Глава 17
— Каймин ал Дирен, княгиня Вьюжная!
Зычный голос церемониймейстера привлек всеобщее внимание. Десятки любопытных взглядов скрестились на мне, а волна шепотков, нахлынув, медленно растеклась по другим залам. Его величество уже сидел на троне, поэтому, соблюдая традиции, я прошла через весь зал, поприветствовала его легким реверансом и отошла в сторону. Мне хотелось найти трила Лаеля, чтобы не чувствовать себя здесь столь одиноко, но планам не суждено было сбыться.
— Позвольте пригласить вас на танец, княгиня.
— Мой король, — произнесла я, поворачиваясь. — Обстоятельства сложились так, что я давно не имела возможности практиковаться. Как бы после танца с вами не угодить на допрос к трилу Касто за отдавленные монаршие ноги.
— У меня сложилось впечатление, что вы любите играть на грани. Так почему бы и сейчас не станцевать на кромке льда?
Рин явно наслаждался не только нашей маленькой пикировкой, но и подобранным для меня туалетом, поскольку ледяной взгляд то и дело отправлялся в путешествие по моему платью.
Стоило нам выйти в центр зала и замереть в живом кольце танцующих, как с балкона полилась музыка. Нежная мелодия закружила в своем вихре, заставляя почувствовать себя маленькими снежинками на ветру. Каждое касание к спине — как раскаленный металл. Каждый взгляд был вызовом, на который я не могла не ответить. Разве можно назвать это противостояние танцем? Едва ли. Лишь самый неискушенный лайр мог не заметить скрытого подтекста в поведении короля.
Когда прозвучал последний аккорд, заставив замереть в его объятиях, я встретилась с ледяным взглядом. Его лицо находилось непозволительно близко, провоцируя новый поток шепотков в зале. Но я не вслушивалась в чужие голоса, внимая лишь одному-единственному.
— Кажется, я переоценил свои силы, — произнес Ледышка, скользнув ладонью по моей спине. — Вы прекрасны, трила.
— Благодарю, мой король. И за комплимент, и за подарок.
— Это не все сюрпризы на вечер.
— Мой король?
— После бала, трила.
Оставив меня мучиться любопытством, король затерялся среди придворных. Мне предстояло наслаждаться вечером в одиночестве, если это возможно под перекрестными взглядами собравшихся. Я кожей ощущала летящее в меня негодование, но от него легко было абстрагироваться. Сложнее получалось терпеть лесть тех, кто подходил засвидетельствовать свое почтение, а также навести мосты в надежде, что первым разгадал планы короля.
— Смотрю, вэчэр удался.
— Не представляешь, насколько!
— Приятно наконэц-то познакомиться, — улыбнулась Мирайя, слегка кивая мне. — Ты очэнь красива.
— Раньше я бы порадовалась такому комплименту. Сейчас же, в окружении этих стервятников...
— Он нэ даст тэбя в обиду.
— Пока я нужна ему — не даст.
— Ты веэгда будэш нужна ему.
— Намекаешь, что этот заговор никогда не раскроется?
Вместо ответа южанка лукаво улыбнулась и кивнула кому-то за моей спиной. Не успела я продолжить разговор, как к нам приблизился трил Лаель. Пожалуй, впервые на моей памяти он присутствовал во дворце не в образе старца. Сейчас это был красивый статный мужчина. Яркий представитель боевых магов, которым невозможно не восхищаться, при этом разумно опасаясь. Женщины провожали его жадными взглядами, но он, казалось, не замечал никого, кроме яркой южанки. Протянув руку, архимаг без слов вывел Айю в центр зала и закружил в танце. В его темном взгляде читалось восхищение, в ее — нежность. Он вел властно и уверенно, словно точно знал, что имеет право и на этот танец, и на саму женщину. Мирайя не сопротивлялась, позволяя трилу Лаелю некоторые вольности. Эта огненная красотка таяла в руках партнера, словно воск свечи.
— Не согласится ли прекрасная трила подарить мне танец?
