12
Покои, которые мне выделили, находились неподалеку от покоев Виолетты, и если бы я до этого не жила в Небесном дворце, то пришла бы в полный восторг от чудесных комнат с художественным рельефом на стенах, от лавандово-белого интерьера — нежного и воздушного, от изящной мебели, особенно от чудесной кровати с пологом — казалось, будто ее изголовье окутывает облако.
Я была бы поражена живыми розами, только что срезанными и источающими тонкий холодный аромат, зеркалами, инкрустированными сверкающими камнями, утонченным хрусталем.
Но после дворца меня сложно было удивить.
Я опустилась на кровать и вдруг подумала: неужели меня видят такой нежной и беззащитной, раз считают, что мне подходят именно такие покои? Сладкие — таким было первое слово, которое пришло на ум, когда я здесь оказалась. Нет, я не жаловалась — просто недоумевала. Внутренний голос, что чаще и чаще просыпался во мне, был порою слишком язвительным.
Я хотела как можно скорее встретиться с подругами, однако каково же было мое разочарование, когда мне сказали, что сделать это невозможно. Я должна находиться внутри, поскольку замок сейчас в очередной раз проверяют на предмет безопасности гвардейцы и дворцовые маги. Поэтому я должна оставаться у себя под присмотром телохранительницы, Леи и нескольких гвардейцев за дверью.
Эльфийка казалась статуей — неподвижно стояла рядом со мной, положив руку на рукоять эльфийской рапиры, будто выкованной изо льда.
Я знала, такие рапиры называются «алакары», что переводится как «отрава». На кончики алакар наносили специальный обездвиживающий яд.
А вот Лея, напротив, восторженно озиралась по сторонам. Оказаться в академии магии было ее мечтой.
Поняв, что из покоев сегодня вырваться не удастся, я решила, что попрошу привести сюда подруг после занятий. И вечером впервые за долгое время увидела их — Элли и Дэйрил.
Они рядышком стояли у двери и недоверчиво озирались по сторонам. Обе поменяли прическу. Элли обрезала свои прямые темные волосы по последней моде — до плеч. И хотя многие считали, что женщины не должны так коротко стричься, Элли прическа необъяснимо шла. Она придавала ей индивидуальность — строгость и холодность. Во вьющихся пепельных волосах Дэйрил вместо розовых прядей появились лазурные, и это еще больше оттеняло ее и без того выразительные синие глаза.
Увидев меня, подруги изменились в лице. Дэйрил запрыгала и радостно закричала, заставив телохранительницу сурово на себя взглянуть. А вот Элли, напротив, застыла на месте и прищурилась, будто была обижена.
— Видишь, она не смогла прийти к нам сама, а заставила гвардейцев привести нас.
— Да брось, — отмахнулась Дэйрил и бросилась ко мне, а я крепко ее обняла. — Белль! — закричала она мне прямо в ухо. — Наконец-то! Я так скучала! Светлые боги, какое на тебе платье! С ума сойти! Элли, смотри, она про нас не забыла! Я же говорила, что не забудет!
— О чем ты говоришь? — нахмурилась я, видя, как Элли сердито складывает руки на груди.
Точно обижена!
— Ты пропала после Зимнего бала, когда тебя объявили невестой принцессы, — хмуро сказала подруга. — Могла хотя бы предупредить нас о том, кто ты на самом деле.
— Я сама все узнала лишь той ночью, — выдохнула я. — Думаете, я бы вам не сказала?
— Хорошо, допустим, так. Но ты могла написать нам хотя бы небольшое письмо, — продолжала подруга. — Мы волновались за тебя! Все новости узнавали только из газет!
— Элли решила, что ты больше не захочешь с нами общаться, — тихо сказала Дэйрил. Она отстранилась от меня, но продолжала держать за руку. — Ты ведь будущая императрица, а мы...
— Что за разговоры, эйховы тапочки! Какого вы обо мне мнения, девочки? Между прочим, я писала вам письма, — возмущенно сказала я.
