nineteen
17 августа 2018.
Я сижу на террасе и думаю о том, как же я не хочу на учёбу. А ведь скоро ещё и осень, опять начнутся холода и вечная темнота. Как же не хочется. Я уже даже думала уговорить папу забрать документы нахуй, но тогда он придумает мне другое занятие, чтобы не валялась без дела, лучше уж попинаю хуи на парах.
Кстати говоря, мне так хорошо здесь, что я даже забыла, что у меня есть квартира. Я даже не пыталась выбраться погулять в центр, будто просто забыла про существование этой городской суеты. Потому что дома хорошо, уютно, всё есть, а ещё тут природа и свежий воздух. Мне даже тусить больше особо не хочется. Ко мне, похоже, пришла старость, или может быть, это какая-то взрослая осознанность.
Сëма куда-то пропал, вот уже как четвёртый день он не ночует дома, а на вопросы где он, отвечает, что с ним все нормально. Что-то подсказывает мне, что он укатил к Саше, вообще не думала, что у него могли остаться к ней чувства, ведь они были вместе не так долго, да и расстались уже давно, а если ещё и вспомнить как она с ним поступила, но тут уже не мне говорить об уважении к себе, потому что у меня ситуация похуже. В любом случае, осуждать Сëму я никогда и ни за что не буду, просто хочу знать, что у него происходит.
Солнце уже давно укатило за горизонт на отдых, а папа с Глебом только вернулись, хотя уехали они ещё ранним утром. Глеб всего неделю, как вышел из рехаба, и мне кажется, он отвык от такого темпа жизни и ему сложно и потом это может как-то плохо сказаться, но он отмахивается и говорит, что это всяко лучше, чем валяться овощем на больничной койке. Ну, я и не лезу, ему уж лучше знать.
Папа, дико уставший сразу уходит к себе спать, а Глеб падает ко мне в объятия.
– Ты не думаешь, что тебе надо хоть денёк отдохнуть?
– Думаю, – выдыхаю отвечает блондин, – Но некогда отдыхать. И вообще твой отец сказал, что теперь у меня бесконечный абонемент на сеансы трудотерапии.
– Хочешь я поговорю с ним?
– Хочешь отпросить меня у него? Становись в очередь.
– Я уже не знаю чем мне заниматься. Я вчера весь дом сама убрала, у меня за всю жизни такого никогда не было. Я практически целыми днями одна сижу, пока вы с утра до ночи работаете, берите и меня уже что-ли с собой, буду вникать в ваши дела.
– Не думаю, что тебе найдется там место. Потерпи ещё чуть-чуть, ещё пару дней и станет полегче, – я эту фразу уже миллион раз слышала, и не только от него.
– Глеб, я это с самого детства слышу, и я знаю, что полегче не станет, работа будет всегда, каждый день и в любое время суток.
– Я с этим ничего не могу поделать. Пойдём лучше спать.
Я, конечно, слышала, что мы подсознательно выбираем мужчину, похожего на своего отца, но не в этом же плане. Я папу то все детство не видела, теперь ещё и парень мой будет так работать, а если всё зайдет дальше и у нас будут дети, то они тоже отца только по фотографии узнавать будут, потому что домой он будет приходить только ночью, а уходить с утра. Мне реально это не нравится и я опять начинаю обижаться за это на Глеба, хотя понимаю, что его вины в этом нет. Он же не может просто сказать моему папе, мол, я работать не хочу, давайте вы нам просто деньги будете давать за то, что я ебу вашу дочь. В этом, кстати, большой плюс Глеба, он не будет просто пользоваться состоянием моего отца ради своей выгоды. Но, блять, вопрос всё тот же. Мне то что делать? Может быть, всё-таки поговорить с папой, и попросить его составить график пользования Глебом? В таком случае я потребую не менее трёх дней в неделю, так и мне приятно, и Глебу отдых.
– Я без Сына спать не буду, – говорит Глеб спустя минут десять ворачаний в кровати.
– Так пойди и найди его.
– Не пойду, я не могу. Я устал.
– Так спи, раз устал.
– Мне нужен Сын.
Иногда Глеб капризный, как маленький ребёнок, и проще сделать то, что ему надо, чем переспорить его, поэтому я встаю с кровати и иду на поиски сына. Не то, чтобы я ведусь у него на поводу, я просто и так планировала встать в туалет.
Сделав свои дела, я нахожу пушистый комок, развалившимся на барной стойке. Боже, какой же он милашный.
– Прости, конечно, мне очень жалко было тебя будить, но там твой папаша без тебя уснуть не может.
20 августа 2018.
Этот день, наконец, наступил. Сегодня мне не придется тусить дома одной с нашим Сыном, потому что у Глеба полноценный выходной. А ещё мы приняли решение до начала учёбы точно пожить тут, потому что Глебу с папой так удобнее, а мне в принципе без разницы, где тусить одной, но тут хоть места побольше.
На вечер у нас запланированы культурные посиделки с Алиной и Артёмом где-то в центре, и я рада, что мы вдвоём хоть куда-то выберемся в первые за почти две недели. А до вечера мы просто валяемся в постели. Ну, как до вечера, собираться мы начинаем уже часа в три, потому что пока соберëмся, пока доедем в час пик по пробкам, там уже и ночь скоро.
В пять мы с Глебом садимся в такси, впервые оставляя Сына дома одного, и дорога занимает у нас два с лишним часа, которые парень просто проспал.
***
Встреча с Артёмом и Алиной прошла удивительно спокойно, сначала мы сидели на веранде какой-то милой кафешки, а потом пешком обошли пол Москвы, и как собаки устали, а потому решили не возвращаться домой, а дойти до моей квартиры, переночевать там и утром уже уехать.
С Глебом так хорошо просто проводить время, просто гулять или даже просто лежать в кровати. Я вижу, что он изменился, но предчувствие какой-то хуйни не покидает меня.
– Кстати, где-то через месяц будет год с нашей первой встречи. Ты мне тогда вообще не понравился, – говорю я Глебу. И правда, его поведение в нашу первую встречу вызвало у меня только отвращение.
– А я о тебе задолго до этого узнал. Как только на отца твоего работать начал, мне четко дали понять, что приближаться к тебе запрещено, но защищать и оберегать в случае чего – обязательно.
– Неужели все торгаши меня знают?
– Ну мелкие кладмены уж нет, они в принципе о всей системе и кто главный не знают, а тем кто каждый день проходит непосредственно через твоего отца и его ближайших, всё подробно разъясняют.
– Неплохо-неплохо, – говорю я, открывая дверь подъезда, – Вот почему на нас все так смотрели, когда ты привёл меня в дом к своим типа друзьям.
– Да, все тогда ахуели. Все знали, что за такое могут и голову с плеч.
– То есть там все работали на папу?
– Ну процентов 80 точно, остальные просто в курсе всего дела.
– А много кто из нашего универа на него работает?
– Человек пять знаю, ну и кладмены, конечно, – страшно представить сколько всего по Москве людей меня знают, благодаря папе.
Я открываю дверь квартиры и первая вхожу, но не успеваю я нащупать рукой выключатель, как слышу щелчок, и к моей голове приставляют ствол. Твою мать.