61-65
Глава 61: Проявление обаяния и единство в браке
Бай Аосюэ кивнула в сторону Кан Шэнга, не позволяя людям это заметить. Видя, что она поняла его сообщение, евнух почувствовал облегчение.
На самом деле, он даже не понимал, почему вдруг рискнул своей жизнью, чтобы помочь Бай Аосюэ. Однако, когда он вспомнил, что в один теплый солнечный день девушка в красном платье сказала, что вода глубока и песни сопровождают море и Шенг, он захотел ее уберечь от опасности.
В этом холодном лицемерном дворце вдруг появилась девушка, подобная пламени, которая подарила ему немного тепла. Хотя он мог потерять свою жизнь, ему хотелось защитить ее.
К тому же он чувствовал, что такая женщина, как Бай Аосюэ, заслуживает того, чтобы за нее отдавали жизнь.
- Сегодня генерал Е вернулся с триумфом, что делает нас чрезвычайно счастливыми. Пусть все поднимут со мной тост за миллионы братьев и страстных мужчин Чэнси! - зычный голос Цзюн Ухэна эхом разнесся по Императорскому саду.
Это вернуло Кан Шенга в реальность. Слова императора подогрели и без того оживленную атмосферу. Все присутствующие мужчины и женщины подняли бокалы.
- Поднимаю тост за тех людей, которые построили и защищают Чэнси! - Цзюн Ухэн поднял бокал. Запрокинув голову, он выпил вино до дна.
Это движение заставило всех чиновников последовать его примеру.
- Его Величество прав! Давайте выпьем! - Бай Цивэй также обратился к общественности.
Бай Аосюэ презрительно посмотрела на него, в то время как краем глаза она продолжала наблюдать за Цзюн Еяном.
Она увидела, что пятый принц слабо улыбнулся:
- Ваше Величество безусловно прав. Хотя я не представляю, как убивать людей на поле боя, я восхищаюсь генералом Е. Мы с генералом скоро станем семьей. Сегодня я выпью этот бокал вина первым! На нашей свадьбе я лично подам бокал вина дяде!
Слушая тост Цзюн Еяна, все вдруг подумали, что этот ни на что не годный принц, кажется, отличается от прошлого себя, но они не могли понять, в чем была разница.
Бай Аосюэ вместо того, чтобы рассердиться, вдруг подумала, что бокал вина Цзюн Еяна тоже был отравлен. Скорее всего, отравили весь горшок с вином.
Хотя она знала, что император не позволит людям заметить, что Цзюн Еян был отравлен на банкете, она все еще волновалась. Такого рода беспокойство было эмоцией, которую она никогда раньше не испытывала.
В этот момент она увидела, что принц быстро выпил бокал вина после своего тоста. Внезапно она ощутила, что ее сердце подскочило к самому горлу.
Цзюн Ухэн тоже нервничал. Это был тот случай, которого он ждал.
Его сердце не успокоилось, пока принц не допил вино. Улыбка в уголках его рта становилась все более заметной. Как только он представил, как Цзюн Еяна пытают, ему стало хорошо.
Когда Бай Аосюэ увидела, что у принца нет отрицательной реакции, она немного успокоилась. В это время Бай Цивэй, сидевший рядом, свирепо усмехнулся. О причине его поведения было легко догадаться. Цзюн Еян не упомянул его сейчас в своем тосте, что, очевидно, смутило его. Как он мог не рассердиться?
Бай Aoсюэ была не в настроении, чтобы спорить с ним. Она нервно смотрела на Цзюн Еяна. Она до сих пор не догадывалась, что этот мужчина уже занял половину места в ее глазах.
Когда принц поднял глаза, он увидел нервничающую девушку, и пруд в его сердце снова начал пульсировать, волнуя его доселе спокойный ум.
Бай Aoсюэ увидела, что он тоже смотрит на нее. Приоткрыв свои розовые губы, она хотела что-то сказать, но вовремя вспомнила, что это не подходящий случай. Она могла только молча смотреть на него.
- Успокойся, я в порядке, - короткая фраза словно ветерок донеслась до уха Бай Аосюэ, и этого было достаточно, чтобы она почувствовала себя непринужденно. Она поняла, что это был голос Цзюн Еяна.
В это время все подняли тост за Е Жаоцзюэ. Бай Aoсюэ тоже подняла бокал. Воздух был наполнен легким ароматов вина.
В тот момент, как она подняла стакан, несколько пристальных взглядов скрестились на ней. Не обращая на них внимания, она подняла голову и улыбнулась. Бай Аосюэ понюхала вино, пока пила. Через несколько секунд она уже знала состав яда в вине. Она выпила все залпом и поставила стакан на стол.
Цзюн Ухэн наконец удовлетворенно кивнул. В конце концов, они оба выпили вино под его наблюдением, так что ему не о чем было беспокоиться.
Глядя на его удовлетворенное лицо, Бай Аосюэ презрительно усмехнулась. Она подумала про себя: ты не мог и предположить, что яд, который ты приказал людям положить, может быть обезврежен всего за несколько минут. Если бы он захотел пригрозить им противоядием, то, вероятно, был бы разочарован.
Глядя на взволнованного Цзюн Еяна, ее настроение внезапно изменилось. Она почувствовала, как ее сердце наполнилось немного кислой и немного сладкой эмоцией, но в то же время чувство не было плохим.
Бай Аосюэ мило подмигнула в сторону Цзюн Еяна. Изначально она хотела сказать, что с ней все в порядке, но Бай Аосюэ не знала, что ее озорной вид - это еще одна стрела любви в чужих глазах.
Она, всегда отстраненная и благородная, внезапно смела образ прошлого. Теперь она была умной и живой. Кроме того, ее окружали цветущие растения императорского сада, что придавало ей образ цветочной феи.
Цзюн Еян думал именно так. Теперь у него возникло желание спрятать Бай Аосюэ от посторонних взглядов.
Этот порыв не был безрассудным. Он давно хотел это сделать, но внутренне сопротивлялся. Однако сегодня он обнаружил, что этот импульс стал сильнее, достаточно серьезным, чтобы побудить его действовать.
Сделав вдох, Цзюн Еян подавил мысли в своем сердце. Он больше не смотрел на девушку, чтобы успокоить свою душу.
Когда Кан Шэнг увидел, что Бай Аосюэ пьет вино, он мгновенно пришел в отчаяние. Он не понимал, почему Бай Аосюэ так поступила, лишь чувствовал, что ей наплевать на свою жизнь.
Вино было явно отравленным, но она все равно выпила его. Он подумал, что Бай Аосюэ не должна была так поступать.
Подумав об этом, он потерял равновесие и пошатнулся. Евнух Чжао, стоявший рядом с ним, увидел его ненормальность. Он быстро протянул ему руку:
- Что с тобой? Мы сейчас на банкете!
Получив предупреждение, он тут же пришел в себя и выпрямился.
- Ничего. У меня просто немного закружилась голова. Спасибо за заботу, евнух Чжао.
Когда евнух Чжао увидел его бледное лицо, ему показалось, что он устал из-за пира, поэтому он прошептал:
- Если ты сильно утомился, можешь идти отдыхать. Я мог бы направить тебя в другое место.
Кан Шэнг посмотрел на него с благодарностью:
- Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Я смогу выдержать.
Евнух Чжао высоко оценил его настойчивость. Он кивнул и сказал:
- Хорошо. Лучше выдержать до конца, если сможешь, но если действительно устанешь, можешь сказать мне тайно.
- Спасибо за заботу, евнух Чжао, - прошептал Кан Шэнг.
Цзюн Ухэн, который был сейчас счастлив, не заметил ненормальности.