— Ничего не доходило, — нахмурилась Элли.
— Как же так?
— Ее милость действительно писала письма, — робко произнесла Лея. — Я сама относила их в почтовое ведомство... Наверное, вашу корреспонденцию не доставляли... Такое бывает по приказу кого-то из высокопоставленных лиц.
Я вспыхнула, представив, как мои письма читают чужие люди, а после уничтожают, но тотчас подавила гнев.
— Я не забывала о вас, девочки. И.... — Мой голос дрогнул. — И если бы вы мне были не нужны, не искала бы встречи в первый же день. Я действительно скучала.
С этими словами я первой подошла к Элли и первой ее обняла.
Мне не хотелось ссор.
Она шмыгнула носом и на пару секунд уткнулась лицом в мое плечо, после чего отстранилась и сказала:
— Я рада, что ты не забыла нас. Иначе это было бы мос самое большое разочарование в дружбе.
— И самое большое мое разочарование в себе самой, — тихо ответила я и крепко сжала ее плечо.
— Ты в порядке? — спросила Элли. — Мы читали о том, что тебя отравили.
— Да, все отлично, Эштан спас меня.
— Слава светлым богам... Мы переживали за тебя, Белль. И я хочу, чтобы ты знала: мы с Дэйрил очень тебя любим.
— Очень-очень! — подтвердила та и умудрилась одновременно потискать нас с Элли за щеки.
Мне стало легко и радостно — эта встреча принесла облегчение.
Обменявшись радостными улыбками, мы втроем пошли осматривать покои — для девчонок все это было в новинку.
— Это просто невероятно! — заявила Дэйрил, падая спиной на мою кровать с кукольным балдахином. — Спальня настоящей принцессы!
— А по размеру как весь родительский дом, — хихикнула Элли. — Быть невестой принцессы не так уж и плохо, да?
— В первую очередь я графиня и наследница рода Черного дракона, — отозвалась я весело.
— Ой, графи-и-иня, — насмешливо протянула подруга. — Посмотрите только на нее! Важная просто жуть!
— Хочешь, я буду обращаться к тебе «ваша милость»? И все время кланяться? — толкнула меня в бок локтем Дэйрил.
— Нет уж, спасибо, — рассмеялась я. — Никогда бы не подумала, что скажу такое, но... этого и без вас хватает. Мне больше нравится, когда меня называют по имени и просто проходят мимо, а не начинают отвешивать поклоны и сыпать комплиментами, как солью на рану.
— Почему как солью? — удивилась Дэйрил.
— Потому что, как правило, они лживые, — пояснила я. — Видите ли, у высокородных принято добиваться чужого расположения, используя ложь.
— Ты ведь сама теперь высокородная! — расхохоталась подруга.
— Какая из меня высокородная, — усмехнулась я. — Я такая же, как и вы.
— Но кровь-то в тебе течет непростая, — внимательно взглянула на меня Элли. — Ты из рода Черного дракона. Ты дракон, Белль.
— Не могу в это поверить, — призналась Дэйрил. — Драконы для меня небожители, почти как боги. А ты... ты одна из них! Наша Белль дракон!
Я смутилась, хотя и не показала вида, а потом тихо добавила:
— И темная. Если честно... я думала, многие не захотят общаться со мной из-за этого.
Подруги переглянулись.
— Какие глупости, — возразила Элли.
— Почему вдруг мы должны перестать общаться с тобой? — надулась Дэйрил.
— Но ведь вы сами говорили, что темные опасны, — нахмурилась я. — Помните, когда на Осеннем балу Эштан пригласил меня на танец, вы мне все уши прожужжали, что он темный, а потому общаться с ним не нужно!
— Признаю, это было глупо, — вздохнула Дэйрил.
— Мы мыслили стереотипами, это верно. И сейчас мне стыдно за это, — подтвердила Элли. — Просто в нашем обществе привыкли ненавидеть темную магию и бояться темных. Мы были слишком глупыми в то гремя. Еще только поступили в академию и не избавилась от предрассудков.
