51-55
Глава 51. В состязании у каждого свои мысли
- Е Жаоцзюэ возвращается завтра. Ты готов? Он очень заботится о своей единственной племяннице! - Налан Юхонг насмешливо посмотрел на Цзюн Еяна.
Принцу было все равно:
- Приказ Его Величества не может быть нарушен. Он это знает.
Глядя на беззаботного Цзюн Еяна, Налан Юхонг слегка нахмурился. Его настроение было переменчивым, как и раньше, что затрудняло общение.
- Я не об этом говорю. Я имею в виду, что он обязательно придет, чтобы найти тебя! Его сокровище собирается за тебя замуж. Как ты думаете, он может быть спокойным? - Налан Юхонг был раздражен отношением принца, но в тоже время в его голосе слышалось плохо скрываемое злорадство.
Глаза Цзюн Еяна слегка сузились. Затем он мельком взглянул на Налана Юхонга:
- Я слышу намек на радость в твоих словах. Похоже, у тебя много свободного времени, поэтому тебе нравится совать свой нос в чужие дела. У опорного пункта в Мобэе возникли некоторые проблемы. Если ты такой умный, можешь взглянуть на него, - ошеломил он Налана Юхонга.
Молодой Налан не думал, что принц будет так жесток, отправив его в Мобэй. Все знали, что в Мобэе, расположенном в районе плато, была многолетняя засуха. Отпустить его в Мобей было равносильно убийству.
- Ты все неправильно понял. Я не злорадствовал. Я беспокоюсь за тебя. Что касается Мобэя, то ты мог бы просто послать кого-нибудь другого. В любом случае, это наверняка мелочь. Тебе не нужно посылать туда элиту, как я, - торопливо выпалил Налан Юхонг.
Он почти обнял бедро Цзюн Еяна.
Принц посмотрел на льстеца:
- Эта проблема не такая уж мелочь. Если бы не тот факт, что тебе нужно завтра присутствовать на банкете, ты бы уже отправился в Мобэй.
Сердце Налан Юхонга отпустило. Он засмеялся и сказал:
- Я знаю, что ты не можешь отпустить меня. Как только я отправлюсь в Мобэй, эта красота исчезнет.
Он самовлюбленно помахал рукой перед Цзюн Еяном, демонстрируя, как нежна и тонка его кожа.
- Тебе надо идти готовиться. Когда Е Жаоцзюэ прибудет завтра, этот человек приведет всех чиновников, чтобы поприветствовать его. Согласно последним новостям, здесь будет группа людей из Мобэя, которые прибыли сюда, чтобы просить о брачном союзе, - слабо произнес Цзюн Еян.
- Брак? Похоже, что Мобэй действительно намерен сдаться, раз они собираются просить о браке! - Налан Юхонгу все это казалось невероятным.
Народ Мобэя был довольно сплочен. Хотя их население не было таким многочисленным, как в Чэнси и в Наньюэ, все они были храбрыми воинами, что и было одной из причин, почему Мобэй мог конкурировать с Чэнси в течение многих лет.
Но сегодня, Мобэй действительно намерен сдаться. Е Жаоцзюэ неизбежно сыграл в этом большую роль.
- Он явно знает, что Е Жаоцзюэ поддерживает Бай Аосюэ, но он все равно предоставил ее тебе. Неужели он не берет в расчет потенциальную опасность, что Бай Aoсюэ действительно влюбится в тебя? Я не верю, что этот ублюдочный император настолько глуп, - неожиданно сказал Налан Юхонг.
- Он, конечно, думал об этом, но он слишком уверен в себе. Он думает, что Бай Aoсюэ не предаст его. Это не более чем попытка проверить ее и меня, - глаза принца потемнели.
Налан Юхонг не мог удержаться от вздоха:
- Он потерял преимущество в самом начале этой игры. Ты действительно мудр, но это все потому, что Бай Аосюэ весьма необычна!
Цзюн Еян не отрицал правоты его слов. Если бы Бай Аосюэ действительно была такой, как говорили о ней слухи, возможно, она стала бы слепым мечом в руке Цзюн Ухэня.
Тем не менее, Бай Аосюэ неожиданно изменилась, что спутало всем карты, но это была также самая захватывающая часть.
Между ним и императором не было прямого соперничества, так как он просто ждал удобного случая. Вмешательство Бай Аосюэ сделало эту игру более замечательной и непредсказуемой. В этом случае ему ничего не стоит поиграть с Цзюнь Ухэнем!
- Пришло время встретиться с Е Жаоцзюэ, - глядя на утреннее сияние, слабо произнес принц.
Глядя на спокойного и умиротворенного Цзюн Еяна, Налан Юхонг был не в настроении шутить:
- Завтра еще один банкет войны!
Бай Аосюэ вручила Мумиан фарфоровую бутылку, наполненную ядовитым порошком. Она не верила, что никто не соблазнится ее богатством. Но поскольку все это теперь принадлежит ей, она из рук ничего не выпустит. И она даже не будет останавливать этих жадин, пока они могут выжить.
Думая об этом, Бай Аосюэ показала слабую улыбку вместо обычно равнодушного выражения, словно предвкушая, как сработает ее ловушка.
Однако, когда она подумала о встрече с Е Жаоцзюэ завтра, девушка даже немного разволновалась.
С другой стороны, Бай Цивэй, которого транспортировали в его двор, продолжал думать о коробках подарков Бай Аосюэ, как она и предполагала.
- Эй, кто-нибудь! – крикнул Бай Цивэй, лежа в постели.
Молодой слуга толкнул дверь и вошел, скрипя несмазанными петлями.
- Господин, что прикажете? - слуга почтительно склонился.
- Наказание управляющего Бай было исполнено? - спросил Бай Цивэй.
- Отвечаю милорду, управляющий Бай был избит палкой тридцать раз за то, что тайно выпустил наложницу Су из зала предков. Наложница Су также была отправлена обратно в зал предков согласно вашему приказу, господин, - осторожно доложил слуга.
Бай Цивэй удовлетворенно кивнул. Затем он сказал:
- Пошлите кого-нибудь сказать второй Мисс, чтобы она хорошенько отдохнула и набралась сил, потому что завтра она поедет со мной во дворец.
Слуга снова поклонился:
- Я сейчас же пошлю людей сообщить второй Мисс. Есть ли у вас какие-либо другие приказы?
- А, да, ушел ли принц? - казалось, Бай Цивэй о чем-то вспомнил.
- Его Высочество пятый принц давно ушел, - ответил слуга.
- А, ну раз так, можешь идти. Я позову тебя, когда ты мне понадобишься, - задумчиво произнес Бай Цивэй.
После того, как слуга удалился, Бай Цивэй начал думать о контрмерах. Что касается этих подарков, он не оставит Бай Аосюэ. Так как он обещал ей дать десять ли приданого, он использует эти подарки.
- Хм! Ты собираешься замуж за кого-то, но все еще хочешь использовать деньги резиденции премьер-министра. Мечтай! - яростно сказал Бай Цивэй, казалось, он что-то вспомнил.
Бай Сусюэ, отсиживалась во дворе Су Цяньцянь и была недовольна Бай Цивэем. Однако, когда она получила сообщение, принесенное слугой, обида на отца исчезла в мгновение ока.
- Что ты сказал? Неужели отец действительно позволил мне завтра войти с ним во дворец? Это правда?! - Бай Сусюэ схватила слугу за воротник.
Глядя на девушку, которая все больше вела себя как невротичка, этот слуга почувствовал неприязнь, но он сдержался, так как Бай Сусюэ была молодой леди. Он сказал:
- Да, первоначальные слова господина таковы. Вторая Мисс, вы меня слышали!
