Ангел мой

- Не насмотревшись в твои глаза, не подержав твоей руки, мне судьбой было предначертано гладить твою могилу, Хюнкяр.

Али Рахмет обессиленно кладёт голову на сырую землю и зарывается в неё всеми пальцами. Вот уже несколько дней прошло с тех пор, как когда-то сильный, счастливый, наконец-то по-настоящему живой и готовый вот-вот воссоединиться со своей единственной и рассказать свою историю любви всему миру мужчина умер не умирая, превратился в ходячий труп. Который час сидит в этом царстве смерти и так ему соответствует. Мертвый. Ведь если нет любимой, то и его тоже не бывает. Который час сидит на одном месте, так и не заметив, что наступила ночь. Облаченный во все чёрное, он сливается с ночью. Вокруг него лишь ночь. Он и сам как ночь.

- У меня теперь есть только одна молитва, Хюнкяр. Я молюсь о том, чтобы Всевышний как можно скорее забрал мою душу, и мы с тобой воссоединились.

Всевышний слышит его молитву, но ничего не делает. Рано. Али Рахмет ещё не прошёл свой путь. Хюнкяр тоже слышит его молитву, что отзывается в её сердце. Рядом. Она прилетает по первому его зову.

- Ах, моя Хюнкяр, моя дорогая, сердце моё... Ты ушла, и я уничтожен. Что же мне делать без тебя? Как справиться с этой болью? Не могу!

Голос Али Рахмета дрожит от слез. Хюнкяр стоит за его спиной и не может сказать и слова. В её горле ком размером с Эверест.

- Моя госпожа, моя сильная... Не насытился я тобой! - Мужчина начинает трястись. Плач переходит в рыдание. - Ну и пусть, что я все ещё дышу... сегодня похоронили и меня.

Хюнкяр наконец-то удаётся сглотнуть этот ком. Ноги не хотят слушаться. Пересиливает себя. Подходит ближе к Али Рахмету.

- Родная моя, ничего я сейчас не хочу так сильно, как быть зарытым здесь же. Я бы ни за что не дал забрать тебя у меня, я бы лёг с тобой в одну могилу и изнутри засыпал нас землёй... Но люди никогда не поймут любовь этого несчастного Фекели. Откопают, достанут. Не примут они того, что вот он, мой новый дом и последнее пристанище - место, где покоится моё сердце.

- Любимый, хоть я и не имею права просить тебя о подобном, но все равно... прошу, не плачь.

Хюнкяр осторожно касается его сгорбившейся от невозможности нести столь тяжёлую ношу спины. Ничего. Рука проскальзывает, словно под ней лишь воздух. Словно и нет здесь Али Рахмета вовсе. Но он есть, к своему же сожалению. Припал к холодной земле и взывает к Аллаху, дабы прекратилось уже это мучение.

Хюнкяр все прекрасно понимает - это ее нет. Не осталось от нее ничего, кроме белых крыльев и истерзанного в клочья сердца, что теперь за двоих бьется в груди Фекели.

Не замечает. Не замечает он прикосновение свой половины. Не может заметить. Да что там неощутимое касание ангельской руки... Али Рахмет сейчас в таком состоянии, что даже если небо упадет ему прямо на голову - не заметит. Слишком больно. Не выбраться. Любой, увидев его, услышав его слова, скажет, что все пройдет, обязательно пройдет. Но Али Рахмет не хочет, чтобы проходило. И ведь не пройдет никогда. Пусть будет больно. Он эту боль примет, в боли своей найдет утешение. Скажут, что нет, выберется. Время лечит. Но Али Рахмет не ищет исцеления. Не нужно оно ему. Время вылечит лишь когда подойдет к концу. Не заглушить эту боль. Не в этом случае. Нет такого лекарства... Было, но он потерял...

Вот только Али Рахмет пока не знает, что единственное его спасение сейчас стоит рядом и отчаянно пытается скрепить обратно лоскуты разорванной души. Жаль, что не осознает еще Ангел, как это сделать.

- Как мне жить в мире, в котором нет тебя, Хюнкяр? Как мне с этим справиться?

- Мы справимся. Вместе.

Хюнкяр прижимается к спине мужа, но встречается лишь с бетонной плитой. Не получается. Снова не получается. Али Рахмет кое-как поднимается с могилы, которую считает своей. Тело отказывается выполнять простейшие команды. Ноги затекли до такой степени, что он совершенно их не чувствует. Будто и не его это ноги вовсе. Пытается сделать шаг. Еще один. Придерживается рукой. Снова шаг. Готово. Он достиг цели. В неконтролируемом порыве крепко-крепко обнимает небольшой кусок дерева, торчащий из земли.