— Сейчас лично я смотрю на это иначе, — встряла Дэйрил. — И среди темных много красивых парней...
— А ты все только о парнях думаешь, — укорила ее Элли.
— Я хочу повеселиться до того, как меня заставят выйти замуж за какого-нибудь зануду, — отмахнулась Дэирил.
— Кстати, Белль, я же рассталась со своим последним парнем. Так что можешь познакомить меня со своими братьями. На фотографиях они милые! В газете видела!
— Они заняты, — ответила я. — У одного из них скоро свадьба.
— Тогда найди для меня какого-нибудь высокородного красавчика, — не отставала подруга. — И вообще, ты должна рассказать нам обо всем! Секреты друг от друга — преступление против дружбы!
Мы долго валялись на кровати и болтали. Я улыбалась, когда рассказывала о том, что со мной произошло, не показывая, как мне было страшно, но когда речь зашла о моей настоящей семье, едва смогла сдержать слезы. Девчонки заметили это, а может быть, услышали, как задрожал мой голос. Элли молча погладила меня по спине.
А Дэйрил, пряча слезы, прошептала:
— Я знала, что тебе пришлось тяжело. Но не знала насколько. Мои слова ничего не изменят, но прими мои соболезнования.
— И мои, — вздохнула Элли. — Не печалься, Белль. Наверняка они попали в мир вечного блаженства.
— Спасибо, девочки. Но давайте не будем об этом, — Я через силу улыбнулась. — Хочу, чтобы сегодня был веселый день! Кстати, я привезла вам подарки.
Я знала, что им было нужно. Заколки, украшения, заговоренные ручные зеркала для Дэйрил и много редких книг для Элли. И не прогадала — подруги остались в восторге. А еще я купила для них кучу всего в той самой «Шоколадной лавке госпожи Марты», ведь цена размером с мою былую стипендию меня больше не пугала. Конфеты с малиной и дробленым орехом, трюфели с имбирем и апельсиновым соком, каштановые кинтоны, горький шоколад с лимоном и перцем, молочный с клюквой, белый с марципаном... Только в итоге мы все равно ели не шоколад, а свежие слойки с корицей, которые я попросила доставить из нашей любимой пекарни. Дэйрил сварила какао по своему секретному рецепту.
Его аромат разносился по комнате, как в старые добрые времена, когда мы втроем сидели в своей комнате и болтали обо всем на свете.
Как будто ничего не изменилось.
— Это подарок принцессы? — спросила Элли, случайно глянув на мою руку, на которой сияло тонкое кольцо с ярким зеленым камнем. Мы сидели за изящным круглым столом втроем: Лею я отпустила, а телохранительница сочла, что подруги не представляют для меня угрозы, и удалилась сама.
— Нет, — рассмеялась я. — Это подарок императрицы.
— Самой императрицы? — широко раскрыла глаза Дэйрил.
— Да, — кивнула я. — Символ ее благосклонности. Если честно, боюсь его потерять — все время проверяю, на месте ли. Вы не представляете, какая она! Очень красивая, а сколько в ней достоинства...
— А принцесса подарила тебе кольцо? — продолжала расспросы Дэйрил.
Она всегда была жутко любопытная.
— Она подарила мне каффы, — вспомнилось мне. — Из лунной стали.
— Те самые, в которых ты была на балу? — встрепенулась подруга. — Невероятный подарок! Ты не поверишь, но их столько обсуждали — это редкое украшение! Теперь все с ума сошли с этими каффами, на них такой спрос! А твои платья? Изабелль Бертейл, тьфу, то есть Ардер! Твои платья произвели фурор! В каждой швейной мастерской теперь только такие и заказывают. А у кого хватает денег, обращаются к бытовым магам, чтобы те наполнили платья магией — как у тебя!
— Чего ты так на нас смотришь. — ласково усмехнулась Элли. — Ты теперь так же известна и влиятельна, как и все члены императорской семьи.
— Расскажи, какая она! — неожиданно потребовала Дэйрил.
