56-60
Глава 56. Кто выживет в битве
Увидев человека, который стоял всего в пяти метрах от них, Бай Аосюэ почувствовала, как у нее резко кончился кислород. Можно было смело сказать, что это самый красивый мужчина, которого она когда-либо видела за обе свои жизни.
Самым подходящим словом для его описания было бы «прекрасный», в то же время он не был слащав, его красота была чистой и мужественной.
Улыбка этого человека казалась беззаботной и немного дикой. Он был прекрасен как бог. Пара глубоких глаз, длинных и чуть раскосых, слегка прищурилась с очаровательным блеском и некоей лисьей хитринкой. Его светлое и чистое лицо было великолепно вылеплено, и уголки красивых губ слегка приподнимались вверх. Все это свидетельствовало о его природной элегантности и благородстве.
Фиолетовые королевские одежды еще больше подчеркивали его высокое происхождение и таинственность, а также делали его красивое лицо просто убийственно привлекательным и соблазнительным.
Самой поразительной чертой была яркая киноварная родинка между бровей, великолепная, кокетливая и загадочная.
В то же время это был символ его собственной идентичности. На всем Великом континенте только у одного человека киноварь в промежутке между бровями была в форме красного лотоса.
На всем Великом континенте только одного человека описывали как «маленькая киноварная родинка между бровей, несравненный принц очаровывает мир».
И вот эта легенда, этот миф теперь во плоти появился перед Бай Аосюэ.
Уж кому как не ей знать, насколько могут быть неправдоподобны слухи в обществе, но она даже представить не могла, насколько Ци Лянге был несравненно элегантен.
Хоть и ошеломленная, она сумела скрыть свои эмоции. Удивление мелькнуло в ее взгляде на одно мгновение и сразу пропало.
Ци Лянге тайно наблюдал за изменениями в лице Бай Аосюэ. Он мысленно восхищался ее сильной волей.
- Несравненный принц, я с нетерпением ждал встречи с вами в течение долгого времени! - хотя Е Жаоцзюэ уже встречал Ци Лянге несколько раз, он все еще был под впечатлением.
Для людей каждая встреча с Ци Лянге была словно первой, оставляя чувство новизны и свежести. Этот человек был самым загадочным и одновременно самым любопытным.
- Генерал Е излишне добр. Как можно было меня назвать «несравненным»? - Ци Лянге удержал улыбку в уголках рта.
Он обращался к Е Жаоцзюэ, но все еще сверкал глазами на Бай Аосюэ.
Е Жаоцзюэ ценил этого принца. Он родился в знатной семье, при этом никогда не был связан ни с какими грязными слухами. Наньюэ смог сосуществовать с Чэнси в течение стольких лет только из-за него.
Он был не только находчив и мудр, но и пользовался глубокой народной любовью. Е Жаоцзюэ был абсолютно уверен, что когда он взойдет на престол, император Цзюн Ухэн не сможет быть его противником.
Объединение трех стран было не за горами.
- Несравненный принц, не нужно быть таким скромным. Хотя я всего лишь военный, я тоже очень восхищаюсь вами, - генералу Е очень нравился Ци Лянге.
Такой человек идеально подходил для его племянницы. Е Жаоцзюэ с сожалением посмотрел на Ци Лянге, а затем вздохнул, не выказывая никаких эмоций.
Бай Аосюэ посмотрела на лицо дяди и поняла, о чем он думает. Она не могла сдержать улыбку в уголке губ.
Однако, безо всякой причины, она была более оптимистична в отношении Цзюн Еяна, чем Ци Лянге. Думая об этом, Бай Аосюэ снова была потрясена. Когда она начала сравнивать других с пятым принцем, причем с перевесом в его пользу?
- Я уверен, что это любимая племянница генерала Е и дочь премьер-министра, мисс Бай Аосюэ, - очаровательный голос нарушил ее мысли.
Видя, что Ци Лянге смотрит на Бай Аосюэ, генерал не слишком задумывался:
- Да, Aoсюэ - моя племянница.
Когда девушка обнаружила, что Ци Лянге спрашивает о ней, она отбросила вопросы в своей голове, и ответила без излишней торопливости и тщеславия:
- Бай Аосюэ приветствует несравненного принца.
В ее голосе не было и следа раболепного смирения. Ее приветствие не было высокомерным или подобострастным.
Ци Лянге, видя, что Бай Аосюэ ведет себя подобным образом, все больше и больше интересовался ею. Обычно женщины не могли дождаться, чтобы приблизиться к нему, в то время как эта Бай Аосюэ действительно была особенной. Этот тон, ни смиренный, ни льстивый, также свидетельствовал о том, что она им не интересуется и не хочет.
Хотя Ци Лянге ничего не сказал, но Сусяо, стоявший в стороне, не мог сдержаться. Как можно было при встрече с принцем обойтись без комплиментов и похвал?
Как мог Сусяо не рассердиться на беспечность и неуважение этих людей?
- Разве вы не должны поклониться, когда приветствуете нашего принца? - громко высказал Сусяо.
Хотя было еще довольно рано, многие собирались во дворец заранее на случай задержки в пути, поэтому у главных ворот дворца собралась небольшая очередь. Услышав голос Сусяо, все невольно остановились и посмотрели на них.
Е Жаоцзюэ не ожидал, что охранник Ци Лянге окажется таким высокомерным и не понял ситуации. Он рассердился и слегка нахмурился. Его племянницу не мог обвинять кто попало. Он уже собирался заговорить, как услышал холодный женский голос.
Этот голос был ледяным и небрежно-высокомерным, как всегда.
- Кто ты такой, чтобы делать мне замечания? - Бай Aoсюэ нахмурилась и посмотрела Сусяо в глаза.
Она с самого начала была противницей церемоний, и осмеливалась быть небрежной даже перед лицом императора Цзюн Ухэна, не говоря уже о принце другой страны, который не имел к ней никакого отношения.
Она была современной образованной девушкой из двадцать первого века. Хоть она и пришла в другой мир и не могла быть самой собой, это не означает, что кто-то может ее запугивать!
Хотя Сусяо уже видел, как Бай Аосюэ равнодушно убивает людей, он не ожидал, что ее характер будет таким же опасным и бездушным.
Глядя в ее холодные глаза, Сусяо начал потеть. Раньше только злой взгляд Ци Лянге мог вогнать его в панику. Теперь он понял, что глаза Бай Aoсюэ были такими же. В ее взгляде были сарказм и высшее величие, которые не оставляли ему ни единого шанса на опровержение.
Ци Лянге ситуация крайне заинтересовала и он не собирался ее останавливать.
Когда окружающие увидели, что Бай Аосюэ провоцирует охрану несравненного принца, они начали переживать за нее.
Как только Сюсяо успокоился и хотел заговорить, сзади раздался мужской голос, такой же безразличный, как и у Бай Аосюэ:
- Что происходит? Неужели кто-то хочет запугать мою маленькую принцессу? Сюэ - моя. Как говорится, когда бьете собаку, нужно смотреть, кто ее хозяин. Не говоря уже о том, что Сюэ - моя принцесса!
Казалось бы, непреднамеренное предложение сказало людям о многом. Действительно, Бай Аосюэ была принцессой. Ей не нужно было кланяться Ци Лянге!
Е Жаоцзюэ удовлетворенно кивнул, в то же время это сразу напомнило ему о человеке, который собирается жениться на Бай Аосюэ. Он с удивлением посмотрел на мужчину, который медленно приближался к ним.
Хотя из-за маски не было видно выражения его лица, узкие и длинные, как у феникса, глаза холодно смотрели на Ци Лянге. В его взгляде была нешуточная угроза. Температура воздуха вокруг словно упала.
От него исходила величественная и властная аура. Высокая и стройная фигура напоминала пышный зеленый бамбук. Он был неумолим и жесток, его невозможно было подчинить.
