Обременённые родством

Вечером я помогала маме приготовить лаймовый пирог для Логана. Она захотела угостить его чем-нибудь из своей кухни. Мама думает, скорее надеется, что вскором времени мы сможем стать парой. Надо же, Логан настолько сильно вскружил голову моей маме, что мне аж не по себе.

— Персик, пригласи его к нам на ужин в субботу. Я хочу поскорее познакомиться с потенциальным женихом дочери, – облизнув палец от взбитых сливок, говорит мама.

— Я услышал слово «жених», – вошёл в кухню Малькольм. — Какой ещё жених? – подходит он к маме и целует её в висок.

Я обмакиваю указательный палец в миску с кремом и оставляю белое пятно у мамы на лице.

— Мама, больше ни слова об этом! Мы с Логаном всего лишь друзья и ничего более, – со стоном говорю.

В ответ на мой подарок мама так же пальцем проводит по крему и резко размазывает его по кончику моего носа. На кухне появляется Джексон, и увидев нас с мамой в таком виде, начинает смеяться.

— Что у вас тут? – он подходит ко мне.

— Твоя сестра бунтует. Не хочет звать своего парня к нам на ужин, – говорит мама.

— Парня? – переспрашивает Малькольм.

— Никакой он не парень. Мама, ты у меня сейчас получишь, если не прекратишь нести всякий бред, – пригрозила я.

— Сгораю от нетерпения увидеть, что ты собираешься мне сделать, – выйдя вперёд, прямым тоном отвечает Лорелин.

— Хочешь увидеть? Ладно.

Я беру в руки бирюзовую миску с кремом, и набрав в руки белую консистенцию, швыряю в сторону мамы. Она успевает увернуться, но крем попадает прямо на Малькольма, пачкая его дорогой костюм. Я зажимаю рот ладонью от неожиданности. Джексон рядом со мной начинает смеяться в голос. Малькольм без слов снимает свой пиджак и кладёт его на диван. Грейсон подворачивает рукава своей белоснежной рубашки.

— Джианна, дай мне, пожалуйста, эту миску, – совершенно спокойно проговаривает Малькольм, пока мы все стоим в ступоре.

Он аккуратно забирает её из моих рук и отходит в сторону. Я ожидала чего угодно, но точно не этого. Человек, который находится в двадцатке самых богатых людей по версии Forbes и просто серьёзный Малькольм, неожиданно для всех кидает в мою сторону крем от пирога. Я успеваю схватить Джексона за руку и притянуть к себе, используя его как живой щит. Мой план срабатывает, потому что крем попадает прямо на его лицо. Несколько минут в комнате воцаряется тишина. Кажется, Малькольм очень взволнован из-за реакции Джексона, но брат ничего не говорит. Их отношения и так были не очень, не знаю даже чего ожидать.

— Джианна, подай мне упаковку муки, – обернувшись ко мне, говорит Джексон.

Мы с мамой переглядываемся. Ничего не отвечая, я передаю ему небольшую упаковку муки. Что он собирается делать? Брат резко засовывает руку в бумажный пакет и замахивается. Я вижу, как мука попадает и на Малькольма, и на маму.

— Джианна, чего сидишь? Вставай, мы не должны им проиграть, – прокричал брат и сунул мне в руку упаковку яиц.

Мы с мамой вздыхаем с облегчением. Я думала, что сейчас всё перевернётся вверх дном, но мы смогли этого избежать. Когда мама и Малькольм начинают кидать в нас крем, мы с Джексоном отвечаем им тем же. Это уже второй раз, когда я вижу Джексона таком весёлым и радостным с тех пор, как мы переехали. Самое главное, что они с Малькольмом начинают постепенно сближаться. Мы с мамой отходим в сторону и наблюдаем за тем, как мужчина лет сорока восьми и парень, которому скоро исполнится восемнадцать кидаются в друг-друга едой. Мама и я улыбаемся, потому что это отрада для глаз – видеть их такими весёлыми и улыбающимися. Не хватает только братьев Грейсон. Жаль, что мы снова вернулись туда, откуда начали. Я беру телефон и открываю галерею, где нахожу фотографию, которую сняла в тот вечер, когда они спали прижавшись друг-другу. Как же мне хочется вернуться в тот день.