Бай Aoсюэ было скучно сидеть на месте. Банкет действительно был как в сериале. Все лицемерили.
После того, как произнесли первые тосты, настало время для выступления дам. Они соревновались талантами и внешностью, чтобы продемонстрировать себя с лучшей стороны. Мечты женщин древности на самом деле были такими же, как и у современной женщины. Все они надеялись, что однажды смогут стать Фениксом.
Однако Бай Аосюэ не ожидала, что глупая Лю Манюнь начнет демонстрировать свое дурацкое умение устраивать беспорядок.
- Ваше Величество, поскольку сегодня так оживленно, я думаю, что без пения и танцев будет действительно скучно, - Лю Манюнь нежно посмотрела на императора.
Цзюн Ухэн подумал, что это звучит разумно:
- Моя любовь права. Но у меня есть идея. Все присутствующие здесь дамы могут проявить свои таланты. Я дарую хороший брак победителю.
Услышав его слова, присутствующие женщины разволновались и начали перешептываться, в то время как Бай Аосюэ почувствовала презрение. Это было равносильно свиданию вслепую.
Бай Аосюэ почувствовала, что люди вокруг нее теперь задышали тяжелее. Когда она обернулась, то увидела, что Бай Сусюэ уставилась на Ци Лянге. Бай Аосюэ не могла не посочувствовать несравненному принцу, ее также поразило, с какой скоростью Бай Сусюэ сменила объект своих воздыханий.
Но никто не думал, что в это время наступит небольшая интерлюдия.
- Я хотела бы спросить Владыку Чэнси, в число присутствующих дам входит также Луоянь? – раздался ясный голос принцессы.
Никто не знал, какова была цель принцессы Луоянь. Они не могли не посмотреть на Цзюн Ухэна. Однако император только улыбнулся и сказал:
- Я говорю обо всех женщинах. Конечно, принцесса Луоянь включена.
Принцесса улыбнулась, что случалось редко. Она сказала:
- Могу ли я сама выбрать себе мужа, если мне посчастливится победить?
Некоторые люди почувствовали себя взволнованными, в то время как нашлись и такие, кто презирал ее или завидовал.
Цзюн Ухэн все еще улыбался:
- Если вы выиграете, то сможете выбрать себе мужа. Возражений не будет.
Возможно, он был уверен, что Луоянь выберет его. Ведь каждая женщина в мире мечтала стать его наложницей. Но следующая фраза выбила его из колеи уверенности, удивив до глубины души.
- Я доверяю вам, Владыка Чэнси. Если вы сдержите свое обещание, я сделаю все возможное, чтобы победить. Если я выиграю, пожалуйста, выдайте меня замуж за генерала Е Жаоцзюэ! - бесстрашно сказала Луоянь. Ее слова, словно гром среди ясного неба, шокировали всех присутствующих.
Бай Аосюэ уже предполагала, что скажет Луоянь, когда та начала договариваться с Цзюн Ухэном. Но она все равно рассмеялась, когда услышала смелые слова принцессы. Видимо, это была судьба Луоянь – выйти замуж за Е Жаоцзюэ.
Е Чжаоцзюэ был равнодушен по своей природе, но он относился к своим близким со всем сердцем. Возможно, после того, как он влюбится в человека, он не оставит ее всю оставшуюся жизнь.
Луоянь была женщиной страстной, как огонь. К тому же она была смелой и неприхотливой. Людям было трудно не любить ее. Если бы она могла выйти замуж за Е Жаоцзюэ, столкновение льда и огня действительно породило бы разные искры.
Бай Аосюэ искренне надеялась, что они смогут быть вместе. Хотя ее дядя не мог действовать первым, Луоянь сделала этот первый шаг. Оставшиеся девяносто девять шагов они пройдут вместе.
После того, как Цзюн Ухэн услышал слова Луоянь, жесткая улыбка на его лице была особенно смешной. Он был потрясен и ошеломлен.
У всех присутствующих было свое мнение. Некоторые из них восхищались поступком Луоянь, в то время как другие презирали ее. Но ей было на них наплевать. Бай Аосюэ посмотрела на принцессу, которая стояла с прямой спиной, затем посмотрела на своего дядю, который замер в оцепенении. Она тайком улыбнулась.
Луоянь, казалось, не слышала, о чем говорили все эти люди вокруг. Она, не мигая, смотрела на императора.
Цзюн Ухэн, который только что пришел в себя от шока, сердито посмотрел на девушку. В его глазах бушевал огонь. Он попытался сдержать свое негодование и сказал:
- Что вы только что сказали, принцесса Луянь? Я не расслышал отчетливо.
Глава 62: Застигнуты врасплох внезапными изменениями
Если прислушаться, то в голосе императора можно было уловить раскаты гнева. Глядя на бесстрашную принцессу Луоянь, которая не испытывала ни малейшего сомнения, все задумались о своем.
Девушка упрямо посмотрела в глаза Цзюн Ухэна без тени трусости:
- Если я выиграю конкурс, я надеюсь, что Владыка Чэнси дарует брак мне и генералу Е Жаоцзюэ!
После этих слов весь императорский сад погрузился в молчание. Цзюн Ухэн изо всех сил старался не поддаваться гневу. Он не ожидал, что эта принцесса не отличает хорошее от плохого. Он дал ей шанс, но она на самом деле прилюдно отвергла его!
Он расчитывал что Луоянь станет его собственной наложницей, но никак не ожидал, что ее сердце уже кому-то принадлежит. Будь это кто угодно другой, он мог бы одобрить их брак, но этим человеком был Е Жаоцзюэ!
Как мог Цзюн Ухэн согласиться? Поскольку Е Жаоцзюэ уже обладал военной властью, объединившись с Луоянь, они представляли бы для него огромную угрозу. Но он никогда не позволит появиться потенциальной опасности!
Глядя на непредсказуемое выражение лица Цзюн Ухэна, Луоянь угадала, о чем он думает, но, так как она собиралась выйти замуж за Е Жаоцзюэ, разумеется, она пришла подготовленной!
- По-видимому, Владыка Чэнси все еще не знает. В нашем Мобэе существует правило, что если женщину с поля боя кто-то заберет, она будет следовать за этим мужчиной всю оставшуюся жизнь, - медленно произнесла принцесса, глядя на императора, погруженного в свои мысли.
- И когда я сражалась с генералом Е, он забрал меня с собой. Это истина, которую знают все жители Мобэя. Мой императорский отец позволил мне приехать сюда только из-за этого. Кроме Е Жаоцзюэ, я, Луоянь, не выйду замуж ни за кого другого! - голос принцессы стал сильным и громким и эхом раздавался в саду.
Что касается того, какой эффект произведут эти слова, Луоянь это не волновало. Она заботилась только о Е Жаоцзюэ, которым давно восхищалась.
Бай Аосюэ посмотрела на принцессу, которая сверкала глазами на ее дядю. Генерал был потрясен ее словами и безмолствовал. Его обуревали бесчисленные эмоции.
На самом деле у него давно были чувства к принцессе Луоянь. Просто он этого сам не понимал. В конце концов, они несколько раз сражались друг с другом. Кроме того, ее невозможно было не любить.
Как мог Цзюн Ухэн не понимать намека Луоянь? Если не Е Жаоцзюэ, возможно, она не приехала бы в Чэнси за всю свою жизнь.
Если бы он стал предлагать ей заключение брака, ему пришлось бы выбрать только Е Жаоцзюэ, потому что кроме него Луоянь не приняла бы другого мужчину. Если он попытается принудить ее к браку, возможно, Мобэй, который только что сделал шаг к перемирию, тут же отзовет своих дипломатов.