Е Жаоцзюэ вдруг ощутил, что только такой человек может быть царем мира. Он был упорен, непреклонен, величествен и к тому же благороден. Генерал недоверчиво посмотрел на Цзюн Еяна, а затем перевел взгляд на Бай Аосюэ. Недоумение в его глазах было очевидным.
Бай Аосюэ понимала, что генерал должно быть в шоке. Даже она не думала, что Цзюн Еян раскроет свою истинную сущность сегодня. Разве он не знал, что многие люди теперь будут испытывать сомнения?
Тяжело вздохнув, девушка посмотрела на Е Жаоцзюэ и кивнула:
- Дядя, это пятый принц и мой будущий муж.
Подошедший Цзюн Еян услышал ее слова, отчего недовольство в его сердце рассеялось. Он как раз выходил из кареты и не ожидал, что кто-то начнет усложнять жизнь Бай Аосюэ. Не слишком задумываясь, он быстро подошел и выразил свой гнев. У него была только одна мысль в сердце: лишь он имеет право издеваться над Бай Аосюэ, а все остальные, кто попытается, должны быть прокляты!
Услышав личное подтверждение от Бай Аосюэ, генерал все еще сомневался, но в это время к нему подошел Цзюн Еян. Он не мог не поклониться:
- Е Жаоцзюэ приветствует пятого принца.
Цзюн Еян знал, что Бай Аосюэ очень полагается на своего дядю, поэтому он немедленно помог ему подняться:
- Дядя, вам не нужно кланяться. В будущем мы станем семьей. Дядя Сюэ - мой дядя.
Е Жаоцзюэ не ожидал, что он так скажет. Он не привык к такому обращению:
- Ваше Высочество, боюсь, это неуместно. Аосюэ еще не вышла за вас...
- Дядя, почему вы так говорите? Даже если она еще не вышла за меня замуж, я выбрал Сюэ. Я буду обращаться к вам так же, как и Сюэ, - Цзюн Еян немедленно прервал генерала.
Е Жаоцзюэ никогда не думал, что этот Цзюн Еян будет таким бесстыдным.
Когда он уже хотел заговорить, он вдруг почувствовал волну холода откуда-то сбоку, и повернул голову, чтобы посмотреть, что произошло. Он увидел, как Бай Аосюэ слегка нахмурившись, сверлит взглядом Цзюн Еяна.
Ее ледяная аура была не ниже, чем у принца.
Когда Цзюн Еян обнаружил, что Бай Аосюэ собирается впасть в ярость, он сразу же сказал:
- Дядя, давайте сначала пойдем во дворец. Так как сегодня вы главный герой, то вам лучше прибыть пораньше.
Е Жаоцзюэ кивнул в знак согласия, глядя на Ци Лянге, молчавшего с момента прибытия Цзюн Еяна:
- Несравненный принц, пожалуйста, позвольте мне вас покинуть.
Сказав это, он повел группу людей к императорскому дворцу.
Ци Лянге посмотрел на пятого принца, который не удостоил его ни единым взглядом, а затем медленно спросил:
- Сусяо, ты думаешь, что вид его спины похож на того человека?
Сусяо пришел в себя, когда пятый принц и его группа удалились. Он не осмеливался сказать ни слова, так как аура Цзюн Еяна была слишком подавляющей. У него даже не хватило смелости посмотреть тому в глаза.
Теперь, когда Ци Лянге спросил, он поднял голову и увидел только, как пятый принц собирается войти в ворота дворца. Его равнодушные глаза пронизывали толпу и смотрели прямо на них.
От такого взгляда спина Сусяо покрылась холодным потом. Харизма этого человека была способна разрушить мир. Но этот мимолетный взгляд был самым ужасным, что когда-либо видел Сусяо.
- Принц, не только вид его спины такой же, как у того человека, его глаза также абсолютно идентичны. Я даже смотреть на него не могу! - Сусяо все еще не мог отдышаться.
Ци Лянге смотрел на удаляющуюся спину Цзюн Еяна и вдруг улыбнулся:
- Никчемный, всеми отвергнутый принц Чэнси ..., хехе!
Такой смех был двусмысленным и содержал много неясных эмоций.
В этот момент Цзюн Еян приподнял вверх уголки губ со злой усмешкой, смущающей людей.
Глава 57. Я верю тебе несмотря ни на что
Как только они вошли во дворец, Е Жаоцзюэ окружила целая толпа льстецов и подхалимов. По сравнению с ним, вокруг Бай Аосюэ и Цзюн Еяна было мало людей.
- Тебе скучно? - принц взглянул на Бай Aoсюэ, чье лицо было чопорным и равнодушным.
Девушка лишь подняла на него глаза, а затем продолжила идти, не отвлекаясь. Цзюн Еян посмотрел на ее неловкий внешний вид и молча улыбнулся.
Сегодня Цзюн Ухэн устроил банкет в Королевском саду. По пути они неизбежно сталкивались со многими людьми, которые обращались к ним с ложной вежливостью. Глядя на то, как они лицемерно раскланиваются с Цзюн Еяном, Бай Аосюэ не могла не усмехнуться.
Когда он уже хотел заговорить, Бай Аосюэ улыбнулась и опередила его:
- Впереди проблемы.
Цзюн Еян властно посмотрел на группу женщин, приближающихся к Бай Аосюэ. Он нахмурился, не показывая своих эмоций.
- Эй, это разве не мисс Бай? Почему вы не пришли с премьер-министром Баем? - ухмылялась Пань Шуаншуан, она собрала группу из женщин, чтобы преградить путь Бай Аосюэ .
Пань Шуаншуан смотрела на Бай Аосюэ и в этот момент ей не терпелось убить ее. Она никогда не забудет травму, которую Бай Аосюэ нанесла ей в прошлый раз!
Едва удостоив ее взглядом, Бай Аосюэ продолжала идти. Неожиданно та снова остановила Бай Аосюэ:
- Верно, мисс Бай, кажется, нелюбима дома. Ваша сестра вошла во дворец вместе с премьер-министром Баем!
- Да, я только что видела их. Вторая мисс Бай и премьер-министр Бай вошли во дворец вместе, - вторила ей дочь какого-то чиновника.
Взглянув на этих шумных женщин, а затем на безразличную Бай Аосюэ, Цзюн Еян даже почувствовал к ней жалость.
- Убирайтесь с моего пути, - сказал принц чрезвычайно ледяным тоном.
Пань Шуаншуан подумала, кто же так невежлив, когда услышала его слова. Когда она уже собиралась осыпать оскорблениями этого человека, она увидела Цзюн Еяна, который равнодушно смотрел на нее. Если она не ошибалась, в его глазах была неприкрытая жажда убийства.
Все эти женщины были шокированы, когда узнали в говорившем пятого принца. Ведь никто не осмеливался хорошо говорить о нем.
Глядя на Цзюн Еяна, который говорил за нее, Бай Аосюэ улыбнулась и сказала:
- Пойдемте. Я бы никогда не стала уделять внимание тем слабакам, которых стыдно назвать противниками.
Когда Цзюн Еян увидел, что Бай Аосюэ разговаривает с ним, он понял, что она уже успокоилась и не нуждалась в его помощи.
Окружающие кивали в знак согласия со словами Бай Аосюэ. Они внезапно заинтересовались ею.
Бай Aoсюэ не обратила особого внимания на их исследующие взгляды.
Как могла Пань Шуаншуан сдержаться, выслушав такие слова? Ей было все равно, был ли здесь Цзюн Еян. По ее мнению, он был всего лишь никчемным человеком, которого она не боялась!
- Бай Aoсюэ! Не надо так гордиться! Кем ты себя возомнила? Сегодня ты узнаешь, что люди, которые меня провоцируют, плохо кончают! - Пань Шуаншуан свирепо смотрела на Бай Аосюэ.