Знакомый бархатистый голос отвлек меня от созерцания танцующих.
— Согласится, если кто-нибудь представит вас.
— А разве это необходимо? — с полуулыбкой спросил Ларен.
— Танцевать с незнакомыми молодыми лайрами — непозволительная, даже скандальная роскошь.
— Так ли я незнаком вам, трила Дирен?
От этого вопроса я вздрогнула и внимательнее вгляделась в лицо Тана, стараясь разглядеть в его глазах ответы на невысказанные вопросы.
— Однажды мы уже встречались. Ваш брат, пусть Лихар скрасит его покой, представил нас.
— Простите мою забывчивость...
— Прощу, если подарите танец.
Больше предлогов для отказа я не нашла, это было бы крайне невежливо. Ларен ведь не виноват, что после последнего разговора мне не хотелось с ним встречаться. Я испытывала непонятный стыд за то, что разведчик увлекся мальчишкой. За время вынужденного общения во дворце и в путешествиях я успела простить Тана за все ссоры и драки, произошедшие в академии. А после задания в Приграничье даже зауважала. Поэтому его неожиданная откровенность в зале вызывала во мне двоякие чувства, и я до сих пор не знала, как на них реагировать. Да и нужно ли? Тан ведь общался не совсем со мной?
— Вы очень красивы, — произнес рыжий, пытаясь поймать мой взгляд.
— В последнее время я слишком часто это слышу.
— Редкий глупец откажется сделать комплимент триле, когда слова соответствуют действительности. Я бы и раньше сказал об этом, но не был уверен в твоей реакции.
— Простите?
— За твой обман? Прощаю, — с сарказмом произнес Ларен и, раскрутив меня, крепко, но ненадолго прижал к себе.
— Понятия не имею, о чем вы. Лучше закроем тему...
— На этот вечер — да. Но завтра мы обязательно встретимся и поговорим.
— А если я не хочу?
— Мне придется настаивать, но своего я все равно добьюсь.
— Наглый, несносный... — процедила я, но тут музыка неожиданно стихла.
— Княгиня, — с улыбкой поклонился трил ту Тан и передал меня другому партнеру.
Продолжая кружиться в следующем танце, я прокручивала в голове странный разговор. За размышлениями условная ночь подкралась совершенно незаметно. Гости стали потихоньку расходиться, и я последовала их примеру.
Только закрыв за собой двери покоев, почувствовала, как навалилась усталость, не столько физическая, сколько душевная. Хотелось свернуться клубочком на постели и не просыпаться несколько дней. Однако эта роскошь была мне сейчас недоступна, хотя бы потому, что подаренное бальное платье не позволит с комфортом полежать. Пришлось позвонить в колокольчик и вызвать подмогу для переодевания.
Ожидая у окна горничную, я любовалась всполохами, расчерчивающими темное небо у горизонта, и вздрогнула, когда обнаженного участка спины коснулись теплые пальцы. Попыталась развернуться, но мне не дали. Из отражения стекла на меня смотрел ледяной взгляд: пронзительный, острый, но неуловимо родной... На мгновение у меня перехватило дыхание, но тут видение рассеялось.
— Сегодня вы были восхитительны, — произнес король, и пальцы заскользили по многочисленным пуговичкам платья, расстегивая одну за другой.
Я с трудом заставила себя вспомнить о том, что это только игра, что просто надо поймать заговорщиков, а это самый надежный способ. Но сердце все равно зашлось в бешеном ритме, понимая, что возврата к прежней жизни уже не будет.
— Благодарю, ваше величество, но я уже вызвала горничную...
— И напрасно, я способен справиться самостоятельно.
Я буквально кожей почувствовала его усмешку.
— С чем справиться? Мой король, что вы делаете?
Платье стало соскальзывать, и я в последний момент успела прижать его руками к груди.
— Беру то, что по праву принадлежит мне.
— Я не принадлежу вам и никогда не буду! — возмутившись, я все же сумела вырваться и отошла на безопасное расстояние.
