Глава 19
В свою комнату я вернулась поздно. Легенды древности настолько захватили внимание, что оторваться от них я сумела, лишь когда окончательно озябла. При этом даже мысли не возникло поставить книгу на полку и прийти в следующий раз. Кладезь знаний я взяла с собой, чтобы продолжить чтение в более комфортных условиях. Однако кое у кого на этот счет было совершенно иное мнение.
— А я уже собирался на твои поиски.
— Прости, — покаянно произнесла я и посмотрела на Рина, который сидел в кресле у камина. — Я зачиталась и потеряла счет времени.
— И что же такое интересное тебе попалось?
— Вот! — Приблизившись к королю, я продемонстрировала свое сокровище.
— Очень любопытно.
— Смотрел?
— С учетом того, что такого талмуда в моей библиотеке нет...
— Не понимаю...
— Во что же ты ввязалась, Кай? — вздохнул Рин, взял меня за руку и тут же нахмурился. — Ты совсем ледяная!
— На полу сидела, — смущенно призналась я. — Так увлеклась этими историями, что забыла обо всем...
— Марш в ванную!
— Ага. Ты только книгу посторожи, пожалуйста, а то я не досмотрела.
— Поверь, эта вещь последняя в Алэнаре нуждается в моей защите.
— А-а-а?
— В ванную!
Спорить я не стала, действительно почувствовав дрожь от переохлаждения. Вот только любопытство оказалось сильнее, и, не подумав, я выпалила:
— А давай, пока я буду отогреваться, ты мне все расскажешь?
Что сказала двусмысленность, поняла, когда мой король шумно вздохнул, а затем притянул к себе и прошептал в губы:
— Дразнишь?
— Я... я не то имела в виду, Рин, — щеки опалило жарким румянцем.
— Знаю, но от этого ничуть не легче... Позови, когда будешь готова. Если не передумаешь.
Коротко кивнув, я поспешила скрыться в ванной, пережидая прилив смущения. Как я могла такое предложить? Когда я перестала следить за словами в присутствии самого опасного лайра в Северном королевстве?
Стоило воде заполнить ванну, я быстро избавилась от одежды и на короткое мгновение погрузилась в родную стихию с головой. Мне требовалось собраться с мыслями. Как только пенная шапка укрыла меня полностью, я откинулась на бортик и все же позвала его...
— Играешь с огнем, моя девочка, — произнес король, закрывая дверь.
— Ты сам затеял эту игру, — тихо отозвалась я, а затем посмотрела в ледяные глаза. — Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос.
— Спрашивай.
— Когда ты узнал мою тайну?
— О том, что трил Дерен на самом деле девушка с уникальным даром? Я знал это еще задолго до того, как ты появилась во дворце.
— Родные рассказали?
— У меня свои источники, — с легкой улыбкой ответил Ледышка и устроился напротив меня.
— Было несколько случаев, когда я засыпала в одном месте, а просыпалась в своей кровати. Это ты меня переносил?
— Я. И не смотри на меня так, это было для твоего же блага.
— Не спорю, но... Ты хотя бы представляешь, как мне сейчас стыдно?
— Отчего?
— А то ты не догадываешься!
— У тебя восхитительное тело, которого совершенно не нужно стесняться.
Я смущенно потупилась, но потом нашла в себе силы для ответа.
— Раз стесняться не нужно, я могу встречать так и других лайров, вдруг найдутся еще ценители красо...
Договорить я не успела, в мгновение ока король оказался так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах. Он сжал мое лицо в ладонях.
— Никто никогда не будет любоваться моими сокровищами...
Поцелуй получился обжигающим. Рин терзал мои губы, словно хотел что-то доказать. Но, несмотря на это, я чувствовала волну тепла в груди, вызванную его словами.
— Кай? — тихо позвал мой король.
Я с трудом открыла глаза. Его горячие пальцы скользили по щеке, очерчивая линию скул. Затем легонько погладили уголок рта, заставляя невольно облизнуться, а после этого Рин вновь притянул меня к себе.