Обиды заставил ее забыть, что это было не то место, где она могла проявлять гордость и высокомерие. Те несколько женщин, которых она привела, не осмеливались вести себя как Пань Шуаншуан. В любом случае, Цзюн Еян был принцем королевской крови. Кроме того, их отцы не имели такого авторитета и веса, как отец Пань Шуаншуан.
Подумав об этом, они тихо отступили. Однако Пань Шуаншуан, ослепленная гневом, не заметила, что ее группа поддержки уже покинула ее.
Бай Аосюэ молча смотрела на нее, но Пань Шуаншуан казалось, что она насмехается над ней.
В порыве неудержимого гнева Пань Шуаншуан закричала:
- Люди! Кто-нибудь! Схватите эту суку - Бай Aoсюэ!
Когда Бай Аосюэ уже хотела открыть рот, она обнаружила, что Цзюн Еян уже спокойно сделал свой ход. Пораженное сильным ветром, тело Пань Шуаншуан подобно опавшему листу улетело по дуге.
Все произошло слишком быстро. Наблюдавшие за ними люди вообще не заметили, кто это сделал. Они видели только, как Пань Шуаншуан улетает, не в силах себя контролировать.
Только после того, как Пань Шуаншуан приземлилась, она начала кричать.
Бай Аосюэ не обратила внимания на любопытные и испуганные взгляды. Она просто посмотрела на Пань Шуаншуан и сказала:
- Я как-то сказала, что ты собака, которая может только лаять. Неужели ты думаешь, что сможешь все решить с помощью силы своего отца? Открой глаза и посмотри, как ты испорчена!
После этого она перестала обращать внимание и направилась в сторону Королевского сада, предоставив им для обозрения свою безразличную спину.
Все принялись обсуждать, кто же сделал такое с Пань Шуаншуан, но никто не торопился ей на помощь.
Пань Шуаншуан смотрела на всех этих людей и думала о словах Бай Aoсюэ. Внезапно она почувствовала, что поступила очень глупо, и даже ее так называемые хорошие друзья теперь держались от нее подальше.
Как выяснилось, все то, чем она всегда гордилась, ей подарил отец. Думая об этом, Пань Шуаншуан не могла сдержать рыданий.
Конечно, Бай Аосюэ всего этого не знала. Теперь она и Цзюн Еян смотрели друг на друга за декоративной скалой.
Цзюн Еян увидел сердитый вид Бай Аосюэ и не стал заговаривать первым. Слегка опустив голову, он стал похож на провинившегося ребенка.
Увидев такого Цзюн Еяна, изначально раздраженная Бай Аосюэ все же успокоилась.
- Как вы могли быть таким импульсивным сегодня? Если бы вас увидел кто-то подозрительный, все было бы напрасно!
Что ее разозлило больше всего, это избиение Пань Шуаншуан. На самом деле ей было все равно, что там болтала эта девица. Она слишком много слышала подобных разговоров. Они ее не трогали.
Однако Цзюн Еян был настолько импульсивен, что совершил бы непоправимые ошибки. Она не хотела, чтобы он совершал ошибки. Хотя она и говорила себе, что Цзюн Еян не имеет к ней никакого отношения, она все равно невольно хотела помочь ему.
Когда Цзюн Еян обнаружил, что Бай Аосюэ так сильно беспокоится о нем, он не смог удержаться и слегка приподнял свои тонкие губы в улыбке. Холодное выражение лица, которое можно было почувствовать даже сквозь маску, стало чуть мягче.
Он также знал, что сегодня его забота о Бай Аосюэ превзошла его ожидания, но он все еще не хотел, чтобы ее обижали хоть немного.
- Не волнуйтесь. Я знаю, как мне следует себя вести. До тех пор, пока я здесь, я не позволю вам страдать даже от малейшей боли независимо от кого и когда! - равнодушно произнес он.
Вспыхивая необъяснимыми проблесками, его узкие и длинные, как у феникса, глаза рябили и блестели, как пруды, что ошеломило Бай Аосюэ.
Цзюн Еян посмотрел на очарованную им девушку, и он был доволен больше, чем когда-либо.
Независимо от того, сколько территорий было завоевано; сколько людей уступило или сколько денег он заработал – он не был удовлетворен. Такое чувство может быть дано только Бай Aoсюэ.
Принц непроизвольно протянул руку и нежно погладил щеку девушки, такую мягкую и нежную. Ее кожа была немного прохладной, и он не хотел убирать руки.
Бай Аосюэ был ошеломлена движением Цзюн Еяна. Она широко раскрыла глаза и увидела что его палец гладит ее по щеке. Бай Аосюэ только чувствовала, что ее щеки определенно превратились в два спелых красных яблока, красные и горячие!
Протянув руку и нежно похлопав по руке Цзюн Еяна, Бай Аосюэ неловко склонила голову, она не знала, что сказать. Про себя она размышляла, нужно ли отругать его, а потом пригрозить, что она отрежет ему руку, если он осмелится сделать это в следующий раз?
Когда принц уже собирался что-то сказать, он услышал шорох шагов. Взглянув на Бай Аосюэ, он заметил, что она тоже смотрит на него с опаской.
Они одновременно кивнули друг другу и тихо спрятались в маленьком отверстии искусственной каменной горки, храня молчание.
Вскоре пронзительный голос евнуха донесся до их ушей.
- Сестра Ланьлань, почему ты просила меня прийти сюда сейчас? Я должен готовить еду для сегодняшнего банкета!
- Маленький Цинци, сейчас самое время для тебя сделать большой вклад! - сказала служанка по имени Ланьлань.
- Почему ты так говоришь? Пожалуйста, объясни мне, сестра Ланьлань! - с легким волнением спросил Маленький Цинци.
- Не забудь положить эти две таблетки в чашки пятого принца и первой дочери Бай, когда будешь подавать им блюда. Не позволяй никому заметить тебя! - Ланьлань тайком достала две таблетки и передала их евнуху.
Маленький Цинцзы не мог не запаниковать, когда услышал, что его просят причинить вред людям, особенно благородным.
- Сестра Ланьлань, я не смею. Если они заметят меня, я буду обезглавлен! Пятый принц - младший брат Его Величества! - Маленький Цинци хитро отказался.
Когда Ланьлань увидела его поведение, она не смогла сдержать раздражения, как же трудно иметь с ним дело. Она осмотрелась и никого не заметила, потом потянула Маленького Цинцзы за ухо и сказала:
- Ты, послушай меня! Это приказ Его Величества. Тебе нужно только выполнить его. Следи за своей шеей!
Когда Маленький Цинци услышал это, у него не было времени заботиться о боли в ухе. Он торопливо сказал:
- Сестра Ланьлань, это правда? Разве это не шутка?
Бай Аосюэ и Цзюн Еян, которые спрятались за скалой, сохраняли безразличие. Они переглянулись, но ничего не сказали.
Видя, что евнух еще сомневается, Ланьлань сильно ударила маленького Цинци по голове:
- Ты сошел с ума? Смею ли я так шутить?! Как ты можешь работать на императорской кухне, если ты такой тупой?
Маленький Цинци посмотрел на презрительный вид Ланьлань и подавил гнев:
- Сестра Ланьлань, пожалуйста, не вини меня. Я просто не ожидал. Я буду осторожен в этом вопросе. Сестра Ланьлань, можешь не сомневаться!
- Хм! Главное, чтобы ты понял! Если все сделаешь верно, Его Величество, безусловно, даст хорошую награду! Помните, это пятый принц и первая дочь Бая! - мало доверяя ему, увещевала Ланьлань.
- Я понял, сестра Ланьлан. Вы можете быть уверены! Я пойду работать, если больше ничего нет, - прошептал евнух и спрятал таблетки в карман.