                                  ***

На следующее утро я приношу Логану лаймовый пирог, который нам всё-таки удалось испечь. Он признался, что это лучший пирог, который он когда-либо пробовал, отчего я вздыхаю с облегчением. Я боялась, что ему может не понравится. Перед уходом он наклоняется ко мне и я жду, пока он поцелует меня в щеку, но в этот раз парень целует меня прямо в губы. Поцелуй получился очень нежным и на удивление приятным. Когда Логан отстраняется от меня я смущаюсь. Он прижимает меня к себе, заставляя утонуть в его объятиях. От него так приятно пахнет, что хочется вдыхать этот аромат вечно. Но я резко отпрыгиваю назад, когда слышу громкий удар у себя за спиной.

— Аккуратнее, – Логан хватает меня за руку. — Ты чуть не угробила мой пирог. Поэтому ты должна заплатить за это, Джианна, – в его глазах появляется блеск.

— Если это твой способ получить от меня поцелуй, то зря надеешься.

— Ауч, ты меня убиваешь, – он прикладывает руку к сердцу. — Ты действительно считаешь, что от тебя мне нужны лишь поцелуи? Это ранит, Джиа.

Я закатываю глаза, и одарив его своей улыбкой, целую в щёку.

— Увидимся в кабинете музыки.

Логан в ответ улыбается и кивает. Но эта улыбка исчезает, когда кто-то сильный специально задевает меня плечом. Не так уж и трудно догадаться, кто это. Марк и Кайл проходят мимо нас. Я замечаю, как на лице Марка выступили скулы. Он злиться. Ха, почему он злиться? Он вообще не имеет никакого права злиться. Сам при этом целовался с другой девушкой, почему же я не могу целоваться с Логаном? Вот опять. Опять я думаю о Марке. Хватит!

Вот и наконец наступил долгожданный день – Канун дня всех Святых. Мы с Логаном репетировали нашу песню всю неделю и отточили каждую ноту и ритм до совершенства. Школа была украшена оранжево-черными цветами – цветами Хэллоуина. Повсюду были развешаны всякие жучки-паучки, также нельзя забывать о самом главном – о тыквах. Они были повсюду: в кабинетах, в столовой, в конференц-зале и в спортзале. На каждой тыкве была вырезана своя особенная гримаса ужаса. В столовой даже подавали тематическую еду в честь мероприятия. Я решила попробовать шоколадный гроб, Кара взяла себе глазные яблоки, а Джозефина предпочла мороженое, сделанное под человеческий мозг. Директор Мэттьюс славно постарался над всеми декорациями.

— Вы с Логаном будете выступать? – спрашивает Фина, отправляя в рот ложку мозга.

— Да, но я не видела его с утра. Обычно он всегда ждал меня около шкафчика.

— Не волнуйся. Думаю, он сейчас в кабинете музыки и репетирует перед выступлением, – успокаивает меня Кара.

После перерыва на ланч мы все вместе направляемся к своим кабинетам. Но неожиданно перед нами появляется Кастиэль. Всё бы ничего, но он выглядел через чур обеспокоенным. Не нужно иметь волшебную связь, как у них с Джозефиной, чтобы понять это. Что-то не так.

— Когда я узнал от сестры, что ты собираешься петь вместе с Миллиганом, я вспомнил о девушке, которая так же выступала вместе с ним, – рассказывал Кастиэль. — Ты должна узнать кое-что, Джианна.

Кастиэль подходит к двери и открывает её, позволяя незнакомой девушке войти. От волнения у меня вспотели ладони. Не уверена, что хочу услышать её рассказ.

— Как тебя зовут? – интересуется Кара.

Она и Джозефина стояли позади меня, положив руки мне на плечи. Таким образом подруги оказывали мне поддержку. Осознание того, что они рядом со мной – согревало мне душу.

— Лидия, – коротко отвечает она. — Откажись от выступления с Логаном, – подходит она ко мне.

Мои брови сошлись на переносице.

— Почему ты так говоришь?

— Логан Миллиган – снаружи белый и пушистый, а внутри гнилой человек. Он делает вид, будто ему нравится девушка, приглашает её пару раз на свидание, а после того, как она помогает ему получить баллы – исчезает. Это его игра. К сожалению, я осознала это слишком поздно.

