twenty
А вот вам и мое предчувствие. Ну это просто пиздец, блять.
– Ну я же говорила, – мне зажимают рот и со всей силы ударяют об стену. Спасибо. Глеб кидается на мужика, но его тут же скручивают ещё двое и закрывают дверь изнутри, а затем включается свет.
– Загулялись вы, время час ночи, мы тоже спать хотим, имейте совесть.
– Так может тогда надо было к себе домой идти спать, а не к нам?
– Курочка, ты самая умная тут? – меня ещё раз прикладывают башкой о стену. Я вижу, как дёргается Глеб, но его крепко держат два амбала.
Давно не было у меня такого рода приключений. Интересно знать, они прослушивают наши телефоны или это какая-то крыса сливает наши планы и местонахождения. Кроме нас двоих и Артёма с Алиной никто не мог знать, что мы будем сегодня здесь. Но неужели это они крысят? Я с Алиной уже как лет десять общаюсь, какой ей смысл это делать? Артëму я тоже сомневаюсь, что это надо, но если думать логически, то, блять, только они знали, что мы будем здесь, я даже папе ещё не написала, что мы здесь.
Так, надо думать что делать. Выбраться самостоятельно мы вряд-ли сможем, потому что здесь три амбала со стволами, но в то же время они – это просто пушечное мясо, надо знать кто стоит за ними. Сейчас нас либо увезут куда-то, чем явно спасут нас, потому что напротив подъезда висит камера, а эти камеры круглосуточно мониторятся, либо сюда должен прийти главарь этой банды дебилов и сказать свои условия. В любом случае, если нас не отпустят до утра, то утром в поисках Глеба папа забьёт тревогу и из-под земли нас достанет. Я даже не волнуюсь особо, потому что я на 99 процентов уверена, что нас спасут, тем более, если кто-то решит убить меня или Глеба, этого человека просто так не оставят.
– Нам нужны бумаги, – как по сценарию, из зала появляется худощавый бородатый тип в кожанке.
– В туалете ещё два рулона есть, – он берёт меня за горло и сильно сжимает, но у него нет цели грохнуть меня – так, припугнуть, поэтому через пару секунд отпускает мою шею, – Тогда спросим у твоей подружки. Она хоть и блондинка, но посмышленнее будет, – мужик достает из-за пояса пистолет, перезаряжает его и наводит на Глеба, – Где бумаги?
– В сейфе бумаги.
– Ладно, а где сейф?
– А это уже конфеденциальная информация. Вам эти бумаги, к сведению, ничего не дадут.
– Я не понял, вы смерти не боитесь?
– А вы? – снова открываю рот я, господи, меня за это когда-нибудь точно пришибут, но перед такими ублюдками нельзя показывать страх, они только этого и ждут, – Думаете вам все с рук сойдёт? Возьмете нас в заложники, потребуете бумаги, вам их так просто отдадут и отпустят куда подальше? Если вас поймают, то никто и никуда не отпустит, ни вас, ни ваших друзей, ни ваших родственников.
– Ты, малолетка, на понт меня взять решила? Сейчас я в штаны наложу, вас отпущу и убегу. Я не отстану от вас, пока не получу то, что мне надо.
– Так послушай, тебе хоть все бумаги из всех сейфов на изучение отдай, ты в них в жизни не разберешься. Совет тебе – иди дальше на свой завод работать, не лезь в большую игру, и ребятам своим жизнь не порть, – наконец и Глеб подключился.
За всю жизнь в такие ситуации я попадала раз семь, и это если не брать в счёт Алесю и сегодняшний день. Было стрёмно только первые раза два, потом я уже поняла, что нужно делать и что последнее, что надо этим чертям – это моя смерть. Я уже в десять лет перестала бояться, а этот бородач тут размахивает передо мной стволом, в надежде вызвать страх.
– У меня перед лицом с семи лет травматом машут и ни разу, ни разу, такие как ты не получали то, что требовали, и я, как видишь, до сих пор жива, в отличие от них. А теперь смотри, повезешь нас куда-то – спалишься, будешь стрелять здесь – соседи вызовут ментов, будешь пытать – тебе же хуже будет, и даже если свяжешь и просто запрешь нас здесь, уже с утра сюда приедут. Так, что придумал что делать? – я, кстати, не знаю как у меня хватает смелости так пиздеть в таких ситуациях, наверное, я просто знаю, что это лучше, чем молчать со страхом в глазах.
– Вадим, на переговоры, – он отзывает мужика, который держит меня, – Саня, малую держи.