Услышав это, Ланьлань не стала его задерживать. Она сказала:
- Иди!
Глядя, как заговорщики уходят, Бай Аосюэ и Цзюн Еян не произнесли ни слова, хотя им обоим было ясно, что произошло.
- Похоже, Цзюн Ухэн мне не очень доверяет, - слегка улыбнулась Бай Aoсюэ.
Глаза Цзюн Еяна слегка похолодели. Затем он медленно сказал:
- Не ешьте ничего во время банкета в то время. Просто скажите, что не очень хорошо себя чувствуете.
Бай Аосюэ была тронута его словами, но она все же спокойно сказала:
- Если я не буду есть, он засомневается во мне еще больше. Раз он хочет играть в эту игру, то я буду сопровождать его до конца, но кто станет победителем, мы еще посмотрим!
Глядя на спокойную, уверенную в себе девушку, Цзюн Еян оценил Бай Аосюэ еще больше.
- Цзюн Еян, ты мне веришь? Ты мне доверяешь? - Бай Аосюэ посмотрела на него сверкающими глазами.
Для Цзюн Еяна это был первый раз, когда Бай Аосюэ говорила с ним так серьезно. Глядя на ее упрямое лицо, он молча кивнул.
Выражение ее лица в этот момент расстроило Цзюн Еяна. Он никогда не видел двух настолько противоречивых выражений на ее лице одновременно.
Эти упрямые и жалкие глаза были одновременно хрупкими и ранимыми, что противоречило ее уникальной сильной воле и холодности.
- Я доверяю тебе несмотря ни на что.
Глава 58: Любовь задерживается в его мыслях
От его слов Бай Аосюэ почувствовала тепло. Кроме того, теперь она, сама того не замечая, смотрела на Цзюн Еяна с меньшим отчуждением и безразличием. Возможно, она давала Цзюн Еяну преимущество за его молчаливое беспокойство.
Как мог принц не почувствовать перемены в Бай Аосюэ? В его сердце вспыхнуло другое чувство, в котором счастье занимало самую большую часть. Да, эта эмоция определенно была счастьем.
Он не чувствовал себя счастливым в течение многих лет, и теперь эмоции, которые, казалось, оставили его давным-давно, были возвращены этой девушкой.
- Я буду с тобой сегодня вечером. Мы будем есть и пить, как обычно. Лучше пусть Цзюн Ухэн снизит свою бдительность. Кроме того, эти таблетки должны быть ядами. Я верю, что он не настолько глуп, чтобы убить нас во время банкета. Самое большее, это может быть ядом, который может контролировать нас. Хотя это очень рискованно, попробовав его, я смогу составить противоядие, независимо от того, какой это яд, - серьезно сказала Бай Aoсюэ.
Его высочество был немного удивлен. Действительно, он почувствовал слабый запах лекарств от нее. Бай Аосюэ была способна и на такое.
Но поскольку она никогда не упоминала об этом ранее, у нее должны быть свои причины, и он не стал задавать больше вопросов.
По крайней мере теперь она рассказала ему, что доказывало, что она начала открывать ему свое сердце.
- Я приму его. Ты сможешь найти оправдание, что чувствуешь себя нехорошо. Такую опасную вещь я должен попробовать сам, - Цзюн Еян не хотел, чтобы Бай Aoсюэ рисковала.
Девушка неодобрительно покачала головой:
- Раз ты мне доверяешь, я рискну с тобой вместе. Это мое жизненное кредо.
Глядя на упрямство в ее глазах, Цзюн Еян обнаружил, что у Бай Аосюэ всегда была эта тихая настойчивость, из-за которой он не мог ей отказать.
- Сюэ, - он приоткрыл свои тонкие губы и произнес свое любимое прозвище.
Бай Аосюэ не знала, почему он так сказал, но все равно прошептала:
- Да?
Ее отклик был слабым и легким, как писк комара, но он услышал.
- Позволь мне обнять тебя. Внезапно мне захотелось твоего тепла. Я думаю, ты можешь согреть меня немного, - сказал Цзюн Еян со слабой улыбкой, но в его голосе звучало плохо скрываемое одиночество.
Бай Аосюэ была потрясена его отчаянием. Она всегда считала, что пятый принц был из тех людей, которые скрывают свои эмоции так же, как она. Она никогда не показывала своих чувств. Для таких людей, как они, эмоции были смертельной слабостью, но сегодняшний Цзюн Еян фактически заставил Бай Аосюэ почувствовать свое одиночество. Как это могло не шокировать?
Бай Аосюэ не ответила из-за внезапного потрясения. Однако Цзюн Еян быстро повернулся и схватил девушку в свои объятия, одной рукой удерживая ее сзади.
Застигнутая врасплох, Бай Аосюэ упала в его объятия. Ее первой реакцией было вырваться, но она перестала сопротивляться, осознав одиночество Цзюн Еяна и опустошенность, которую он выдал.
Бай Аосюэ чувствовала нежное дыхание и тяжесть его головы, лежащей на ее плече.
Принц увидел, что Бай Аосюэ не оттолкнула его, и на лице под маской появилась довольная улыбка. Эти холодные, как у феникса, глаза и тонкие губы изгибались красивыми дугами. Он был доволен, как ребенок, получивший награду.
Миниатюрная фигурка девушки была заключена в объятия мужчины. Бай Аосюэ почувствовала какое-то необычное тепло от его рук. Ей это очень понравилось.
- Сюэ, может быть, мне стоит рассказать тебе одну историю, - одинокий голос Цзюн Еяна донесся до ушей Бай Аосюэ.
В нем было меньше пьянящего очарования прошлого, и звук был более юным и озорным. Бай Aoсюэ на самом деле была обезоружена такой внезапной переменой.
Она всегда знала, что этот мужчина хранил свои загадки, но она не была любопытной, потому что каждый имеет право на свои истории, не так ли?
Мог ли ни на что не годный бездельник заставить следующего главу клана Налан так преданно следовать за ним?
Мог ли никчемный человек презирать все и иметь такую внушительную ауру, которая вынуждала людей поклоняться ему?
Мог ли бесполезный мусор владеть такими захватывающими и мощными боевыми искусствами, которых было достаточно, чтобы не бояться никого в этом мире?
Только простые люди могли принять его за карпа, который хочет перепрыгнуть через ворота. На самом деле он был золотой рыбой, готовой потрясти мир. Однажды он превратится в дракона.
И Бай Аосюэ верила, что этот день не за горами!
Оба они лелеяли с трудом завоеванную теплоту. Это было ощущение полной безопасности, которую Бай Аосюэ никогда не испытывала раньше, и ради которой она бесстрашно подставила беззащитную спину.
Цзюн Еян наслаждался ее редким послушанием, и он лукаво думал, что ему следует чаще разыгрывать эмоциональную карту, когда он поладит с Бай Аосюэ в будущем.
Было видно, что она не отталкивает его.
Пока он гордился и наслаждался этим чувством, девушка отстранилась. Будучи застигнутым врасплох, Цзюн Еян с сомнением посмотрел на Бай Аосюэ, в то время как она приложила палец к губам, предупреждая его молчать.
Цзюн Еян также обнаружил, что не заметил, как кто-то подошел.
Он был невероятно удивлен бдительностью Бай Аосюэ, которая оставалась настороже к окружающей обстановке, пока обнимала его. Было видно, насколько сильны ее чувство настороженности и самозащиты.
Они молча прислушиваясь к шагам, которые сначала приблизились к ним, а затем удалились. Когда принц уже хотел заговорить, его прервал уклончивый голос Бай Аосюэ.
- Уже поздно, и мы должны идти туда прямо сейчас. Если мы прибудем после императора, это будет нечестно, - в глазах Бай Aoсюэ мелькал озорной огонек.