Бай Сусюэ пришла в безмолвное возбуждение. Закрыв руками щеки, она заплакала. Глядя на нее, слуга почувствовал холодное отвращение в сердце. Поскольку ему не хотелось задерживаться, он отступил после поклона.
Любой бы испугался, увидев, в каком состоянии пребывала вторая мисс. Ее волосы были растрепаны, а мысли блуждали. Иногда она плакала, а иногда хихикала просто как сумасшедшая.
- Хххх... Я иду во дворец! Я увижу Его Величество!! - Бай Сусюэ вдруг рассмеялась.
Охранники, отвечавшие за безопасность снаружи, не обратили внимания на ее слова. Они только думали, что она слишком счастлива.
- Эй, кто-нибудь! - Бай Сусюэ вдруг что-то вспомнила и закричала.
Служанка Бай Сусюэ, которая стояла снаружи, услышав ее голос, неохотно перешла во внутреннюю комнату.
Бай Сусюэ была очень недовольна, когда увидела, что никто не торопится. Через некоторое время, когда вошла служанка, Бай Сусюэ бросилась вперед и дернула ее за волосы:
- Ах ты сука, не хочешь идти, когда тебя зовут?
Служанка не смела сопротивляться, Бай Сусюэ больно тянула ее за волосы.
- Вторая Мисс, вы меня неправильно поняли. Я иду, как только вы меня зовете. Как я могу не захотеть! Пожалуйста, простите меня, вторая Мисс! - со слезами сказала служанка.
Сейчас приступы Бай Сусюэ становились все более странными. Большинство людей боялись ее постоянно меняющегося настроения. Она словно находила отдушину, мучая их, независимо от того, была она счастлива или нет.
- Хм! Ты не посмеешь! - Бай Сусюэ наконец отпустила волосы служанки, а затем подняла руку и дала ей пощечину.
- Пусть принесут мне горячей воды. Я хочу помыться. Теперь иди и приготовь несколько комплектов одежды для меня. Не забывай, что я хочу одежду из магазина Лоян! Сегодня же они должны быть готовы! Без промедления! - Бай Сусюэ презрительно взглянула на служанку.
Держась за распухшую щеку, служанка ответила, опустив голову:
- Я сейчас же пойду и все приготовлю!
- Уходи! Я раздражаюсь, когда вижу тебя. Просто иди! - брезгливо сказала Бай Сусюэ.
Она не заметила, что глаза служанки были полны ненависти, когда та опустила голову.
*
На следующее утро Бай Аосюэ встала рано, а затем была тщательно одета Мумиан и другими.
- Мумиан, мне обязательно так наряжаться? Это же не день свадьбы! - Бай Аосюэ посмотрела на себя в бронзовое зеркало, она была разодета как официальная леди.
- Мисс, генерал не видел вас больше года. Конечно, вам нужно красиво одеться! - Мумиан посмотрела на госпожу.
У Бай Aoсюэ болела голова. Она сказала, держась рукой за голову:
- Мумиан, я просто иду к дяде. Как бы я ни выглядела, я все равно его племянница.
Сказав это, Бай Аосюэ сняла с головы какое-то громоздкое украшение и сказала:
- Иди и принеси то красное платье с золотым кантом, которое я заказала в прошлый раз. Сегодня я надену его.
Мумиан не смела ослушаться. Она также чувствовала, что Бай Аосюэ была права, поэтому она быстро пошла за платьем.
Совместными усилиями нескольких человек, Бай Aoсюэ, наконец, переоделась. Все было улажено.
- Первая Мисс, милорд сказал, что мы можем отправиться прямо сейчас, если вы готовы, - раздался снаружи голос дежурного.
Бай Аосюэ слегка кивнула, показывая, что Вэньси и другие могут идти первыми.
После того, как они вышли, девушка подошла к кровати и достала кинжал, с которым никогда не расставалась, и спрятала его в рукав.
Когда дверь открылась, все, кто ждал снаружи, повернулись посмотреть.
Они увидели изящно ступающую юную девушку. Восходящее утреннее солнце освещало ее игривое красное платье, бликуя на позолоченном крае, что делало наряд еще более роскошным.
Ее чернильные волосы были небрежно перевязаны лентами, демонстрируя скромность, смешанную со свободой и легкостью.
Ее глаза сияли, губы были яркими даже без макияжа, а упрямство и гордость на идеальном овальном личике не соответствовали ее возрасту. Это была нынешняя Бай Aoсюэ. И эта ее сторона трогала людей больше всего.
Глядя на ошеломленных зрителей, Бай Аосюэ поправила волосы и приоткрыла свои алые губы:
- Пойдем. Сейчас приедет мой дядя.
Глава 52. Возвращение, Честь и Поражение
Равнодушный тон Бай Аосюэ мигом привел всех в чувство.
Мумиан посмотрела на госпожу, возглавившую процессию, и прошептала:
- Боже мой. Мисс становится все красивее и красивее. Даже меня это привлекает.
Хонсю и Вэньси слушали Мумиан и единодушно кивали, и даже сопровождавший их слуга не сводил глаз с первой мисс.
Бай Аосюэ не могла удержаться от улыбки. К сожалению, никто этого не видел. Когда они подошли к воротам особняка, Бай Цивэй и его слуги также прибыли. Глядя на Бай Цивэя, который стоял, заложив руки за спину, Бай Аосюэ спросила:
- Отец, как ваша рука сейчас? Что сказал доктор?
Глядя на девушку, Бай Цивэй вдруг припомнил, что когда-то была женщина, тоже нежная и обаятельная. Она стояла за его спиной и незримо поддерживала его.
Видя, что отец смотрит на нее внезапно опустевшим взглядом, Бай Аосюэ не могла не нахмуриться:
- Отец? Что с вами случилось?
Когда Бай Цивэй услышал голос Бай Аосюэ, он полностью пришел в себя:
- О, ничего. Ты напоминаешь мне свою мать.
Бай Аосюэ холодно улыбнулась:
- Отец, вам не кажется, что теперь уже слишком поздно думать о моей матери? Почему вы упомянули мою мать, которая давно почила?
Она отнеслась к словам Бай Цивэя с большой долей презрения. Какой смысл говорить это сейчас? Что толку от таких вздохов после смерти матери? Почему он плохо обращался с ней, когда она была жива?
Бай Цивэй очень разозлился на слова Бай Аосюэ:
- Аосюэ, зачем ты это сказала? Что плохого в том, что я скучаю по твоей маме?
Бай Аосюэ слабо взглянула на Бай Цивэя:
- Это только ваши мысли, отец. Я просто говорю правду!
Затем она направилась к карете, стоявшей на обочине дороги.
Бай Цивэй смотрел как Бай Аосюэ ушла, не оглядываясь. Его глаза были глубокими и темными, в то время как сжатые кулаки уже выдавали его мысли.
- Почему мисс Сусюэ до сих пор не появилась? Как вы передали мои слова? - Бай Цивэю некому было жаловаться, поэтому он крикнул на слугу.
Слуге не повезло, так как он просто стоял рядом. Этот крик почти напугал его до смерти.
- Пожалуйста, не сердитесь. Я схожу приглашу вторую Мисс! - с тревогой ответил слуга.
- Пригласить? Пусть она быстрее тащит свой зад сюда! - Бай Цывэй бросил на него полный ярости взгляд.
Бай Аосюэ презрительно усмехнулась в карете, когда услышала рев Бай Цивэя. Такому человеку трудно добиться успеха. Ему и так стоило неимоверных усилий получить эту должность премьер-министра. В будущем у него не будет никаких серьезных достижений.
Бай Цивэй, конечно, не знал, что Бай Аосюэ уже определила его будущее. Теперь его гнев против Бай Аосюэ достиг критической точки.
В это время опаздывающая фигура, наконец, появилась перед всеми из дверей резиденции премьер-министра.