От услышанного я буквально оцепенела. Я знаю, что мы провели недостаточно долгое время вместе, но я успела привязаться к нему. Все его слова, прикосновения и наш поцелуй – его игра. Чуть не подавившись, я делаю глубокий вдох, не обращая внимания ни на жжение в горле, ни на ноющую боль в груди.

— Я буду выступать.

Девушки переглядываются в непонимании. Кастиэль подходит ко мне ближе и садится напротив меня. Его руки касаются моих.

— Какой у тебя план?

Ему не нужно было рассказывать об этом. Он сразу всё понял по моему взгляду, по стали в моём голосе. Я сама сплела наши пальцы воедино, ища в нём поддержку, и нашла. Кастиэль улыбнулся мне. Сдержанно, в своей обычной манере. Я ощущала, как сжимались пальцы Фины и Кары у себя на плечах.

— Расскажи нам о своём плане. Мы сделаем всё возможное, – подбадривающе говорит Кара.

Я втягиваю воздух в себя, а затем выдыхаю. Это помогает мне успокоиться. В данный момент спокойствие – именно то, что мне нужно. Мой план коварен и очень жесток. Логан Миллиган, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты вообще со мной связался. Ты хотел заставить меня плакать? Ох, будь уверен, я сделаю так, что ты будешь ползать передо мной на коленях, умоляя простить тебя. Я обещаю.

                                  ***

До начала концерта оставались считанные минуты. Все ученики, преподаватели и Директор собрались в конференц-зале. Не могу поверить, что приехали даже Малькольм и мама. Они сидят на первом ряду рядом с Мэттьюсом. Я замечаю на втором ряду всех Грейсонов, включая Джексона, Роя и Хантера. В этой истории самое больное не то, что Логан воспользовался мной, а то, что мой брат доверился ему и видел в нём своего друга. Чёртов Логан! Свет в конференц-зале гаснет, омрачая всё вокруг. Это значит, что пора начинать.

Я собиралась к выступлению в гримёрной. Все ученики уже давно ушли и ожидают своей очереди. Благо, мы с Логаном выступаем самыми последними. Отличная возможность помучить его подольше. Я оборачиваюсь, когда дверь гримёрной со скрипом открывается.

— Твой микрофон.

Я поднимаюсь и подхожу к Кастиэлю. Такой холодный, отстранённый и безразличный ко всему Кастиэль Дарквуд – мой личный Ангел-хранитель, подумать только!

— Спасибо, – беру я маленький микрофон из его рук.

Я пытаюсь нацепить его за ухо, но микрофон застревает у меня в волосах. В попытках достать его, я запутала его в своих волосах ещё больше. Кастиэль прикрыл глаза и засмеялся.

— Только ты могла потерять микрофон у себя в волосах, Джианна.

Кастиэль шагает вперёд и останавливается позади меня. Его пальцы аккуратно перебирают мои локоны в поисках микрофона. Он так старательно ищет его, что не замечает, как я наблюдаю за ним в отражении зеркала. Лицо у него вытянутое, подбородок острый, пшеничные волнистые волосы.

— Долго ещё собираешься глазеть на меня? – поднимает свой взгляд Дарквуд.

Наши глаза встречаются в отражении зеркала. Так значит он заметил, что я наблюдаю за ним. Мои щёки предательски заливаются краской и я отворачиваюсь в попытках скрыть это. Кастиэль обходит меня и берёт дело в свои руки. Он осторожно надевает на меня микрофон. Прядь моих тёмных волос спадает на лицо. Дарквуд протягивает руку к моему лицу и заправляет прядь за ухо.

— Скоро твоё выступление. Готова? – его руки ложатся на мои плечи.

— Давно готова. Как там девочки?

Кастиэль ухмыляется.

— Всё подготовили. Пойдём, тебе ещё нужно порвать всех на сцене.

Мы вместе выходим из гримёрной и направляемся к сцене. Кастиэль оставляет меня и возвращается на своё место. Джозефина, Кара и Лидия уже давно там. До закулисья осталось ещё несколько шагов, но я останавливаюсь, услышав голос Логана.

— Так ты теперь встречаешься с Джианной Грейсон? – спрашивает какой-то парень.

— Да, ещё может минут пять. Потом «пока-пока, детка», – с усмешкой говорит Логан.