Она огляделась по сторонам, и это движение сделало ее более нежной, словно она была обычной девушкой, торопящейся на бал.
Цзюн Еян уже задвинул свое одиночество и опустошенность вглубь, как будто ничего и не было. Однако Бай Аосюэ помнила, что только что он раскрыл перед ней свою истинную сторону.
Но она также знала, что если хочет жить в таком беспокойном мире, то должна научиться притворяться.
- Пойдем. Заставим их понервничать, - усмехнулся Цзюн Еян.
Губы девушки чуть дрогнули. Она потеряла дар речи из-за слов Цзюн Еяна, хотя уже предполагала, что сегодняшний вечер не будет спокойным и безопасным. Итак, давайте посмотрим, во что эти люди играют!
Как только Бай Аосюэ двинулась, Цзюн Еян немедленно последовал за ней. Она обнаружила, что он собрался идти вместе с ней, поэтому повернулась, чтобы взглянуть на него.
- Нам нехорошо идти туда вместе. В конце концов, мы еще не поженились. Кроме того, Цзюн Ухэн начнет сомневаться в нас.
Бай Аосюэ видела, каким параноиком был император. Он устроил за ней слежку и назвал это прекрасно звучащим словом служения ей. Теперь он даже пытался ее отравить.
Если бы он заметил их с пятым принцем вместе, то заподозрил бы ее еще больше.
Цзюн Еян видел, что она колеблется, но он презрительно улыбнулся:
- Чего ты боишься? В чем он может сомневаться? Ты - моя, в первую очередь. Кроме того, мы вошли во дворец вместе, по-видимому, он уже знает об этом. Не забывай, что мы на его территории.
Бай Aoсюэ молча кивнула. Да, тайные шпионы императора распространились по всему императорскому дворцу. Возможно, они доложили об их передвижениях от самых городских ворот.
Потом она исчезла вместе с Цзюн Еяном, и если бы они вернулись порознь, то вызвали бы еще больше подозрений.
Подумав об этом, Бай Аосюэ слегка кивнула, а когда увидела блестящие глаза Цзюн Еяна, смущенно склонила голову.
Неизвестно, иллюзия это или момент рассеянности, но Бай Аосюэ на самом деле чувствовала, что сегодняшний Цзюн Еян был удивительно нежным. Его глаза на самом деле смотрели на нее с оттенком страстной любви.
Бай Aoсюэ покачала головой в изумлении. Ей определенно показалось. В глазах Цзюн Еяна не было никаких других эмоций, кроме сарказма, безразличия и холодности.
Хотя Бай Аосюэ и убеждала себя, в глазах принца действительно был след любви, которого он сам не заметил.
Отношения между ними менялись во время их конфронтации и благодарности по отношению к другим. Просто они медленно реагировали.
Когда Бай Аосюэ и Цзюн Еян появились вместе в императорском саду, это вызвало довольно большую сенсацию.
Маленький евнух с острыми глазами, который ждал перед входом, сразу же прочистил горло, когда увидел пару, идущую к ним.
- Добро пожаловать, пятый принц и первая дочь Бай!
И если имя Цзюн Еяна никого не удивило, то все обратили внимание, когда услышали Бай Аосюэ. Уже было известно, что они обручились. Многие считали, что они идеально подходят друг другу, но многие сыновья чиновников жалели Бай Аосюэ.
Хотя она была слаба, но не заходила так далеко, чтобы иметь плохую репутацию. Скорее нужно отдать должное способности Су Цяньцянь фабриковать и распространять слухи.
Кроме того, поскольку Бай Аосюэ была скромной и сдержанной, и ей не разрешалось посещать различные семейные праздники, всевозможные слухи и измышления становились все более дикими.
И хотя ее не жаловали в обществе, у нее действительно было великолепное семейное происхождение. Тот факт, что ее отец - премьер-министр, а дядя - генерал, вызывал зависть.
Женитьба на Бай Аосюэ была бы отличным шагом в карьере для каждого. К сожалению, она была захвачена этим бесполезным уродливым принцем. Как могли сыновья чиновников не испытывать сожаления?
Но если раньше они чувствовали жалость лишь об упущенном статусе Бай Аосюэ, то как же они огорчились, увидев ее воочию!
Возгласы удивления наполнили банкет.
Хотя Бай Аосюэ особо не нарядилась, один взгляд на нее заставил всех мужчин в зале потерять свои души. Только тогда все по-настоящему осознали то, что называлось блестящей внешостью.
На самом деле, Бай Аосюэ не делала никаких специальных движений. Она искала Е Жаоцзюэ сразу же после того, как вошла в Императорский сад. Девушка окинула взглядом окрестности, в то время как все хвалили ее блестящую красоту.
Цзюн Еян почувствовал себя несчастным, когда увидел, как все смотрят на Бай Аосюэ. Он медленно шел впереди нее и заслонял собой обзор всех присутствующих.
- Почему здесь так тихо? Вы, ребята, довольны моей маленькой принцессой? - Цзюн Еян посмотрел на толпу и медленно произнес своим чарующим голосом.
Однако все присутствующие почувствовали, что изначально мягкая погода была теперь пронизывающе ледяной.
- Тсс... Пятый принц, пожалуйста, не вините нас! Мы все видим мисс Бай в первый раз. Удивление неизбежно. Теперь понятно, почему премьер-министр Бай никогда не позволял мисс Бай появляться. Она, оказывается, такая потрясающая красавица. Если у меня будет такая дочь, как мисс Бай, я тоже буду скрывать ее ото всех! - мужчина средних лет с большим животом бесстыдно посмотрел на Бай Цивэя.
Когда тот услышал, что этот человек упомянул его, он неловко сказал:
- Господин Ли слишком щедр на похвалу. Моя дочь всегда любила оставаться одна с детства, и я не мог ее беспокоить, поэтому было мало шансов увидеть ее.
Все присутствующие кивнули. В конце концов, Бай Аосюэ была действительно холодной и благородной, и ее взгляд ни на кого не падал от начала и до конца.
Но те, кто знал правду, не могли не презирать Бай Цивэя как хитреца.
Глава 59: Высокие волны на банкете
Бай Аосюэ слушала лицемерные слова Бай Цивэя и холодно улыбалась, ничего не говоря. Поскольку он любил возводить свое отцовское благочестие на пъедестал, пусть кривляется. Тем больнее будет падать.
Е Жаоцзюэ, которого донимали придворные, наконец нашел Бай Аосюэ. Он быстро подошел и нервно спросил:
- Aoсюэ, где ты была?
После этого он настороженно посмотрел на Цзюн Еяна. Бай Аосюэ увидела его выражение и слабо улыбнулась:
- Не волнуйтесь, дядя. У меня просто возникли небольшие проблемы на дороге. Благодаря пятому принцу, я была спасена.
Бай Аосюэ не понимала, почему она замолвила за Цзюн Еяна словечко перед Е Жаоцзюэ, но подсознательно надеялась, что их отношения наладятся.
Когда принц услышал, как Бай Аосюэ вступается за него, его взгляд смягчился. Но в следующую секунду он стал еще холоднее.
Цзюн Еян увидел Су Менгроу среди группы женщин, она смотрела на него влюбленным взглядом одержимой. Его глаза опасно сузились. Когда он снова посмотрел в ту сторону, то увидел, что она уже отвернулась.
Он подумал, что ошибся. В конце концов, он прекрасно понимал, насколько шокирует его внешность. Как кто-то может быть одержим им?
- Хаха, - смеясь над собой, Цзюн Еян посмотрел на Бай Аосюэ, которая разговаривала с Е Жаоцзюэ с милой улыбкой.
Пустой разрыв был снова заполнен. В отдалении Су Менгроу увидела, как Цзюн Еян смотрит на Бай Аосюэ. Она крепко вцепилась в перила, но у нее не хватило бы смелости проявить свой гнев на людях.