В этот раз поцелуй получился невероятно нежным, наполненным немым восхищением с каплей страсти и желания. Он постепенно дурманил голову, отодвигая все мысли и неуместные эмоции на задний план, оставляя только наслаждение.
— Так о чем ты хотела поговорить? — некоторое время спустя спросил король.
Кое-как собравшись, я постаралась припомнить свои вопросы. Кажется, их было очень много, но поймать хотя бы один казалось непосильной задачей.
— Повернись ко мне спиной, пожалуйста.
Сейчас на уточнения и споры не было ни сил, ни желания. Послушно повернувшись, я положила подбородок на колени и затихла.
— Давай я тебе немного помогу — сейчас в голосе Ледышки не было и намека на лед. Моей спины коснулась мочалка. — Книга, которую ты принесла, называется «Летопись бытия». Она священна и, если верить легендам, написана самой Лихар. Это невероятно сильный артефакт, хранящийся в сердце Северного королевства, к нему не допускают никого, кроме Верховной жрицы. Я видел летопись только один раз, в день коронации, когда приносил клятву. Теперь понимаешь, почему твоя находка меня несколько удивила?
— Может, это подделка? — с надеждой спросила я, а затем блаженно прикрыла глаза. Мужские пальцы зарылись в волосы и стали медленно массировать голову, втирая ароматические масла.
— Исключено, Кай. Силу этого артефакта трудно с чем-то перепутать.
— Рин, я честно нашла его в библиотеке!
— Я верю тебе, моя девочка. Поэтому и интересуюсь, куда ты влезла?
— Трил Лаель не рассказывал? Когда мы были на юге, один из шаманов поведал нам о старом пророчестве про Багола, который в скором времени собирается вернуться в наш мир. Помочь в борьбе с ним смогут только отмеченные богами, но кто они и что должны делать, не упоминал.
— Любопытно, почему я узнаю об этом только сейчас.
— Ну, я была несколько занята: сначала пыталась тебя убить, потом помочь.
— Какая ты непостоянная, — со смешком произнес Ледышка.
— Это твое тлетворное влияние, — пробурчала я и зафыркала, когда на меня без предупреждения вылилась вода. — Еще скажи, что я не права!
— Не буду. Я и не скрываю, что влияю на тебя, — произнес Рин прямо на ухо, а затем скользнул языком по шее, собирая теплые капельки. — И мне безумно нравится этот процесс.
— Мне тоже... — от невольно вырвавшихся слов я засмущалась и тут же спрятала лицо в ладонях.
— Кай?
— Пожалуйста, ничего не говори и не спрашивай. Дай мне немного времени, хорошо?
— Хорошо, — послушно согласился Рин, а затем потянул вверх, заставляя встать.
Новый поток теплой воды смыл остатки пены. Мягкие прикосновения полотенца заставляли задерживать дыхание. От новых ощущений кружилась голова. Меня обернули мягкой тканью, и я позволила отнести себя в спальню. Мне не хотелось сопротивляться, я наслаждалась происходящим.
— Переодевайся, — шепнул Рин, указав на лежащую неподалеку сорочку. — Скоро у нас будут гости.
— Мне любопытно, им не надоедает шпионить?
— Поверь, некоторые еще и получают от этого удовольствие. Я скоро, — пообещал мой король и ушел к себе.
За ширмой я рассмотрела предложенное одеяние. Сорочка оказалась намного скромнее вчерашней, сшита из мягкой плотной ткани, с широкими лямками и кружевными цветами на лифе. Очень милая штучка.
Оглядев себя в зеркало и оценив благопристойность, я быстро спрятала книгу под подушку, взяла расческу и устроилась на кровати.
Рин появился несколько минут спустя, сменив костюм на халат и простые мягкие штаны. В руках у него была небольшая стопка бумаг, и, судя по несчастному выражению лица, ему предстояло работать.
— Доброго вечера, Каймин. Прежде чем я смогу уделить вам время, мне придется немного поработать.
Судя по всему, Рин уже засек любителей подслушивать и подсматривать и теперь играл на публику.