- Притормози, моя прическа рассыплется, - дикий голос Бай Сусюэ донесся до всех ушей.
Глядя на разнаряженную Бай Сусюэ издалека, Бай Цивэй разозлился еще больше.
- О! Ах вы, ублюдки! Это слишком быстро, мои волосы будут в беспорядке!! - кричала Бай Сусюэ.
Бай Цивэй посмотрел, как она суетится по пустякам. Наконец, его терпение лопнуло:
- Хватит! Ты все еще хочешь пойти или нет? Я отпускаю тебя во дворец, а не замуж!
Бай Сусюэ, которая орала на своих служанок, испугалась уронить шпильку на землю, когда услышала окрик Бай Цивэя.
- Отец? - глядя на него в шоке, Бай Сусюэ не верила своим ушам.
Она не думала, что Бай Цивэй будет кричать на нее перед таким количеством слуг и даже потеряет контроль.
Бай Цивэй посмотрел на обиженную дочь:
- Поторопись! Ты хочешь, чтобы тебя все ждали?
В конце концов, Бай Цивэй взмахнул рукавами и направился к карете впереди.
Поскольку Бай Сусюэ обнаружила, что притворяться жалкой бесполезно, она бросила сердитый взгляд на окружающих слуг и подтянула платье, чтобы не отстать от Бай Цивэя.
Бай Сусюэ увидела две кареты перед воротами. Она знала, что одна предназначена для Бай Цивэя, а значит та, что осталась позади, была оставлена для нее. Думая об этом, Бай Сусюэ не заметила Вэньси и других служанок, ожидавших по обе стороны кареты.
Когда Бай Сусюэ собралась сесть в карету, она обнаружила, что в ней уже были люди.
Она была раздосадована и уже хотела что-то сказать, но увидела, что женщина в экипаже смотрит на нее насмешливым взглядом.
- Бай Aoсюэ! Почему ты здесь? - Бай Сусюэ ткнула пальцем в сестру и громко спросила.
Бай Аосюэ лениво посмотрела на Бай Сусюэ:
- Кажется, у тебя завелись лишние руки, прямо как в комнате?
Бай Сусюэ испугалась и немедленно убрала свой палец. Она угрюмо спросила:
- Что ты здесь делаешь? Я не слышала, как отец звал тебя!
Бай Сусюэ смотрела на сестру с ненавистью. Хотя Бай Аосюэ была одета в повседневную одежду, она все еще была более великолепна, чем надевшая все лучшее сразу Бай Сусюэ.
Бай Aoсюэ было слишком лень отвечать на вопросы сестры. Едва взглянув на нее, Бай Аосюэ закрыла глаза и задремала. Увидев такое отношение, Бай Сусюэ не могла поверить и смириться. Когда она уже собиралась разозлиться, то услышала равнодушный голос Бай Аосюэ:
- Если ты будешь продолжать нести чушь, я вышвырну тебя из кареты. Заткнись, если не хочешь стать уродиной! - она могла догадаться о выражении лица Бай Сусюэ, даже не открывая глаз.
Если бы взглядом можно было убивать, возможно, она уже умерла бы более десяти миллионов раз. Услышав слова Бай Аосюэ, Бай Сусюэ абсолютно поверила, что если она хоть пикнет, Бай Аосюэ действительно вышвырнет ее из кареты.
Хотя Бай Сусюэ до сих пор не могла понять, как сестра могла выжить после падения в пруд. Неудивительно, что ее отношение изменилось. Тем не менее, Великая трансформация личности и поведения все еще была трудной для понимания Бай Сусюэ.
Когда Бай Аосюэ убедилась, что другая сторона не делает лишних движений, она начала думать о том, какое выражение лица ей использовать, чтобы приветствовать Е Жаоцзюэ и что при этом сказать.
Бай Сусюэ внимательно наблюдала за Бай Aoсюэ. Она должна была признать, что сестра действительно намного красивее ее. Если бы не ее скромность и сдержанность, титул первой красавицы Чэнси абсолютно точно не достался бы Су Менгроу.
Однако именно это лицо вызывало у нее ненависть. Она ненавидела несправедливость Бога. Почему у Бай Аосюэ было такое красивое лицо, а также такое завидное семейное происхождение?
Все было занято Бай Aoсюэ, в то время как она могла жить только в ее тени. К счастью, мать Бай Аосюэ умерла рано, так что она еще может занять место Бай Аосюэ.
Глядя на это ненавистное лицо, Бай Сусюэ стало интересно. Ревность, которая горела в ее сердце, снова сделала ее импульсивной.
Тихонько сняв с головы шпильку, она с трудом сглотнула и нацелилась на щеку Бай Аосюэ. В это время в ее голове билась только одна мысль - уничтожить это лицо!
Бай Аосюэ даже с закрытыми глазами уже давно ощутила ненормальность. Она решила посмотреть, что хочет сделать Бай Сусюэ.
Бай Аосюэ не понимала одного - как может Бай Сусюэ быть настолько тупой, что решила напасть на нее в карете.
Когда шпилька была примерно в сантиметре от щеки Бай Аосюэ, она внезапно остановилась.
Бай Aoсюэ резко открыла глаза, глядя на нападавшую с полуулыбкой. Рука Бай Сусюэ, державшая шпильку, была захвачена Бай Aoсюэ.
Бай Сусюэ изо всех сил старалась вырваться, но обнаружила, что хватка Бай Аосюэ на удивление сильна. Чем больше она боролась, тем больнее ей становилось.
- Бай Aoсюэ, что ты делаешь? Я просто одолжила тебе шпильку, так как вижу, что твои аксессуары для волос слишком тусклые. Почему ты так со мной обращаешься? - Бай Сусюэ была встревожена, но притворилась спокойной.
Бай Aoсюэ слушала ее слова и презрительно усмехалась. Она не ожидала, что Бай Сусюэ даже улучшит свои навыки говорить неприкрытую чепуху.
- Сегодня мы собираемся посетить банкет. Я не хочу поднимать большой шум. А если ты хочешь умереть, я могу помочь тебе напрямую, Бай Сусюэ! – произнесла Бай Aoсюэ со слабой улыбкой.
Однако ее рука не собиралась ослаблять хватку. Она наклонила руку Бай Сусюэ и мгновенно заткнула той рот.
- Хмм! - так как ее рот был закрыт, крику Бай Сусюэ было суждено быть услышанным только двумя людьми. Ее слезы вышли из-под контроля.
Бай Аосюэ убрала руки и сказала:
- Если ты все еще хочешь войти во дворец, чтобы присутствовать на банкете, тебе лучше промолчать. Может быть, у тебя еще есть шанс. Если издашь хоть звук, ты знаешь последствия.
Мучительная боль исходила от ее руки, отчего лицо Бай Сусюэ побледнело. Ее слезы также намочили щеки, макияж был испорчен. Бай Сусюэ, которая собиралась громко закричать, поперхнулась и посмотрела на Бай Аосюэ с негодованием.
Бай Аосюэ посмотрела на ее обиженные глаза, но не слишком переживала:
- Вот и хорошо. Только будучи жестоким к себе, ты можешь победить своего врага. Ты уже на полпути. Выиграешь ты или нет, сейчас зависит от твоих способностей.
Что же касается бурного негодования Бай Сусюэ, то Бай Аосюэ это не волновало. Она видела его так часто, что привыкла.
- Мисс и вторая Мисс, мы прибыли. Господин позволил вам выйти из кареты, - почтительно сказал снаружи конюший.
Бай Aoсюэ медленно сказала:
- Я вижу, - она неторопливо подняла занавес кареты и вышла из нее с помощью Мумиан, ожидавшей снаружи.
Когда Бай Сусюэ увидела ситуацию, она забыла про боль в руке и тоже вышла из экипажа. Однако она тут же увидела, что многие люди смотрят на нее с нелепой и саркастической улыбкой. Она была озадачена, но не слишком задумывалась.