Она не подозревала, что то, что она вовремя отвернулась, спасло ей жизнь.
- Ладно, оставим все как есть. Аосюэ, ты сядешь со мной или со своим отцом? - Е Жаоцзюэ догадался, что император собирается сделать ход.
Глядя на Бай Цивэя вдалеке и Бай Сусюэ, которая уставилась на нее с ненавистью, Бай Аосюэ тихо сказала:
- Дядя, я все еще его дочь. Наверное, мне стоит посидеть с ним на случай нападения.
Подумав некоторое время, генерал согласился с ней. Он не заботился о себе, но меньше всего он хотел причинить вред репутации Аосюэ.
Он кивнул:
- Тогда тебе пора идти. Если возникнут какие-то проблемы, я немедленно приду.
Хотя Е Жаоцзюэ не сказал этого вслух, Бай Аосюэ и Цзюн Еян поняли его намерение. Он просто боялся, что Бай Цивэй и Бай Сусюэ осложнят ей жизнь.
Бай Aoсюэ равнодушно произнесла:
- Дядя, вы можете быть уверены. Они недостаточно талантливы, чтобы причинить мне вред, - после этого она спокойно повернулась и пошла в сторону премьер-министра.
В то время как глаза всех молодых мужчин были прикованы к Бай Аосюэ, отвергнутые дочери чиновников смотрели на нее с ненавистью и затаенной обидой.
Глядя на всех этих людей, холодные глаза Цзюн Еяна полыхнули свирепостью, которую невозможно было скрыть. Даже Е Жаоцзюэ, стоявший рядом, заметил это и решил тайно понаблюдать за принцем.
Но оказалось, что в следующую секунду Цзюн Еян превратился в совершенно другого человека. Он ласково посмотрел на него и сказал:
- Дядя, мы тоже должны пойти присесть. Нехорошо здесь стоять.
Е Жаоцзюэ с удивлением посмотрел на принца, который так хорошо умел скрывать свои эмоции. Теперь он еще больше убедился в том, что Цзюн Еян не был таким, как говорили люди. Вместо этого он внушал ему непостижимое чувство.
Он не испытывал угнетения даже рядом с императором, но эта отчаянная аура пятого принца невероятно подавляла.
Какого же человека спровоцировала Аосюэ? Беспомощно вздохнув, Е Жаоцзюэ сказал:
- Пойдемте. Его Величество вот-вот придет.
С другой стороны, не успела Бай Аосюэ подойти к Бай Цивэю, как прозвучал резкий ироничный голос Бай Сусюэ, которая осмелела, думая, что Бай Аосюэ не будет избивать ее на публике.
- Ну, мисс Бай, ты все еще знаешь, куда тебе следует идти. Я думала, ты сменила фамилию на Е. Твой дядя генерал вон там, - Бай Сусюэ смотрела с обидой.
Бай Аосюэ села, не обращая ни малейшего внимания. Очевидно, Бай Цивэй тоже считал, что Бай Сусюэ права, поэтому он не стал ее останавливать. Та совсем распоясалась.
- Эй, почему ты молчишь? Неужели ты думаешь, что сможешь что-то сделать, раз твой дядя - генерал? - Бай Сусюэ изобразила презрение.
Бай Аосюэ повернулась, чтобы посмотреть на нее, и тихо сказала:
- Мой дядя-генерал. А что есть у тебя? У тебя есть только группа лицемерных и презренных родственников, которые только и думают, как подняться к власти, если ты доберешься до вершины, и которые делают грязные вещи ради выгоды!
Когда слова Бай Аосюэ упали, она указала на Су Менгроу, сидевшую на расстоянии, и пытающуюся угодить другим.
Глядя на это смиренное покорное лицо, которое в то же время было чрезвычайно смешным, Бай Аосюэ презрительно усмехнулась.
Бай Сусюэ, посмотрела на Су Менгроу, которая пыталась подольститься к другим, и ее высокомерный вид сменился на угрюмый.
Бай Аосюэ обернулась и увидела, что Бай Цивэй смотрит на нее, затем она холодно сказала:
- Я не в настроении терпеть ее. Если она снова спровоцирует меня, язык ей больше не понадобится.
Бай Цивэй пришел в ярость. Как он мог не знать о последствиях? Однако он не ожидал, что Бай Аосюэ окажется такой холодной и безжалостной.
- Ты!!...- вне себя от гнева, Бай Цивэй ткнул пальцем в Бай Аосюэ. Когда он уже собирался выругаться на нее, то вспомнил, что он не дома.
Все заметили ненормальную атмосферу и смотрели на них. Люди разглядывали их и совсем не скрывали любопытства в глазах. Бай Цивэй вздохнул и раздраженно опустил руку.
-Тебе лучше не напрашиваться на неприятности! - Бай Цивэй, скрипя зубами от злости, посмотрел на Бай Аосюэ.
Если бы он мог есть человеческое мясо, то Бай Цивэй уже сжевал бы ее тысячи раз.
Увидев вопросительный взгляд Е Жаоцзюэ с противоположной стороны, Бай Аосюэ почувствовала тепло и молча покачала головой.
В это время пронзительный голос маленького евнуха вновь разнесся по всему королевскому саду.
- Его Величество прибыл! Наложница Юн прибыла!
Все чиновники и члены их семей немедленно опустились на колени.
- Да здравствует император!
- Благословляем Ее Высочество Наложницу Юн!
Окруженный людьми, Цзюнь Ухэн медленно прошел сквозь толпу и подошел к трону, который уже был приготовлен для него.
- Все встаньте!
- Благодарю Вас, Ваше Величество! - все медленно поднялись.
Бай Аосюэ стояла в толпе и, скучая, наблюдала за императором, который сидел на возвышении, и Лю Манюнь рядом с ним. Сегодня на них обоих была великолепная одежда.
Было очевидно, что они тщательно одевались, особенно Лю Манюнь. Хотя она была молода, макияж на ее лице уже был чрезмерным.
В двадцать лет можно считаться очень молодой в 21 веке, но в эти времена уже считалось, что молодость давно ушла. Хотя наложница была хорошо одета, между ней и многими другими присутствующими девушками была явная пропасть.
Затем она первела взгляд на Цзюнь Ухэна, который казался красивым, честным и праведным, в то время как Бай Аосюэ знала, какой он на самом деле зловещий.
Цзюн Ухэн сверху вниз посмотрел на своих чиновников, и в уголках его губ появилась удовлетворенная улыбка. Когда он уже хотел заговорить, резкий голос маленького евнуха прозвучал снова.
- Прибыл несравненный принц из Наньюэ!
Все тут же перевели взгляд на ворота, они были даже более взволнованы, чем при виде императора. Некоторые девушки тут же начали вынимать подготовленные зеркальца и быстро проверять свою внешность.
- Принцесса Луоянь из Мобэя прибыла! – на этот раз был черед юношей поправлять свой внешний вид.
Бай Аосюэ непроизвольно взглянула на Цзюн Еяна, желая проверить, не смотрит ли тот на вход вместе с толпой. Однако она обнаружила, что принц тоже смотрит на нее. Оказалось, что их первоначальные мысли совпадали. Они не удержались от улыбки и отвернулись.
Наконец Ци Лянге, Луоянь и их слуги вошли по очереди.
Когда женщины увидели Ци Лянге, они были настолько ошеломлены, что еле сдерживали свои крики. Более того, кто-то даже упал в обморок.
Когда мужчины увидели принцессу Луоянь, их реакция была такой же, как и у женщин.
Во всем Королевском саду, вероятно, только Бай Аосюэ, Цзюн Еян и Е Жаоцзюэ никак не отреагировали.
Цзюн Ухэн посмотрел на двух людей, что находились в центре внимания, и даже забыл прикрыть глаза. Он наблюдал за Ци Лянге с ревностью и негодованием, в то время как его глаза были полны жадности и удивления, когда он увидел принцессу Мобэя.