Не могу проверить, что позволяла этому грязному рту прикасаться к себе. Как только вернусь домой, неделю из ванны не буду вылезать. А я ещё пекла ему пирог. Лучше бы сама всё съела.

— Готова? – обвив руками мою талию, спрашивает Логан, когда я подхожу к нему.

Ох, как же мне хочется сломать ему это руку. Хочу видеть, как он будет корчиться от боли. Хочу видеть, как он будет страдать.

— Да, – придав голосу невинности, отвечаю я.

Логан улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щёку. Господи, спасибо за то, что не поцеловал меня в губы. Иначе меня бы стошнило прямо на сцене.

— Приглашаем на сцену Логана Миллигана и Джианну Грейсон! – объявляет ведущий.

Мы вместе выходим на сцену под громкие аплодисменты зрителей. Кастиэль, Лидия, Джозефина и Кара стоят по разные стороны от сцены, где расположен выход в закулисье. Их задача – не позволить Логану сбежать и держать его на сцене до тех пор, пока песня не закончится.

— Привет, ребята, – обращаюсь я к зрителям.

— Привет, – говорит Логан, но тут же принимается дёргать свой микрофон.

— Итак, эта небольшая песня для девочек. Особенно для тех, кто знаком с моим другом Логаном, – касаюсь я его плеча.

— У меня почему-то микрофон не работает, – шепчет мне парень.

— Бывает, – отвечаю я не в силах больше ждать. — Начинаем, – хлопаю я в ладоши.

Занавес позади нас расходится в обе стороны, открывая публике вид на группу музыкантов. Мелодия песни заполнила собой весь конференц-зал. Логан в недоумении смотрит на меня.

— Это же не наша песня, – не понимая, в чём дело, нервничает он.

— Послушай. Тебе не понравится.

Услышав мои слова, зрители начали перешёптываться. Только Грейсоны смотрели прямо на меня, не отрывая взгляда. Мои глаза встретились с глазами Марка, которые я так старалась избегать. По всему моему телу поползли мурашки. Я думала, что начала забывать Марка Грейсона и его раздвоение личности, но то, как он смотрит на меня в пух и прах разбивает все мои сомнения. Марка Грейсона невозможно забыть. Он засел глубоко внутри моего подсознания, глубоко внутри моего сердце. Теперь никакая сила не способна вытащить его оттуда.

Я возвращаюсь в реальность и начинаю петь.

Всё было в твоих руках,
В тот день, когда ты сказал мне,
Сказал мне, что хочешь меня,
У меня было всё,
Но я позволила тебе меня обмануть,
Совсем задурить мне голову.

На сцену выходят танцовщицы. Они окружают Логана со всех сторон, не позволяя ему сбежать. Девушки встают позади меня и мы приступаем к нашему танцу.

Да, с моей стороны было так глупо
Уделять тебе всё моё внимание,
Ведь то, как ты мною играл,
Выдавало твои истинные намерения.

Стыд пожирал Логана изнутри. Он ходил туда-сюда по сцене в поисках места, чтобы скрыться. Очень жаль, но тебе не сбежать. Куда бы он ни пошёл, за ним следовали огни рампы, которые освещали его мерзкую рожу на весь Бофорт. Пусть все знают о том, какой он подлый мерзавец.

И когда-нибудь ты приползёшь ко мне на коленях,
Да, однажды ты приползёшь, как сороконожка.

Я вижу, как Марк, Кайл, Себастиан, Алекс, Тревор и Джексон вскакивают со своих мест и движутся по направлению к сцене. Их выражения лица не предвещают ничего хорошего. Увидев их, Логан попытался спрыгнуть со сцены вниз, но рука Джексона хватает его за затылок, заставляя стоять на месте. Марк так же встал позади него и крепко сжимал обе его руки, повернув лицом к зрителям. Кайл и Тревор стояли перед сценой, чтобы не дать Логану сбежать в случае чего. А Алекс и Себастиан включили ещё больше осветителей и направили их прямо в лицо Миллигана.

Поэтому почаще оглядывайся,
Ведь ты не знаешь, где и когда я тебя застану.
Я расставлю ловушки, и когда дело будет сделано,
Ты узнаешь, через что я прошла.
Теперь, мистер Игрок, чувствуешь ли ты себя настоящим мужчиной?
И держу пари, что ты занервничал, потому что эта песня тебя шокировала.

