30
— Эта мразь хочет меня растоптать, — с тихой злобой сказала Ева, сидя напротив Эштана.
Они находились в его покоях — она пришла к нему, сказав, что ей одиноко. И сидела теперь в кресле, вцепившись пальцами в подлокотник. От нее исходила ярость, которую Ева не в силах была успокоить.
— Выбирай выражения, — устало попросил Эштан.
— А что? Я не имею права говорить про эту дрянь так, как хочу? — сощурилась Ева.
— Белль Ардер — наша будущая императрица. Тебе не стоит так отзываться о ней.
— Ты слишком сильно в нее влюбился, милый. Теперь она, а не я, верно?
Эштам равнодушно пожал плечами.
Он не хотел ссоры.
— Вечно подбираешь остатки за Виолеттой, — не успоканвалась Ева. — Сначала я, потом она. Кто будет следующим?
— Пожалуйста, не говори таких слов, — очень вежливо попросил Эштан.
Он казался все таким же спокойным, но на самом деле едва сдерживался. Каждое слово Евы ранило его.
— Она украла у меня Виолетты! Украла корону, которую я могла бы надеть! Украла тебя. А теперь решила украсть мои титулы! Думает, что сможет победить меня на академических магических состязаниях! Меня, представляешь?!
Только с Эштаном Ева могла позволить себе быть такой эмоциональной.
Ведь их связывало нечто большее, чем дружба или любовь.
Это была общая тайна.
Тайна, за которую они оба отвечали собственной головой.
Только Еву заставили это сделать — у нее просто не было иного выхода.
А Эштан пошел на это сам.
— Все вокруг только и говорят, что о ней! О том, как растет ее сила! О том, какой императрицей она будет! Зачем ты только спас ее! — выкрикнула Ева в отчаянии и смахнула со стола вазу с черными розами.
Впав в истерику, она вскочила и принялась крушить все вокруг. Эштану пришлось прибегнуть к темной магии. Очередной порез, капля крови, беззвучные слова — и девушка замерла на месте, как бабочка, попавшая в силки паука. Черная полупрозрачная паутина опутывала ее, и Ева, тяжело дыша, исподлобья смотрела на Эштана. Прядь темных волос упала ей на лицо, и он осторожно убрал ее.
— Освободи меня! — дернулась девушка, понимая, что сама высвободиться не сможет.
— Успокойся, Ева. Держи себя в руках.
— Да как я могу? Отпусти меня! Ненавижу твои темные приемчики!
— Ева, ты должна думать не о том, что тебя обошла Белль. А о том, что от тебя зависит жизнь твоих родных.
Она до крови прикусила губы.
Это было правдой.
— Какая теперь разница, что Виолетта больше не твоя? — продолжал Эштан. — Тебе должно быть плевать и на корону, и на Белль. Думай о своей семье. Это главное.
— Да. Ты прав, — выдохнула Ева, вдруг резко успокоившись.
Эштан освободил девушку, и она едва не упала — после истерики силы покинули ее. Он подхватил ее за талию и осторожно усадил на диван, а сам сел рядом и взял ее ладонь в свои руки. Эштан неспешно и нежно массировал ей пальцы, а девушка, откинувшись на спинку, смотрела в окно.
Она была красива, но не той красотой, что Белль.
В ней не было мягкости и тепла — скорее твердость и холод. Ева казалась спокойной и рассудительной, и все вокруг думали, что у нее стальные нервы и железный стержень внутри. И лишь немногие знали, какая она на самом деле. Вспыльчивая, порывистая, подверженная страстям. Остальные видели лишь ее маску — маску идеальной адептки и сильной девушки.
Эштан был одним из тех, кто знал, — недаром они общались с самого детства, потому что их матери дружили. А еще он знал, что, когда Ева зла или у нее болит голова, ей нужно сделать массаж ладоней, и тогда ее отпускает.
Только вот раньше, касаясь ее, он с ума сходил, а теперь все было иначе. Он больше не чувствовал страсти, которая жила в нем раньше.
И все время думал о Белль.
Наверное, Ева права.
Он действительно подбирает все, что выбрасывает сестра.
— Нас убьют, если узнают? — спросила девушка вдруг.
— Скорее всего, — ответил Эштан. — Поэтому наши враги не должны ничего знать. И мы будем делать то, что делаем.
— Ты не боишься?
— Нет. Я уже ничего не боюсь.
Ева вдруг забралась к нему на колени и обвила руками шею. Ее платье задралось, обнажая стройные ноги.
— Эштан, — прошептала она, касаясь своими губами его губ. — Успокой меня.
Его сердце тотчас зачастило — так, что пульс отдавался в висках. И рука сама собой легла на спину девушки.
Она была такой теплой, такой живой, такой гибкой...
На балу в честь Белль они действительно позволили себе слишком много, и он жалел об этом, хотя когда-то такая близость была его несбыточной мечтой.
Но сейчас... Нужно ли ему это сейчас?
— Не надо, Ева, — сказал он, отворачивая голову, чтобы она не поцеловала его.