— Как пожелает мой король, — покорно произнесла я, сдвигаясь на другой край кровати.
Положение оказалось весьма выгодным, меня частично скрывал балдахин, что исключало подглядывание. Когда я поняла, что волосы вот-вот начнут искриться, пришлось отложить расческу в сторону. Заняться было определенно нечем, и, немного помаявшись, я достала книгу. Покосившись на мои действия, Рин неопределенно хмыкнул и вернулся к просмотру документов, а я вновь погрузилась в легенды древности. Теперь, зная божественное происхождение талмуда, я относилась ко всему куда более серьезно.
Оторвалась от артефакта я лишь один раз, когда неожиданно погас большой свет и остался только парящий ночник. Рин забрался на постель уже в одних штанах и полностью опустил за собой балдахин. Глядя на красивое сильное тело, я забыла, о чем читала. Неожиданно поняла, что желаю повторения вчерашней ночи, и... поспешно уткнулась в книгу.
— Неужели так интересно? — со смешком спросил Рин, а затем взял оставленную мною расческу и посадил меня к себе спиной.
— Даже не представляешь, насколько! — Я снова перелистнула страницу. — Посмотри хотя бы на эту картину.
— Увы, не могу. Для меня все страницы пусты.
— Но как же так?
— Артефакт пожелал показаться только тебе, так что ничего удивительного.
— Жалко... Может, я тогда расскажу, что вижу?
— Не стоит, Кай. Если в Летописи есть то, что мне действительно нужно знать, она покажет. Изучай, а я пока займусь твоими волосами.
Решив последовать совету, я вернулась к рассматриванию изображений. Примечательно, что если первые рисунки были про сотворение мира и появление на ней жизни, то далее Летопись демонстрировала богов и их взаимоотношения. Одни дружили, другие, наоборот, враждовали. Но больше всего мое внимание привлекли Багол и Лихар, которые все чаще и чаще стали появляться вместе. Он, будучи сильнейшим Созидателем, помогал юной богине познавать свою магию, давая начало новой жизни. А она... влюблялась в того, с кем просто не имела права быть. Огненное кольцо на пальце Тьмы лучше всего говорило, кому именно принадлежала богиня. Вот только против предпочтений сердца бессильны и люди, и боги...
Открыв следующую страницу, я на мгновение замерла, а затем захлопнула книгу, совсем позабыв, что Рин не видит картинок.
— Что случилось?
— Ничего! — поспешно ответила я, стараясь выровнять дыхание.
— Кай, что ты там увидела?
— Ты ведь сказал, что Летопись сама покажет, если будет что-то важное.
— Ка-а-ай, — протянул Ледышка, а затем перекинул мои волосы на одно плечо и медленно спустил лямку со второго. — Что ты там увидела?
— Что ты знаешь о Лихар?
— Богиня ночи и подземного мира. Очень не любит Тайгара — южного бога огня.
— А почему не любит, знаешь? Она должна была стать его женой, но полюбила Багола, пожелав остаться с ним. Тайгар был страшно зол и, когда бог хаоса оступился, был первым, кто нанес ему удар.
— И именно эта информация заставила тебя так смутиться? — насмешливо спросил король и принялся покрывать легкими поцелуями шею и плечо.
— Нет, но ведь это так интересно! Оказывается...
— Ка-а-ай...
— Там была картинка... — шепотом произнесла я, чувствуя, как от стыда горит лицо.
— И что же на ней было изображено?
— Багол и Лихар... вместе.
— Ка-а-ай, — от того, как мое имя звучало в его устах, сердце предательски пропускало удары, а дыхание сбивалось. — Что же тебя смутило, моя девочка? Какими ласками он одаривал свою возлюбленную? Возможно, такими?
Рука совершенно бесстыжего мужчины поднырнула под край сорочки, накрывая ладонью грудь. Слегка задев затвердевшую горошину, он принялся поглаживать ее, при этом не переставая ласкать шею. Закрыв глаза, я откинула голову назад, опираясь на грудь Рина и давая еще больше простора для действий.