— Принадлежишь. Всегда принадлежала, и отказ твоего отца ничего не значил.
— Вы забываетесь, ваше величество! Я княгиня...
— ...У которой не осталось ни одного защитника. Княгиня — всего лишь титул, который так легко отнять. И кем ты станешь без него? Без денег и поддержки? Надолго ли хватит твоей гордости, когда даже кусок плесневелого хлеба покажется даром богов? А ведь я могу все это устроить.
— Вы не посмеете! Мой род...
— ...Утратил былую власть и королевскую милость. Ты жива лишь потому, что я так хочу. Но учти, мое терпение не безгранично. Решай сама, где ты хочешь быть. Купаться в золоте или оказаться на дне?
От этих слов слезы заструились по щекам, заставляя пошатнуться. Но я смогла удержаться от позорного обморока. Опустила голову, признавая победу короля, и позволила приблизиться к себе.
— Умница, — довольным голосом произнес Ледышка и пальцем приподнял мой подбородок, вынуждая взглянуть в глаза. — И не надо столь трагично к этому относиться... Тебе еще понравится — обещаю.
Король развел мои руки в стороны, и платье с тихим шорохом тяжело осело к ногам. Мне помогли перешагнуть ткань и подвели к постели. Стоило расположиться на горе подушек, как балдахин опустился, оставляя меня в полном одиночестве. Я прижала к себе одну из подушек и замерла, не зная, чего теперь ждать. В голове все перемешалось, я уже не понимала, где была игра, а где правда. Вдруг все эти угрозы реальны, а история о брате всего лишь сказка?
— Чудесная ночь...
Рин проник под балдахин и активировал звуконепроницаемый полог. Он был уже в одних портах из мягкой синей ткани. Белые волосы рассыпались по плечам и завораживающе серебрились в слабом свете магического светлячка, парящего наверху. Неожиданно мое внимание привлекли странные звуки, раздающиеся снаружи — в комнате.
— Звуковая иллюзия, — пояснил Ледышка, поймав мой удивленный взгляд. — Я все же надеюсь, что заговорщики за тобой следят. Должны же они убедиться, что у тебя есть повод мстить. Поэтому сейчас они слышат то, что должны...
Король протянул руку и большим пальцем стер влажные дорожки с моих щек, чем невольно напомнил мне о причине этих слез. С одной стороны, я понимала, что все это игра, но... Ведь могло оказаться правдой. Смерти я не боялась и до недавнего времени даже искала ее, но что, если бы мне действительно пришлось расплачиваться собой за... все?
От этих мыслей стало так горько, что я не смогла сдержать нового потока слез. Со страшной силой захотелось принять порошок. Хоть немножечко, всего пару крупинок. От этого желания меня затрясло. В мгновение я оказалась на коленях Ледышки.
— В чем дело? — в голосе короля сквозило неподдельное беспокойство, и он только крепче прижал меня к груди.
— Сейчас я успокоюсь... Это нервное.
— Кай, ты ведь понимаешь: все, что я сейчас говорил, — игра? Знаешь, что это блеф?
— Не знаю! Я не понимаю, что вообще происходит. Я не понимаю тебя...
— И вряд ли сможешь. Я хотел бы поклясться, что больше никогда не причиню тебе боли, но не могу. Из-за этих проклятых обязательств я вообще ничего не могу! — зло произнес Рин, сильнее сжимая объятия.
— И что же тогда делать?
— Помоги поймать заговорщиков. А когда все закончится, я... отпущу тебя. Но пока...
На этот раз поцелуй был другим. Нежным. С соленым привкусом моих слез и с горечью отчаяния Рина. Он целовал аккуратно, без напора. Наверное, именно поэтому я ответила. Сейчас, как никогда, мне хотелось почувствовать себя защищенной. Не магом с уникальной силой, не игрушкой богов, а просто девушкой, которой восхищаются. Которую любят и желают...