— Кто она? — не поняла я.
— Принцесса! Она должна быть идеальной во всем! Так какая она? Нежная, страстная?
— Опытная? — вклинилась Элли.
— Не знаю, о чем вы... — попыталась я сделать вид, что ничего не понимаю.
— Все ты понимаешь, — не отставала Дэйрил. — Мы видели фотографию, на которой вы целуетесь! Я вырезала ее из газеты и сохранила на память. Потом буду рассказывать внукам, что императрица — моя подруга. Рассказывай, как она целуется!
— Честно? — подняла я на нее затуманенный взгляд: из-за воспоминаний о Виолетте.
— Нет, соври! — возмутилась Дэйрил и тряхнула волосами. — Разумеется, мы хотим правду!
— Она целуется так, что коленки подкашиваются, — призналась я, накручивая на палец прядь. — В ее поцелуях нет пошлости, и она не позволяет себе лишнего. Но она знает, как сделать так, чтобы было приятно..
Светлая Тэйла, что я несу!
Подруги довольно захихикали.
— То есть ты бы хотела стать ее женой, да? — поинтересовалась Элли.
— Не знаю, — честно призналась я. — Но моего мнения никто не спрашивает. Я должна и точка. Это мой долг.
— А Эштан? Про вас с Эштаном много писали, — наморщила лоб Дэйрил.
— Эштан прекрасный человек, и я обязана ему жизнью, но между нами ничего нет, — ответила я искренне.
— Белль, расскажи, какая она, принцесса Виолетта? Идеальная ведь, правда? — снова пристали они.
— Она... — Я задумчиво потерла подбородок. — Она сложная. Иногда ужасно раздражает. Так, что стукнуть по голове хочется, да жалко. Кто тогда империей править будет? А иногда... иногда будто лед.
— Холодная? — разочарованно протянула Дэйрил, которая явно ждала романтических подробностей.
В Виолетте она видела героиню романа, а не живого человека.
— Нет, дело вовсе не в этом, — покачала я головой. — Знаете, когда лед прикладывают к ране, боль притупляется. И с Виолеттой так же. Когда она рядом, когда она касается меня или когда целует, я чувствую, что боль внутри заглушается. И мне становится так легко, будто ничего плохого больше не существует.
— Что ж, Белль, я готова быть твоим льдом всегда, — раздался вдруг за моей спиной голос Виолетты, и я в панике обернулась: на пороге стояла Виолетта а за ее спиной Кэлл и Арт.
Принцесса улыбалась так довольно, будто выиграла в лотерею правление над всем миром сразу. А я смутилась так, что на пару секунд забыла, как дышать.
Я удивленно смотрела на Виолетту, а Элли и Дэйрил — на Арта. Наверное, если бы ситуация была другой, я бы спросила их, почему Арт удостоился их внимания, но сейчас мне было не до этого.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, пытаясь казаться уверенной.
— Пришла к своей дорогой невесте, — ответила Виолетта, насмешливо глядя мне в глаза. — И не ожидала услышать о себе столь теплые слова.
Она подняла руку, и над ее ладонью засверкал кристалл льда.
— Вот, держи, приложишь туда, где будет болеть.
— Я к твоей голове приложу, она явно побаливает, — буркнула я, и подруги опешили от того, как неучтиво я разговариваю со своей будущей женой. Ну и с их будущей правительницей заодно.
Они прижались друг к другу, во все глаза глядя на Виолетту.
— И вот что теперь о нас подумают твои подруги? — покачала головой Виолетта, настроение у которой явно было хорошим. — Она не всегда такая, клянусь прадраконом, — обратилась она к девчонкам.
— Все в порядке, ваше высочество, — залепетали они.
Кэлл и Арт, так и стоявшие позади Виолетты, весело переглянулись.
— Так ты возьмешь лед? — не отставала принцесса.
— Издеваешься? — прищурилась я.
Вся нежность, которую я испытывала, моментально растворилась.
Все же Виолетта порою такая овца, злости не хватает!
