Призраки Прошлого

Горы удивительно красивы и хранят много удивительных тайн. Густой лес, который занимает большую часть Южной Корее и район Кванджу, служит домом для многих хороших людей, небольшого количества темных личностей и могилой для огромного количества трупов, и никто не хочет это признавать.

В этих лесах и горах есть места, где на протяжении десятилетий не ступала нога человека, обвалившиеся шахты, которые были заброшены после того, как подходившую к ним железнодорожную ветку прекратили использовать, а всю технику вывезли. Здесь есть и старые дороги, которыми никто не занимался годами. Зачем, если по ним некому ходить и ездить?

– Невероятно, – только и произнесла Чеён, ошарашенно глядя на простиравшуюся перед ними долину. В воздухе все еще ощущался запах дыма, и она могла уловить жар, поднимавшийся от земли.

Они углубились на много миль в лес. Отсюда было очень далеко до людей, до любого жилья, любых поселений – настоящая дикая местность: сюда трудно добраться, а нужный участок почти невозможно найти. Небольшая опушка или, правильнее будет сказать, расчищенный участок земли не был природного происхождения. Его обнаружили пожарные, приятели Дон Пиля, когда в последний раз облетали территорию в поисках не замеченных ранее очагов пожара. Все это выглядело как сделанное человеческими руками.

Их неопознанный субъект срубил деревья. Сам. По одному. Чтобы создать идеальное кладбище.

Из камней вулканического происхождения в долине было выложено семь огромных букв Х, которые помечали каждую могилу. Длина каждой буквы составляла примерно один метр и восемьдесят сантиметров. Это было нездоровое подобие могильных плит. Имена девушек не указывались, поверх могил не было никаких персонализированных указателей, того, что отличает одного умершего от другого, им не воздавались почести, не отдавался долг. Этот тип сделал их безымянными, а они сами не могли уже ничего сказать.

Словно это вещи, а не люди.

Чонгук смотрел на открывавшееся перед ним зрелище. На месте уже установили фонари, и через двадцать минут ожидалось прибытие группы криминалистов из Тэга. Чеён требовалась помощь, и поэтому был специально вызван вертолет, который и доставит на место ее коллег.

– Я начинаю, – объявила она.

Не произнося больше ни слова, она направилась к первой букве «Х», надела пару резиновых перчаток, а поверх них еще и кожаные рабочие перчатки. Дон убедил группу пожарных задержаться и помочь. Теперь они собрались вокруг Чеён, а она начала объяснять, что требуется сделать с камнями.

– Ты думаешь, что это поможет нам его найти? – спросил Дон Пиль, подходя к Чонгуку и вставая рядом с ним. – Или ты думаешь, что он после нашего вторжения на самом деле слетит с катушек?

Это была мысль, которую Чонгук не хотел озвучивать, но Ю не боялся идти напролом и обычно резал правду-матку, в отличие от Чонгука, всегда проявлявшего излишнюю осторожность. Может, поэтому они и были друзьями? Разные, но имеющие одинаковые цели? И Дон был единственным человеком, которому он доверял абсолютно и мог доверить это дело.

– Да – в обоих случаях, – ответил Чонгук и сделал широкий жест рукой, пытаясь охватить вырубленный участок перед ними. – Ты только посмотри на это место. Это же его храм. Или святилище. Он построил его своими руками. Вероятно, он сюда часто приезжает. Так не хоронят, если не хотят регулярно навещать. А тут же было приложено столько усилий, все так аккуратно сделано, выложены эти знаки. Должен приезжать обязательно.

– Попроси шерифа прислать вооруженных людей, чтобы патрулировали эту площадку по периметру, а то этот тип вполне может перестрелять твоих экспертов по одному. Ведь коллеги твоей неформалки скоро прилетают? А он может вернуться в любую минуту и увидеть, что здесь происходит, – заметил Ю.

– Я знаю, – кивнул парень. – Я обеспечу им защиту.

– Ты играешь в опасную игру, Чонгук, – предупредил Пиль. – Он держит твою племянницу.