Это определенно было не тем результатом, что хотел бы увидеть Цзюн Ухэн. Однако при одной мысли, что Луоянь выйдет замуж за Е Жаоцзюэ, он отказывался смириться с поражением!
- Принцесса Луоянь, обещания должны сдерживаться. Вы можете быть уверены, что если вы выиграете это соревнование, я обязательно дам согласие на брак, но если вы проиграете... - Цзюн Ухэн задумчиво посмотрел на принцессу.
Луоянь поняла, что он имеет в виду под этой недосказанностью. Она слабо кивнула:
- Если я проиграю, то никогда в жизни не выйду замуж. Я собираюсь исповедовать буддизм и придерживаться вегетарианства!
После этих слов толпу охватило смятение. Никто не думал, что Луоянь была такой упрямой и сентиментальной женщиной, хотя ее решительность вызывала восхищение.
Цзюн Ухэн почувствовал некоторое облегчение, но он не мог поверить, что Луоянь не выйдет замуж, если она проиграет. У него были способы заставить ее сдаться ему!
Кроме того, поскольку дамы Чэнси были весьма выдающимися и талантливыми, он не беспокоился, что принцесса выиграет. Думая об этом, Цзюн Ухэн расслабился, а затем оглядел присутствующих девушек. На этот раз на банкет прибыло несколько дочерей чиновников, а также купцов. Император почувствовал большую уверенность и слабо улыбнулся.
- Принцесса Луоянь, вы не обязаны этого делать. Если вы проиграете, я тоже могу выдать вас замуж, - Цзюн Ухэн притворялся, что заботится о ней.
Принцесса холодно посмотрела на его лицемерный вид и сказала:
- Спасибо за вашу заботу, но дети Мобэя не должны отступать от своих слов. Я ценю вашу доброту, но вынуждена отклонить ваше предложение, Владыка Чэнси!
Цзюн Ухэну больше нечего было ей противопоставить. Он кивнул и сказал: - Хорошо, я не буду принуждать вас, принцесса Луоянь. Теперь конкурс официально начинается. Вы вольны проявить свои таланты, - с большим интересом он откинулся в кресле.
Все женщины тут же разволновались, они не могли дождаться, чтобы показать себя с лучшей стороны.
- Кан Шэнг, можешь вызывать их по порядку, - глядя на этих возбужденных женщин внизу, слабо скомандовал Цзюн Ухэн.
Но его глаза были прикованы к невозмутимой Бай Аосюэ.
Кан Шэнг, услышав приказ, тут же ответил:
- Да, будет сделано!
В это время Ци Лянге, о котором все забыли во время спора с принцессой, произнес:
- Неуместно, если никто не оценит этот конкурс талантов. У меня есть предложение, и я надеюсь, что Ваше Величество может принять его
- Пожалуйста, выскажите его, несравненный принц, - Цзюн Ухэн довольно легкомысленно отнесся к совету Ци Лянге.
- Чтобы конкурс был справедливым, после демонстрации талантов каждый в зале имеет право выбрать своего фаворита. В конце концов, побеждает дама, которая получает больше всего сторонников. Вы согласны со мной, Владыка Чэнси? – сказал Ци Лянге со слабой улыбкой.
Присутствующие кивали и хвалили, думая, что идея Ци Лянге была великолепна.
Цзюн Ухэн также одобрил ее, когда увидел, что большинство согласно. В любом случае, все присутствующие были его чиновниками. Он не боялся никаких случайностей.
Выступления дам следовали одно за другим.
Когда это всем уже порядком наскучило, в саду появилась красивая женщина.
Бай Аосюэ посмотрела на фигуру в центре, туманную, как дождь на юге Янцзы. Это нереально сказочное лицо заставляло людей благоговеть, а ее нежное зеленое платье, было изящным и элегантным. Ее гладкие волосы были небрежно заплетены в косу и перекинуты на плечо, что делало ее еще более нежной и хрупкой. Изначально холодное выражение лица смягчилось. Никто не думал, что Луоянь, снявшая доспехи и надевшая традиционную женскую одежду Чэнси, может быть такой женственной и прекрасной.
Все присутствующие были ошеломлены. Бай Аосюэ поняла, что теперь все будет под контролем Луоянь.
Держа в руке лютню, принцесса уселась на заранее приготовленный стул. Она повернулась к Е Жаоцзюэ и медленно тронула струны. Эта красивая и нежная мелодия завораживала.
Слегка приоткрыв свои розовые губы, Луоянь, глядя на генерала с нескрываемой любовью, начала петь.
Что это за прекрасная ночь?
Дрейфуем вниз по течению реки.
Что это за чудесный день?
В одной лодке с принцем.
Так благодарна за любовь
За то, чтобы встретиться с вашим милостивым согласием.
Я в восторге и мое сердце бьется как молот
Даже чтобы увидеть тебя, мой дорогой Принц.
Деревья живут на горах, ветви живут на деревьях
А мое сердце живет для тебя,
Но никогда не знаешь наверняка.
Луоянь пела очень медленно, она заставляла всех чувствовать любовь и печаль в ее сердце. Это была своего рода тоска по любимому человеку, который не обращал на нее внимания.
Некоторые из официальных дам даже плакали из-за ее песни. Бай Аосюэ была также тронута, но увидев потрясенное выражение лица Е Жаоцзюэ, она отбросила свои мысли.
Надо полагать, дядя начал понимать чувства Луоянь к нему!
После того, как песня закончилась, раздались всеобщие громовые аплодисменты, только Цзюн Ухэн, сидевший на троне, внезапно изменил свое лицо.
- Песня принцессы Луоянь действительно хороша!
- Я не ожидал, что принцесса будет так хорошо петь. Посмотрите на ее внешний вид сейчас! Кто мог вообразить, что она - женщина, вступившая в бой, чтобы сразиться с врагом?
- Это так мелодично.
Все эти восхищенные голоса раздражали слух императора, он уже понял, что Луоянь действительно займет первое место.
Но заметив, что за спиной принцессы осталось еще несколько невыступивших человек, он продолжил наблюдать, делая последнюю попытку спасти безнадежное положение.
Бай Аосюэ знала, что у Луоянь есть сильный противник - Су Менгроу. Хотя Су Менгроу вела себя низко, все мужчины Чэнси считали ее любовницей своей мечты.
Как раз в этот момент, когда Бай Aoсюэ подумала о ней, Су Менгроу появилась. На этот раз она сыграла песню на гуцине под названием «Ухаживание». Вместе с ее нежной внешностью, она действительно была способна привлечь мужчин.
Бай Аосюэ не хотела видеть выступление Су Менгроу, но в этот момент она обнаружила, что та часто поглядывает на Цзюн Еяна. Она подтвердила, что не ошиблась, прочитав любовь в глазах Су Менгроу.
Это открытие потрясло Бай Aoсюэ. У пятого принца все еще были поклонники, даже несмотря на чудовищные слухи. Кажется, Цзюн Еян однажды выпустил кота из мешка.
Но Бай Аосюэ крайне не понравилось, как Су Менгроу смотрела на принца. Ей это было неприятно.
После того, как Су Менгроу закончила свое выступление, мало кто аплодировал.
В конце концов, Бай Аосюэ осознала, что этот конкурс талантов был довольно предопределен. Луоянь и Су Менгроу были полны решимости победить. Теперь все только и ждали, когда Кан Шэнг подсчитает голоса.
- Браво! Этот конкурс действительно замечательный. Это настоящее удовольствие для глаз! - однако только сам Цзюн Ухэн ясно понимал тревогу в своем уме.
- Ваше Величество, я осмеливаюсь задать вопрос, который могла бы решить мисс Бай, - Су Менгроу вышла из группы женщин, не будучи ни высокомерной, ни скромной, а затем поклонилась Цзюн Ухэну.