- Сусюэ! Да что с тобой такое? Посмотри на свое лицо! - когда Бай Цивэй посмотрел на ужасный макияж Бай Сусюэ, он и не пытался подавить свой гнев.
Бай Сусюэ была вполне удовлетворена своим макияжем, но в этот момент увидела, что сестра смотрит на нее с сарказмом:
- Кстати, сестра. У тебя весь макияж на лице размазался.
Бай Сусюэ, конечно, помнила предупреждение. Глядя на Бай Аосюэ с негодованием, она позвала свою служанку и быстро вернулась к карете.
Когда Бай Цивэй увидел лицо Бай Сусюэ, он понял, что тут произошло только что. Он спокойно спросил:
- Что ты сделала с Сусюэ!
Бай Аосюэ посмотрела на него и холодно улыбнулась. Когда он уже хотел спросить, раздался резкий голос евнуха Чжао.
- Император прибыл!
Люди у ворот столицы преклонили колени, услышав этот звук. Их глаза были полны возбуждения.
- Да здравствует император!
Цзюн Ухэн вышел из роскошного экипажа и сказал с достоинством:
- Встаньте. Я здесь, чтобы приветствовать героя нашей династии Чэнси - генерала Е Жаоцзюэ!
Все люди и чиновники в один голос ответили:
- Благодарим Вас, Ваше Величество!
Цзюн Ухэн с удовлетворением осмотрел людей, стоявших на коленях:
- Теперь давайте дождемся возвращения генерала Е!
Бай Aoсюэ стояла в углу и бесцельно смотрела вокруг. Она остановилась, когда кто-то крикнул:
- Он вернулся! Генерал Е вернулся!
Бай Аосюэ быстро подняла голову и увидела жесткого человека, чьи глаза были полны поражения.
Бай Aoсюэ смотрела на Е Жаоцзюэ, не мигая. Он ехал верхом на лошади и был в полном военном облачении, сопровождая солдат впереди. От него исходила аура лидера.
Она тихо сказала:
- Дядя, с возвращением!
Глава 53: Пойдем домой
Окружающие возбужденно кричали:
- Генерал вернулся! Наш генерал возвращается с победой!
Люди были счастливы. Было нетрудно услышать по приветственным крикам, что все искренне уважают Е Жаоцзюэ.
Генерал энергично спрыгнул с лошади. Толпа автоматически расступилась перед ним.
Мужчина быстро подошел к императору и опустился на одно колено:
- Я, Е Жаоцзюэ, выражаю почтение Вашему Величеству!
Цзюн Ухэн немедленно шагнул вперед и поднял генерала с колен. Он сказал:
- Генерал Е, обойдемся без церемоний. Позволь облегчить ношу, что ты на себя взвалил!
Е Жаоцзюэ поднялся и встал рядом с Цзюн Ухэном:
- Ваше Величество чрезмерно хвалит. Для меня честь - служить Чэнси! И я мог бы принять все горести и невзгоды с улыбкой!
Окружающие люди были все тронуты этими простыми и скромными словами и глубина их поклонения ему возросла еще больше .
- Мне очень приятно, что ты так мыслишь! Генерал Е, спасибо за твой тяжелый труд. Сегодня ты должен войти во дворец вместе со мной. Я приготовил приветственный банкет! - император посмотрел на Е Жаоцзюэ с удовлетворением.
Генерал Е слегка нахмурился и сказал:
- Отвечая Вашему Величеству, я не был дома в течение многих лет, и я очень скучаю по своей племяннице. Пожалуйста, позвольте мне сначала увидеть ее.
Цзюн Ухэн понял, что генерал очень привязан к Бай Аосюэ. Он, конечно, уже был в курсе предстоящего брака, поэтому император не стал его останавливать.
- В таком случае, генерал Е, ты можешь идти. Вы должны прийти на банкет сегодня вечером вместе с мисс Бай, - заботливо произнес Цзюн Ухэн.
- Благодарю Вас, Ваше Величество! На этот раз со мной прибыли послы Мобэя. Премьер-министр Бай, пожалуйста, организуйте для них размещение! - Е Жаоцзюэ слабо посмотрел на Бай Цивэя, который стоял позади императора.
Цзюн Ухэн едва не позабыл о посланниках Мобэя из-за возвращения генерала. Он торопливо сказал:
- О моя бедная память! Не волнуйтесь, генерал Е. Я распоряжусь, чтобы все устроили!
- Тогда прощу меня простить! - Е Жаоцзюэ, поклонившись, ушел.
Все видели, как он направился в сторону. Толпа расступилась перед ним, но никто не ушел. Их глаза внимательно следили за Генералом Е, непобедимым богом войны в династии Чэнси. Вот человек, которым все восхищались!
Бай Аосюэ стояла на углу и смотрела на приближающегося к ней мужчину. Она медленно сделала шаг назад, вместо того чтобы быть равнодушной и холодной, как раньше.
Мумиан, стоявшая рядом с ней, также обнаружила ненормальность госпожи. Она схватила ее за руку:
- Мисс, это ваш дядя!
Бай Аосюэ с удивлением посмотрела на Мумиан, но увидела, что она смотрит на нее твердо. Такой взгляд заставил ее успокоиться, прогнав озабоченность и беспокойство.
- Спасибо тебе, Мумиан! - Бай Aoсюэ сжала ее руку.
Сделав глубокий вдох, Бай Aoсюэ остановилась. В ее глазах было меньше тревоги и раздражительности. Подняв голову, она посмотрела на Е Жаоцзюэ, который подошел к ней энергичными шагами.
Только тогда все заметили прекрасное видение, до этого незаметно стоявшее на углу.
- Кто это? - люди озадаченно переглядывались и шептались.
Они рассматривали Бай Аосюэ пристально, с сомнением и завистью.
- Ты что дурак! Это племянница генерала Е! Она - Бай Аосюэ, первая дочь премьер-министра! – сказал кто-то, видимо, видевший ее раньше.
И все вдруг обнаружили, что первая дочь премьер-министра, оставаясь скромной, обладала непревзойденной красотой. И ее аура была сопоставима с аурой генерала Е.
Бай Aoсюэ не волновали все эти взгляды и разговоры. В этот момент она была девушкой, которая встретила своего родственника. Ее счастье, обида и восхищение переплелись воедино.
- Какая добродетельная красивая молодая леди! Я определенно не ошибся в ней! - мужчина, стоявший на пороге ресторана, оценивающе посмотрел на Бай Аосюэ, а киноварная родинка между бровями выдавала его личность.
Этот человек был не кто иной, как восхваляемый повсеместно несравненный принц Наньюэ - Ци Лянге!
Верный Сусяо стоял рядом с ним. От удивления его глаза вспыхнули. В тот день в темном переулке, они не разглядели внешность Бай Aoсюэ.
Однако сегодня они увидели ее при дневном свете. Стоя в толпе в красном платье, Бай Аосюэ была так ослепительна, что люди не могли отвести от нее взгляд.
Сусяо оставалось восхищаться наметанным на красоту глазом своего хозяина.
Глядя на свою племянницу, Е Жаоцзюэ почувствовал, что она отличается от себя прежней. Исчезло испуганное выражение в этих оленьих глазах, теперь оно сменилось упрямством и высокомерием. Она больше не была слабой и трусливой. Вместо этого она была такой холодной, что могла заморозить снег. Теперь она сияла словно звезда, манящая, но далекая и холодная.
Глядя на дядю, Бай Аосюэ не знала, что ему сказать.
Однако, приблизившись к ней, Е Жаоцзюэ медленно протянул руку и нежно погладил девушку по голове, как раньше. Это было теплое и ласковое движение.