— Хотя нет, это все слишком невинно, — прошептал мой мучитель, при этом слегка сжав зубами мочку уха. — Все знают, что Лихар весьма изобретательная и темпераментная богиня. А значит, предпочитает более чувственные удовольствия.
Оставив в покое мою грудь, Рин в медленной ласке скользнул по руке, перебрался на бедро, а затем стал подтягивать ткань сорочки наверх.
— Что ты... — начала я, но все слова и возмущения потонули в поцелуе.
Он целовал долго, не только даря наслаждение, а обучая, заставляя повторять. Это оказалось невыносимо сладко, но все самое-самое ожидало впереди.
— Согни ноги в коленях, — хрипло попросил Ледышка, и я не смогла сказать нет. — А теперь расслабься и доверься мне, моя королева...
Горячая ладонь скользнула по бедру, лаская кожу круговыми движениями. Затем перекочевала на внутреннюю сторону, заставляя вздрогнуть от необычных ощущений, а потом...
— Ри-и-ин, — почти простонала я, желая остановить его, но не имея на это сил.
То, что вытворяли мужские пальцы, было абсолютно недопустимо. Странно, неправильно, но как же хорошо! Я полностью отдалась во власть своего короля, шепча, как молитву, его имя. Да... Вживую это было в миллионы раз лучше, чем на картинке...
* * *
Утро началось весьма приятно — с поцелуя и крепких объятий. Открыв глаза, я улыбнулась сонному Рину, а затем... поспешно зажмурилась, чувствуя, как начинает гореть лицо. Воспоминания прошедшей ночи накрыли волной, отзываясь приятной дрожью во всем теле. Вспомнилось, как я была готова переступить грань, даже умоляла об этом, но и здесь мой король умудрился поставить условие, принять которое я была пока не готова.
— Как спалось? — тихо спросил Ледышка.
— Замечательно, — честно призналась я, действительно чувствуя себя невероятно хорошо с ним рядом.
Посмотрев на наши переплетенные пальцы, а затем на запястья, вокруг которых слабо засветилась вязь магии, я неожиданно вспомнила вчерашнее происшествие с Таном и решила прояснить этот момент.
— Рин, какую клятву я тебе дала?
— Верности.
— Верности в чем? — уже предчувствуя грандиозную пакость, уточнила я.
— Обычная клятва, ничего особенного...
— Именно потому, что она самая обычная, ко мне теперь не могут прикоснуться другие мужчины?
Всего мгновение, и мир перевернулся. Оказавшись придавленной к кровати сильным телом, я вопросительно посмотрела на Рина, глаза которого очень нехорошо сузились.
— Кто?
— Что кто?
— Ты ведь не просто так спросила про клятву. Она сработала, и ты увидела эффект. А сработать эта магия могла только в одном случае...
— То есть это была не вассальная магия, а верность именно тебе как мужчине? — теперь уже я подозрительно прищурилась. — Значит, ты уже тогда не собирался меня отпускать и подстраховался?
— Это очень древняя магия, Кай. И она действительно осталась бы простой вассальной клятвой, если бы наши чувства не оказались взаимны, — с невероятно нежной улыбкой произнес Ледышка, но потом снова насупился. — Так что теперь я хочу знать имя смертника, который решился прикоснуться к моей женщине!
— А мне бы хотелось вернуться к разговору о взаимности чувств, — тихо попросила я, не в силах отвести взгляд от его лица.
— Я не умею говорить красивых слов, моя девочка. Прости... Все, что в моих силах, это каждый день, раз за разом показывать, насколько важное место ты занимаешь в моей жизни и в моем сердце.
Вместо ответа я подалась вперед и робко поцеловала Рина. Эти слова были намного ценнее и важнее любого признания. Ведь порой за красивыми фразами нет ничего, кроме пустоты, которая со временем всплывает наружу. А вот действия говорят намного больше.
— А теперь вернемся к прерванной теме. Я прям-таки жажду подробностей!
— Я расскажу, но прежде пообещай мне одну вещь.
— Какую?
— Ты не убьешь лайра, о котором я расскажу. И не посадишь в темницу! И не сошлешь в...