Глядя на ее приятный внешний вид, император, очевидно, очень заинтересовался этим вопросом:
- Что вы хотите спросить?
Бай Аосюэ услышала, что Су Менгроу упомянула ее, и слегка прищурилась. Она ждала, чтобы увидеть, какие же трюки приготовила ей кузина Бай Сусюэ.
Когда Су Менгроу увидела, что император согласился, она подошла к Бай Аосюэ и сказала, подняв голову:
- Госпожа Бай, почему все проявили свои таланты, кроме вас? Как вы думаете, это правильно, что вы не уважаете Его Величество?
После слов Су Менгроу, все обнаружили, что все присутствующие незамужние женщины выступали за исключением Бай Аосюэ.
Бай Аосюэ усмехнулась:
- Вы действительно вешаете на меня серьезный ярлык. Мисс Су хочет получить первое место, а я нет, кроме того, я собираюсь выйти замуж за принца. Будет ли уместно, если я буду соревноваться с вами в талантах? Мисс Су, это грубая провокация?
В последней фразе Бай Аосюэ высказала неоспоримое сомнение, которое заставило всех почувствовать, что Су Менгроу действительно говорила с умыслом.
Лицо Су Менгроу побледнело. Первоначально она хотела обвинить Бай Аосюэ, но забыла правду о том, что та уже была помолвлена с Цзюн Еяном.
Как раз в тот момент, когда Су Менгроу пыталась бессвязно объяснить свое намерение, Кан Шэнг почти закончил подсчет голосов. Цзюн Ухэн был озабочен результатом больше всего остального. Он должен положить конец всем неожиданностям!
- Ваше Величество, я посчитал результат. Победитель... - когда Кан Шэнг уже собирался объявить результат, которого все с нетерпением ждали, раздался женский крик, внезапно нарушивший тихую атмосферу.
- А-а-а!
Бай Аосюэ повернула голову и обнаружила, что из уголка губ Цзюн Еяна течет черноватая кровь. Он упал прямо на землю!
Глава 63. Уловка Цзюн Ухэна
- Ах-ах-ах! – женские крики раздавались на пиру один за другим.
Бай Аосюэ вообще их не слышала. В этот момент она видела только кровь, текущую из уголка рта Цзюн Еяна, и его тело, медленно оседающее на землю.
Принц все еще улыбался, когда Е Жаоцзюэ и Налан Юхонг вместе помогли ему подняться. Однако его очаровательные, как у феникса, глаза были теперь плотно закрыты.
Бай Аосюэ рефлекторно встала и хотела пойти туда, чтобы увидеть его, но вовремя опомнилась, что не может сделать этого, по крайней мере, сейчас. Если она сделает хоть шаг, жертва Цзюн Еяна станет бесполезной.
- Цзюн ...- застрявший крик заставил Бай Аосюэ почувствовать боль в горле.
Не желая, чтобы другие люди заметили ее ненормальность, она склонила голову и затаила дыхание, ожидая, когда пройдет резь в сердце.
Когда император увидел, что Цзюн Еян был атакован ядом, он не смог сдержать своего волнения. Время, когда яд подействовал, было как нельзя более подходящим.
Думая об этом, Цзюн Ухэн все же поспешно поднялся с места и побежал в направлении Цзюн Еяна.
- Брат! Эй, кто-нибудь! Найдите императорского лекаря! Быстрее! Идите и найдите императорского лекаря! Что случилось с моим братом? - хрипло прокричал Цзюн Ухэн.
Глядя на его беспокойство, все присутствующие почувствовали, что это действительно мудрый император, который любит своего младшего брата. Никто не мог даже предположить, что именно этот внешне добрый, но ужасно жестокий человек сделал такое с Цзюн Еяном!
Глядя на его лицемерие, Бай Аосюэ поклялась, что заставит Цзюн Ухэна страдать от боли в тысячу раз сильнее, чем та, что испытал сегодня Цзюн Еян. Она заставит его пожалеть!
Поскольку Цзюн Еян истекал кровью, на банкете воцарился хаос. Все забыли об итогах конкурса.
Луоянь не стала требовать немедленного оглашения результатов. В конце концов, отравленный человек был будущим родственником Е Жаоцзюэ.
Подумав об этом, Луоянь повернула голову, чтобы посмотреть на Бай Аосюэ, которая не предпринимала никаких действий. Это был первый раз, когда она посмотрела на нее очень внимательно.
Она обнаружила, что Бай Аосюэ стояла в толпе, склонив голову, так что люди не могли видеть выражение ее лица, но в то же время принцесса могла почувствовать ее гнев. Это была тщательно подавляемая бурная ярость.
Миниатюрная девушка в ослепительно красном платье с чернильно-черными волосами, рассыпавшимися по спине, она была настолько потрясающей, что трудно было отвести от нее глаз. Однако Луоянь была больше поражена ее терпением.
Может быть, другие этого и не чувствовали, но ей были хорошо знакомы такие эмоции. Она чувствовала, что Бай Aoсюэ затаилась в ожидании. Эта девушка на самом деле интересная!
Большинство слухов говорили, что ее мать рано умерла, поэтому она была слаба и подвергалась издевательствам, но теперь было совсем не похоже, что она позволит себя обижать. Луоянь всегда верила в свои инстинкты.
Только когда группа имперских врачей поспешно прибыла, Луоянь вновь обратила внимание на происходящее.
- Доктор Чжан, подойдите скорее. Что случилось с моим братом? - поспешно крикнул Цзюн Ухэн, словно хватаясь за последнюю соломинку.
Имперские врачи не смели медлить. Они подошли и сказали:
- Пусть Его Высочество ляжет. Если он продолжит стоять, боль будет еще сильнее!
Когда Е Чжаоцзюэ и Налан Юхонг услышали их, они немедленно положили Цзюн Еяна, чтобы позволить имперским врачам его проверить.
Все затихли. Врач Чжан осторожно измерил пульс.
- Отвечаю Вашему Величеству, что Его Высочество был отравлен! - в смятении сказал врач Чжан.
- Отравлен? Что за яд? Его жизнь в опасности? – эмоционально вскричал Цзюн Ухэн.
Когда врач Чжан увидел, что император так волнуется, он поспешно ответил:
- Докладываю Вашему Величеству, я не могу сейчас выяснить, что это за яд, и мне еще нужно тщательно обдумать лекарство, но пока угрозы жизни Его Высочества нет.
Цзюн Ухэн тут же крикнул:
- Бестолочи! Зачем мне вас держать, если вы не можете определить, что это за яд?
Когда врач Чжан услышал слова императора, он сразу же испугался:
- Пожалуйста, пощадите меня, Ваше Величество! Самая неотложная задача сейчас -уложить Его Высочество кровать и успокоиться. Воздух здесь тяжелый, это вредно для него!
Цзюн Ухэн задумчиво кивнул. Он сказал:
- Поторопитесь! Отправьте моего брата в храм Мусяо! Мэн Фэй, подойди!
- Что прикажете, Ваше Величество? – капитан стражи почтительно поклонился.
Цзюн Ухэн кивнул, а затем сказал:
- Пошли людей, чтобы переместить моего брата в храм Мусяо вместе с врачом Чжаном и его помощниками. Приведи всех людей, с которыми мой брат сегодня общался, в королевский кабинет. Я сам их допрошу. Предположительно, яд подложил один из них!
- Как прикажете! - Мэн Фэй тут же приступил к выполнению.
Бай Аосюэ, с другой стороны, молча улыбнулась, услышав слова Цзюн Ухэна. Император сегодня определенно выбрал козла отпущения. Избраннику действительно не повезло.
