Обременённые родством

Мне никогда раньше не приходилось задумываться о сексе. Для меня это было не более, чем обычным занятием, которым занимаются мужчина и женщина, ради удовлетворения своих потребностей. Я всегда старалась держаться подальше от таких отвлекающих факторов, как отношения, любовь и чувства. У меня просто не было для этого ни времени, ни сил. Может, в моей прошлой школе и были люди, которые хотели бы сблизиться со мной в плане отношений. Но лица этих людей в моей голове были смазаны, стёрты. Я так зациклилась на учёбе, на маме и на исчезновений отца, что совсем позабыла о своей личной жизни. Теперь же, когда я переехала за три тысячи километров от Сан-Диего в Нью-Йорк, вся моя жизнь полностью изменилась.

С каждым днём я стала всё чаще и чаще ловить себя на мысли о  чувствах, об отношениях и других схожих по смыслу слов. Осознание того, что у меня уже произошёл первый поцелуй, что я начала строить крепкие отношения, которые в будущем могут перерости во что-то большее – по крайней мере, я хочу, чтобы так и было – приводит меня в восторг, заставляя каждый уголочек тела покрыться мурашками. Но не более того. Я уверена в своих чувствах к Марку. Я желала и желаю его, как и он меня. Мне хотелось целовать его, прикасаться к нему и беспрерывно глядеть в его бездонные глаза. Всё моё тело кричало о нём, вожделело его.

Хоть моё сердце и трепетало под натиском его прикосновений, для меня было важно соблюдать определенные границы. Я не позволяла дикому желанию затуманить мне разум. Потому что наши отношения – это те отношения, которые нужно оберегать от посторонних глаз и ушей. Ведь мы были братом и сестрой – по закону. Я не могла заставить Малькольма ещё раз пройти через тихие перешёптывания, косые взгляды окружающих или новостей в СМИ, которые бы нанесли урон его репутации и авторитету. Едва ли люди перестали осуждать его за выбор жены и глумиться над моей матерью. Я просто не могла позволить себе нарушить этот хрупкий покой. Поэтому и не хотела торопиться в наших отношениях с Марком.

Я была рада, когда Марк сказал, что даст мне возможность получше узнать его перед тем, как строить планы на более серьёзный период наших отношений. Однако вчера ночью, когда он пробрался ко мне в постель и в его глазах появился голод, я на секунду – всего лишь на миг – ощутила какое-то странное колющее чувство. Это был наш первый день и я думала, что всё пройдёт отлично. Но мне и в голову не приходило то, что Марк может быть настолько напористым. Разумеется, я знала, что он хотел меня, как и я его. Я всегда думала на несколько шагов вперёд, обдумывая каждое своё решение и всевозможные срывы, находясь рядом с ним. Изначально меня слегка насторожило его стремление залезть ко мне в трусы, когда я ясно дала понять, что хочу постепенности. Потом же это беспокойство полностью исчезло, когда Марк успокоил меня словами, которые хотела бы услышать любая девушка в моём возрасте. Сказал, что готов ждать столько, сколько для меня потребуется. Этого было достаточно, чтобы я влюбилась в него снова.

— Земля вызывает Джианну, – щёлкает пальцами перед моим лицом Кара. — Ты слышишь? – спрашивает она, вглядываясь в моё лицо.

— Да, я слушаю. Задумалась. Так о чём ты? – говорю я, слегка покачав головой.

Джозефина и Кара в непонимании переглядываются.

— Мы говорили о наших планах на зимние каникулы, – отвечает Кара.

— Ах да, зимние каникулы, точно. Я однозначно еду.

— Тебя что-то беспокоит? Ты сама не своя, – кладёт ладонь поверх моей руки Джозефина.

В её глазах отражается волнение так же, как и в глазах Кары.

— Не волнуйтесь, всё нормально, – улыбнулась я им. — Я просто думала о предстоящем концерте в честь Нового Года.

Бофорт устраивает очередной концерт в честь Рождества. Однако это мероприятие отличается тем, что на него были приглашены известные медийные личности. Поэтому все сходят с ума, включая Мисс Шеппорт, которая выдвинула Диадему на главный сольный номер. Директор Мэттьюс же, конечно, принял её предложение. Именно поэтому эта девица ходит по школе с победным выражением лица, при этом не забывая напомнить мне об этом. Что ж, зато я нашла отличную причину не идти на концерт.

— Не могу поверить, что после твоего сногсшибательного выступления Мэттьюс отдал привилегие спеть на концерте этой стерве, – процедила сквозь зубы Кара. — Не понимаю: либо он тупой, либо слепой, либо глухой, – загибая пальцы, говорила она.

— Думаю, все разом, – подключилась Фина. — Кара права. Тебе действительно стоит выдвинуть свою кандидатуру на сольное выступление, Джи.

