Глава 32
– Лиса! Лиса! Просыпайся!
Кто-то легко коснулся ее лица, нет, скорее легко ударил ее по лицу.
– Пожалуйста, Лиса! Мне очень нужно, чтобы ты проснулась.
Она моргнула. Боже, как болит голова! Просто раскалывается. Лалиса попыталась сглотнуть, но в горле пересохло, а язык напоминал кусок ваты, засунутый ей в рот. Она полностью открыла глаза, но изображение перед ними плыло, оставалось нечетким и размытым. Но потом она все-таки смогла сфокусироваться, и белое пятно в коричневом обрамлении наконец стало четким.
– Мина! – прохрипела рыжая, потом попыталась сесть, но пошевелилась слишком резко. Этого в ее состоянии делать было нельзя, потому что ее сразу же начало тошнить. Окружающий мир перевернулся, потом наклонился, качнулись неровные коричневые стены… Где же они находятся?
– Садись медленно, – сказала Мина. – От той гадости, которую он дает, вначале чувствуешь себя ужасно. Но это быстро проходит.
Девушка помогла Лисе сесть и прислониться к одной из деревянных стен в помещении. Похоже, это был охотничий домик, причем без окон. В углу стояло ведро, от которого шла вонь, у дальней стены валялся тонкий матрас.
На цементном полу в глаза бросалось огромное красно-коричневое пятно.
Лиса резко вдохнула воздух, глядя на это пятно. Мина тоже перевела на него взгляд и тут же сглотнула.
– Не смотри на него, Лиса, – сказала Мина. – Я знаю, что от одного его вида мурашки бегут по коже. Лиса, ты видела, кто тебя похитил?
У Лисы округлились глаза.
– А ты его не видела? – воскликнула она.
Он же держит Мину уже два дня. За это время она должна была увидеть хоть что-то. Как же им отсюда выбраться?
Мина покачала головой и показала на стальную дверь, в нижней части которой имелась откидная створка – отдельный стальной лист, приваренный к верхней части.
– Он два раза в день вон там просовывает сюда еду.
– Что с тобой произошло, Мина? Что ты помнишь? – спросила рыжая.
– Я была на соревнованиях, – начала говорить Мина. – Когда мой поединок закончился, я пошла в женскую раздевалку. Она была пустой, потому что я – единственная девочка в команде. Я собиралась в душ, но у меня внезапно закружилась голова. Очнулась я уже здесь. Я думаю, что меня усыпили.
Лалиса охватила паника, и она прилагала огромные усилия, чтобы этот страх не отразился у нее на лице. Она должна сохранять спокойствие ради Мины. Она тут взрослая. Последнее, что нужно несчастной девочке, – это видеть, как взрослая женщина впадает в панику или истерит. Лиса не должна показывать Мине, что напугана не меньше ее.
Им нужно вместе разработать план и выбраться отсюда. Они обе должны сохранять спокойствие и собранность.
И быть сильными.
– Ты помнишь, как пила или ела что-то непривычное? – спросила Лиса. – Может, кто-то незнакомый дал тебе попить?
Мина покачала головой.
– Я обычно ношу с собой свои собственные напитки, в своей бутылке, – сообщила девушка. – Я сама готовлю утоляющие жажду смеси из грейпфрутового сока, воды и еды
Он мог что угодно подмешать в напиток Мины, а она, вероятно, не заметила, что вкус изменился. Проклятье.
– Постоянно я свои бутылки в руках не держу и с собой не ношу, – призналась Мина. – Я не думала, что мне нужно за ними следить. Это было глупо с моей стороны.
– Нет, дорогая, это не твоя вина.
Говоря это, Лиса обняла девушку и осматривала помещение, пытаясь определить, нет ли тут хоть какого-то выхода. Длина и ширина примерно совпадали – где-то три на три метра. Кроме матраса и ведра, в помещении не имелось вообще ничего, но Лиса заметила царапины на дереве на дальней от них стене.
Кто-то оставил эти отметины, явно пытаясь отсюда выбраться.
Ее трясло, ей хотелось плакать и кричать. Но она не могла себе это позволить. Она приказала себе собраться с силами и затолкала поглубже весь свой ужас, поднимавшийся страх и вопрос: «Что же с нами будет, черт побери?»
Она не позволит случившемуся с Дженни, случившемуся с Хван Йеджи, случившемуся со всеми другими пропавшими девушками случиться с Миной.
Она положит этому конец. И она покончит с ним.
И начнет действовать прямо сейчас.
– Мина! – сказала Лиса, немного отстраняясь от девушки и очень серьезно глядя на нее. Губы у Мины дрожали, глаза наполнились слезами. – Мы выберемся отсюда, – объявила Лиса, веря каждому своему слову. – Мы вернемся домой. Мы обе. Я хочу, чтобы ты рассказала мне все про последние два дня. А затем мы с тобой придумаем план.