— Я понял направление твоих мыслей, но обещать ничего не буду. Есть вещи, которые прощать нельзя ни в коем случае, иначе есть риск однажды получить удар в спину.
— Понимаю, и все же мне будет больно, если с ним что-то случится. Не могу сказать, что мы близкие друзья, но он все же не плохой... Просто сбился с пути.
— А у тебя талант интриговать! — улыбнулся Ледышка и убрал прядь волос от моего лица. — Перестань нервничать и просто расскажи.
Решиться было сложно. Я прекрасно понимала, чем все это может обернуться для Ларена. Но и предать доверие Рина тоже не могла. Как же так вышло, что двое этих мужчин оказались по разные стороны? Вздохнув, я решилась. Рассказ не занял много времени. Замолчав, я наблюдала за задумчивым выражением на лице Рина, и это заставило меня насторожиться.
— Что ты будешь делать?
— Я думаю об этом. А вот тебе ни к чему переживать! Тем более что тяжелые мысли на голодный желудок вредны для здоровья.
— Не спорю, но вставать та-а-ак лень, — покаялась я.
— Моя маленькая лентяйка, — хмыкнул король, а затем быстро поцеловал в нос и откатился к краю кровати.
Скрывшись за балдахином, он заинтриговал меня раздававшимися звуками, а затем вернулся с подносом в руках, на котором возвышались несколько тарелок с аппетитной выпечкой и две кружки с ароматным травяным отваром.
— Ты — чудо! — восхищенно прошептала я, глядя на Рина.
— Что только не сделаешь ради маленького персонального счастья, — улыбнулся он.
Мы приступили к завтраку, и единственное, что его омрачало, — невозможность подольше остаться наедине. Вскоре короля призвали дела, требующие его личного участия. Повздыхав, я решила вернуться к изучению артефакта, но, к моему огромному удивлению, вместо продолжения истории любви богов, там оказалась схема странного магического плетения.
Поскольку назначение данного заклинания было мне неизвестно, я решила посетить библиотеку, где должны были храниться сведения по рунам. Книгу я взяла с собой, предварительно завернув ее в шаль.
Я не спеша двигалась по коридорам и лестницам, направляясь в нужное крыло дворца. Редкие в столь раннее время лайры сонно кланялись и спешили по своим делам. Слуги и вовсе казались бесплотными тенями, стараясь не нарушать покой лайров. Жизнь во дворце только-только просыпалась, но были и те, кто, кажется, никогда не спал.
Завидев издалека знакомые черты главного дознавателя, с которым не было ни сил, ни желания встречаться, я быстро огляделась и нырнула в ближайшую нишу, скрытую кадкой с пышным цветком. Может, и глупо было прятаться от трила, который намного ниже по положению, но я действовала инстинктивно. Спряталась, собираясь дождаться, пока трил Касто пройдет, но неожиданная темнота прохода изменила мои планы. Решив, что это один из переходов для слуг, я создала небольшую искру, чтобы подсветить себе дорогу, и медленно пошла. Зачем? Сама не знаю, но какая-то неизвестная сила упорно гнала вперед.
Проход был узким, но довольно чистым и сухим. Единственное, что напрягало, это тихое эхо недовольного ворчания, с проскальзывающими рычащими нотками. Здравый смысл подсказывал, что стоит вернуться, но ноги упорно несли вперед. Шла долго, даже не сразу заметив, что коридор все это время уходил вниз. Лишь когда воздух стал более тяжелым, затхлым, а на стенах появились заплесневелые разводы, я остановилась. Я даже почти развернулась, чтобы начать обратный путь, когда совсем рядом снова выругались. Без отраженного от серого камня эха этот голос показался очень знакомым. Погасив искру, я заметила впереди мягкий свет магических светильников, на который и пошла.
Всего десяток шагов, и коридор закончился небольшим помещением, главной особенностью которого был земляной пол, заваленный разнообразными книгами. Посреди этого беспорядка сидел печальный Мор, разглядывающий начерченный неровный круг и корявые руны.