"Хюнкяр Яман"

Нет, Ангел с этим не согласен. Хюнкяр Фекели. Уже 40 лет как Хюнкяр Фекели. Не сотрешь это имя и не перепишешь, ведь записано оно не на бумаге, не на доске, не на вывеске холдинга. На Небесах записано.

Мужчина кладет пропитанную слезами щеку на временное надгробие. Притягивает его к себе словно любимую жену. Это теперь и есть его любимая жена. Милая. Нежная. Всепрощающая. Не обнимет он ее больше. Не спрячет в своих руках. Все, что ему остается - ласкать ее могилу. Медленно, будто боясь спугнуть, бережно, словно бархатную кожу своей госпожи, поглаживает он надгробие, которое считает своим.

- Мне очень жаль, родной мой... Мне очень жаль, что по своей неосторожности я обрекла тебя на такие страдания. Если бы я жила, а тебя не стало... Боюсь представить, что со мной было бы. Клянусь, даже сейчас мое сердце разрывается на части. Ведь вся твоя боль - это моя боль тоже. Но я здесь. Я помогу тебе. Я разделю с тобой все твои печали. Как и раньше. Как и всегда.

Хюнкяр садится рядом с Али Рахметом и прислоняется к его плечу. Она по-прежнему не ощущает его. Но ей все равно. Пусть они не могут коснуться друг друга. Это не навсегда. Хюнкяр точно знает. Это лишь временно. Пусть так. Их любовь все преодолеет. Даже смерть.

- Любимый мой, единственный...

- Не уберег я тебя, жизнь моя. Не смог защитить. Если бы только можно было повернуть время вспять... Каким же дураком я был. Я бы ни на секунду не отходил от тебя. Я бы растоптал свою гордость... Сделал бы все, чтобы с твоего красивого лица не исчезала улыбка.

- Али Рахмет, прошу тебя, не надо. Не вини себя. Я тебе за все безумно благодарна. Ты - мой свет. Ты - мое истинное я. Даже если бы ты специально причинял мне боль... Я никогда бы не пожалела о том, что Всевышний распорядился именно тебе стать моей судьбой... Я за тебя отдала свою жизнь. И эта смерть - лучшая из всех возможных. Прошу тебя, не надо.

Ах, если бы только он мог услышать ее слова... Али Рахмет медленно поднимает к небу заплаканное лицо. В ответ на него смотрят лишь звезды. Он спешно начинает вытирать слезы запачканными в землю кулаками. Хюнкяр немного настораживает такая резкая перемена в его поведении.

- Прости меня, мое сердце. Прости... Ты, наверное, сейчас смотришь на меня сверху, Хюнкяр, и очень расстраиваешься. Прости... Я не хочу тебя расстраивать. Ты не ушла, нет. Ты бы никогда так со мной не поступила. Я знаю, ты там. Наблюдаешь за мной. Ты не оставишь меня одного. Прости... - Мужчина обращается к Вселенной и через силу выдавливает из себя улыбку. - А то, что я плачу... Ты ни в коем случае не переживай за меня.

Внутри Хюнкяр что-то переворачивается. Он все понимает... Не было на то предпосылок, но он понимает. Даже сейчас. Их непонятная никому связь все еще существует, все еще соединяет их. Не нужны слова, не нужно даже видеть друг друга... Их бессмертная любовь выше всего этого...

- Ты там, я знаю. Смотришь на меня, оберегаешь... Я не слышу, не вижу, не чувствую... Но я знаю. Верю.

По щеке Хюнкяр вдруг скатывается одна единственная, кристально чистая слеза. Оставляет на коже влажную дорожку и падает на могильную землю. Она и не предполагала, что ангелы тоже плачут. Спустя пару секунд с абсолютно безоблачного неба начинает капать дождь. Такого не может быть. Чудо. Но никак не для Хюнкяр. Что-то подсказывает ей, что это ее рук дело. Фекели тоже замечает, что земля вокруг него за мгновение пропиталась влагой, словно сами звезды не выдержали и заплакали.

- Держись, мой смысл. Ты только держись. Потерпи немного. Ты услышишь меня, увидишь, почувствуешь. Я обязательно найду способ.