Моё сердце скачет под ритм этой песни. Я так сильно отдалась песне и мысли отомстить Логану, что весь мой разум затуманился. Я подхожу к нему и пальцем провожу линии на его кожаной куртке, издеваясь. Марк, который стоял позади него, одобрительно кивает мне, неторопливо проводя по мне взглядом. Даже на сцене под взором всего Бофорта он не сдерживает себя. И это заводит.

Знаю, что тебе приходится несладко,
Но я смогу тебя осадить,
Потому что ты просто не достоин,
Не достоин жить долго и счастливо.
Но то, о чём ты мне говорил,
После того, как ты это сказал...
Ты никогда не испытывал этих чувств на самом деле,
Это была только лишь игра.

Когда песня приближается к финалу, я в сопровождении танцовщиц иду вперёд, спускаясь по лестницам. Мы все одновременно оборачиваемся к Логану, когда музыка в конец затихает. Все гости аж подпрыгивают со своих мест, одаряя нас своими бурными аплодисментами. Опозоренный и униженный Логан спрыгивает со сцены и убегает прочь.

— Пока-пока, детка, – махаю я рукой ему вслед.

Я никогда раньше не испытывала ничего подобного. Победа и гордость – вот, что я чувствую. Я горжусь собой. Раньше, узнай я о подобном, то расплакалась бы прямо на месте, но сейчас я уже другая. Я изменилась. Никто не имеет право поступать так со мной. А если и найдёт в себе такую смелость, то сильно пожалеет. Потому что у меня есть Джексон, который никогда и ни за что не даст меня в обиду. Потому что у меня есть Марк, который сломает любого, кто доведёт меня до слёз. Потому что у меня есть братья, которые заставят моего обидчика ползать на коленях, умоляя о пощаде. Хоть для нас и наступили тяжёлые времена, я верю, я знаю, что мы все стали, как одна семья. В скором времени каждый из нас поймёт и осознает это, а до этого времени пока придётся подождать.

                                  ***
                 
                 Middle of the night – Elley Duhe

Освежившись под струями воды, я выхожу из ванной комнаты, завернув волосы в полотенце. Я собираюсь высушить их, но от этой затеи меня отвлекает стук в дверь. Я подхожу к ней и распахиваю её.

— Я не помешал тебе? – спрашивает Малькольм, держа в руках поднос с едой.

— Нет, проходите, – отвечаю я и отхожу в сторону, давая ему пройти внутрь.

Малькольм подходит к моему рабочему столу и ставит поднос на поверхность.

— Я пришёл поздравить тебя, Джианна. Сегодня ты была великолепна, – подходит он ко мне и кладёт ладонь мне на плечо. — Ты поступила, как настоящая Грейсон. Я горжусь тобой.

— Я совершила ошибку, когда доверилась такому парню, как он.

Я вспоминаю, как его губы целовали меня, отчего меня накрывает волной гнева и ярости не на него, а на себя. Я чувствовала, что что-то не так. Именно об этом меня хотел предупредить моё шестое чувство, но я его не послушалась.

— Ты не виновата ни в чём. Логан Миллиган совершил наиглупейшую ошибку, когда решил, что может играть с твоими чувствами.

— Да, но всего этого бы не было, не будь я такой легкомысленной.

Малькольм улыбается.

— Твоя ошибка заключается не в том, что ты доверилась человеку, которого считала близким. Твоя ошибка заключается в том, что ты считаешь своё доверие неправильным. Ты открылась ему, дала частичку себя, а он не сумел сберечь это. Кто и совершил ошибку в этой ситуации, так это он.

На мои глаза подступают слёзы. Я весь день сдерживала себя, а теперь из-за слов Малькольма мне хочется разрыдаться. Мне всегда казалось, что мама приняла неправильное решение, когда вышла за него замуж. Но теперь я поняла, что её решение было самым разумным. Своим появлением Малькольм принёс в мою жизнь больше света, чем когда-либо было до него. Он – отец, в котором я нуждалась долгое время. Он – моя поддержка и моя опора. Малькольм заставляет меня чувствовать себя принцессой. Он обращается со мной, как с настоящей принцессой. Рядом с ним я чувствую себя защищённой от любых бед. Малькольм никогда не был и не будет для меня чужим. Он – человек, против которого я никогда не пойду.