Девушка тотчас все поняла. Вспыхнула, но продолжать не стала. Слезла с его колен, поправила платье и обхватила себя за плечи, словно ей было холодно.
— Из-за нее?
— Какая разница?
— Значит, из-за нее. Эштан, я не собираюсь проигрывать ей. Лучшей должна быть я. И свое место в Клубе избранных не отдам. Это мой последний оплот гордости.
— Перестань. Думай о другом.
— Не могу. Знаешь, о чем я жалею? — вдруг спросила Ева.
И ее глаза вспыхнули огнем воспоминаний. Тех, которые навсегда хотелось бы стереть.
— О чем же?
— Что однажды послушала твою настоящую мать и взяла Алый гримуар. Если бы не это... Я бы никогда не оказалась во всем этом дерьме, — в сердцах призналась Ева, обхватывая себя еще крепче.
— Это был только твой выбор, — пожал плечами Эштан. — Ты сама захотела познать запретную магию тьмы. И сама решила навести на принцессу черный приворот. Как он там назывался? «Черная любовь»?
— Твоя мать посоветовала мне его, — хмыкнула девушка. — Она умеет искушать.
— Она ведьма. Ты знала, с кем связываешься, Ева.
— Ненавижу тебя! — прошипела она, приняв прежний холодный вид, и покинула его покои.
Ева решила направиться в библиотеку — хотела изучить древнее стихийное заклятие, о котором рассказывал магистр Бейлс.
Она твердо решила снова победить на академических магических состязаниях, до которых оставалось совсем немного.
Она не позволит этой выскочке победить ее. Никогда!
И пусть лучше ее мысли будут заняты Белль Ардер, чем тем, что однажды вскроется правда и их с Эштаном просто-напросто убьют.
В библиотеке народу, по обыкновению, было немало, однако, несмотря на количество адептов, стояла тишина, за которой зорко следили смотрители. В воздухе сегодня разносился аромат персикового сада и моря.
Он успокаивал и расслаблял, и Ева почти пришла в себя после разговора с Эштаном, которого никак, кроме как предателем, звать ей больше не хотелось.
Ища в нужном отсеке книгу, она вдруг заметила неподалеку одну из подружек Белль.
Кажется, ее звали Элли — невзрачная, со светлой кожей и остриженными темными волосами.
Серая мышь — вот кем была подружка этой дряни Ардер. К тому же училась на ментальном факультете, который особой популярностью не пользовался. Сильных менталистов были единицы.
Никчемная.
Эта Элли вела себя странно: она как будто пряталась, стоя за стеллажами, и лицо у нее было расстроенное.
Такое, будто она вот-вот заплачет.
Ева заинтересовалась происходящим, неспешно встала и направилась в сторону девушки.
Подойдя чуть ближе, Ева все поняла и рассмеялась про себя.
Забавно.
В соседнем ряду целовались двое — еще одна подружка Белль и один из телохранителей Виолетты по имени Арт.
Арта Ева не любила — низкородные вообще не пользовались ее уважением, и она не понимала, что такой, как этот бывший уличный воришка, делает рядом с принцессой. Впрочем, Кэлла она тоже терпеть не могла. Дроу казались ей отвратительными существами.
Прячась за стеллажами, Элли смотрела на них, и в глазах ее стояли слезы.
Арт прижал ее подружку к стене, запустив в ее волосы ладонь, а она обняла его за плечи.
Оба никого не замечали, отдавшись крепкому поцелую.
Ни Элли, которая закрывала рот ладонью, ни Еву, на губах которой играла улыбка.
Не выдержав, Элли сорвалась с места и помчалась к выходу из зала, а Ева направилась следом.
Почему бы не воспользоваться этой девчонкой? Для победы любые средства хороши.
Она не даст Белль втоптать себя в грязь. Никогда.
* * *
Арт отстранился от Дэйрил, которую сжимал в объятиях, и перевел дух. Она распахнула глаза и улыбнулась. Он не мог оторвать взгляда от ее пухлых губ, которые только что с таким упоением целовал.
— А ты неплох, — сказала девушка, положив ладонь ему на грудь.
— Рад, что понравилось, — усмехнулся Арт.
Они встретились случайно.
Арт пришел в библиотеку, чтобы взять книгу, — сегодня у него был свободный день. А Дэйрил вместе со своей подружкой готовилась к какому-то занятию.
Ладно, если честно, он пришел сюда, потому что знал: она будет здесь заниматься, именно в этом зале.
Какое-то время он просто сидел неподалеку и разглядывал ее.
Дэйрил была симпатичной, даже красивой, но казалась легкомысленной, много болтала и задорно смеялась. Она могла быть душой любой компании, смешно шутила, а в каждом ее движении и взгляде было столько женственности, что Арт не мог перестать думать о ней.
С того самого времени, как принес бесчувственную Белль в их комнату.
Сначала Дэйрил даже внимания на него не обращала — лишь морщила носик, когда он на нее смотрел.
