Не сломи меня

Эла попыталась вскочить, её пальцы судорожно впились в сырую землю, а босые ступни скользили по мокрой траве. Она рванулась в сторону, надеясь проскочить мимо массивного силуэта, но Константин сработал молниеносно. Его огромная ладонь сомкнулась на её предплечье, как стальные тиски. Один рывок — и она, легкая, как сухая ветка, оказалась прижата к его груди, парализованная его силой.

— Тише, — прорычал Орлов, перехватывая её за талию, когда она попыталась ударить его слабыми кулаками. — Отсюда только один выход, и он ведет обратно в кабинет Варна.

Он уже собирался развернуть её и потащить к дому, но в этот момент облака разошлись, и холодный лунный свет упал прямо на лицо Элы. Константин замер.

Её кожа была почти прозрачной, сквозь неё отчетливо проступала синева вен. Впалые щеки, заострившийся подбородок и глаза — огромные, лихорадочно блестящие на испитом лице. Она не просто выглядела больной; она выглядела изможденной до предела, словно жизнь из неё выкачивали по капле каждый день. Орлов почувствовал, как его пальцы почти смыкаются на её руке — настолько тонкой она была.

В его сознании, заваленном трупами и жестокими приказами, вдруг вспыхнул образ. Тот же обреченный взгляд, та же пугающая хрупкость.

«Похожи...» — коротко, как выстрел, пронеслась мысль в его голове. Он тут же подавил её, возвращая себе маску ледяного безразличия, но секундная заминка не укрылась от Элы.

Она увидела, как его брови дрогнули, а в стальных глазах на мгновение мелькнуло нечто, похожее на узнавание или странное недоумение и.... Жалость? Эла не была уверена, но это был единственный шанс. Она перестала вырываться и обмякла в его руках, глядя ему прямо в лицо.

— У этого человека... у него есть сердце? — пронеслось в её голове.

— Пожалуйста... — выдохнула она, и её голос сорвался на хрип. — Он держит меня здесь насильно. Он убивает меня... посмотрите на меня! Он запер меня в этом склепе. Я просто хочу жить. Помогите мне спастись, если в вас осталось хоть что-то человеческое.

Константин хмуро слушал её, его лицо снова превратилось в гранит. Он смотрел на её исхудавшие плечи, на самодельный канат из простыней, болтающийся в окне наверху, и на то, как она дрожит от холода и истощения. Слова Варна о «заботе» и «защите» теперь звенели в его ушах фальшиво. Он видел перед собой не «жемчужину», а медленно умирающего заложника.

Он перевел взгляд на особняк, где за панорамными окнами продолжался пир хищников, и его челюсти плотно сжались. В этом мире не было места жалости, но Константин Орлов ненавидел ложь и еще больше ненавидел, когда сильные ломали слабых ради забавы. Он молчал, взвешивая на весах судьбу этой девушки и свой союз с Адрианом, а Эла ждала, чувствуя, как её жизнь висит на волоске в руках этого угрюмого великана.

— Умоляю... — Эла вцепилась в тяжелую ткань его пальто, ее пальцы, тонкие и бледные, дрожали на черном сукне. — Он не лечит меня, он стирает меня. Если я останусь здесь еще на одну ночь, я просто не проснусь. Вы же видите... вы же не такой, как он. Помогите мне исчезнуть.

Константин молчал, и эта тишина была тяжелее грозового неба. Он смотрел на нее, и перед его глазами плыл такой же образ — такая же хрупкая, такая же затравленная, с тем же отчаянным блеском в глазах, готовых на смерть ради глотка свободы. Его сердце, давно превратившееся в кусок холодного свинца, предательски дрогнуло. Он не мог отказать. Не этой девушке. Не этому отражению его единственной слабости.

— Молчи, — коротко бросил он, подхватывая ее под локоть так легко, будто она ничего не весила. — Иди за мной и не вздумай оглядываться.

Они двинулись к дальним воротам. Расчет Элы оказался верен: основная масса охраны была стянута к главному входу для встречи кортежей, а на заднем посту остались лишь двое молодых парней, расслабленно куривших в тени деревьев.

Константин действовал как профессиональный ликвидатор. Он не вынимал оружия — пара резких, бесшумных движений, хруст, и двое охранников обмякли, даже не успев понять, кто напал на них из темноты. Эла зажала рот ладонью, подавляя вскрик.

Они выскользнули за территорию и нырнули в припаркованный в переулке черный внедорожник Орлова. Мотор взревел, и машина сорвалась с места, унося их прочь от золотой клетки Адриана. Эла прижалась лбом к холодному стеклу, чувствуя, как внутри разливается дикая, пьянящая радость освобождения. Но где-то в глубине души, под слоем страха, заворочалась странная, болезненная тревога. Она бросала Адриана.

Человека, который сжег ради нее целый мир, который кормил ее с ложечки и смотрел на нее как на божество. Оставить его сейчас, когда враги дышали ему в спину, казалось ей почти предательством, несмотря на всю его жестокость.

Она потеряла счет времени. Городские огни сливались в одну длинную световую нить. Константин не проронил ни слова, его профиль в полумраке салона казался высеченным из камня.

Они остановились на другом конце города, в престижном закрытом районе. Особняк Орлова был монументальным: строгие линии, холодный гранит и такая же безупречная система безопасности, как у Варна. Но здесь воздух казался иным — густым от запаха хвои и какой-то странной, почти домашней тишины.

Когда тяжелые двери открылись, и они шагнули внутрь, Эла зажмурилась от яркого света хрустальных люстр.

— Костя? Ты почему так рано? Я думала ты будешь поздно — раздался мелодичный, теплый голос из глубины холла.

К ним поспешила молодая женщина. На ней было уютное светлое платье, подчеркивающее ее уже заметно округлившийся живот. Она шла с мягкой улыбкой, но, не дойдя нескольких шагов, резко замерла.

Ее рука легла на живот, а глаза округлились от нескрываемого шока. Она переводила взгляд с сурового, перепачканного в садовой земле мужа на изможденную, босую девушку в ночной сорочке, которая выглядела как призрак из ее собственного прошлого.

— Боже... — выдохнула она, и в холле воцарилась звенящая тишина. — Константин, кто это?

Орлов тяжело вздохнул и притянул жену к себе, придерживая за плечи, но его взгляд оставался прикован к Эле.

— Это гостья, Далия. Ей нужно убежище. И, кажется, ей нужно всё, что ты можешь дать человеку, который только что вернулся с того света.

Эла стояла посреди роскошного холла, чувствуя себя абсолютно чужой. Она смотрела на человека, спасшего ее из лап Варна и не понимала. Он был таким же как и Адриан, нет, выглядел еще жёстче, но сейчас.... Он обнимал нежно кого то, она не знала точно кем она ему является, но догадывалась что может быть его женой, и может быть он спас ее потому что был более человечнее .

Спасибо за прочтение.
Надеюсь вам нравится, жду ваших отзывов)
Следующая глава будет завтра и так как сейчас выходные думаю смогу написать сразу 2 главы)