие-либо слова кроме мычания и похожих на вой звуки, руки и лодыжки уже болели из-за тугой и ужасной верёвки, а изредка «прыгающие» на неё вещи из золотой горы чудом не попадали в голову.

— Ввмтв! — грозно прошипела Люси, понимая, что никто не понял того, что она промычала, но как она могла молчать, когда уже пятая вещь с характерным звоном врезалась в древесину прямо около неё?

Нацу вздохнул, кидая на неё остерегающие взгляды, которые говорили вместо слов: «Не мешай!» И Хартфилия впервые почувствовала себя провинившимся ребёнком, когда глаза цвета стали грозно обследовали её лицо. Что казалось ей странным — она не чувствовала страха за себя, скорее отвращение к смухлевавшему пирату и обиду за свой проигрыш. И всё. На другом сосредоточиться было трудно, ведь боль от истекающей (уже не так обильно, как вначале) раны на плече туманила разум.

— Старший лейтенант, это последний склад! — послышался голос снаружи, и все трое, как один, оцепенели от неожиданности, только если Люси не могла ничего сказать, то пираты непроизвольно взвизгнули, привлекая тем самым внимание полицейских. — Вы это слышали, сэр Мар де Голль? Там пираты!

«Мар де Голль? А он-то что тут делает?» — пронеслось в голове у Хартфилии, которая принялась за новую попытку выбраться из тугих верёвок, но всё было тщетно.

— Нацу? — неуверенно, почти шепотом спросил Хэппи, округлив и без того большие глаза. Он боялся — девушка это видела, — и полагался на Драгнила, который стал обследовать глазами помещение, явно обдумывая следующие действия. И когда его взгляд остановился на ней и сверкнул неодобрительным блеском, сердце Люси ускоренно забилось внутри грудной клетки.

— Так-так, блондиночка, вот нам ты и пригодилась, — подойдя к девушке, Нацу присел около неё на корточки и снял с неё платок. После странного вкуса ткани, Люси сморщилась и стала причмокивать, пытаясь избавиться от гадкого ощущения.

— Что, испугался? — сплюнув прямо ему под ноги, спросила капитан морской полиции.

— Если бы, — кратко ответил Драгнил, и его взгляд настолько был гипнотизирующим, что девушка невольно стала в них тонуть. Бред же, да? — А теперь кричи, зови на помощь, отдавай любой приказ, который придёт тебе в голову.

— Зачем? — Люси вновь почувствовала себя обычным подростком, который совершенно не понимал простой темы по математике или обществоведению. Нацу поднял её голову за подбородок, заглядывая в глаза, и с ехидной улыбкой одними губами проговорил: «Давай», — что несомненно вывело из себя девушку. Нахмурив брови, стиснула зубы и набрала больше воздуха в лёгкие. — Всем подразделениям, окружить склад со всех имеющихся выходов и входов, в том числе окна, чтобы и мышь не проскочила незаметно, — они оба смотрели друг на друга, не смея оторваться. Общая решительность, уверенность, желание выполнить свой долг объединяли двоих капитанов совершенно разных миров. — Здесь находятся два пирата, один из которых Нацу Драгнил – капитан Fairy Tail. Готовьтесь к дальнейшему приказу, — взгляд карих глаз опустился на скривившиеся в удовлетворенной улыбке парня, а после метнулся вверх, обратно. Хэппи тем временем продолжал искать «его», хотя Люси была уверена, что эти двое лишь зря тратили время. — Старший лейтенант Мар де Голль, к вам это тоже относится.

Тот же склад. Возле помещения. Два подразделения под главой Мар де Голля.

Старший лейтенант, услышав своё имя, непроизвольно сморщился от командного тона и рукой провел по тёмным волосам — это был такой жест, когда он волновался или всё шло против его планов, или случалось то, чего он меньше всего ожидал. Половина сержантов тут же повинились приказам капитана морской полиции, когда другая половина, мешкая, смотрела на него и ожидала следующих указаний.

— Выполняйте уже! — рявкнул недовольно Мар де Голль, скрестив руки на груди и продолжая сверлить взглядом закрытую дверь, которая отделяла его от пирата и Хартфилии. «Что-то подозрительно, — задумался он. — Что так долго может делать пират, да ещё и капитан? Они что-то ищут? Но что? И почему они не убили эту самоуверенную капитаншу?»