- Что касается сегодняшнего события, то все здесь под подозрением. Никто не покинет это место до того, как я найду преступника! - Цзюн Ухэн посмотрел на принца, которого как раз укладывали на носилки.
Что они могли возразить после слов императора? Они могли только молчать.
- Несравненный принц и принцесса Луоянь, что касается сегодняшнего дела, я обязательно устрою для вас еще один банкет в качестве извинения, и я надеюсь, что вы сможете остаться, - Цзюн Ухэн посмотрел на улыбающегося Ци Лянге и на Луоянь, которая сидела с ничего не выражающим лицом.
И Ци Лянге, и Луоянь понимали, что сегодняшнее дело - не что иное, как заговор. Но раз они находятся не на своей земле, им все равно нужно избегать конфликтов с Цзюн Ухэном. Они кивнули в знак согласия.
Убедившись, что возражений нет, император кивнул евнуху Чжао.
- Отправляемся в королевский кабинет!
- Желаем вам счастливого пути! - люди провожали Цзюн Ухэна взглядами.
А Бай Аосюэ думала о том, как ей увидеть Цзюн Еяна.
- Мисс Бай, вы были сегодня с пятым принцем? - подойдя к Бай Аосюэ, Мэн Фэй спросил, не будучи ни скромным, ни надменным.
Бай Аосюэ обнаружила, что все вокруг смотрят на нее так, словно увидели какое-то шоу. Она не смогла удержаться и сказала:
- Я была сегодня с принцем, и не буду смущать вас. Я пойду с вами.
- Я очень благодарен. Пожалуйста, мисс Бай, - Бай Аосюэ произвела хорошее впечатление на капитана стражи, так что старался не создавать ей трудностей.
Бай Цивэй, стоявший рядом, холодно наблюдал, как она уходит с Мэн Фэем. Он был равнодушен, как будто Бай Аосюэ не имела к нему никакого отношения. Только Е Жаоцзюэ смотрел на девушку с тревогой, но он заметил ободряющий взгляд, которым Бай Аосюэ одарила его, когда уходила.
Проходя мимо Налана Юхонга, она сказала тихим голосом, который могли слышать только они:
- Мне нужно немного вина из бокала Цзюн Еяна. Попробуйте достать немного для меня.
Проговорив это, она быстро ушла, не оборачиваясь. Налан Юхонг понял, что в вине, которое пил Цзюн Еян, должны быть проблемы. Наблюдая за удаляющейся спиной Бай Аосюэ, он не мог не задуматься.
Подойдя к королевскому кабинету, Бай Аосюэ увидела, что кто-то стоит перед дверью, согнув спину.
- Мисс Бай, Его Величество уже давно ждет, - евнух Чжао сразу же поприветствовал ее.
Бай Аосюэ посмотрела на дверь в королевский кабинет, а затем перевела взгляд на евнуха. Она невольно вздохнула про себя. Всего несколько дней прошло, а она снова здесь.
- Евнух Чжао, вы слишком вежливы, - слабо произнесла Бай Аосюэ, без следа страха или паники.
Евнух Чжао кивнул:
- Мисс Бай, пожалуйста проходите. Его Величество ждет внутри.
- Ваше Величество, мисс Бай прибыла, - он почтительно сказал внутрь.
Бай Аосюэ уже знала, что Цзюн Ухэн хочет позвать ее для чего-то. Он вовсе не собирался ее допрашивать.
- Войди, - изнутри донесся голос, который прервал ее мысли.
Бай Аосюэ вошла в почтительно открытую евнухом дверь, и увидела Цзюн Ухэна, сидящего за столом. В это время император вытирал статуэтку, подаренную Ци Лянге на банкете, как будто какое-то сокровище. Бай Aoсюэ стало интересно. Разве эта статуя не была послана в его дворец? Почему она оказалась именно здесь?
- Ты озадачена? Я действительно позволил слугам перенести сюда эту статую. В конце концов, я чувствую, что жизнь становится пустой, если я не могу ее видеть. Я просто хочу быть с ней все время, - Цзюн Ухэн смотрел на статую с любовью в глазах.
Увидев его с необычной стороны, Бай Аосюэ не произнесла ни слова. Она ждала следующей фразы.
- Ты знаешь, чья эта статуя? – спросил Цзюн Ухэн, осторожно касаясь тонких пальцев статуи.
Бай Aoсюэ продолжала молчать. Поведение Цзюн Ухэна заставило ее подозревать, что у него не все в порядке с головой. Она знала, что даже если она не спросит, он все равно расскажет ей.
- Позволь мне рассказать тебе. Эта женщина - мать моего брата. Та, которая отказалась от моей любви, но тщетно надеялась, что ее полюбит отец! – Цзюн Ухэн посмотрел на Бай Аосюэ безумными глазами.
Девушка по-прежнему смотрела на него безразлично, без шока и отвращения.
- И что? Вы вызвали меня ради чего? Мне не интересно слушать ваши старые истории, - негромко сказала она.
Цзюн Ухэн посмотрел на Бай Аосюэ округлившимися глазами.
- Ха-ха-ха .... - через некоторое время он рассмеялся, как сумасшедший.
Бай Аосюэ ничего не сказала.
- Сейчас тебе это неинтересно, и я надеюсь, что не будет интересно и в будущем! – отсмеявшись, Цзюн Ухэн серьезно посмотрел на нее.
Девушка просто смотрела на него, не моргая.
- Тебе интересно, чем отравили Цзюн Еяна, не так ли? Яд называется «Перелом костей на десятый день». Как следует из названия, он не убьет его сразу, но приступы будут каждые десять дней. Каждый раз ему будет так больно, словно сломана каждая косточка в теле. Он будет мучиться и чувствовать, что смерть лучше, чем жизнь, - Цзюн Ухэн злобно улыбнулся.
- Я говорю тебе это сегодня, потому что хочу, чтобы ты знала - если не хочешь чувствовать эту боль, лучше не спорь. Я могу позволить тебе жить, а также могу заставить тебя умереть! - последнюю фразу Цзюн Ухэн произнес сквозь стиснутые зубы.
Бай Аосюэ тихо улыбнулась:
- Значит, вы уже подсыпали яд в мою чашку?
Цзюн Ухэн ничего не сказал, молчаливо признавая это.
- Если мы оба были отравлены, то почему этот яд подействовал лишь на него? - Бай Aoсюэ притворилась невежественной.
Цзюн Ухэн смотрел на Бай Аосюэ так, словно пытался проделать в ней дыру.
- Тебе не нужно этого знать. Если ты будешь сохранять верность мне, я не позволю тебе испытать эту боль. Через какое-то время ты должна навестить моего брата. Спроси его между прочим, оставила ли ему мать что-нибудь или нет. И я передам противоядие для тебя. Если ты не получишь эту информацию, то не получишь противоядия, когда яд вступит в силу, - Цзюн Ухэн засмеялся.
Больше не глядя на Бай Аосюэ, он продолжал гладить скульптуру, как будто это был его самый любимый человек.
Глава 64: Очень ядовитое тело
Его одержимость неодушевленным предметом вызвала лишь презрение Бай Аосюэ. Честно говоря, когда он сказал, что женщина, чей образ был запечатлен в скульптуре, была матерью Цзюн Еяна, Бай Аосюэ была потрясена. Она не ожидала, что в королевской семье будет такая грязная история. То, что Цзюн Ухэн влюбился в наложницу своего отца, определенно было большим скандалом!
Это напомнило Бай Аосюэ историю Зала Мойю, в котором она когда-то ночевала. Он раньше был дворцом любимой женщины покойного императора. К матери Цзюн Еяна благоволили только потому, что она была похожа на нее.
Но почему сегодня Цзюн Еян смотрел на эту скульптуру с бесконечной ненавистью, грустью и тоской?
