Не сломи меня

Константин стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на пустую дорогу, ведущую к его поместью. Тяжелое молчание нарушил лишь тихий скрежет его зубов.

— Адриан не идиот, — глухо произнес Орлов, не оборачиваясь. — Он уже просмотрел камеры. Он знает, что ты ушла со мной, и прямо сейчас он летит сюда. Его ярость — это не то, что можно остановить словами.

Эла вздрогнула, её плечи судорожно сжались, а пальцы впились в шаль, которую ей набросила на плечи жена Константина. В голове запульсировала одна пугающая мысль: он придет за мной. Он разрушит этот дом, убьет этих людей, но не даст мне дышать без его разрешения. Она посмотрела на округлившийся живот Далии, и волна вины захлестнула её, вытесняя даже страх за собственную жизнь.

— О боже... — прошептала Эла, отступая к двери. — Я не должна была... я втянула вас в это. Он убьет вас. Уходите, прошу, отдайте меня ему, пока не поздно!

Далия, чье лицо светилось мягким, почти неземным спокойствием, подошла к Эле и осторожно взяла её за ледяные руки.

— Тише, милая. Посмотри на меня, — голос Далии был похож на бархат. — Тебе нечего бояться в этом доме. Константин знает, что делает. Мы не отдадим тебя на растерзание волку, даже если он считает себя хозяином этого города. Ты под нашей защитой.

Константин наконец повернулся. Его взгляд на мгновение смягчился, когда он посмотрел на жену, но тут же стал стальным, когда он перевел его на Элу.

— У меня есть пара неразобранных дел, — коротко бросил он, поправляя кобуру под пиджаком. — Нужно подготовить «встречу» для твоего мучителя. Побудь с Далией. Здесь ты в безопасности, пока я дышу.

Он кивнул жене и вышел из холла, его тяжелые шаги эхом отозвались в тишине. Далия тут же распорядилась, чтобы помощницы приготовили горячую еду.

Через пятнадцать минут они сидели в уютной малой столовой. Перед Элой дымился наваристый бульон и свежий хлеб, но она едва притрагивалась к еде, всё еще прислушиваясь к каждому шороху за окном.

— Я — Далия, жена Константина, — мягко начала хозяйка дома, наблюдая за гостьей. — Я знаю, каково это — чувствовать себя дичью, на которую объявили охоту. Расскажи мне. Расскажи всё. Иногда слова лечат лучше, чем лекарства.

И Элу прорвало. Захлебываясь словами, она рассказала обо всем: о взрыве в порту, о золотой клетке Адриана, о его безумной опеке и рубинах, которые пахли кровью. Она рассказала о том, как он подмешивал ей препараты, как смотрел на её гнев с восторгом и как она таяла под его «заботой», превращаясь в живой труп.

Далия слушала молча. Её лицо оставалось непроницаемым, лишь иногда она крепче сжимала край стола, когда Эла описывала очередную вспышку одержимости Адриана. Когда рассказ был окончен, Эла обессиленно откинулась на спинку стула, чувствуя себя опустошенной.

В комнате повисла тяжелая пауза. Далия медленно отпила чай, её взгляд стал глубоким и печальным.

— Это страшная история, Эла, — тихо произнесла она. — История о человеке, который перепутал любовь с правом собственности.

Она сделала паузу и посмотрела Эле прямо в глаза — в этот момент в её взгляде не было жалости, только понимание женщины, которая прошла через ад.

— А теперь... послушаешь ли ты мою историю? — спросила Далия. — Историю о том, как я когда-то бежала от такого же человека, как твой Адриан, и почему Константин никогда не выдаст тебя.

Эла замерла, понимая, что сейчас она услышит нечто, что навсегда изменит её представление о том, кто на самом деле её спас.

***

Далия отставила чашку, и звон фарфора в тишине комнаты прозвучал как надлом. Она долго смотрела на свои руки, прежде чем поднять глаза на Элу. В её взгляде не было превосходства — только общая, выжженная в самой душе память.

— Мой отец был мелкой сошкой в этой системе, — начала Далия, и её голос стал глухим, будто доносился из глубокого колодца. — Он был азартным игроком, Эла. Каждую копейку, которую «братва» платила ему за грязную работу, он оставлял в барах и подпольных казино. Когда он умер, долги не исчезли. Они перешли ко мне.

Она горько усмехнулась, вспоминая те дни.

— Я работала на двух работах, ломала спину, чтобы выплатить проценты людям, которые не знали слова «жалость». А потом в городе начался хаос. Старых воров вырезали. Константин... он взял власть силой, утопив улицы в крови, чтобы занять место пахана. В тот день я пришла в его контору, чтобы отдать очередную долю долга. Я дрожала, ожидая пули в затылок, но вместо этого встретилась с ним глазами.

Эла слушала, боясь пошевелиться. История Далии зеркально отражала её собственный кошмар.

— Он запер меня почти сразу, — продолжала Далия. — Точно так же, как Адриан. Он удерживал меня всеми силами, окружал охраной, запрещал выходить. Я ненавидела его. Я думала, что я его трофей, его рабыня, его способ потешить эго. Я не видела любви за этой стеной контроля, я видела только решетки. И я сбежала.

Далия на мгновение зажмурилась, и по её лицу пробежала судорога боли. Ей было физически трудно возвращаться в ту ночь.

— Когда я оказалась на свободе, я думала, что победила. Но в нашем мире свобода без защиты — это приговор. Враги Константина выследили меня через час. Они знали, что я — его единственное слабое место.

Далия медленно приподняла рукав платья, обнажая старый, почти незаметный шрам на запястье.

— Они мучили меня три дня. Пытали, стараясь выбить из Константина уступки. Они хотели уничтожить его через мою боль. И когда я уже молила о смерти, стены этого подвала рухнули. Константин пришел за мной один, буквально пробивая себе путь через горы трупов. Когда он взял меня на руки — окровавленную, сломленную, едва живую — я впервые увидела его лицо без маски пахана. Он плакал, Эла. Великий и ужасный Орлов рыдал над моей головой.
Она замолчала, переводя дыхание.

— Только тогда я поняла. Всё это время — его запреты, его охрана, его одержимость — это была не попытка меня сломать. Это была отчаянная, почти безумная попытка спасти меня от того, что случилось в том подвале. Он любил меня так, как умеют только такие люди: жестоко, больно и до смерти. В мафии любовь не бывает здоровой, Эла. Она всегда пахнет порохом и страхом.

Далия накрыла ладонь Элы своей.

— Я рассказываю тебе это не для того, чтобы ты оправдала Адриана. А для того, чтобы ты поняла: Константин помог тебе не потому, что он добрый. А потому, что он увидел в тебе меня — ту, что чуть не погибла из-за того, что не понимала, в каком мире живет.

В этот момент снаружи раздался визг тормозов и глухой удар ворот. Особняк содрогнулся от рева мощного двигателя.

— Он здесь, — прошептала Эла, вскакивая со стула. Лицо её стало белее мела.

— Да, — спокойно ответила Далия, хотя её рука непроизвольно легла на живот. — Адриан пришел за своим «сердцем». Но теперь ты знаешь, что за этой дверью стоит человек, который знает цену такой любви.

Спасибо за прочтение.
Следующая глава будет завтра.

Итак, надеюсь вы не в шоке от таких сюжетных поворотов 😅,я не любитель тянуть кота за хвост, поэтому пишу сразу что бы не было скучной части в истории и вы не бросили ее из за не нужной и скучной информации, надеюсь вы довольны)