— Нисколько, — покачала она головой и вдруг со всего размаху разбила ледяной кристалл о стену.
Осколки полетели во все стороны, и несколько едва не угодили в Дэйрил и Элли, однако Арт обладал отличной реакцией — он успел поставить защитное поле, осколки упали на пол, и девочки остались невредимы. Он улыбнулся им уголками губ, а они дружно опустили глаза.
Смутились, что ли?
— Простите, — извинилась Виолетта. — Не хотела вас поранить. Я не всегда могу контролировать силу.
— Не только ее, — поджала я губы.
Клянусь, мне показалось, что Кэлл хмыкнул.
— И что же я еще не могу контролировать? — нахмурилась принцесса.
— Лучше спроси, что ты можешь контролировать. Силу не можешь, эмоции не можешь. И маловероятно, что можешь контролировать мозг. Иначе не грохнула бы этот эйхов кристалл о стену! — не могла успокоиться я.
Если честно, сцена знакомства подруг и принцессы представлялась мне совсем другой. Я хотела представить их друг другу в иной обстановке, за чашечкой кофе.
— Я же сказала, что случайно! — рассердилась Виолетта.
В это время из осколков кристалла в воздух поднялась струйка голубоватого дыма. Она превратилась в голубя, который подлетел к Арту и завис перед ним. Длинноволосый телохранитель грустно вздохнул.
Виолетта выругалась сквозь зубы, а Кэлл закрыл рот ладонью, потому что его, кажется, душил смех.
Я не понимала, в чем дело, до тех пор, пока не увидела, что с лапки у голубя соскальзывает кольцо — не полупрозрачное, а настоящее.
Арт со вздохом поймал его, и голубь стал растворяться, а вместо него появилась надпись.
«В твоих глазах можно утонуть».
Это было так комично, что я тоже не выдержала — улыбнулась.
И поняла, что подарок предназначался мне, но что-то пошло не так.
— Благодарю, ваше высочество, — сдержанно произнес Арт, хотя я была уверена, что ему смешно. — Только лучше не тоните.
— Постараюсь, но будет сложно, — сквозь зубы ответила Виолетта, забрала у него кольцо и подошла ко мне.
— Что? — не поняла я.
— Это тебе. Возьми.
— В моих глазах ты тонуть не хочешь, — хихикнула я. — Лучше отдай тому, в чьих тонешь. Не смею стоять между вами...
Кэлл больше не мог сдерживать смех. Велев другу замолчать, Виолетта сердито глянула на меня.
— Не зли меня. Возьми подарок. Ты же понимаешь, что это тебе. Проклятый артефактор что-то перепутал. Голубь должен был подлететь к тебе, а не к Арту, после того как я разбила кристалл.
— А не надо было так его о стенку грохать, — мстительно ответила я, но руку протянула.
С недовольным лицом Виолетта надела кольцо мне на палец.
С виду оно было простое — из золота, но с дивным прозрачным камнем в виде полумесяца, пронзенного стрелой.
Символ рода Черного дракона.
Девчонки ахнули, увидев кольцо.
А Кэлл, перестав смеяться, сказал:
— Мастерская мастера Эвери Адара из дома Поющих клинков. Лучший из лучших.
Прикосновения Виолетты были грубоватыми, будто она боялась показать чувства, но ее пальцы замерли на моей ладони, наши глаза встретились, и меня пронзило звездопадом — он будто пронесся сквозь сердце.
Ощущение, что я нахожусь рядом с кем-то удивительно близким, на мгновение стало невыносимо ярким, а затем схлынуло, оставляя после себя приятное послевкусие.
— Нравится? — тихо спросила принцесса.
— Очень, — прошептала я и тотчас добавила: — Спасибо, конечно, но... Зачем?
— Разве я должна объясняться, когда дарю невесте подарок? — с вызовом спросила Виолетта, зачем-то щелкнула пальцами, заставив огни, освещающие комнату, погаснуть, и сказала: — Подуй на кольцо.
Я послушно поднесла его к губам, и едва мое дыхание коснулось камня, как он вдруг заискрился во тьме.