Как только Бай Аосюэ подумала о его печали, она не могла не огорчиться.
Глядя на императора, который, казалось, был поглощен этой скульптурой, Бай Аосюэ тихо сказала:
- Интересно, слышал ли Ваше Величество ...
- Что? - Цзюн Ухэн продолжал гладить нефрит, не поднимая глаз.
- Если оно вам не принадлежит, то и не будет до самой смерти. Вы не можете навязывать свое мнение другим! Я сейчас же ухожу! - брезгливо сказала Бай Aoсюэ. Она не дала ему времени разозлиться.
Ее слова ошеломили императора. Он даже не заметил, как уронил шелковый платок на землю.
Только когда девушка покинула королевский кабинет, он пришел в себя и закричал так, словно собирался ударить ее:
- Бай! Ао! Сюэ!
В это время, Бай Аосюэ следовала за Мэн Фэем к храму Мусяо, чтобы навестить пятого принца. Услышав рев Цзюн Ухэна, девушка холодно улыбнулась. Пройдет совсем немного времени, и она уничтожит эту скульптуру. Она хотела разрушить все его прекрасные мечты.
- Лорд Мэн, пожалуйста, передайте моему дяде, чтобы он не беспокоился обо мне и не ждал. Я вернусь самостоятельно, - обратилась Бай Аосюэ.
Она также верила, что Цзюн Ухэн сделает Маленького Цинцзы козлом отпущения. Мэн Фэй, вероятно, пойдет объяснять этот несчастный случай в Императорском саду после ее ухода.
Мэн Фэй кивнул в ответ.
В это время Кан Шэнг, шедший им навстречу, увидел Бай Аосюэ в добром здравии. Он почувствовал облегчение.
- Приветствую генерала Мэна и мисс Бай, - сказал он нейтральным тоном, не выказывая ни смирения, ни надменности.
- Не понимаю, почему евнух потрудился прийти сюда? - так как Мэн Фэй знал, что Кан Шэнг был таким же фаворитом Цзюн Ухэна, как и евнух Чжао, он произнес это достаточно почтительно.
Кан Шэнг едва взглянул на Мэн Фэя:
- Только что Его Величество приказал мне сообщить вам, что вы должны вернуться в королевский кабинет. Я отведу мисс Бай.
Когда Мэн Фэй услышал, что его вызывает император, он сразу же сказал:
- Тогда оставляю это на вас. Я уже ухожу, - после этого он быстро развернулся и направился обратно.
Бай Аосюэ и Кан Шэнг молчали, пока не увидели, что Мэн Фэй ушел.
- Кан Шэнг, большое спасибо вам за сегодня, - Бай Aoсюэ заговорила первая.
- Мисс Бай, почему вы все-таки выпили тот кубок вина? Вы, очевидно, знали, что... - он беспомощно посмотрел на нее.
Бай Аосюэ тихо сказала:
- Если бы я не выпила эту чашу вина, в будущем их было бы больше. Даже если на этот раз мне удалось бы избежать отравления, можете ли вы гарантировать, что он не попытается снова?
Кан Шэнгу ее слова показались разумными. В конце концов, он более или менее знал характер Цзюн Ухэна.
- О... Я не ожидал, что он вас отравит! - беспомощно сказал он.
Бай Aoсюэ не стала продолжать эту тему. Она слабо улыбнулась:
- Кан Шэнг, почему вы помогаете мне?
Кан Шэнг не знал, как ответить на ее вопрос. Затем он сказал:
- Я просто не хотел, чтобы мой друг пострадал! - после этого он нервно смял свой рукав. На самом деле он боялся, что Бай Аосюэ будет смотреть на него свысока и даже презирать за то, что он назвал ее другом.
- Хаха, - девушка легко рассмеялась. В сердце Кан Шэнга этот смех был лучшим звуком в мире.
- Кан Шэнг, спасибо, что относитесь ко мне как к другу. У меня совсем мало друзей, но вы - один из них. Если вы окажетесь в беде, я постараюсь изо всех сил помочь вам! - Бай Аосюэ серьезно посмотрела на него.
Для Бай Аосюэ не существовало различий между хозяином и слугой. Не было ни низших, ни высших должностей. Кем бы ни был Кан Шэнг, поскольку она уже считала его своим другом, он навсегда им останется.
Глаза евнуха слегка покраснели. Ему и в голову не приходило, что Бай Аосюэ будет относиться к нему как к другу. В конце концов, его статус был довольно низким.
- Благодарю вас, мисс Бай! – он широко улыбнулся.
Теперь он был настроен еще более решительно не допустить, чтобы Бай Аосюэ была вовлечена в грязный план мести. Девушка ответила ему теплой улыбкой. Так, разговаривая, они прибыли в храм Mусяо.
Глядя на малочисленных охранников и слуг, Бай Аосюэ возненавидела императора еще больше. Он мог бы создать видимость хотя бы для шоу. Почему он так ненавидит Цзюн Еяна?!
Думая об этом, Бай Аосюэ широкими шагами вошла в храм.
Когда охранник увидел, что к нему приближается незнакомка, он немедленно остановил Бай Аосюэ.
- Кто ты такая? Это не то место, куда можно просто так войти. Поторопись. Убирайся отсюда! - высокомерно сказал он.
Холодный свет вспыхнул в глазах Бай Аосюэ, она холодно посмотрела на этого безумца, вставшего на ее пути:
- Уйди!
Хотя она говорила не очень громко, ее голос был настолько могущественным, что это напугало охранника. Однако, увидев, что это всего лишь слабая женщина и молодой евнух, он презрительно сказал:
- Кто ты? Ничтожество! Ты хочешь, чтобы тебя избили? Но поскольку ты красивая, я так уж и быть, не причиню тебе боль.
Охранник сказал это с бесстыдной улыбкой. Однако, ледяная улыбка Бай Aoсюэ ошеломила его.
- Ты уже закончил? Если не собираешься меня впускать, то катись! – сказала она равнодушно.
Прежде чем охранник понял смысл ее слов, он уже быстро отлетел в сторону. Естественно, он сделал это не сам. Бай Aoсюэ пнула его в колено, которое непроизвольно согнулось. Затем она энергично ударила его в голову, что заставило его откатиться.
Тихий храм Мусяо на секунду погрузился в мертвую тишину.
- Как ты смеешь! Кто ты такая? Ты смеешь бить имперскую гвардию на публике! - громко спросил другой охранник, придя в себя от шока.
- Как смеете вы?! Ублюдки! Разве вы не знаете, что это первая дочь премьер-министра Бая? Мисс Бай пришла навестить пятого принца по приказу Его Величества. Как ты смеешь ее останавливать! Жить надоело?! - Кан Шэнг был потрясен только на мгновение. Сейчас ему нужно было решать насущную проблему.
Услышав это, стражник пришел в ужас, но все еще верил в удачу:
- Приказ Его Величества? Какие у тебя доказательства?
Кан Шэнг закатил глаза, услышав это. Он быстро достал жетон и бросил его в лицо охраннику. Тот поймал жетон и торопливо взглянул на него. Внезапно он оцепенел.
Жетон, который бросил Кан Шэнг, был дан ему лично императором. Во всем дворце Кан Шэнг был единственным, кроме евнуха Чжао, кто владел этим особым знаком,.
Охранник испугался:
- Госпожа Бай, евнух Кан Шэнг, я вас не узнал. Пожалуйста, простите меня.
Бай Аосюэ было слишком лень заботиться об этих охранниках. Теперь она искренне переживала за Цзюн Еяна. Оттолкнув охранника, Бай Аосюэ быстро зашагала во двор.
Евнух последовал за ней. Когда Бай Аосюэ уже собралась толкнуть дверь, он остановил ее.