Холодные простыни обожгли спину, и я судорожно выдохнула, а Рин поймал мое дыхание и углубил поцелуй. Я терялась в прикосновениях. Странный жар постепенно растекался по телу, наполняя его непонятной истомой и потребностью. В чем? В его руках? В его нежности? Я не знала, но мне отчаянно хотелось, чтобы все это никогда не заканчивалось. Я плавилась в руках мужчины, который принес мне столько боли, но при этом оказался неожиданно родным. Чувствуя поцелуи на шее, я тихонько выдыхала имя врага, но оно больше походило на стоны. Дыхания не хватало, но я не могла успокоиться. Со мной творилось что-то странное, темное, но отказаться от этого оказалось выше моих сил.
— Ри-и-ин, — в очередной раз выдохнула я, когда мужские губы коснулись груди через ткань белья.
Пробормотав что-то неразборчивое, Ледышка, которого сейчас таковым можно было назвать с огромным трудом, отстранился и заглянул мне в глаза. Пламя, что бушевало в искрящихся омутах, заставило вздрогнуть и непроизвольно облизать губы. Это привело к новому поцелую, от которого голова пошла кругом, а дыхание окончательно сбилось.
— Мое сладкое наваждение, — шепотом произнес король, касаясь моего лба своим. — Грош цена всем моим обещаниям, если я не могу выполнить их. А я не смогу...
— Рин?
— Не отпущу! — рыкнул мужчина, после чего перекатился вместе со мной.
Устроившись у него на груди и все еще пытаясь выровнять дыхание, я почувствовала, как меня укрыли одеялом, а затем поцеловали в макушку.
— Засыпай, моя принцесса. Я что-нибудь обязательно придумаю. Как всегда...
* * *
Проснувшись утром одна, я долго лежала на постели, не в силах заставить себя подняться. Как только я покину это маленькое убежище, жизнь снова превратится в игру, где не будет места настоящим чувствам. А мне так этого не хотелось...
Губы все еще помнили поцелуи, от которых сладко кружилась голова. Тело — ласки, из-за которых щекам становилось жарко. Я чуть не поверила, что все было сном, иллюзией, если бы не бутон белой розы. Иногда язык цветов красноречивее любых слов.
Улыбнувшись, я провела пальцами по нежным лепесткам, от которых шел невероятный аромат. После всего пережитого оказалось невероятно трудно поверить мужчине, который принес мне столько горя. Но верить отчего-то хотелось. Душу бередила надежда увидеть брата и отца живыми, обнять их, почувствовать такие родные и надежные объятия, как когда-то в детстве... А после закатить им хороший скандал.
— Доброе утро, трила! — поздоровалась служанка, явившаяся на звон колокольчика.
Девушка старалась не поднимать взгляд от пола, во всей ее позе чувствовалось желание быстрее сбежать отсюда. Оставалось надеяться, что наше представление удалось, по дворцу поползли слухи, и служанке теперь неприятно прислуживать той, что не уберегла свою честь.
— Сходи к целителям и принеси восстанавливающий отвар и укрепляющую настойку. Затем приготовь ванну и подай завтрак.
— Госпожа, а завтрак только для вас или...
— Принеси на двоих, — раздался властный голос от двери, заставив служанку склониться еще ниже. — Ступай!
Проследив за бегством — иначе и не скажешь — девушки, я неспешно поднялась и подошла к королю, который держал в руках мой халат.
— Выспалась?
Я кивнула и заозиралась по сторонам. Рин понял мой безмолвный вопрос.
— Сейчас следилок не видно, но я все равно на всякий случай активировал защитный контур. Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо, — несмело улыбнулась я.
— Кай, если ты поймешь, что не справляешься, скажи. Мы придумаем что-нибудь другое.
— Справлюсь!
В ответ король притянул меня к себе и поцеловал в висок, заставляя смутиться еще больше. Постояв так некоторое время, я все же отодвинулась от Ледышки и покосилась на дверь.
— Подожду тебя в гостиной. Нам надо многое обсудить.
— Хорошо...