- Aoсюэ, твой дядя вернулся, - изначально холодное лицо генерала стало таким нежным, что глаза всех присутствующих расширились от удивления.
Однако, Бай Aoсюэ от этой ласки чуть не расплакалась.
Она была человеком, никогда не знавшим, что такое семья. Она жила среди обмана и мошенничества с единственным стремлением выжить. Из-за такой жизни Бай Аосюэ не осмеливалась мечтать о привязанности кровных родственников, как в этой жизни, так и в предыдущей.
Однако, казалось бы, случайное движение Е Жаоцзюэ открыло ее сердце, которое она так долго охраняла.
Это были ее долгожданные семейные отношения, такие близкие и уязвимые. Он появился перед ней практически наяву. Она чувствовала его беспокойство, его широкую и сильную ладонь. Е Жаоцзюэ был ее убежищем.
Бай Аосюэ никогда не проливала слез. Будь это бродячая жизнь нищенки, убийство за еду или жестокие тренировки в лагере убийц, она никогда не плакала. Однако такой маленький теплый жест заставил ее прослезиться.
Бай Аосюэ еще не думала, что заплачет, так как она старалась сдержаться.
- Дядя....- девушка посмотрела вверх. Она хотела увидеть Е Жаоцзюэ, но слезы застилали ей глаза.
Генерал Е посмотрел на Бай Аосюэ, которая давилась от слез, как котенок, чувствуя только боль. Она была его единственным родственником в этом мире, а также самым любимым ребенком.
Когда он услышал ее подавленный крик, он только почувствовал, что в его сердце воткнулась игла.
- Аосюэ, я вернулся, и я больше не уйду. Я никому не позволю тебя запугивать! - тихо сказал Е Жаоцзюэ и нежно вытер ее слезы.
Когда Мумиан, стоявшая в стороне, увидела, что ее мисс плачет, она не могла поверить своим глазам и тоже начала всхлипывать.
Когда Бай Aoсюэ проснулась после пруда, Мумиан только обнаружила, что она стала сильной, непреклонной, лживой и жестокой. Но ей стало так грустно за нее. Она почти забыла, что Бай Аосюэ тоже была ребенком, который нуждался в любви ее семьи.
Вдалеке, когда Цзюн Еян уже собирался уйти, он увидел слезы, падающие со щек Бай Аосюэ. Он вдруг остолбенел, а потом стиснул кулаки и отпустил. Его брови сошлись на переносице.
Эту ее сторону он никогда раньше не видел. Это была настоящая Бай Aoсюэ, которую он хотел держать в своих объятиях и любить.
Девушка подняла руку и с силой вытерла слезы:
- Посмотрите на меня! Вы только сегодня вернулись. Я должна быть счастлива. Как я могу плакать?!
Е Жаоцзюэ посмотрел на нее и вздохнул:
- Тебе не нужно притворяться взрослой перед своим дядей! Наша Аосюэ просто должна быть счастлива. Я возьму все на себя ради тебя!
Бай Аосюэ почувствовала, как в носу у нее снова захлюпало. Она сдержала слезы и сказала:
- Дядя, я выросла!
Е Жаоцзюэ открыто рассмеялся, услышав ее:
- Да, наша Аосюэ выросла, но она все равно расплакалась, увидев своего дядю!
- Дядя! - Бай Аосюэ слушала шутки Е Жаоцзюэ и делала вид, что сердится.
- Босс, это та самая маленькая племянница? Она неожиданно красива! Но, босс, разве мы не должны сначала пойти домой? Здесь много людей! - вмешался старый солдат с бакенбардами.
Бай Аосюэ подняла глаза и увидела, что они действительно стали центром внимания. Самое интересное, что некоторые эмоциональные люди даже плакали вместе с ними.
Она никогда не чувствовал себя так неловко, поэтому поспешно потянула генерала Е и сказала:
- Пойдем домой, дядя!
Е Жаоцзюэ был явно тронут, когда она сказала эти два слова «идем домой». Он всегда ждал, что его сестра скажет ему идти домой, но вместо своей сестры дождался лишь ее костей.
На самом деле он столько лет ждал, когда его племянница скажет ему «идем домой».
Теперь, у этого жесткого человека были слезы на глазах только из-за двух слов Бай Аосюэ.
- Конечно! Пойдем домой!! Пойдем домой сейчас, - сказал Е Жаоцзюэ и покачал головой.
Бай Аосюэ знала, что дядя любит ее как жемчужину на ладони. Она также знала, что такого рода семейные отношения были роскошью для многих людей. Теперь, заполучив их, она определенно будет их лелеять!
В это время Бай Аосюэ обнаружила, что Е Жаоцзюэ сопровождают его солдаты.
Они все были страстными молодыми людьми, которые защищали страну, но пустили слезу от волнения за генерала.
- Маленькая племянница! Ты не знаешь, что босс больше всего беспокоился о тебе, когда мы были в Мобэе. Босс каждый раз писал письмо, чтобы оформить свое наследство, прежде чем мы отправлялись на поле боя. Он боялся, что если бы он погиб, у тебя не осталось бы родственников в этом мире, - в глазах дяди с бакенбардами блеснули слезы.
Бай Аосюэ почувствовала, как самое мягкое место ее сердца кто-то сильно ущипнул. Эта боль была невыносимой.
- Босс часто упоминал о тебе. Он сказал, что ты разумная и милая. Каждый раз, когда он возвращался с поля боя, он говорил: «Я рад, что я жив, поэтому я смогу увидеть Aoсюэ». Каждый раз, когда я слышал эти слова, мне становилось особенно грустно. Маленькая племянница, у тебя действительно хороший дядя! - медленно произнес все тот же солдат с бакенбардами.
Бай Аосюэ слушала эти слова, чувствуя, что в носу у нее особенно сыро, а глаза затуманены слезами. Ее тело не переставало трястись. Это был ее дядя, который беспокоился о ней больше всего на свете.
- Дядя... спасибо, что сказали мне это. Мой дядя - мой единственный родственник и моя самая любимая семья в этом мире! - Бай Аосюэ сказала с благодарностью.
Когда Е Жаоцзюэ увидел, что двое людей шепчутся, он понял, что говорит его солдат. Затем он слегка нахмурился:
- Синчжи, о чем ты говоришь! Пойди, приведи лошадей!
Дядя по имени Синчжи засмеялся и сказал:
- Я ничего не говорил! Зачем мне что-то говорить? Я только что сказал, что маленькая племянница такая красивая! - он быстро ушел.
Глядя на его спину, Бай Аосюэ улыбнулась.
- Хэй, пойдем домой! - Бай Аосюэ улыбнулась генералу Е, и эта улыбка пленила многих.
Как раз в тот момент, когда Е Жаоцзюэ хотел кивнуть, раздался тонкий и ясный голос.
- Е Жаоцзюэ! Ты хочешь оставить меня здесь??
Глава 54: Я хочу выйти за него замуж!
Когда генерал Е услышал этот нежный голос, выражение его лица изменилось.
Бай Аосюэ в замешательстве посмотрела на дядю. Она не думала, что кто-то в Чэнси будет настолько смелым, чтобы назвать его по имени напрямую. Кроме того, этот человек был женщиной.
Е Жаоцзюэ неловко улыбнулся племяннице:
- Это принцесса Луоянь из Мобэя. Она прибыла сюда, чтобы вступить в брак.
Бай Аосюэ слушала его и кивала, хотя ей все еще было любопытно. Она считала, что между ними что-то произошло.
- Мы вынуждены вас покинуть. Премьер-министр Бай обо всем позаботится, - Е Жаоцзюэ не собирался много говорить. Больше не обращая внимания, он направился к подготовленной карете вместе с Бай Аосюэ.