Прошло около пяти минут, пока напряженную тишину, изредка нарушаемую перешёптыванием и разговорами жителей (которые должны были спрятаться), не нарушил треск. Это сломалась крыша склада, точнее её кто-то сломал, тем самым выйдя на свободу. На голубом небе с редко проплывающими облаками возник яркий оранжевый свет, который слепил глаза.

— Приготовиться к выстрелам! — закричал старший лейтенант, когда глаза смогли привыкнуть к исходящему свету.

Но никто не поднял свои мушкеты, более того, все начали неуверенно переглядываться со своими товарищами и возбужденно перешептываться. И стоило парню поднять голову, как он понял причину суматохи: пират, за спиной которого были белоснежные крылья (Хэппи), в одной руке держал огненный меч, языки пламени которого не плавили металл, а в другой саму Люси.

Видимо, пират взял её как заложницу и не прогадал — никто не осмеливался не то, чтобы убить, но и просто поднять дуло навстречу. «Неплохо, — Мар де Голль сам не знал, злился ли он или даже радовался такому повороту событий. Снова пригладив волосы, которые продолжали торчать в разные стороны, он как-то безумно улыбнулся. — Но даже так тебе не ускользнуть. Тебя ждёт засада, Нацу Драгнил».

— Старший лейтенант, они уходят, — еле слышно доносился до него возглас кого-то из подчиненных, который пытался перекричать шум, посеянный среди сержантов и выбежавших жителей города. — Точнее улетают, — тут же поправился белобрысый парень, уже стоя около лейтенанта.

— Пускай, — безразлично ответил тот, развернувшись.

— Но у них же капитан...

— Черт с ней, — прошипел себе под нос. — Её смерть не будет напрасной, — бросил Мар де Голль через плечо, смерив паренька устрашающим взглядом, и ушел, не скрывая свою довольную улыбку.

Нацу, Люси и Хэппи. Где-то в воздухе над городом Магнолия.

Первая мысль, что пришла в голову Хартфилии — это было желание убить чертового капитанишку пиратской шайки за мегаглупый и ужасный план, в котором она являлась его щитом. И вправду, никто из полиции не посмел на них нацелиться из мушкет, по всем рядам пошла суматоха, непонимание и ясно ощущавшийся страх. Люси никогда не чувствовала себя такой униженной и растоптанной, как находиться с завязанным ртом и руками в стальной хватке довольного, даже наслаждавшегося этим моментом Драгнила.

И когда они поднялись, благодаря летающему коту, в воздух, рассекая нижний слой атмосферы, плавно поднимаясь выше, будто плывя по морской глади, Хартфилия ощутила новое чувство. У неё захватывало дух. Ещё никогда прежде её сердце не билось в таком темпе из-за полёта, ещё никогда она не ощущала лёгкого покалывания по всему телу и приятной тяги внутри живота. Вдыхая морской запах, который в вышине чувствовался отчетливей, девушка непроизвольно забыла обо всём.

И восторг, и радость, и свобода защемили с такой силой душу, что та могла и не выдержать подобного напора. Если вначале Люси пыталась освободиться из лап пирата или визжать, якобы прося её отпустить, то сейчас она смирно висела на его свободной руке (в другой хранился найденный меч-артефакт) и наблюдала.

Город был прекрасен. Нет, она и раньше знала, что он красив, но капитан морской полиции всегда наблюдала его либо снизу, либо с невысоких гор. Но сейчас... она видела его, как на своей ладони, видела каждую улицу, каждый поворот, каждого прохожего, которые были похожи на маленькие фигурки, стоящие у неё в кабинете; все знакомые лица смешались в одно пятно, но это не пугало, лишь захватывало; она видела крыши домов, резиденции полиции, театров кукольных и живых, магазинов с различными продаваемыми товарами; зелёные сады, приукрашенные красными, розовыми, белыми и другие оттенками цветов и фруктов, придавали общей картине города свою, природную атмосферу.