Глядя на императора, который вел себя подобным образом, уголок губ Бай Аосюэ дернулся.
- На этот раз я посещаю Чэнси от имени Наньюэ. Пожалуйста, простите меня, если поездка будет оскорбительной, - приятный голос Ци Лянге раздался словно свежий ветерок.
Цзюн Ухэн пришел в себя и неловко посмотрел на него:
- Визит несравненного принца приносит честь Чэнси!
- Владыка Чэнси, вы слишком вежливы. На этот раз я привез небольшой подарок, чтобы показать свою искренность. Я надеюсь, что вы его примете! - Ци Лянге посмотрел на Цзюн Ухэна с глубоким смыслом.
Император с удивлением посмотрел на Ци Лянге:
- Так как он дан несравненным принцем, я действительно буду беречь его.
Ци Лянге улыбнулся и сказал:
- Сусяо, принеси его сюда!
Сусяо привел несколько человек, которые внесли огромную коробку из розового дерева. В этой коробке, наверное, могла бы поместиться худенькая женщина.
Всем стало интересно, что там внутри. Ци Лянге не стал создавать интригу и приказал:
- Суксяо, открой.
Шкатулка из розового дерева медленно открылась. Когда все увидели предмет в коробке, время вокруг казалось замерло. Никто не издавал ни звука, и в саду стало ужасно тихо.
С тех пор как коробка открылась, Бай Аосюэ увидела горячий и восхищенный взгляд Цзюн Ухэна, который не отрывался от предмета внутри.
Е Жаоцзюэ слегка нахмурился. Бай Цивэй, который стоял рядом с ней, поскользнулся и чуть не упал. Его глаза были наполнены неверием.
В конце концов, она увидела, что Цзюн Еян мгновенно собрался. Пара сильных кровожадных глаз маньяка, казалось, горела неистовым огнем, который собирался проделать дыру в статуе в коробке своим взглядом.
Да, предмет в коробке был скульптурой, которая была сделана из теплого белого нефрита. Это была женщина, изящная и нежная, как фея.
Узкие и длинные, как у Феникса, глаза этой женщины показались Бай Аосюэ знакомыми, как будто она видела ее раньше, но не могла вспомнить.
Бай Aoсюэ видела много скульптур. Изящные белые нефритовые скульптуры, изображающие полубогов и полудьяволов Луи Ча, но эта скульптура отличалась. В буквальном смысле.
Бай Аосюэ даже могла ясно видеть непередаваемый свет этого теплого белого камня.
Это было необъяснимо и волнующе, что заставляло людей задаваться вопросом, кто был художником, создавшим такое превосходное произведение искусства. Самым удивительным был несравненный внешний вид женщины.
Все присутствующие постепенно приходили в себя. У всех были свои мысли, но Бай Аосюэ обратила внимание только на Цзюн Еяна, так как эта скульптура произвела на него впечатление.
Она чувствовала это.
- Хмм... хорошо! Замечательно! Это лучший подарок, который я когда-либо получал. Надо полагать, несравненный принц приложил немало усилий! - радостный голос разнесся по всему королевскому саду.
Глава 60: Использовать интриги и схемы
Бай Аосюэ увидела, что Цзюн Еян смотрит на императора с нескрываемой ненавистью, как будто он собирался наброситься на него в следующую секунду и расчленить.
Она была встревожена, но как раз в этот момент Цзюн Еян обернулся, чтобы взглянуть на нее, словно он мог читать ее мысли. Его глаза были полны печали. Увидев такое выражение, всю грудь Бай Аосюэ, казалось, зажали в тиски, ей было трудно дышать.
Какая-то невыразимая боль, которую она не понимала, нахлынула на нее, словно собираясь поглотить без остатка.
Цзюн Еян увидел, как Бай Aoсюэ качает головой. Ее глаза были полны беспокойства за него. Он смог наконец успокоиться из-за этих чудесных глаз.
Темперамент его высочества был именно таким. Он мог вспыхнуть в гневе за доли секунды, но, соответственно, он также мог успокоиться в одно мгновение.
К счастью, никто не заметил ненормальное поведение Цзюн Еяна, так как все были поглощены статуей, даже Цзюн Ухэн, который был абсолютно счастлив. Бай Aoсюэ вздохнула с облегчением.
- Владыка Чэнси, вам не нужно беспокоиться об этом. Кажется, мои усилия того стоят. Я надеюсь, что вы будете беречь ее, - Ци Лянге не сообщил о происхождении этой статуи, но его слова подтвердили, что это была необычайная редкость.
- Слуги! Будьте осторожны и перенесите эту статую в мой спальный двор. Не забывайте быть осторожными. Ни единой царапины и помарки не допускаются! - серьезно предупредил Цзюн Ухэн.
У каждого были свои мысли по поводу решения императора перевезти скульптуру в свой дворец.
Евнух Чжао приказал слугам осторожно и бережно поднять сандаловую шкатулку. Затем они медленно скрылись от взглядов, унося с собой тайну, которую все хотели разузнать.
Император, придя в себя от удивления, сразу же посмотрел на Цзюн Еяна, но только чтобы увидеть, что пятый принц с увлечением смотрит на Бай Аосюэ, сидящую напротив него, как будто он вообще не видел эту статую.
Цзюн Ухэн, казалось, был раздражен его поведением. Он презрительно фыркнул.
В это время прозвучал чистый голос принцессы Луоянь.
- Луоянь вместе с послами Мобэя приветствуют Владыку Чэнси.
Когда раздался ее голос, все вспомнили про принцессу, которая была забыта из-за статуи. Цзюн Ухэн подавил свое недовольство и с улыбкой посмотрел на нее:
- Принцесса Луоянь, пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Вам не нужно быть такой вежливой.
Все присутствующие были поражены в разной степени. Особенно были обеспокоены сыновья нескольких министров, которые уже положили глаз на принцессу. Кроме того, Лю Манюнь, сидевшая рядом с Цзюн Ухэнем, продолжала притворяться счастливой.
Слова Цзюн Ухэна были туманны. Непонятно было, собирался ли он оставить Луоянь себе или даровать брак ей и сыну одного из министров.
Но Бай Аосюэ чувствовала, что император намеревался завладеть Луоянь.
Во-первых, принцесса была красива и молода, и ее привлекательная дикость была необычной особой чертой. Во-вторых, как только Луоянь выйдет за него замуж, Мобэй окажется под его контролем. В конце концов, император Мобэя любил Луоянь больше всех.
Намерения Цзюн Ухэня мог увидеть любой, кто хоть немного соображал.
Тем не менее, Луоянь пришла только за Е Жаоцзюэ. Позволит ли Цзюн Ухэн им пожениться? В конце концов, генерал обладал военной мощью. Их брак будет представлять угрозу только для императора.
Цзюн Ухэн не допустил бы существования потенциальной опасности. Если она хочет, чтобы он одобрил брак, ей, наверное, стоит приложить немало усилий.
Бай Аосюэ посмотрел на принцессу, стоявшую в центре. Этой женщине действительно не хватало мягкости, она была дикой и неуправляемой. Ничего удивительного в том, что Цзюн Ухэн, которого уже тошнило от нежных миниатюрных дочерей чиновников, заинтересовался ею.
Луоянь слегка улыбнулась:
- Владыка Чэнси, вы слишком вежливы. На этот раз я здесь во имя мира, и я также привезла некоторые небольшие подарки. Я надеюсь, что вам они понравятся.
Цзюн Ухэн был очень счастлив. Мир с Мобэем был для него самым большим подарком. Его совершенно не волновало остальное.
- Хм, поскольку принцесса Луоянь так искренна, конечно, я отдам вам должное. Вы можешь присесть, - император засмеялся, в то время как его глаза сверкали, как у волка, не отрываясь от девушки.