А что еще сказать? Что сделать? Все происходящее было странным, непривычным, и я никак не могла понять, как реагировать. Но вести себя так, словно ничего не было, я точно не собиралась! И Рин, судя по всему, тоже.
Пока дожидалась служанку, решила заменить ванну душем, чтобы не заставлять Ледышку ждать. Затем выбрала одно из платьев темного цвета, которое полагалось носить в траур, и, наконец, вышла к завтраку.
Мы устроились за небольшим столиком и приступили к трапезе. Уютная тишина, вкусная еда и легкая улыбка на мужских губах — чудесное начало длинного дня.
— Как ты уже догадалась, сплетни успели облететь дворец. К обеду не останется ни одного лайра, который бы не знал о нас с тобой. Думаю, в течение недели никого из заговорщиков ждать не стоит.
— Возможно. Но с другой стороны, под столь пристальным вниманием придворных легко познакомиться, не вызывая подозрений, и прощупать почву.
— Ты права. Помнишь, как должна себя вести?
— Трудно забыть эмоции, которые я так долго испытывала.
— Прости.
— Не стоит. Я узнала цену власти... Единственное, не успела узнать, как быть с Мором?
— Никак. В свете сложившихся обстоятельств, с ним будут работать другие лайры.
— Хорошо. Вот еще что — один из придворных знает мою тайну.
— Кто?
— Ларен ту Тан.
— Неожиданно. И чего он хочет?
— Пока только поговорить. Думаю встретиться с ним сегодня.
— Если хочешь, я сам с ним поговорю.
— Нет. Нам есть что обсудить. Но за предложение — спасибо! Ну что, продолжим игру?
— Как будет угодно прекрасной триле, — улыбнулся Рин, заставив смущенно опустить голову.
Сразу после завтрака я решила навестить Айю. После занятий с ней некоторые аспекты дара стали более понятными. Я неспешно шла по коридорам дворца, раскланиваясь с придворными. Одни дарили лживые улыбки, другие — презрительные взгляды. Некоторые подходили засвидетельствовать почтение, другие же шарахались, как от ткура. Но в любом случае этот день, да и последующие, обещал мне море внимания. Главное, не утонуть!
— Княгиня, — раздался из бокового коридора неприятно знакомый голос, когда я миновала очередную галерею.
— Трил Касто.
— Рад видеть вас в добром здравии. Последняя наша встреча была не очень приятной.
— Согласна, трил. С вами у меня связаны не самые хорошие воспоминания.
— Однако смею ли я надеяться, что вы оставили их в стенах моего кабинета?
— Трил Касто, есть вопросы, в которых намеки лишь раздражают. Если хотите что-то узнать, спрашивайте прямо.
— Думаю, такой разговор стоит вести за закрытыми дверями. Уделите мне немного вашего времени в середине третьего квадра?
— Постараюсь, трил.
— Благодарю, княгиня.
Поклонившись, главный королевский дознаватель скрылся в одном из коридоров. Что ж, его интерес ко мне был закономерным. Лайру, отвечающему за королевскую безопасность, положено значь все и про всех Тем более когда речь идет о фаворитке. А если она к тому же является второй претенденткой на Ледяной трон, невероятно приблизившись к нему за короткое время... Было удивительно, как меня до сих пор не арестовали.
За невеселыми размышлениями я продолжила идти к лабораториям, где рассчитывала найти Мирайю. Я очень соскучилась по южанке, с которой не виделась столько дней, а накануне перекинулась всего парой слов. Когда до цели оставалось совсем немного, дорогу мне перегородил наглый рыжий трил.
— Княгиня, — с деланым почтением поклонился Тан и бросил на меня насмешливый взгляд, когда я высокомерно кивнула в ответ. — Вижу, вы скучаете без хорошей компании?
— Ледяной дворец столь прекрасен, что здесь невозможно заскучать! С вашего позволения, я продолжу любоваться и...
— Я с удовольствием составлю вам компанию! — с ехидной улыбкой, которая всегда так меня раздражала, произнес Ларен и предложил мне руку.