Свет срывался с пальцев и искрами отражался на стенах.
Во мне проснулся восторг, какой бывает у детей, увидевших радуту.
— Как красиво! — воскликнула я, забыв о том, что, только что злилась на Виолетту. Она смогла меня удивить.
— Оно как ты, — сказала она загадочно и снова щелкнула пальцами.
В комнате опять вспыхнул свет.
На лице Виолетты заиграла самодовольная улыбка — она видела, с каким восхищением я смотрю на подарок.
— А теперь познакомь меня со своими подругами, — велела она и мило улыбнулась девчонкам.
Собравшись с мыслями, я кивнула:
— Это Дэйрил с факультета зельеварения, а это Элли с факультета ментальной магии. Как вы поняли, это ее высочество принцесса Виолетта, а также ее личные телохранители Кэлл и Арт.
Кэлл и Арт, соблюдая этикет высшего общества, поцеловали зардевшимся Элли и Дэйрил руки. А Виолетта радушно пригласила всех сесть на диваны.
С моими подругами она была такой галантной и милой, что я только диву давалась.
Со мной она себя так в начале нашего знакомства не вела. Тогда она казалась мне надменной идиоткой, а Дэйрил и Элли были не просто удивлены ее поведением, манерами и словами. Они уверовали, что принцесса — идеальная.
— Я не хочу, чтобы между нами была неловкость, — в какой-то момент сказала Виолетта. — И чтобы мой титул мешал нашему общению. Сейчас я нахожусь здесь не как ваша принцесса, а как жена вашей подруги.
— Ваше высочество, — преданно взглянула на нее Дэйрил, — для нас это невероятная честь!
Элли часто закивала.
— Вы можете называть меня по имени, пока мы наедине, — продолжила принцесса. — А моих телохранителей прошу воспринимать как моих друзей. Мы росли вместе с самого детства и все друг о друге знаем.
— Ну не все, — вставил Кэлл. — Я вот был не в курсе, что ты тонешь в глазах Арта.
— Честно говоря, я тоже, — улыбнулся тот.
Было странно видеть в его руке вместо оружия чашечку чая. Оказалось, что он тот еще сладкоежка. А Дэйрил, сидевшая рядом с ним, только и делала, что подкладывала ему сладости.
— Надоели, — отвернулась от них принцесса. — Я же сказала: магия артефактора неправильно сработала! Вы же знаете, что голубь должен был полететь к Белль, а не к Арту.
— Не оправдывайся, — махнула я рукой. — За любовь оправдываться не стоит. Если ты тонешь в глазах Арта, не стану мешать...
Виолетта откинулась на спинку дивана с мученическим выражением лица.
Ее раздражал собственный провал.
— Когда понадобится лед, обращайся, велю прислать тебе две тележки, чтобы наполнить ванну. Исцелишься и станешь святой, — ответила она сердито.
И я прикусила язык, вспомнив, что она слышала мои слова.
Светлая Тэйла, как же неловко!
— Не злись, — дотронулась я до плеча Виолетты, но тотчас отдернула руку.
Вдруг она подумает что-то неприличное?
— Это не злость, Изабелль. Это недоумение. Я решила сделать тебе подарок и теперь вынуждена слушать неуместные шуточки.
— Ты первая начала шутить! — возмутилась я.
— Мои шутки добрые, — возразила она.
— А мои, значит, злые, как ведьмы-чернословницы!
— Как знать.
— Достала!
— Кто кого.
Мы сердито уставились друг на друга.
— Мне кажется, ее высочеству нужно побыть наедине со своей невестой, — неожиданно сказал Кэлл, вставая. — Мы прогуляемся по замку, пожалуй. И вернемся позднее.
Следом за ним встал и Арт, а после него девочки, которые все так же мало что понимали. Они смотрели на нас с принцессой большими глазами, а Дэйрил даже постучала указательным пальцем по лбу, явно спрашивая, все ли со мной нормально, но я лишь отмахнулась.