Девушка заметила, что дядя ничего не объяснил, и не стала расспрашивать дальше. Следуя за ним в экипаж, она действительно больше не услышала голоса той женщины по имени Луоянь. Должно быть Бай Цивэй уже занялся ею.
В карете они настороженно сели друг напротив друга. Никто из них не разговаривал. Е Жаоцзюэ внимательно наблюдал за своей племянницей, которую не видел уже больше года. Он и раньше что-то почувствовал, но не слишком задумывался. Теперь, когда он сел и внимательно посмотрел на нее, он, очевидно, заметил какие-то изменения.
Теперь казалось, что, кроме ее внешности, ничего не осталось прежним. Хотя Бай Аосюэ раньше уважала его, она все-таки больше побаивалась. Сейчас она, казалось, не испытывала никакого страха, только уважение.
Хотя Е Жаоцзюэ и сомневался, он не собирался расспрашивать. Он верил, что Бай Аосюэ все расскажет ему. И он был прав насчет этого. В это время девушка как раз обдумывала, как рассказать о своих изменениях.
Через некоторое время они подъехали к резиденции генерала.
После того, как Бай Аосюэ вышла из кареты, она посмотрела на дом, который был точно таким же, как и в ее памяти. Она невольно вздохнула.
- Aoсюэ, пойдем. Это твой дом, - Е Жаоцзюэ снова протянул руку и коснулся маленькой головы племянницы.
Бай Аосюэ одарила его улыбкой. Следуя за генералом, она медленно вошла в ворота.
- Генерал, Маленькая Мисс, вы наконец вернулись! - старый управляющий доковылял до Е Жаоцзюэ, его глаза наполнились слезами.
Бай Aoсюэ помнила этого старика. Он всю жизнь усердно работал на резиденцию генерала и был чрезвычайно мил с ней.
- Дядя Фу, я вернулся. Спасибо тебе за все трудности, что ты терпел все эти годы - Е Жаоцзюэ шагнул вперед и с благодарностью взял дядю Фу за руку.
Дядя Фу кивнул с дрожью:
- Наконец-то вы в безопасности. Я боялся, что не доживу до встречи с вами, генерал!
Бай Аосюэ посмотрела на старика и обнаружила, что в ее сердце все еще осталось чувство близости. Она не могла удержаться и сказала:
- Дядя Фу, ты не можешь так говорить. Ты будешь жить сто лет!
Дядя Фу посмотрел на девушку, которая уже была не такой, как раньше:
- Маленькая мисс, вы выросли. Мисс утешится, когда увидит вас с небес.
При упоминании матери Бай Аосюэ все вокруг замерли в гробовой тишине.
- Послушайте, что я делаю? Генерал и Маленькая Мисс, вы должны войти. Это ваш дом! - дядя Фу, вероятно, вспомнил, что не стоит упоминать мать Бай Аосюэ в это время, поэтому он немедленно нарушил затянувшееся молчание.
Е Жаоцзюэ взял дядю Фу за руку и повел солдат в величественную резиденцию генерала. Войдя в холл, управляющий велел слугам приготовить угощение, оставив только Бай Аосюэ и несколько солдат.
Девушка посмотрела на них, это, вероятно, были самые доверенные последователи Е Жаоцзюэ.
- Аосюэ, это мои братья, которые следовали за мной и рисковали жизнью. Они все заслуживают доверия, - генерал сам начал разговор.
Утром Бай Аосюэ отослала Вэньси и Хонсю прочь. Теперь только Мумиан сопровождала ее. Бай Аосюэ еще раз оглядела этих людей, зная, что они были ближе чем братья с Е Жаоцзюэ.
- Спасибо, что вы были с моим дядей столько лет, дядюшки, - Бай Аосюэ встала и серьезно сказала Синчжи и другим, а затем глубоко поклонилась.
Синчжи немедленно встал и помог Бай Аосюэ:
- Тебе не нужно быть такой вежливой с нами, маленькая племянница. Босс и мы как братья. Мы сопровождаем друг друга.
Другой также повторил:
- Да, мы не были бы здесь, если бы не босс. Маленькая племянница, тебе не нужно так говорить.
Глядя на эти искренние лица, Бай Аосюэ чувствовала себя счастливой за генерала Е.
Е Жаоцзюэ посмотрел на племянницу, которая выросла в красивую девушку, и его наполнило чувство раскаяния. В то же время он вздохнул с чувством.
- Aoсюэ, скажи мне. Ты была счастлива в этом году? - Е Жаоцзюэ серьезно посмотрел на нее. Он знал, что люди в резиденции премьер-министра не были добрыми. Девушку должно быть унижали там.
Бай Аосюэ посмотрела на серьезно настроенного дядю. Когда она уже хотела заговорить, Мумиан, стоявшая в стороне, от волнения ответила первой.
- Генерал, с тех пор как вы уехали, мисс жила хуже, чем служанка в резиденции премьер-министра. Они часто издевались над Мисс. Генерал, вы чуть не потеряли ее навсегда! - Мумиан быстро опустилась на колени и заплакала.
Бай Аосюэ была тронута поступком служанки. Она тут же шагнула вперед, чтобы помочь Мумиан. Е Жаоцзюэ уже был потрясен ее словами. Хотя он думал, что издевательства неизбежны, он не предполагал, что они были так жестоки, чтобы убить ее!
- Aoсюэ... Ты мне скажи. Что, черт возьми, произошло? Что случилось?! - спросил он, сопротивляясь бурному страху в своем сознании.
Бай Аосюэ посмотрела на генерала, который выиграл бесчисленные битвы и был объектом восхищения десятков тысяч людей. Она никогда не думала, что такой человек может бояться, но теперь она чувствовала его страх за нее.
- Дядя, ничего страшного. Теперь ведь я в порядке, да? - Бай Aoсюэ взяла генерала за дрожащие руки.
- Аосюэ, я хочу знать, что случилось с тобой в этом году. Мне жаль тебя, и еще больше мне жаль твою маму! - Е Жаоцзюэ подумал о своей покойной сестре и сказал с глубокой печалью.
Эти двое детей из семьи Е потеряли родителей в юности. Мать Бай Аосюэ выросла у него на руках, Е Жаоцзюэ воспитывал ее лично. Чтобы дать своей сестре хорошую жизнь, он решительно вступил в армию, и защищал страну. Страну-то он защитил, а вот сестру потерял.
Эта боль будет сопровождать его всю жизнь. Это был шип в его сердце. Он чувствовал боль всякий раз, когда думал о ней.
Теперь он чуть потерял своего последнего родственника. Как он мог не бояться и не злиться?
- С тех пор как умерла моя мать, обитатели резиденции премьер-министра тоже постепенно стали смотреть на меня свысока из-за равнодушия и неуважения моего отца. Я думала, что отец будет больше заботиться обо мне, так как я его собственная дочь, но все это было просто миражом, - Бай Aoсюэ слабо рассказывала.
- Наложница Су настроила слуг в особняке, чтобы жестоко подавить меня и Мумиан. Я думала, что на этом все и закончится, и не ожидала, что сестра так жестоко столкнет меня в пруд. Я выжила, и теперь вижу насквозь их так называемые заслуги, - продолжила Бай Aoсюэ после паузы.
Девушка должна была рассказывать эту историю со слезами; однако она произносила все спокойно, как будто главным героем истории была не она.
- Когда я очнулась, мне сказали, что я выйду замуж за пятого принца. Теперь я полностью разобралась. Почему я должна относиться к Бай Цивэю как к своему отцу, если он не относился ко мне как к своей дочери? Ни один отец не бросит свою дочь в море огня, - Бай Aoсюэ слабо посмотрела на Е Жаоцзюэ.
Так она ловко объяснила свои собственные изменения.
Генерал стал еще больше жалеть свою племянницу, которая заставила себя быть сильной, и он, наконец, понял, почему она так изменилась. Живя в такой обстановке полной интриг, она была беспомощна и могла рассчитывать только на себя. Он, ее дядя, вообще не давал ей никакой защиты.