Отказываться было некрасиво, да и бессмысленно. В любом случае нам предстоит разговор, так почему бы не сейчас?
— Вы уже видели королевский сад?
— Только из окна спальни.
От моего ответа Ларен нахмурился, но я не была уверена, что правильно распознала причину этого. Нам действительно стоило поговорить.
— Думаю, вживую сад намного прекраснее. Покажете?
— С превеликим удовольствием! А пока хотелось бы услышать, где столько времени род Дирен прятал столь прекрасный цветок?
— В саду, — рассмеялась я, — у нас в имении великолепный розарий. Однако вы ошибаетесь, если полагаете, что меня прятали. Даже наоборот...
Я покосилась на Ларена, оценивая, понял ли он намек.
— Что же, иногда мы не видим того, что находится у нас под носом.
— Или не хотим видеть.
— Скорее, боимся поверить себе и предпочитаем закрывать глаза.
— Боимся? Но чего?
— Многого, Кай, — ответил Ларен и неожиданно втолкнул меня в одну из многочисленных комнат.
— Что ты делаешь?
— Хочу поговорить с тобой без лишних свидетелей. Думаю, нам ни к чему демонстрировать давнее знакомство.
— И именно поэтому ты затащил меня в комнату, следом закрыв дверь на ключ?
— Поверь, нас никто не заметил. Да и не хватится. Твой учитель не единственный лайр, который умеет делать качественные иллюзии.
— Значит, разговор действительно предстоит занимательный, раз ты потратился на услуги иллюзиониста. Так в чем дело?
— Во-первых, я хочу извиниться.
— За что?
— За все неприятности, что причинил тебе в академии, — очень тихо произнес Ларен и шагнул ко мне, заставляя вжаться в стену.
Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо.
— Прости за обидные слова, что я говорил. Прости за...
Пальцы скользнули по щеке, а затем и губам. Да, помню, как мы с ним подрались. Помню боль и злость. А еще Альдарина, который заботился обо мне. Вернее, свою фантазию о том, как он заботился...
— Знай я, что ты девушка, все было бы иначе.
— Да, иначе. Ты бы рассказал об этом ректору, как того и требует кодекс, и меня бы с позором изгнали.
— Не рассказал бы, поверь. И наша с тобой жизнь в стенах академии была бы намного интереснее.
— Что ты имеешь в виду?
— Я перестал бы ненавидеть тебя за те чувства, что испытываю, — слова звучали тихо, но от этого не менее ошеломляюще. — Если бы ты только знала, как я проклинал тебя и себя. Тебя — за восхитительную красоту, которую не мог скрыть даже твой маскарад. Себя — за желания, что возникали при твоем появлении. Кай, я нормальный взрослый мужчина. Если бы ты знала, как это мучительно, желать другого... мужчину. Хотеть владеть им... — Горячее дыхание коснулось щеки, а затем рыжий продолжил, касаясь губами моего уха. — Сложно описать словами чувства, что охватили меня, когда твой маленький обман раскрылся.
— И когда ты узнал? — очень тихо спросила я, прикрыв глаза.
Мне было сложно говорить, трудно думать. Происходящее казалось чем-то нереальным, странным. Как так вышло, что все мои вчерашние враги неожиданно проявили желание стать не просто друзьями, но чем-то большим в моей жизни. Что случилось с ними и со мной?
— Помнишь нападение трила Гибора?
— Да, я потеряла сознание, и ты...
— ...отнес в свои покои. Ты так тяжело дышала... Я только хотел помочь, правда. Снял камзол и расстегнул несколько пуговиц. Честно говоря, поначалу вид кружевного белья меня слегка шокировал, а затем... Я уже говорил, что ты невероятно красива?
Я не ответила, внутренне усмехнувшись.
— Если ты все узнал и понял, почему промолчал?
— Сначала подумал, что принимаю желаемое за действительное. А затем, получив еще несколько доказательств, захотел, чтобы ты сама мне все рассказала. Чтобы начала доверять. Надеялся, что смогу добиться твоей взаимности, но... не учел одного фактора.