– Я знаю, – опять сказал Чонгук. Выражение лица у него было суровым и говорил он резким тоном. – Думаешь, я не понимаю? Думаешь, я не знаю, что здесь поставлено на кон? Какие ставки в этой игре? Но этот тип… У него было почти десять лет – он все эти десять лет действовал безнаказанно и мог усовершенствовать свои извращенные методы. Ты представляешь, каким уродом надо быть, какую самоуверенность и самомнение иметь, чтобы похитить девушку и не просто убить ее, а держать ее в плену на протяжении многих месяцев, может, даже лет? Это невероятная самоуверенность, и пробить эту броню крайне сложно. Он может допустить ошибку только в одном-единственном случае – если он почувствует, что кто-то наконец пронзил его щит. А это… – Чонгук кивнул на Чеён и пожарных, которые в эти минуты убирали камни с первой могилы. – А это моя стрела, направленная в его броню, которая кажется неуязвимой. Первый порез всегда оказывается самым глубоким.

– Надеюсь, что ты прав, – сказал Дон Пиль.

– Я должен быть прав, – ответил Чон.

* * *

Ко времени прибытия группы экспертов-криминалистов на месте уже оказались шериф с помощниками. А Чеён начала копать. Пожарные переместились на вторую могилу. Прибывшие криминалисты собрались группой вокруг Чеен, и она всех подробно инструктировала.

– Шеф! – крикнула она.

Чонгук поспешил к ней, а потом увидел, что Чеён откопала первое тело. Он понимал, что нельзя расслабляться и поддаваться эмоциям, нужно держать себя в руках. Но его кулаки все равно непроизвольно сжались, когда он узнал Хван Йеджи. И ему стало на самом деле плохо, когда он увидел, что волосы Йеджи заплетены во французские косы, а потом эти две косы перекинуты на плечи так, чтобы они спускались на грудь с двух сторон. На каждом конце красовалось по ярко-желтому банту.

Именно так заплетала волосы Дженни, когда играла в софтбол. Даже ленты были точно такие же.

Этот тип делает ее копии. Потому что не убил ее так, как хотел он сам. Черт побери! Это было ужасно. У Чонгука тошнота подступила к горлу. Ему хотелось пойти к ближайшему дереву и лупить по нему кулаками, пока не разобьет их в кровь.

– Проклятье! – воскликнул он. А ведь он надеялся, что Йеджи все еще жива, хотя в глубине души знал, что это очень маловероятно.

– Судя по виду, она умерла всего несколько дней назад, – высказала свое мнение Чеен. – Эй! – Она щелкнула пальцами, подзывая одного из криминалистов. – Позовите кого-то из помощников шерифа. Нужны мешки для тел и носилки. Все тела будем складывать вон там.

Она показала на край вырубленного участка, а потом неотрывно уставилась на тело Йеджи, глядя на нее сверху вниз.

– Бедная девочка, – прошептала Чеён. Глаза у нее были грустными. Но потом она подняла их на Пола и уже смотрела решительно. – Если что-то тут можно найти, я это найду, шеф. Мы вернем Мину домой и поймаем этого ублюдка. Он может обхитрить многих и многое, но против науки ему не потянуть.

– Чонгук! – Шериф Пэк со спутниковым телефоном в руке спешил вниз по склону, который вел на вырубленный участок. – Твоя мама пытается до тебя дозвониться. Мне в администрации сказали, что она звонит чуть ли не каждую минуту.

Чонгук нахмурился, взял у шерифа трубку спутникового телефона и нажал на нужную клавишу, чтобы принять вызов.

– Мама?

– Чонгук? Слава богу, что я до тебя дозвонилась. Где ты? Куда я только не звонила, чтобы тебя найти!

– Я на месте преступления, мама. Что случилось?

– Лалиса пропала, Чон, – выпалила его мать дрожащим голосом. – Она искала собаку вместе с Ионой. У Ионы сотрясение мозга. Он говорит, что не видел, кто его ударил. А когда он пришел в себя, Лисы уже не было. Он не может ее найти. И я не могу. Все ее ищут и не могут найти.

Чонгук с силой сжал трубку телефона, которую держал в руке. Казалось, что жизнь вокруг него замерла, земля прекратила вращаться.

Этот ублюдок похитил Мину.

Теперь он похитил Лису.

Конечно.

Он же идет все дальше и дальше.

Бросает себе новые вызовы.

Ему же нужно доказать, что он лучше Тэхена.

А две пленницы – это лучше, чем одна.