Девушка оглянулась. Она увидела, что Кан Шэнг шагнул вперед и передал ей фарфоровую бутылку. Он сказал:
- Это противоядие от «Перелома костей на десятый день». У меня только одна таблетка. Вы должны ее съесть. Иначе яд подействует сегодня вечером.
Бай Аосюэ взяла фарфоровую бутылку:
- Спасибо, Кан Шэнг.
Он криво усмехнулся и покачал головой:
- Вам не нужно благодарить меня. Мы ведь друзья, не так ли?
Бай Aoсюэ кивнула и шагнула в комнату Цзюн Еяна. Однако она не ожидала, что кто-то уже пришел сюда раньше нее.
- Почему вы здесь? Где императорские врачи? - глядя на Налан Юхонга, заботящегося о принце, спросила Бай Aoсюэ.
- Они просто для вида. Неужели вы думаете, что Цзюн Ухэн действительно позволит имперским врачам остаться здесь? - презрительно сказал Налан Юхонг.
Бай Aoсюэ ничего не ответила. Она быстро подошла к принцу, который оставался без сознания. Когда она уже собиралась пощупать его пульс, Налан Юхонг быстро остановил ее. Бай Аосюэ не волновала провокация в словах Налана Юхонга, но сейчас она была очень зла.
- Что вы делаете? - она уставилась на мужчину, слегка прищурив глаза.
Налан Юхонг был слегка шокирован ее гневным выпадом. Это было очень похоже на поведение Цзюн Еяна.
- Я не знаю, как вы и этот ублюдочный император собираетесь причинить ему боль, но поскольку я, Налан Юхонг, здесь, я не позволю вам этого сделать! – сказал он.
- Уйди с моего пути. Не трать мое время зря, - Бай Аосюэ не хотела спорить с этим глупцом.
- Ты знаешь, о чем говоришь?! Ты хочешь, чтобы я уступил тебе дорогу? Даже не думай об этом! - Налан Юхонг не верил Бай Аосюэ.
Хотя она была зла, но, глядя на его неразумное поведение, она поняла, что Налан Юхонг защищал принца. Сопротивляясь порыву просто убить молодого Налана, Бай Aoсюэ сделала глубокий вдох.
- Налан Юхонг, если ты хочешь, чтобы Цзюн Еян страдал еще больше, ты можешь остановить меня, - тихо сказал она вместо того чтобы применить силу.
Мастер Налан колебался. На самом деле, он не подозревал Бай Aoсюэ. Он был просто зол, потому что Цзюн Ухэн посмел так обращаться с принцем.
- Хонг... пусть Сюэ подойдет...- когда Налан задумался, до их ушей донесся слабый голос Цзюн Еяна.
Пока Налан Юхонг собирался заговорить, Бай Аосюэ быстро обошла его и подошла к принцу.
- Как ты? Почему на тебя подействовал этот яд? - Бай Аосюэ поспешно подняла его руку и осторожно прощупала пульс.
Вместо того, чтобы сопротивляться, Цзюн Еян просто смотрел на девушку. Когда Налан Юхонг увидел, как Бай Аосюэ щупает пульс, он понял, что она владеет медицинскими знаниями, это даже идиот мог понять.
Чем дольше Бай Аосюэ щупала его пульс, тем больше нервничала.
- Почему в твоем теле так много ядов? - Бай Аосюэ в шоке посмотрела на принца.
Она обнаружила, что его пульс не был стабильным, как и его дыхание. Она также почувствовала, что в его теле присутствуют четыре токсина.
Налан Юхонг, стоявший в стороне, был действительно потрясен. Он не ожидал, что Бай Аосюэ сможет обнаружить яды в теле Цзюн Еяна по пульсу.
Глядя на удивленную и обеспокоенную девушку, Цзюн Еян слабо улыбнулся:
- Потому что мое тело очень ядовито.
Глава 65: Я избавлю тебя от ядов
Видя, как он спокойно говорит о ядах в своем теле, Бай Аосюэ не могла не испытывать жалости
- Кто тебя отравил? Цзюн Ухэн? – ей не терпелось узнать прошлое Цзюн Еяна.
Когда принц обнаружил, что Бай Аосюэ беспокоится о нем, он молча улыбнулся. Оказалось, что забота кого-то, кто был ему не безразличен, так согревала.
Однако Налан Юхонг, стоявший в стороне, не чувствовал никакого тепла. Что его волновало больше всего, так это то, как Бай Аосюэ узнала, что в теле Цзюн Еяна несколько видов яда. Неужели она маскировалась все это время?
- Кто ты такая? Бай Aoсюэ не знает, как лечить людей! Зачем ты пытаешься сблизиться с Яном? - громко спросил он.
Взгляд Бай Aoсюэ был спокойным и ясным:
- Я скажу это в последний раз. Я Бай Aoсюэ. Почему я должна отчитываться тебе о своих целях?
Цзюн Еян услышал нотки гнева в ее голосе. Он невольно нахмурился.
- Хонг, Сюэ относится ко мне искренне от всего сердца. Не говори так с ней, - принц слабо улыбнулся Налан Юхонгу, но в глазах у него было предупреждение. Он предостерегал его не относиться к Бай Aoсюэ подобным образом.
Мастер Налан был несколько раздражен. Он не понимал, почему его так беспокоит эта девушка. Цзюн Еян ее знает. Но они так и не выяснили, была ли Бай Аосюэ врагом или другом.
Неужели их многолетняя дружба не могла сравниться с Бай Аосюэ?
- Ян...ты... - глядя на Цзюн Еяна, он хотел что-то сказать, но остановился.
Конечно, принц догадывался, о чем сейчас думает Налан Юхонг, но не мог себя контролировать. Всякий раз, когда дело касалось Бай Аосюэ, он не мог держать в узде свои эмоции.
Когда Бай Аосюэ увидела, что Цзюн Еян вступился за нее, гнев в ее сердце отступил. Хотя она все еще была немного сердита, но не хотела, чтобы он причинял боль своему лучшему другу.
- Налан Юхонг, давай все проясним. Ты знаешь связь между Цзюн Еяном и мной. Я не причиню ему вреда. Я думаю, вы оба знаете, на чьей я стороне, - девушка повернулась и посмотрела прямо на молодого мастера.
Глядя на его несколько смущенное выражение лица, она сделала паузу.
- Это мое последнее заявление. Я помогаю Цзюн Еяну только потому, что хочу этого. Если бы я не хотела, никто в этом мире не смог бы меня заставить.
Когда она закончила, ее врожденная дикая ярость убедила Налан Юхонга окончательно. В комнате на некоторое время воцарилась неловкая тишина. Глядя на девушку, губы принца приподнялись в идеальной улыбке.
- Я уже послал людей, чтобы найти противоядие от «Перелома костей на десятый день». Я не позволю тебе пострадать, - Цзюн Еян заботливо посмотрел на девушку, стоявшую прямо перед ним.
Бай Аосюэ, также как и он, выпила вино, содержавшее яд. Она определенно подвергнется атаке токсина сегодня вечером. Цзюн Еян по собственному опыту знал, как это больно, поэтому он не хотел, чтобы она мучилась.
Налан Юхонг был потрясен, услышав его слова. Он не ожидал, что Бай Aoсюэ тоже была отравлена.
- Что?? Тебя тоже отравили? Почему вы двое выпили это отравленное вино, раз уж вы все знали?! - Налан Юхонг был раздражен их страданиями.
Бай Аосюэ стало смешно. Вероятно, то, как Налан Юхонг выглядел в этот момент, было его истинной природой.