— Какого?
— Интереса короля.
Буквально выплюнув эти слова, Ларен навис надо мной, пристально заглядывая в глаза. И та буря, что отражалась в них, напугала до дрожи.
— Ты... ты добровольно согласилась стать его?..
— Ларен, не надо...
— Он сделал тебе больно?
— Прошу...
— Кай, ответь мне!
— Зачем? Что ты сможешь сделать? Пойми, даже я, княгиня и вторая наследница престола, оказалась бессильна. А ты... — договаривать я не стала, но рыжий и так все понял.
Пусть Тан и был признан отцом, но все равно являлся бастардом. Что он мог противопоставить королю? Оказывается, кое-что мог...
— Я не так беспомощен, как ты считаешь, — очень тихо произнес Ларен, снова прикасаясь к моим губам кончиками пальцев. — У меня есть друзья. Весьма влиятельные друзья, у которых свои счеты к королю. Они сильны, но увы, их удел — скрываться в тени. Они не могут править, да и не хотят власти. Только мести, не более. И поверь, смогут защитить тебя. Только скажи...
После этих слов Тана я окаменела, чувствуя, как кровь отливает от лица, а руки начинают подрагивать.
— Зачем им помогать мне?
— Чтобы насолить королю. Наш народ слишком долго находился под гнетом ледяного чудовища. Скольких лайров он сжил со свету и скольких еще уничтожит? Он играет чужими жизнями, ставя на первое место свои желания. Разве такой правитель нужен нашему народу? Не думаю.
— А какой тогда нужен?
— Такой, который сумел бы подарить надежду. Стал символом новой жизни, в которой не было бы места бессмысленным войнам. Нам нужен король, который вернет Северу былую славу. Или королева...
— Замолчи, пожалуйста! — попросила я, прижимая ладонь к губам Тана. — Замолчи!
— Кай, я устал молчать! — воскликнул Ларен и вдруг начал покрывать поцелуями мои руки. — Я так долго молчал о своих чувствах. Терпел издевательства семьи и притеснения других аристократов. Я устал так жить и тебе не позволю! Вместе мы сможем изменить наш мир, положить конец диктатуре короля! Только скажи, что ты со мной!
— Я... Я не могу дать ответ сейчас. Слишком многое на меня навалилось. Надо подумать...
— Думай, Кай, думай. Я подожду, сколько захочешь. Только не отворачивайся от меня.
Наклонившись, Ларен долго вглядывался в мое лицо, при этом не переставая касаться губами рук. Поглаживал большим пальцем ладонь и ждал хоть какого-то ответа. А я... не могла. Действительно не могла ничего сказать, потому что все эти слова стали для меня полной неожиданностью. Рассматривала ли я Ларена как мужчину? Никогда! Для меня он был соперником, врагом, немного тренером, но не более. Но сейчас, глядя в его янтарные глаза... я наконец-то начала понимать, что в нем находили женщины. И виной тому была не только экзотическая красота, что досталась от матери-южанки, и не природное обаяние. В нем чувствовалась сила, стержень, который отсутствовал в наших аристократах. Пожалуй, среди моих знакомых можно выделить всего несколько лайров, которые действительно могли называться настоящими мужчинами. И Тан, чего уж скрывать, был одним из них.
— Что ты сделаешь, если я тебя поцелую? — очень тихо спросил рыжий.
— Тан, не надо!
— Мне этого очень хочется...
Ларен начал медленно наклоняться, при этом продолжая смотреть в глаза. Я замерла, словно скованная взглядом граула. Стояла и судорожно размышляла, как мне поступить. С одной стороны, не хотелось отталкивать его, потому что... я неожиданно почувствовала себя виноватой в тех чувствах, что вызвала у рыжего. С другой — не имела права оттолкнуть, потому что обещала помочь Рину с поиском заговорщиков. Но, Лихар свидетель, как же мне не хотелось этого делать. Других я бы сдала без зазрений совести, но Тана... Не теперь, когда услышала все это. Не после его опеки и помощи. Я не могла так с ним поступить, от одной мысли об этом на душе становилось гадко. Моя прежняя жизнь, мои убеждения таяли как снег на солнце, недавние враги хотели стать союзниками. А я не могла сделать выбор, кого из бывших врагов предать, а кому сохранить верность...