— Лорелин приготовила твою любимую запеканку с курицей. Тебе нужно поесть, – заключает он меня в свои объятия.

— Я рада, что вы у меня есть, – шепчу я, прижимаясь к нему ещё сильнее.

— Моя маленькая девочка.

Он целует меня в голову. Спустя некоторое время Малькольм покидает мою комнату. Я беру тарелку с запеканкой и сажусь на свой подоконник, наблюдая за полной луной. Вдруг по какой-то причине мне захотелось поговорить с Кастиэлем и отблагодарить его за помощь. Ведь, если бы не он, Логану бы удалось завершить свой коварный план.

Я: Спишь?

Я кладу телефон на подушку и начинаю кусать ногти от волнения. Я проверяла телефон каждые две секунды. Когда я в конец потеряла надежду, мой телефон завибрировал.

Кастиэль: Только вернулся с тренировки. Ты как?

Облегчение поселяется у меня в груди. Я боялась, что он не ответит мне.

Я: Всё отлично. Хотела поблагодарить тебя за помощь. Ты всегда появляешься тогда, когда мне это больше всего необходимо. Спасибо тебе за всё.

Кастиэль: Я лишь делаю то, что считаю должным.

Как всегда сдержанный Кастиэль Дарквуд. Интересно, смогу ли я когда-нибудь увидеть другую его сторону?

Я: Спокойной ночи, Кастиэль.

Кастиэль: Сладких снов, Джианна.

Я съедаю свою запеканку до последней крошки и приступаю к волосам. В прошлый раз мне не удалось высушить их из-за Малькольма. Я включаю фен, но не успеваю поднести порыв горячего ветра к волосам, как тут же выключаю его. В мою дверь снова постучали. Не думаю, что это кто-то из Грейсонов, ведь они обычно врываются ко мне в комнату, как к себе домой. Возможно, это Джексон.

Я подхожу к двери и дёргаю её за ручку. Мои глаза расширяются, когда я вижу перед собой не того, кого ожидала увидеть. Марк вальяжной походкой проходит в мою комнату.

— Зачем пришёл? – спрашиваю я, закрывая дверь.

— Захотелось увидеть тебя, – опускается он на мою кровать.

Я всё ещё помню его поцелуй с той блондинкой, поэтому не собираюсь так просто прощать его.

— Увидел? А теперь уходи, – указываю я на дверь.

На лицо Марка ложится тень. Он поднимается с кровати и медленно, словно хищник, загнавший свою добычу в тупик, приближается ко мне. Из-за небольшой ступеньки между дверью и кроватью я не удержала равновесие и попятилась назад. Марк резко подлетает ко мне и хватает одной рукой за голову, не позволяя мне удариться о стену.

— Что ты делаешь? Отойди от меня! – толкаю я кулаками его в грудь.

Так, я уже совсем забыла о своём плане. Держаться подальше от Марка Грейсона! Я должна держаться подальше от Марка Грейсона! Какого дьявола я смогу следовать своему плану, если он стоит прямо передо мной, что я чувствую его дыхание!

— Я тебе настолько неприятен?

Его вопрос застаёт меня врасплох. С чего он решил, что он мне неприятен? Как раз таки совсем наоборот. Однако мой рот выдаёт:

— Разве ответ не очевиден. Конечно, ты мне неприятен. Что ты такого сделал, что бы быть мне приятным? Ах, да, с первых дней пытался от меня избавиться, издевался, унижал и заставлял чувствовать себя полным ничтожеством, – загибая пальцы, говорила я.

— Тебе пора спать, Джианна, – проигнорировав мои слова, серьёзным тоном заявляет Марк.

— Не смей указывать мне, ясно? Если так сильно хочешь упиваться своей властью, можешь пойти к своей блондинке.

Слова вылетают как плевок, не успеваю я толком сообразить. Под напористым взглядом Марка я прикусываю губу и молчу.

— Она блондинка, – пожал плечами Марк, уставившись на меня.

— И что это должно значить? – прошла пауза, прежде чем я задала этот вопрос.

— Хотя бы то, что я предпочитаю брюнеток, – ответил он и его глаза скользнули по мне.

Снова между нами повисает пауза. Я сглотнула.

— О твоих предпочтениях я не спрашивала, – сложила я руки на груди, придав тону уверенности.

