Глава 7
Толпа встречает победителя восторженным криком. Кто-то скандирует имя, другие срываются с места, налетая на ограждения. Свет слепит глаза, дым от шин стелется по асфальту.
А он — сияет. Куртка обтягивает плечи, волосы растрепаны, глаза прищурены. И эта улыбка — дерзкая, слишком уверенная, почти вызывающая.
Он знает, что победил и наслаждается каждым мгновением.
— Вы шутите... — вырывается у меня.
Несколько девушек бросаются к нему, обвивают шею, фотографируются. Он отвечает всем. Этот парень явно в своей стихии — и чертовски красив. Слишком. Почти нечестно.
Чувствую, как внутри все сжимается от странной смеси — удивления, злости и... восторга. Потому что даже если бы я захотела, пройти мимо этого момента было бы невозможно.
— Лив, — подталкивает Вивиан. — Вперед. Ты должна вручить приз. А потом можешь его стукнуть, если хочешь.
Я беру небольшой кубок и делаю шаг, стараясь скрыть внутреннюю панику. Он замечает меня, и его выражение на миг меняется. Удивление, затем что-то вроде нескрываемого удовольствия.
— Надеюсь, это не было подстроено, — выдыхаю я, звуча, к счастью, почти уверенно. — Но в любом случае — поздравляю.
Диего берет награду, его пальцы скользят по моим гораздо дольше, чем нужно. В следующий момент склоняется ко мне ближе и, с полуулыбкой, шепчет на ухо:
— Теперь точно не жалею, что вышел на старт.
Затем поворачивается к толпе, поднимая кубок над головой, и все снова кричат его имя.
После завершения гонки вечер будто вспыхивает заново. Подиум исчезает, машины отъезжают в сторону, и на площадке, где еще минуту назад ревели моторы, теперь гремит музыка. Колонки с клубным битом вырастают, как из-под земли, кто-то выкатывает стол с напитками, световые прожекторы заливают толпу фиолетовыми и золотыми вспышками.
Начинается что-то между уличной дискотекой и чествованием победителей. Все пьют, танцуют, смеются — веселье наполняет воздух, как летний жар после дождя.
Я сижу на перилах у сцены, а Фабио, приободрившись, активно шутит, рассказывает какие-то байки про преподавателей из академии и с каждой фразой становится все более... раскованным.
— До сих пор не понимаю, как ты это делаешь, — говорит он и ставит стакан на перила, чуть покачиваясь. — Еще утром была тихой девочкой с карандашом, а теперь стоишь посреди ночной Флоренции, говоришь про повороты и почти управляешь толпой.
— Управляю? — я улыбаюсь, стараясь сохранить легкость. — Ну, это вряд ли.
— Ну ладно, не толпой... — он склоняется ближе, понижая голос. — Но ты, знаешь ли, немного... взрываешь воздух вокруг.
Не нахожу, что ответить. Просто смотрю на него. Он пьян, но не груб. Скорее — слишком открытый или честный.
— Я серьезно, Лив. Это не про гонки. Не только про гонки. В тебе что-то есть, сложно не заметить.
Он не отходит. Наполняет мой бокал, поправляет прядь волос, которая упала на лицо. А я — позволяю. Не из вежливости или симпатии.
Потому что чувствую взгляд. Сквозь толпу. Сквозь музыку. Диего стоит в нескольких метрах, в тени, полуобернувшись. И да, он смотрит прямо на нас. Не холодно, не насмешливо — выжидающе. Возможно, именно поэтому я смеюсь чуть звонче, чем стоило. И разрешаю другу быть ближе, чем следовало бы.
Фабио вдруг обнимает меня за талию.
— Знаешь, Лив... — его голос ближе, дыхание пахнет вином. — Ты невероятная. Я серьезно. Если бы ты только знала, как выглядишь сейчас...
Пытаюсь мягко отстраниться, но он уже не улавливает сигнал. Или игнорирует.
— Ладно, Фабио, хватит, — говорю, наконец. Мой голос тонет в шуме.
Он только смеется, мягко, с той же своей легкой интонацией, будто это просто игра. Словно мои слова — не «стоп», а кокетство. Рука по-прежнему на мне. Я делаю шаг назад, но он без раздумий приближается снова.
— Такой вечер... и такая ты, — выдыхает, почти касаясь губами моей щеки.
Я резко отворачиваюсь.
— Фабио! — в моем голосе появляется тревога.
Какая же ты идиотка, Оливия. Видела, как он смотрит, чувствовала. И все равно позволила. Чтобы задеть другого, доказать что-то самой себе. Глупо. Наивно. А теперь еще и опасно. Потому что граница стерлась слишком быстро, слишком...
— Она сказала «хватит», — раздается рядом.
Голос — резкий, как резина по асфальту. И если в нем есть хоть капля сомнения, то только в том, сможет ли не сорваться.
Я оборачиваюсь, и сердце соскальзывает вниз.
Диего стоит всего в паре шагов и буквально состоит из молчаливой угрозы. Напряжение, которое исходит от него, вполне осязаемо. В глазах — тлеющий гнев, сдержанный ровно настолько, чтобы не вспыхнуть.
Не могу отвести взгляда. Он совсем другой. Не тот самолюбивый, язвительный парень, к которому я вроде как успела привыкнуть. Челюсть чуть сжата. Плечи напряжены. Он будто с трудом сдерживает что-то гораздо большее, чем просто раздражение. Впервые вижу его таким... Небезразличным?
Фабио оборачивается и расправляет плечи.
— Мы вообще-то разговариваем.
— Я заметил, — голос Диего не громкий, но каждый слог — предупреждение. — Только вот она не разговаривает, а отстраняется.
Он смотрит на меня. Никакой бравады. Только ожидание.
— Все нормально, — говорю я быстро, вставая между парней, хотя голос теперь дрожит.
Диего переводит взгляд на Фабио, но наклоняется ближе ко мне.
— Я трезв. И рулить умею лучше, чем контролировать себя. Так что, если хочешь посмотреть город, сейчас самое время.
На секунду колеблюсь. Один достаточно пьян, другой буквально горит. С их дерзкой решимостью это не закончится ничем хорошим.
— Ты не обязана никуда ехать, — тихо, почти с мольбой бросает Фабио, но я уже беру куртку с перил.
— Нет. Я действительно поеду, — говорю и поворачиваюсь к Диего. — Веди, Только... держи себя в руках.
— Без обещаний, фреска, — отвечает он, и уголок его губ дергается. Слишком быстро, чтобы можно было притвориться.