Но во время полета в доме между ними что-то незримо поменялось. Сначала их сблизило то, что Арт просил Дэйрил и ее подругу Элли ничего не говорить Белль, а танец во время полета в доме положил начало их общению.
С Дэйрил было легко. Не нужно, было говорить — это делала она за двоих. Не нужно было лести, которую Арт ненавидел, бесконечных комплиментов, нескончаемого потока подарков и обещаний. Не нужно было притворяться кем-либо.
Рядом с Дэйрил можно было отдохнуть. Быть не суровым телохранителем принцессы, а обычным человеком.
Арт и сам не понял, зачем рассказал ей правду про себя. Зато понял другое: ему нравится находиться рядом с этой девушкой, чьи глаза горят жизнелюбием.
Это то, чего ему не хватало. То, от чего он так долго бежал, считая глупостью, но в итоге совершенно случайно нашел.
Когда Дэйрил увидела его в библиотеке, ее лицо изменилось — столько в нем появилось удивления и радости, что Арт сам едва не заулыбался. Она что-то сказала Элли, которая, напротив, почему-то перестала улыбаться, и пошла к нему. И, проходя мимо, обронила записку, в которой было лишь два слова: «За мной».
Заинтригованный Арт действительно пошел следом за Дэйрил — она ждала его в укромном уголке среди бесконечных полок с книгами. И, приложив указательный палец к губам, поманила к себе.
Арт подошел, и она тотчас обняла его, прижалась щекой к груди, а когда подняла голову, он не сдержался — поцеловал ее. Крепко и нежно.
С чувством, хотя предпочитал не целоваться. Считал это слишком личным. Незачем той, имя которой он завтра забудет, дарить поцелуи.
Целовалась Дэйрил умело, и Арт даже невольно задумался: а скольких она целовала до него?
Он раньше и сам не знал, что был ревнивым, а теперь часто думал о том, с кем она встречалась раньше.
Какими они были?
Проигрывал ли он этим парням или был лучше?
Арт вечно находился в сомнениях.
— Я скучала, — сказала Дэйрил шепотом, не отпуская его рук.
— Я тоже.
— Но ты пропадаешь, — надулась она.
— Много работы, — усмехнулся он.
— Может быть, принцесса найдет другого телохранителя? — капризно сказала Дэйрил и легонько ударила его кулачком в грудь.
— Боюсь, что нет. Даже если телохранителя она найдет, то где найдет друга? — насмешливо спросил Арт.
— Как же печально... Пусть ее высочество найдет друга в лице Белль, — прошептала Дэйрил.
— Пойдем гулять? — вдруг предложил Арт.
— Не могу, — покачала головой девушка. — Нужно выполнить задание на завтра, иначе магистр Лайрос меня убьет... Да и Элли бросать не хочется, она в последнее время сама не своя. Я обещала ей, что после библиотеки мы пойдем гулять и заглянем на портальную станцию. Но если ты будешь свободен завтра, я приглашаю тебя на прогулку в столицу. Завтра можно будет покинуть замок. И еще...
— Хорошо, — кивнул Арт. — Тогда иди заниматься.
— Что?
Вместо ответа он снова притянул к себе Дэйрил и крепко поцеловал. А когда отпустил, она вдруг потерлась кончиком носа о его щеку, послала воздушный поцелуй и поспешила вернуться к подруге.
Однако Элли в зале не было.
Она ушла, забыв забрать вещи.
Дэйрил нашла ее спустя часа два в комнате. Элли с ногами сидела на кровати и читала книгу. Вернее, делала вид, что читает, потому что книга была перевернута вверх ногами.
— Что случилось? — набросилась на нее Дэйрил, которая успела и обидеться, и испугаться, и разозлиться. — Куда ты убежала, а? Я тебя всюду искала, Элли!
— Я убежала? — сухо обронила та. — Это ты меня бросила и ринулась к своему Арту.
В ее голосе послышалось отвращение.
Дэйрил вспыхнула.
В последний месяц конфликты между ними становились все сильнее, и ее это пугало. Дэйрил любила своих подруг, как сестер.
— Я ушла на десять минут. И сказала, что вернусь! Что я не так сделала? — воскликнула она.
— Ты променяла меня на него, — вдруг жестко ответила Элли.
Дэйрил рассердилась.
— Да ты что! — воскликнула она. — Вообще-то это ты променяла меня неизвестно на что — мы договорились пойти гулять, а ты сбежала! И перестань делать вид, что читаешь книгу!
— Идиотка, — вспыхнула Элли, отбросила книгу в сторону и выскочила из спальни.
Дэйрил опустилась на кровать и закрыла лицо ладонями.
Да что же происходит-то?
Неужели она и правда такая плохая подруга?
Она вдруг подумала, что нуждается в Белль. И пошла к ней, не особо надеясь на то, что подруга будет свободна — почти все время она училась, занималась или практиковалась. Но о подругах все равно не забывала.
Что случилось с их дружбой?
Раньше они втроем были так близки, а теперь... Что будет теперь?