Марк ухмыляется. Он берёт меня за руку и тянет по направлению к кровати. О боже, только не это!

— Не ревнуй, Бабочка. Никто никогда не сможет затмить тебя. Ты всегда была и будешь выше всех остальных.

От этих слов у меня пересыхает во рту. Марк сажает свою классную задницу на кровать и притягивает меня ближе к себе. Чёрт, я даже не в состоянии сопротивляться его желаниям.

— Что ты хочешь этим сказать?

Марк молчит. Его ореховые глаза смотрят прямо, отчего у меня перехватывает дыхание.

— Чёрт, Джианна, я хочу поцеловать тебя, – сказал он резким голосом, от которого по всему моему телу прошлись мурашки.

Мои глаза расширились. Марк не двигался, его тёмные глаза пронзили меня насквозь. Моё дыхание вырывается из легких с громким свистом. И то, что он говорит после заставляет меня вдохнуть поглубже.

— Я хочу целовать каждую частичку твоего тела. Хочу видеть, как ты извиваешься подо мной в наслаждении, доставить которое дозволено лишь мне одному.

Весь мой здравый смысл покидает меня, когда я залезаю ему на колени и обхватываю ногами за талию. Я слышу как наши сердца бьются в унисон. Марк тяжело дышит, как и я.

Я старалась не совершать нечто подобное, но я слаба. Слаба перед желанием. Слаба перед искушением. Слаба перед Марком Грейсоном.

Его ладони опускаются на мои бедра и по всему телу пробегает дрожь. Я сцепляю руки у него на шее и он тяжело вздыхает.

— Джианна, клянусь Богом, если это твоя очередная шутка, то я...

— Поцелуй меня, – шепчу я.

Марку не нужно было повторять дважды. Его губы в ту же секунду овладели моими, раскрывая их. Сначала это нежные и лёгкие прикосновения, словно он хочет запомнить форму моих губ. И вдруг, когда я уже собираюсь умолять о большем, он просовывает язык мне в рот и целует так глубоко, что кружится голова. Тяжело дыша, Марк отстраняется от меня и смотрит мне прямо в глаза.

— Скажи, что ты моя, Джианна. Скажи, что принадлежишь мне одному, – прорычал он мне прямо в губы, крепче прижимая пальцы к моему лицу.

— Я твоя, Марк, – на последнем дыхании шепчу я, запуская пальцы в его чёрные волосы, ощущая их жёсткость.

Довольный моим ответом, Марк вновь накрывает мои губы своими. Мы падаем на кровать. Его руки находят мои бедра и притягивают к себе. Его рот, голодный, требовательный с жадностью обхватывает мои губы. Наши языки встречаются, и Марк издаёт хриплый, низкий стон. Я ощущаю его эрекцию сквозь джинсы. Он еле сдерживает себя. Мне тоже это даётся тяжёлым трудом.

Я вкладываю в этот поцелуй все, что у меня есть. Поцелуй Логана по сравнению с этим и близко не стоит. Этот поцелуй такой долгожданный, такой желанный и страстный, что мне кажется, я вот-вот достигну пика. Наши руки запутались друг в друге, его рот находит пульсирующую точку за моим ухом, у основания шеи, и он целует меня так, словно ему все мало. Целует меня, слегка покусывая, будто бы хочет удостовериться, что я – настоящая, и никуда не исчезну.

Марк поднимается надо мной на локтях и смотрит на меня из-под полуопущенных век. Его губы распухли от наших поцелуев. Я выражаю свою неудовлетворённость мучительным стоном. Слишком мало. Мне его не хватает, я хочу ещё.

— Ещё, – жалобно прошу я.

Марк ухмыляется и перекатывается на бок. Он притягивает меня к себе и укрывает одеялом.

— Ты устала, – шепчет он, целуя мою голову.

Я ерзаю, и он снова улыбается, его глаза похожи на тлеющие угольки. Я не хочу засыпать. Не хочу проснуться завтра утром и не застать его рядом. Не хочу думать, что всё это было лишь сном.

— Не оставляй меня, – тихо проговариваю я, уткнувшись лицом в его грудь.

— Не оставлю.

Я придвигаюсь к нему еще ближе и растворяюсь в тепле его тела и бешеном биении двух сердец, которые всё никак не могут успокоиться.