- Как может отец быть таким жестоким и хладнокровным? Какой жук этот Бай Цивэй! Все только думают, что он справедлив и бескорыстен. Мы не ожидали, что он окажется таким презренным! - Синчжи громко кричал, в то время как его глаза смотрели на Бай Аосюэ с большим восхищением.
- Босс! Этот пятый принц ни на что не годен. Он также плейбой и уродливый слабак! Жизнь маленькой племянницы будет разрушена, если она выйдет замуж за такого человека! - другой подумал о Цзюн Еяне, и сказал сердито.
Когда его услышали, они вспомнили, что дела Цзюн Еяна были уже хорошо известны. Разве он не испортит жизнь Бай Аосюэ?!
Девушка смотрела на людей, которые так волновались за нее, и теплый поток струился по ее сердцу.
- Аосюэ, я накажу их одного за другим за то, что ты выстрадала! Сегодня мы пойдем во дворец и ясно объясним Его Величеству. Мы отменим брачный договор. Ты не выйдешь за него замуж! - Е Жаоцзюэ серьезно посмотрел на нее.
Даже если ему придется идти против императорского эдикта, он не испугается! Нет ничего важнее, чем выбрать хорошего мужа для Aoсюэ!
Бай Аосюэ слегка улыбалась:
- Дядя, я понемногу возвращаю то, что они были должны мне и моей матери! Просто забудь о расторжении брака. Я не хочу, чтобы дядя нарушил императорский эдикт из-за меня.
Глядя на такую рационально мыслящую девушку, генерал почувствовал еще большую жалость.
- Мне на них наплевать. Я буду счастлив только когда наша Aoсюэ сможет жить счастливой жизнью! - решительно сказал он.
- Дядя, выйти за Цзюн Еяна - это мое собственное решение. Его величество тоже вызывал меня, и я согласилась, - Бай Aoсюэ сказала со слабой улыбкой.
Генерал посмотрел на Бай Аосюэ с удивлением. Он спросил растерянно:
- Аосюэ у тебя возникли трудности? Скажи мне.
Бай Аосюэ покачала головой и рассмеялась:
- Нет никаких трудностей. Я собираюсь замуж за кого-то рано или поздно. Если я выйду замуж за Цзюн Еяна, то избавлюсь от многих хлопот. Кроме того, я уже имела с ним дело, так что вы можете быть уверены.
- Но я могу найти тебе хорошего мужа. Ты слышала слухи о пятом принце. Не шути со своим браком, понимаешь? - не сдавался Е Жаоцзюэ.
- Дядя, можешь не сомневаться. Я уже все обдумала. Я знаю, что ты беспокоишься обо мне, но я обещаю, что буду счастлива. Дядя, ты должен мне поверить! - Бай Аосюэ твердо посмотрела в глаза Е Жаоцзюэ.
Он увидел решимость в ее глазах, которые были точно такими же, как у ее матери. Это был последний взгляд, от которого у него хватило духу отказаться.
- Увы! Ты такая же упрямая, как и твоя мать. Теперь, когда ты решила, я не буду тебя принуждать, но ты должна помнить, что всегда можешь положиться на меня. Ты можешь вернуться домой, когда тебе будет больно или плохо. Я жду тебя дома, - Е Жаоцзюэ тяжело вздохнул.
Бай Аосюэ слушала его слова и чувствовала, что радость заполнила все ее сердце и даже легкие вот-вот переполнятся.
Оказалось, что это было ощущение заботы со стороны семьи.
Глава 55. Собираясь вместе, волны становятся выше
- Спасибо, дядя. Независимо от того, кем я стану в будущем, я всегда буду уважать и любить вас больше всех! - Бай Аосюэ серьезно посмотрела на генерала.
Никто не понял смысла ее слов в полной мере, но Е Жаоцзюэ внезапно почувствовал, что сказала она так неспроста. Но это его племянница и самая близкая родственница. Он верил в нее.
- Что ж, моя маленькая девочка выросла. Пойдем. Пора отправляться во дворец! - Е Жаоцзюэ смотрел на девушку перед ним, еще очень молодую, но уже вынужденную притворяться зрелой.
- Хорошо! Дядя, поскольку ты сегодня главный герой вечера, мы должны войти во дворец пораньше, - кивнула Бай Aoсюэ.
Не успела она подняться, как в зал прокрался охранник.
- Докладываю генералу, что неуправляемая женщина создает беспорядки за пределами резиденции. Она утверждает, что является принцессой Мобэя и требует вас! - слуга с тревогой посмотрел на генерала.
Бай Аосюэ от неожиданности приподняла брови. Она не думала, что эта принцесса будет преследовать ее дядю аж до дома. Видимо, между ними что-то произошло.
- Босс, что случилось с этой женщиной? Она гналась за тобой от Мобэя до самой столицы! - Синчжи посмотрел на Е Жаоцзюэ с недоумением, но в его словах было некоторое злорадство.
У всех были разные выражения лица и все странно посмотрели на Е Жаоцзюэ.
- Дядя, что случилось? - Бай Аосюэ чувствовала, что все не так просто, как это представлялось на взгляд Синчжи.
Е Жаоцзюэ беспокойно потер лоб:
- Аосюэ, я объясню тебе это позже. А теперь нам надо идти во дворец.
Девушка увидела, что дядя не хочет больше ничего говорить на эту тему, поэтому не стала его расспрашивать. Увидев, что Синчжи, стоявший в стороне, подмигивает ей, Бай Аосюэ не смогла удержаться от смеха.
Следуя за генералом из парадного зала, Бай Аосюэ и другие уже услышали этот сладкий, но неуправляемый голос, еще прежде чем они достигли ворот.
- Е Жаоцзюэ, выходи! Ты думаешь, все будет хорошо, если ты продолжишь прятаться?! - если внимательно прислушаться, можно было услышать, что она говорит рыдающим тоном.
Бай Aoсюэ увидела, как генерал нахмурился и ускорил шаг.
Когда они вышли из ворот резиденции, их глазам предстала женщина в иностранном костюме верхом на лошади, с тревогой смотревшая на ворота.
Бай Aoсюэ разглядывала лицо женщины. Она была немного старше нее. И она не была нежной и деликатной, как большинство принцесс или официальных дам. В значительной степени в ней присутствовал порывистый и свободный дух, идущий изнутри.
Ее милое личико не было изнеженным, она выглядела крепкой и гибкой. И она явно была экспертом в верховой езде, что было видно из ее осанки. В конце концов, люди в Мобэе выросли на лошадях.
- Мисс, у них такие красивые костюмы! – тихо сказала подошедшая к Бай Аосюэ Мумиан.
Бай Aoсюэ кивнула. Традиционный наряд Мобэя был действительно красив и не похож на те, что носят в Чэнси, где о подол можно споткнуться, если идти небрежно.
Несколько маленьких серебряных колокольчиков на ее талии соответствовали ее открытому уму и энтузиазму. Ее прическу украшали драгоценные камни, указывая на ее статус принцессы, вид у нее был умный и необузданный.
Принцесса по имени Луоянь увидела, что Е Жаоцзюэ наконец вышел, и быстро спешилась.
- Е Жаоцзюэ, ты наконец-то вышел! Я думала, ты испугался! - Луоянь быстро подошла к нему и сладко сказала, уперев руки в бедра.
Она тут же сердито надула губы, что оказалось невероятно мило.
- Принцесса Луоянь, разве вам не следует отдыхать в гостинице? Зачем вы пришли сюда? - генерал слегка нахмурился и равнодушно произнес.
Когда Луоянь услышала такой прямой вопрос, она не знала, как реагировать.