Походу дядя всё-таки обосрался и пошёл со своим сосунком решать что же делать дальше. Сейчас можно так грамотно воспользоваться моментом, главное, чтобы Глеб не затупил. Тот, который держит Глеба совсем невнимательный и какой-то заторможенный, если он приложит его башкой об угол тумбочки и достанет его ствол, то этот Саня ничего не сможет сделать, потому что оружия у него нет, но это надо делать максимально тихо и быстро, потому что там за дверью вообще-то переговоры идут. Я могу отвлечь их сейчас, но нужно, чтобы блондин правильно понял меня и среагировал моментально, а Глеб даже не смотрит на меня, он спокойно стоит, опустив глаза и рассматривает свои белоснежные кросы. Блять, ну походу не судьба моему плану исполниться.
Дверь из зала открывается и эти двое красавчиков возвращаются к нам. Лучше бы нас в зале заперли, потому там в шкафу припрятана тревожная кнопка. Если её нажать, то не более, чем через десять минут приедет охрана.
– Идём со мной, солнышко, – бородач улыбается, и схватив меня за руки силой утаскивает в зал, а Глеб остаётся там один. Неужели недостаточно сильно припугнула? Что они собираются делать? – Солнышко моё, тебя, так уж и быть, трогать сегодня не будем, а вот твою белобрысую подружку заберëм покататься. Телефончик сюда давай.
– Нет.
– Сам найду, – он хватает одной рукой сумку, которая все это время висела на моём плече, достаёт из неё мой телефон и бросает её на пол. В комнату входит мужик, который держал меня и даёт ему наручники, которые оказываются на моих руках, – Счастливо оставаться, зайчик, – напоследок он берёт меня за шею и опять же ударяет меня годовой о стену. Спасибо, блять. Это пиздец как больно для меня, человека, который в принципе не может терпеть боль. У меня аж в глазах потемнело, но сейчас не время отключаться.
Когда я слышу хлопок двери, подхожу к окну, чтобы убедиться, что они уехали. Эти дебилы поняли, что там камеры, и вели Глеба к машине окружив с четырёх сторон, чтобы его не было видно, а машина то у них стоит прямо под камерой, господи, ну какие же дауны. Интересно, кстати, с какой целью они наручники на меня надели?
Сейчас можно было бы нажать тревожную кнопку, но это займёт больше времени, сейчас нужно дозвониться до папы. В тумбочке я откопала свой старый телефон, включив его, я подключилась к вайфаю и стала звонить папе в ватсапе. После второго звонка без ответа, я решила звонить Ване, он снял трубку почти сразу же.
– Да?
– Ваня, приезжай как можно быстрее ко мне на квартиру, пожалуйста, это очень срочно.
– Выезжаю, – короткий ответ без лишних вопросов. Люблю таких людей.
Через пятнадцать минут Ваня приезжает и находит меня с ножом в наручниках на кухне.
– Рассказывай, – говорит он.
– Гуляли с Глебом, домой ехать не стали, потому что поздно и долго, решили сюда вернуться. Заходим в квартиру, мне пистолет к голове приставляют, говорят где бумаги? А я в душе не ебу какие бумаги и где они, я же в этом не разбираюсь. Они меня на эмоции пытались вывести, но я из шуганула немного и они обосрались, долго думали что дальше делать и решили увезти Глеба, мол, он поумнее меня будет и знает где вся документация хранится.
– Сколько их было, как выглядели?
– Четверо, три подсосника-амбала, двоих из них Саня и Вадим зовут, и один главный, высокий, худощавый, с чёрной бородой.
– Машину их не видела?
– Видела, неприметная какая-то, они прямо под камерой припарковались, номера видны там должны быть. Они не могли далеко уехать. Бородатый ещё мой телефон забрал, он же отслеживается.
– Ладно, с этим сейчас разберемся. Есть шпилька или скрепка какая-нибудь?
– Тебе зачем?
– А ты собираешься с таким браслетом на поиски любимого ехать? – точно. Я пошла в комнату, перерыла там весь туалетный столик, но шпильку все-таки нашла, кстати, даже не знаю откуда она у меня, потому что я таким не пользуюсь.
Ловким движением шпильки Ваня расстегнул наручники и мои руки вновь оказались на свободе. Ваня говорит мне закрывать квартиру и спускаться с ним в машину, а сам начинает всех обзванивать.
– Твой телефон в гаражах в двадцати минутах езды от сюда, либо они догадались, что его нужно скинуть, либо они остановились там. Ребят туда я уже направил, сейчас и сами поедем на разведку. Кто знал, что вы сегодня будете ночевать тут?
– Алина с Артёмом. Я уже думала над этим. Они могут сливать кому-то информацию о нас?
– На счёт них ничего не могу сказать, все-таки, они не левые, но, знаешь, в некоторых ситуациях люди на все способны. Надо будет проверить их.
Но я просто не могу поверить, что наши ближайшие друзья крысят инфу про нас. Это же насколько они должны быть запуганы, чтобы так поступить? А главное кем запуганы? Ну я просто в ахуе.