Пока я думала, губы Ларена оказались в непозволительной близости от моих, и тут случилось неожиданное: по телу прокатился стремительный поток тепла, который неожиданно сосредоточился в районе груди, а затем вырвался из меня силовой волной, откинувшей Тана к противоположной стене комнаты.
— Ларен! — выкрикнула я и подбежала к парню, опускаясь рядом на колени. — Как ты?
— Бывало и хуже, не переживай. А ты как? Ничего не болит?
— Нет. Ларен, прости! Я понятия не имею, что это такое!
— Зато я догадываюсь. Подстраховался, гаденыш, — усмехнулся рыжий и скользнул по мне взглядом. — Когда ты дала ему клятву?
— Ночью, — почти правда, если без уточнения, какая именно это была ночь.
— Шустрый... Ничего, и с этим разберемся. Ты только обещай подумать...
— Хорошо. Ларен, мне пора.
— Да, наше время закончилось. Не против, если завтра мы встретимся вновь?
— Не против, — чуть грустно улыбнулась я и отошла, позволяя рыжему подняться.
Больше мы не разговаривали. Он проводил меня до лаборатории, коснулся руки в прощальном поцелуе и ушел. А я стояла, смотрела вслед и понимала, что ничего простого в моей жизни уже не будет. Каждый шаг, слово и действие будут иметь последствия. И просчитывать их придется на много ходов вперед.
В лаборатории, как ни странно, было пусто. В щелке под дверью кабинета архимага виднелся свет, намекая, что хозяин на месте, но я отчего-то не спешила. Подошла к своему бывшему рабочему месту, провела пальцами по столешнице, поправила стопку чистых листов, которые в момент озарения так неожиданно быстро кончались.
— Трила? — раздался негромкий голос, следом за которым показался и его мохнатый обладатель.
— Снежного дня, трил кот?.. — сыграть удивление получилось весьма натурально.
— Можете называть меня Мором. А вы?
— Каймин ал Дирен, княжна Вьюжная.
— Ал Дирен? Вы родственница... Сожалею о вашей утрате.
— Благодарю, — кивнула я, отводя глаза в сторону.
— Вы с ним так похожи... Даже имена одинаковые, — тем временем продолжил темный. — Мы мало общались с Каймином, но он был хорошим и способным мальчиком. Мне действительно искренне жаль.
— Мне тоже. Но это был его выбор. А он, как известно, имеет последствия.
— Вы правы... Как же вы правы. В свое время я тоже принял одно неверное решение, которое повлекло за собой целый ряд событий. И хотелось бы все исправить, но нет ни единой возможности...
— Возможности есть всегда. Только иной раз они не очевидны. Вроде бы и лежат на поверхности, но добраться до них можно, лишь отринув все лишнее. Знаю, звучит запутанно, но выразиться иначе не получается. Это надо прочувствовать, проверить.
— Обязательно попробую!
На кошачьей морде трудно распознать мимику, но отчего-то мне казалось, что Мор в данный момент улыбался. Я не удержалась и улыбнулась в ответ.
— Трила Каймин? — голос учителя отвлек меня от беседы с темным. — Вы ко мне?
— Трил Мино. — Чуть склонив голову в знак приветствия, извинилась перед Мором и приблизилась к архимагу. — Я искала трилу Мирайю. Мне подсказали, что это одно из возможных мест, где она может быть.
— Подсказали вам верно, но придется немного подождать, пока она освободится. Проходите.
И учитель открыл дверь в свой кабинет.
— Приятно было познакомиться, — напоследок обратившись к коту, произнесла я и скрылась за дверью.