- Благодарю Вас, владыка Чэнси! - Луоянь не стала отказываться, а быстро прошла к своему месту. Ее поведение было прямолинейным и проворным.
Бай Аосюэ оценила ее еще больше.
- Все могут садиться, - Цзюн Ухэн собрал свои эмоции и величественно махнул рукой.
- Благодарим Вас, Ваше Величество! - почтительно ответили министры.
Оглядев всех в зале, император негромко произнес:
- Я уверен, что вы уже знаете цель сегодняшнего банкета. Генерал Е Жаоцзюэ, величайший герой Чэнси, вернулся с триумфом. Ничто не сделает нас счастливее.
- Генерал Е сделал так много для страны. Покойный император однажды сказал, что генерал Е – один из столпов Чэнси. Государство процветает все больше и больше благодаря таким героям, как генерал Е, - Цзюн Ухэн посмотрел на Е Жаоцзюэ с признательностью.
После таких слов генерал Е встал и сказал:
- Ваше Величество превознесли меня. Это всего лишь мой долг. Это также долг каждого человека - защищать нашу страну. Чэнси достоин моих усилий!
Сказав это, генерал сел.
Цзюнь Вэнь тут же ответил:
- Я ценю эти слова «достоин усилий»! Я не ошибся в вас, генерал, также как и покойный император! Ченси повезло иметь такого героя как вы!
Ответ Е Жаоцзюэ вполне удовлетворил Цзюн Ухэна, что было видно по его веселому выражению лица. Все чиновники тут же согласно закивали.
Бай Aoсюэ тайно наблюдала за выражениями их лиц. Ее не интересовало столь ничтожное мнение императора. На самом деле, он был здесь самым большим лицемером.
Обнаружив, что Луоянь смотрит на Е Жаоцзюэ с одержимостью, Бай Аосюэ не могла не побеспокоиться о своем дяде. Такие женщины, как принцесса Мобэя, на самом деле были очень похожи на нее. Выбрав своего единственного, они останутся верными на протяжении всей своей жизни.
Ну ладно, а кого же выбрала она сама? Подумав об этом, Бай Аосюэ повернулась, чтобы посмотреть на Цзюн Еяна, но увидела, что тот склонил голову. Она не знала, о чем он думает.
В это время Бай Аосюэ почувствовала, что кто-то смотрит на нее с нескрываемым интересом. Слегка нахмурившись, она проследила за взглядом и наткнулась на пару прекрасных очаровательных глаз. Его глаза словно наполнились водой. Он улыбнулся, но эта улыбка исходила не от сердца.
Бай Aoсюэ не стала избегать его. Она посмотрела на Ци Лянге, не дрогнув.
Ци Лянге был похож на хитрую и бесстыдную лису, которая любит заманивать других в ловушку. Он даже мог заставить их чувствовать благодарность после того, как их поймали, любой был бы счастлив, столкнувшись с его несравненным лицом.
Вероятно, в этом и заключалось очарование Ци Лянге. Хотя Бай Аосюэ не испытывала ненависти к нему, он ей не нравился. Ее больше заинтересовала киноварная родинка между его бровей.
Она была ярко-красной, как кровь, и в то же время кокетливой и великолепной.
Пока Бай Аосюэ и Ци Лянге смотрели друг на друга, Цзюн Еян поглядел на несравненного принца и с грустью подумал: почему он похож на женщину? Бай Aoсюэ продолжает смотреть на него только из-за его лица. Я должен показать Бай Aoсюэ мою внешность?
Видя, что Ци Лянге продолжает смотреть на нее, но ничего не говорит, Бай Аосюэ выбросила его из головы. Когда она отвела взгляд, то увидела полные ненависти глаза Бай Сусюэ. Та сказала с иронией:
- Ну что, ты разочаровалась в своем женихе, увидев красивое лицо несравненного принца?
Хотя голос Бай Сусюэ был слабым, как мог Цзюн Еян, который специализировался в боевых искусствах многие годы, не услышать ее? Он молча ждал ответа Бай Аосюэ.
- Какое отношение его внешность имеет ко мне? Или ты думаешь, что все заботятся о внешности, как ты? Неужели ты настолько глупа, что думаешь, что крашеный воробей может притвориться Фениксом только потому, что он сидит выше? – негромко сказала Бай Aoсюэ.
Однако она не знала, что ее слова непосредственно коснулись самого больного места Бай Сусюэ. Та тоже не ожидала, что слова будут даже более злобными, чем в прошлый раз.
Бай Сусюэ была настолько глупа, что даже после стольких ссор не уяснила, что хотя Бай Аосюэ казалась безразличной, внутри у нее была тьма. Ее слова всегда били в самую точку.
Когда Цзюн Еян услышал последнее предложение Бай Аосюэ, его сексуальные тонкие губы под маской яростно дернулись. Он решил, что никогда больше не будет ссориться с Бай Аосюэ.
Цзюн Ухэн, с другой стороны, все еще продолжал легко и непринужденно говорить, словно прорвало фонтан его красноречия, в то время как люди, вынужденные его слушать, уже порядком утомились .
- Ну, сегодня я много чего сказал. По-видимому, вы все голодны. Слуги! – он наконец осознал, что сказал достаточно.
- Что прикажете, Ваше Величество? - склонив голову, почтительно спросил евнух Чжао, стоявший рядом с ним.
- Подавайте блюда! - негромко произнес Цзюн Ухэн.
Евнух Чжао откашлялся и провозгласил:
- Подавайте блюда!
Маленький евнух у входа тут же передал дальше:
- Подавайте блюда!
Послышались звуки сервировки. Через некоторое время хорошо обученные евнухи и служанки вошли в Императорский сад, неся прекрасные блюда.
Бай Aoсюэ внимательно наблюдала за ними. Наконец, в секции Цзюн Еяна она увидела евнуха Маленького Цинцзы, которого слышала за скалой.
У этого евнуха был хитрый взгляд. Он направился к Цзюн Еяню с изящным подносом.
Цзюн Ухэн, сидевший выше, смотрел на Цзюн Еяна, не мигая.
Чтобы не выдать себя, Бай Аосюэ отвела взгляд. Затем она увидела служанку, которая направилась к ней. Это была та самая служанка, что разговаривала с Маленьким Цинцзы и дала ему этой отравы.
Она тоже подошла к ней с изящным подносом. Бай Аосюэ слегка прищурилась, наблюдая за этой девушкой. Ее руки, державшие поднос, немного дрожали. Возможно, она подсознательно боялась.
Служанка торопливо ставила одно за другим маленькие и изящные блюда, не осмеливаясь поднять глаза на Бай Аосюэ.
Бай Аосюэ презрительно повернула голову в другую сторону, и в то же время позади евнуха Чжао она увидела маленького евнуха, качающего головой в ее сторону. Он выглядел очень знакомым.
Тщательно покопавшись в памяти, Бай Аосюэ вспомнила, что это был Кан Шэнг который вместе с ней отправился в резиденцию премьер-министра, чтобы объявить императорский указ. Кажется, он также был одним из фаворитов Цзюн Ухэна.
Бай Аосюэ заметила, что Кан Шэнг открыл рот и произнес несколько слов.
После того, как он закончил, Бай Аосюэ тщательно сложила эти слова вместе.
Не пей вино из этой чаши.
Кан Шэнг подумал, что Бай Аосюэ не понимает его, поэтому он одними губами повторил сказанное.
К счастью, поскольку все болтали, никто не видел их молчаливого взаимодействия.
Бай Аосюэ была благодарна Кан Шэнгу за его помощь. Они узнали друг друга только благодаря паре строчек из стихотворения, и теперь он рисковал своей жизнью, чтобы помочь ей.
Так мог поступить только друг!