«Замечательно!» — глаза от восторга распахнулись и засветились ярким блеском счастья, улыбнуться было тяжело, но даже так она не могла сдержать приподнятые уголки губ, просто не в силах остановить восторженную мимику на лице. Хартфилия выпала из реальности настолько, что забыла о своём положении, не замечала серых, таких же блестящих глаз, устремленных прямо на неё, и совершенно не слышала капризы летящего кота, который жаловался на «какая блондинка, однако, тяжелая».

***

— Вот же ж! — выругался парень, нарушая такую царящую идиллию. Девушка от удивления и неожиданности встрепенулась, а после повернула голову и посмотрела на пирата: от довольной улыбки и след простыл, глаза вновь застелила пелена серьёзности, а светлые брови встретились у переносицы.

Хартфилия вопросительно посмотрела на него, а после проследила взгляд — они были у самого порта, где почти всю длину занимали рыбаки и торговцы с других мест; а также маленькие и большие судна, простые лодки и шлюпки. И лишь один, такой большой с тёмной древесиной и черными парусами уже отплыл на достаточное расстояние от этого места. Почему-то девушка не сомневалась, что это был его корабль.

— Нацу, это разве не засада? — и верно, устроившись в две линии, множество людей в полицейской форме наставили свои мушкеты и уже без сожалений, неуверенности или страха смотрели на подлетающих двоих (и кота) людей.

— Кто бы мог подумать, что капитан так быстро утратит свою ценность, — пробубнил Драгнил первую мысль, просто ляпнул то, что пришло на ум, сказал правду, и именно поэтому Люси стало плохо. Эти слова, как эхо, прокручивались в голове, не покидая сознание, а лишь сдавливая чувство собственного достоинства. Она многое не понимала, но одно знала точно: её предали. — Ну что же, Хэппи. Как думаешь, прорвёмся?

— Если воспользуешься найденным артефактом, то, думаю, да, — сказал серьёзно кот, который ещё на складе готов был завыть от страха, когда их обнаружили подразделения Мар де Голля. Казалось, в воздухе Хэппи был как в своей стихии.

Что произошло дальше, трудно описать парой фраз, но ещё трудней описать подробно, когда Люси, всё ещё с повязкой во рту, умудрялась визжать от резких поворотов в воздухе. Каждую секунду она думала, что стальная хватка Драгнила ослабеет, и он её отпустит прямо навстречу летящим пулям и пороху, но сам пират уже и забыл о ноше. Её жизнь, будущее и судьба сейчас находились в руках двух пиратов: один ловко лавировал по воздуху, убегая от мишеней, другой с помощью огненного меча плавил летящие куски металла.

Не в силах больше смотреть на эту картину, которая окрасилась в тёмные тона и красный оттенок, затмевая тот прекрасный вид родного города, Хартфилия зажмурила глаза. Она ненавидела себя за то, что вот так отдалась в руки пирата, но девушка понимала, что другого выхода не было. Звук выстрелов и ветра в ушах не стихал даже тогда, когда она почувствовала под собой твёрдую поверхность. Упала она с весьма характерным толчком. Наверняка, синяки останутся.

Драгнил, встав на четвереньки на своём корабле, тяжело дышал и пытался восстановить дыхание. Знакомое, такое родное покачивание на морской глади и приевшийся запах старых досок под собой заставили вернуть сознание и обрести покой. Он выжил. Они смогли.

— Капитан, — послышался голос недалеко от него. Нацу встал, смотря на девушку с алыми волосами, и безумно улыбался. — Я, конечно, рада, что вы живы, более того, не смела в том сомневаться, но кто это?

И только сейчас Драгнил вспомнил про то, что был не один. Вспомнил, как взял в заложницы капитана морской полиции, используя как щит. И вспомнил, как совершенно забыл об её существовании на самом берегу.

— Вот черт! — чертыхнулся пират, встретившись с разъяренным взглядом карих глаз, грозно смотрящих на него.

Это лишь простая случайность, что была очерчена стрелками Истории.

Примечания:

Черен - рукоять на шпаге.

Портупея - ремень для оружия.

Обложка:

https://pp.vk.me/c622918/v622918144/2f18d/JOc8VyhWN7Y.jpg