- Ты знаешь Цзюн Ухэна лучше меня. Это случилось бы рано или поздно. Он может отравить нас, но я могу вывести токсины. Неужели я выгляжу так, словно боюсь? – легко произнесла Бай Аосюэ, ее слова были обнадеживающими.
- Ты на самом деле...ты действительно разбираешься в медицине? - Налан Юхонг недоверчиво посмотрел на нее.
Бай Аосюэ слабо взглянула на него:
- Мир велик, нет ничего невозможного. Не стоит удивляться тому, что я многое умею.
Налан Юхонг неловко почесал в затылке. Она действительно права. В этом мире было слишком много странного. Цзюн Еян посмотрел на него и улыбнулся:
- Хонгг, Сюэ - особенная женщина. Я никогда не относился к ней как к обычному человеку.
Налан Юхонг не мог не закатить глаза. Как будто Цзюн Еян был нормальным человеком. Оба они два сапога пара. Лучше быть таким же нормальным, как он!
- Он позволил тебе прийти сюда, чтобы разузнать новости, верно? - слабо сказал Цзюн Еян. Хотя это был вопрос, он произнес его в утвердительной форме.
Зная о его проницательности, Бай Аосюэ не собиралась скрывать от него правду. Она медленно сказала:
- Я знаю, кого изображает эта скульптура. Он также рассказал мне, что произошло между ним и этой женщиной.
Когда Цзюн Еян услышал ее слова, он не казался шокированным или разгневанным. Он спокойно произнес:
- Значит ты узнала. Моя мать должна была быть той, кого я уважал и любил больше всего, но именно она подтолкнула меня идти по дороге без возврата.
Бай Aoсюэ ничего не ответила. Она знала, что теперь должна быть слушательницей, принимая его печаль, радостные и несчастные моменты его жизни.
- Мать любила моего отца. Она любила его так сильно, что могла бы пожертвовать мной, чтобы заслужить его милость. Когда я был ребенком, я этого не понимал. Я только знал, что она не была счастлива, так как была заперта в императорском дворце словно в клетке. Откуда мне было знать, что источником ее несчастья были любовь и ненависть к отцу-королю, - казалось, Цзюн Еян был пойман в ловушку своей памяти. Он рассказывал о своем прошлом низким и глубоким голосом.
- Женщина, которую любил мой отец, не была моей матерью. Моя мать получила его внимание только потому, что была очень похожа на ту женщину. Не знаю, как, царственный отец воспринял новость о том, что его возлюбленная ушла. Он больше не позволял себе нежности, из-за чего моя мать стала жертвой его любви, - Цзюн Еян презрительно улыбнулся, как будто вспомнил что-то.
Бай Aoсюэ знала, что воспоминания причиняли ему боль. Она уже не хотела, чтобы он продолжал.
- Остановись! Все уже в прошлом! Больше не упоминай об этом! - Налан Юхонг не смог сдержаться.
Бай Аосюэ смущенно покосилась на него и увидела, что тот смотрит на Цзюн Еяна с нескрываемым ужасом.
Проследив за взглядом Налан Юхонга, Бай Аосюэ увидела пару алых глаз, которые смотрели на нее, вспыхивая таинственным красным светом. Нежность в этих глазах, когда он смотрел на нее, исчезла, оставив огромную кровожадность и обиду.
Бай Aoсюэ не знала, почему он изменился в течение всего нескольких секунд. Не дав ей времени отреагировать, Цзюн Еян бросился к ней, словно дьявол, который собирается уничтожить все на своем пути.
- Беги! - крикнул Налан Юхонг. Нетрудно было заметить, что голос его дрожит.
Бай Аосюэ развернулась и избежала атаки Цзюн Еяна, но его скорость была просто невероятной. Он схватил ее руку захватом слева, собираясь сломать ее. Бай Аосюэ слегка нахмурилась, поднимая свободную руку, чтобы схватить его за шею. Однако он ловко сбежал. Он даже заблокировал ее вторую руку.
Глядя на совершенно дикого Цзюн Еяна, который словно потерял человеческий облик, Бай Аосюэ не могла не волноваться. Она была потрясена этим странным перевоплощением.
Больше не сопротивляясь, Бай Аосюэ позволила Цзюнь Еян схватить ее. Когда она хотела повернуться, чтобы посмотреть на него, мужчина яростно сжал ее руки.
Бай Аосюэ поняла, что что-то не так. Когда она уже собиралась поднять ногу, то оказалась в ловушке.
- Цзюн... - Бай Аосюэ собиралась произнести его имя, но ее перехватила внезапно нахлынувшая боль.
Боль в плече дала понять, что Цзюн Еян укусил ее, хотя это нельзя было назвать укусом. Это был зверь, который рвал свою добычу. На мгновение у нее закружилась голова. Его ярость была не слабее звериной. Ее плечи, должно быть, в ужасном состоянии.
Налан Юхонг, стоявший в стороне, был шокирован их действиями. Он не ожидал, что на этот раз принц не сможет контролировать свой разум. И тем более не предполагал, что Бай Аосюэ не будет сопротивляться.
Когда Налан Юхонг пришел в себя, он увидел, что изо рта Цзюн Еяна течет ослепительно-алая кровь, а лицо девушки стало бледным и почти прозрачным. Это была ее кровь. Часть проглотил Цзюн Еян, и несколько капель вытекли из его рта.
Не теряя времени, Налан Юхонг быстро бросился к ним. Он взял шею Цзюн Еяна в захват, пока тот не обращал на него внимания.
Бай Аосюэ обнаружила, что его зубы разжались, но тело все еще давило на нее. Налан Юхонг поспешно оттащил Цзюн Еяна, отчего она смогла снова глотнуть воздуха.
- Ты в порядке? Съешь эту кровоостанавливающую таблетку, - мастер Налан поспешно поднял Бай Aoсюэ и стремительно протянул ей лекарство.
Она не ожидала, что зубы Цзюн Еяна будут такими острыми. Боль не уступала тем повреждениям, которые она испытывала раньше, хотя на этот раз она была готова ко всему.
- Я в порядке. Не беспокойся. Почему он стал таким? - Бай Аосюэ слабо оперлась на край кровати и посмотрела на потерявшего сознание Цзюн Еяна.
Глядя на нее сейчас, Налан Юхонг на самом деле восхищался этой женщиной, которая казалась слабой, но на самом деле оказалась сильной.
- Он уже сказал, что был неоднократно отравлен. В его теле слишком много ядов, которые действуют на мозг. Я не знаю с каких пор это началось, но как только он начинает думать о своем прошлом, гнев поглощает его сознание, а затем заставляет его стать таким, - Налан Юхонг говорил только о самом важном.
- Он...- Налан Юхонг прервал Бай Аосюэ, которая хотела спросить.
- Его прошлое трудно себе представить. Я знаю только часть, но она уже пугает меня до чертиков. Я думаю, он сам все расскажет, - он серьезно посмотрел на Бай Aoсюэ.
Он явно не хотел вспоминать о прошлом Цзюн Еяна, поэтому она не стала заставлять его.
- Я могу вывести из него токсины! Это неизбежно займет некоторое время, так как эти яды находились в его теле в течение нескольких лет, - уверенно сказала Бай Аосюэ и посмотрела на принца.
Налан Юхонг был действительно потрясен и не знал, что сказать, словно это был сон.
- Ты это серьезно?! Ты сможешь вывести яды из Яна?! - Налан Юхонг хотел вцепиться в нее и встряхнуть, но сдержалася, так как знал, что она ранена.
Бай Aoсюэ не ответила. Она смотрела на Цзюн Еяна с какой-то нежностью, о которой сама не подозревала.
- Я выведу из тебя токсины, я не позволю тебе больше жить в прошлом или испытывать боль, - сказала она с легкой улыбкой.