Хотя все жители Мобея были веселы и не заботились о пустяках вроде этикета, настолько прямой вопрос действительно заставил Луоянь неловко опустить голову.
Видя, что она не отвечает, Е Жаоцзюэ сказал слабым голосом:
- Я отправлю людей, чтобы они сопроводили принцессу Луоянь обратно в гостиницу отдохнуть. Сегодня вечером во дворце будет банкет.
Когда Луоянь услышала, что генерал собирается выпроводить ее обратно, она немедленно подняла голову и посмотрела на него в шоке:
- Ты знаешь, почему я здесь. Е Жаоцзюэ, тебе не нужно притворяться, что ты не знаешь. Разве я не пришла сюда ради тебя?
После того, как Луоянь закончила говорить, она обнаружила, что ее голос был немного громким от волнения. Все прохожие одновременно уставились на нее.
Генерал Е спокойно посмотрел на людей вокруг, и все сразу вспомнили, как вести себя в этой деликатной ситуации и рассеялись.
- Ваше Высочество, если вам нужно меня видеть, вы можете позволить послу прислать мне письмо. Я действительно приду поприветствовать вас. Однако, принцесса, ваше опрометчивое поведение повлияет на вашу репутацию, - видя опечаленный вид Луоянь, он не мог не смягчить свой тон.
- Моя репутация? Хм! Разве ты уже давно не погубил мою репутацию? Ты так говоришь, потому что не хочешь брать на себя ответственность?! - Луоянь не успокаивал мягкий тон Е Жаоцзюэ. Вместо этого она продолжала задавать вопросы.
Люди, стоявшие позади, смотрели шоу. Когда они услышали слова принцессы, они просто задыхались от смеха, отчего их лица покраснели.
Бай Аосюэ только почувствовала шок, услышав ее слова, так как она верила, что Е Жаоцзюэ не такой человек. Тут явно было какое-то недоразумение.
- Принцесса, говоря так, вы губите свою репутацию. Честный человек не боится сплетен. У меня не было выбора, кроме как забрать вас в тот день, и я уже ходил в императорский дворец и извинился. Император Мобэя уже простил меня. Почему принцесса продолжает настаивать? – услышав ее обвинения, Е Жаоцзюэ нахмурился.
Уже было заметно, что его и так не бесконечное терпение истощается. Для Бай Аосюэ после слов генерала все тонкости этого дела теперь стали ясны.
Пока Луоянь слушала строгую отповедь Е Жаоцзюэ, она чувствовала себя невероятно и смотрела на него с грустью.
- Е Жаоцзюэ, должно быть я ослепла, раз увидела в тебе честного человека! – принцесса сердито посмотрела на него. Закончив, она быстро вскочила на лошадь и умчалась.
Озадаченный Е Жаоцзюэ и группа его смеющихся соратников остались глотать пыль.
Бай Аосюэ смотрела на генерала, который никак не мог разобраться в ситуации. Она обнаружила, что эмоциональный интеллект ее дяди был чрезвычайно низким.
Мобэй был страной с простыми народными обычаями. Там восхищались силой. Мужчины и женщины Мобэя хорошо умели сражаться на лошадях. Их женщины презирали жительниц Чэнси и Нанью, спокойно вышиваюих в будуарах. Они могли сражаться и побеждать своего врага на поле боя наравне с мужчинами.
Но у Мобэя было неписаное правило. Если женщину на поле боя забирал враг, она принадлежала этому мужчине, несмотря ни на что. И исключений не было даже для королевской семьи!
Бай Аосюэ узнала все это из книг по истории Великого континента.
Теперь, хоть Е Жаоцзюэ и извинился после того, как забрал Луоянь, принцесса уже принадлежала ему, независимо от его желания. Это был факт, признанный жителями Мобэя.
И, глядя на генерала, Бай Аосюэ поняла, что он не знает такого правила.
Она также могла заметить восхищение генералом в глазах Луоянь. В противном случае, как принцесса, она могла бы отказаться подчиниться правилу, и никто не осмелился бы ничего сказать.
Тем не менее, Луоянь влюбилась в Е Жаоцзюэ, и император Мобэя, вероятно, также высоко его оценил, поэтому он согласился, чтобы принцесса последовала за ним в Чэнси.
Брачный союз с Мобэем на этот раз, вероятно, всех разочарует. Сейчас во дворце должно быть собралось много официальных джентльменов, которые тщательно нарядились и ждали, чтобы Луоянь их заметила.
Думая об этом, Бай Аосюэ посмотрела на дядю и почувствовала смущение. Должна ли она донести до него эту идею?
В конце концов, она тоже хотела посмотреть хорошее шоу! Как только Бай Аосюэ задумалась, она почувствовала, что кто-то рядом тянет ее за рукав. Девушка повернула голову и увидела, что Синчжи тянет ее и забавно качает головой.
Бай Аосюэ поняла его. Возможно, все уже знали об этом, но они скрывали правду от генерала Е.
Она взглянула на дядю с сочувствием и по-старинке похлопала его по плечу:
- Дядя, я на вашей стороне!
- Хм, я знаю! - хотя Е Жаоцзюэ не понял, что это было, он был тронут.
- Поехали! Направляемся во дворец! – генерал выбросил из головы заплаканное лицо Луоянь, шагнул вперед и сел на коня.
Бай Аосюэ подошла к передней части экипажа и сказала:
- Дядя Синчжи, не могли бы вы разделить со мной экипаж и рассказать мне о пейзажах Мобэя? Я так хочу послушать.
Глаза Синчжи засияли:
- Конечно! Я могу три дня говорить о пейзажах Мобэя! - он быстро уселся в карету, не давая Е Жаоцзюэ времени отказаться.
Глядя на них, генерал покачал головой и почувствовал себя смешно, но ничего не сказал.
- Дядя Синчжи, почему ты не рассказал моему дяде о правилах Мобэя? - спросила Бай Аосюэ, как только вошла в экипаж.
Синчжи посмотрел на любопытную девушку:
- Маленькая племянница, как ты видишь, босс уже не молод, но он все еще не женился. Мы очень переживаем за него!
Бай Аосюэ кивнула в знак согласия.
- Мы обнаружили, что эта принцесса Мобэя - человек прямолинейный, в отличие от тех девиц, что просто сидят в своих будуарах. Такая женщина лучше всего подходит для босса, поэтому мы тоже хотим их свести. Ему нужна женщина, чтобы заботилась о нем, - вздохнул Синчжи.
Бай Аосюэ согласилась с его идеей. Однако, что произойдет, если Е Жаоцзюэ не полюбит Луоянь?
- А если она не понравится моему дяде? - растерянно спросила она.
- Вы можете быть уверены. Я думаю, что босс очень ценит Луоянь. Эта девушка несколько раз дралась с нами. Она талантлива, поэтому босс лелеет ее. Между ними всегда будут чувства! - сказал Синчжи со зловещей улыбкой на лице. После этого он посмотрел на Бай Аосюэ взглядом в стиле «ну, вы знаете».
Губы Бай Аосюэ дрогнули в улыбке, но она согласилась с идеей Синчжи. Чувства были, их просто нужно медленно развивать.
- Аосюэ, Синжи, выходите. Мы прибываем в императорский дворец, и нам нужно идти пешком, - голос генерала внезапно проник в уши, что потрясло их обоих.
Они переглянулись с удивлением, молясь в своих сердцах, чтобы Е Жаоцзюэ не услышал их разговора. Успокоившись, Бай Аосюэ медленно вышла из кареты, и тут она услышала соблазнительный мужской голос. Да, голос действительно был соблазнительным! Хотя использовать такое слово для описания мужской интонации было неуместно, в то же время этот мужской голос был исключением.
- Генерал Е, я уже давно жду встречи с вами!
Бай Aoсюэ медленно повернула голову в сторону источника звука.