6
Хельсинки встретил их колючим ветром с залива и низким свинцовым небом. Запах северного моря и хвои просачивался даже сквозь двойные стекла автобуса, который вез российскую делегацию в отель.
Маша сидела в самом конце, прислонившись лбом к холодному окну. В наушниках играла её соревновательная музыка, но мысли были далеко от классических мотивов. Она знала, что второй автобус, с хоккеистами, едет следом.
В холле отеля царил хаос: спортсмены, тренеры, чемоданы, клюшки в огромных чехлах. Маша пыталась пробраться к стойке регистрации, когда знакомый голос заставил её замереть.
- Заплахова, ты даже в другой стране умудряешься создать пробку, - Артём стоял за её спиной, придерживая рукой огромный баул. Он выглядел бодрым, несмотря на перелет, и в его глазах прыгали те самые чертики, которых она не видела со дня их последнего разговора у черного входа.
- Никитин, ты как всегда вовремя со своими ценными комментариями, - Маша обернулась, стараясь сохранить невозмутимый вид, хотя сердце сделало предательское сальто. - У вас матч завтра?
- Завтра вечером. А у тебя короткая программа утром, - он понизил голос, делая шаг ближе. - Как нога? Тейп взял с собой?
- Взяла. И мазь, и фиксатор. Я подготовилась, доктор Никитин.
- Хорошо. Потому что финский лед - жесткий. На нем приземляться больнее, чем на нашем «Кристалле». Будь аккуратнее на выездах, поняла?
Маша кивнула, глядя, как он поправляет лямку рюкзака. Между ними снова возникло то странное напряжение - смесь заботы и вызова. Окружающие спортсмены бросали на них любопытные взгляды, но Артёму, казалось, было абсолютно плевать на мнение толпы.
- Маша! Нам на пятый этаж, идем! - крикнула Лена Сергеевна от лифта.
- Иди, - Артём чуть заметно улыбнулся. - Увидимся.
*
Первая тренировка на «Метро Арене» подтвердила слова Артёма: лед действительно был другим. Более холодным, звонким и неподатливым. Маша никак не могла «поймать» ребро на заходах. После третьего падения с каскада она со злостью ударила кулаком по борту.
- Спокойно, Маша, - твердила тренер. - Это просто акклиматизация. Еще один заход.
Вечером, когда команда уже отдыхала в номерах, Маша не выдержала. Она накинула куртку и вышла из отеля. Ей нужно было подышать.
В небольшом сквере неподалеку от отеля было пусто. Снег медленно ложился на скамейки. Маша села, обхватив плечи руками. Страх перед завтрашним днем, который она так тщательно скрывала, начал просачиваться наружу.
- Я же говорил - без шапки нельзя.
Артём появился из темноты, словно ждал её здесь. Он подошел и протянул ей свою запасную шапку - черную, с эмблемой его клуба.
- Не хочу, - буркнула Маша, но шапку взяла. Она всё еще пахла им.
- Опять накручиваешь себя? - он сел рядом, на приличном расстоянии, но так, чтобы чувствовать её тепло. - Я видел твою тренировку сегодня. Пару раз приложилась знатно.
- Ты следил за мной? - Маша удивленно подняла глаза.
- У нас была раскатка сразу после вас. Я зашел пораньше. Ты злишься на лед, Маш. А с ним нельзя воевать. С ним надо договариваться. Он здесь как гранит - не прощает агрессии.
- Легко тебе говорить. У тебя под ногами клюшка для опоры и пятеро парней рядом. А я одна в центре этого катка под прицелом десяти судейских глаз.
Артём долго молчал, глядя на падающий снег. Потом он медленно протянул руку и накрыл ладонью её кулак, сжатый на колене. Он не сжимал её руку, не пытался притянуть к себе. Просто положил ладонь сверху - тяжелую, надежную, как щит.
- Ты не одна, - тихо сказал он. - Завтра в десять утра я буду сидеть за тем же стеклом. Не как капитан, не как хоккеист. А как человек, который знает, что ты - лучшая в этом зале. Просто почувствуй, что я там. И прыгай для себя. Не для федерации, не для мамы. Для той девочки, которая когда-то впервые встала на коньки.
Маша почувствовала, как комок в горле мешает дышать. Его слова били точно в цель. Она развернула ладонь и переплела свои пальцы с его. Это не был поцелуй, не было признание в любви, но в этом жесте было столько несказанного, что воздух вокруг них, казалось, стал гуще.
- Спасибо, Артём, - прошептала она, впервые назвав его по имени без капли сарказма.
- Не за что, Заплахова, - он легонько сжал её пальцы и отпустил. - А теперь иди спать. Тебе нужны силы.
Он проводил её до входа в отель. У самых дверей он остановился и, помедлив, коснулся кончиками пальцев кончика её носа.
- И не забудь надеть мою шапку завтра после выступления. Тебе идет черный.
Маша зашла в лифт, прижимая к себе его шапку. Страх исчез. Осталось только странное, вибрирующее чувство в груди и холодный финский лед, который завтра должен был стать её союзником.
Продолжение следует...