— Нет, я не заинтересована в этом, – качаю я головой.

— Почему ты не хочешь поставить Диадему на место и показать всем, что лучше её? – пожав плечами говорит Кара, делая глоток воды.

— Мне не нужно доказывать этим людям своё превосходство. Я знаю, что я лучшая, и этого достаточно.

Джозефина и Кара одновременно закатили глаза, ухмыльнувшись.

— Грейсоны на тебя плохо влияют, – захихикала Брэнсон.

Ты не преклоняешься, а преклоняешь.

Слова, которые навсегда отпечатались у меня в голове. Я никогда их не забуду и всегда буду следовать им. Я не являюсь родной дочерью Малькольма, но он никогда не давал мне чувствовать себя чужой. Благодаря ему я обрела веру в себя и уверенность в своих действиях. Потому что, что бы ни было он всегда будет стоять за мной, и не только он. Я имею силу и могущество, о которой Диадема и не могла мечтать.

— Это не плохое влияние. Это влияние, в котором нет ничего плохого. Они помогли мне стать той, кем я и являлась.

                                  ***

Вечером мы с Карой решили посетить новый караоке-бар, о котором она рассказывала. Аморейс. Джозефина не смогла поехать из-за своих тренировок, отчего я чувствовала себя неполной. Мне хотелось, чтобы она немного отвлеклась от предстоящих соревнований и повеселилась с нами. Но из-за строгих правил отца она не могла позволить себе расслабиться. Как же мне хочется увидеть этого человека и высказать всё ему в лицо!

— Слушай, а ты не знаешь какой отец Джозефины? Ты встречалась с ним когда-нибудь? – спросила я Кару, опустившись на высокий барный стул.

Мои глаза блуждали по интерьеру заведения. Большее пространство зала занимала широкая сцена для выступлений. На стенах развешаны огромные телевизоры со всех сторон, чтобы было удобнее петь. Само помещение переливалось в темно-синих и белых цветах, что придавали ему изысканности. Сразу понятно, что место не из дешёвых. Но я уже перестала смотреть на ценники с тех пор, как живу с Грейсонами.

— Я виделась с ним один раз, когда с отцом посещала его банкет в честь открытия нового музея, – рассказывала Кара.

Мы решили заказать себе безалкогольные коктейли. Подруга намерена повеселиться здесь до самого закрытия.

— Я видела его всего раз. Но по одному взгляду на него я поняла, что он очень сдержанный и скупой на эмоции человек. Банкет был до тошноты идеальным, слишком идеальным, что у меня сложилось ощущение, будто у Эдмунда фетиш на это. На идеальность, – попивая свой клубничный лимонад через трубочку, говорила Кара. — На самом деле меня больше смутило то, что Джозефина и Кастиэль вели беседу с гостями с ослепительной улыбкой на лицах. Но стоило Эдмунду немного отвлечься, я замечала, как их улыбка в миг исчезала, словно её никогда и не было.

Это слишком жестоко. Мы не можем знать, что творится у них в семье, и от этого я злюсь ещё больше. Я переживаю за Джозефину... и не только. Когда я смотрю на неё, то вижу лишь её холодную красоту, несравнимую ни с чем. Но что будет, когда мне удастся заглянуть ей в душу? Смогу ли я оправиться от увиденного?

— Джи, тебе не о чем переживать. Дай ей время. Она обязательно расскажет нам о том, что творится у неё внутри, как только будет готова. Джозефина не такая хрупкая и беззащитная, как ты думаешь, – положила руку мне на плечо Кара, успокаивая.

— Слушай, а где твой секси Ди-джей? – откинула я голову назад, проводя взглядом по пабу.

Думаю, нам с Карой больше не стоит обсуждать Джозефину и её семью. Кара права. Она обязательно расскажет нам, когда поймёт, что время пришло.

— Не знаю, может сегодня не его... – остановилась она, устремившись в сторону чёрного входа. — Вот он, – воскликнула девушка.

Я проследила за её взглядом и увидела высокого парня в дредах, у которого изо рта шёл дым.

— Кара, мне кажется, он слишком взрослый для тебя, – взяла я её за руку. — Тем более, что он курит. Ты представь какие у вас будут дети.

Кара рассмеялась, услышав мои последние слова.

— Детка, ты думаешь, я стану заводить с ним детей? Не утрируй, расслабься, – вздохнула она, сжимая мою руку. — Я лишь удовлетворяю свои ментальные потребности.

— Стой, ты хочешь переспать с ним? У тебя разве нет парня? Как его... Лукас, точно.

Кара и Лукас встречаются почти год, а об его наличии она рассказала мне относительно недавно. До этого я и понятия не имела о том, что у неё был парень.

— Джи, ты правда думала, что в моём вкусе такие парни, как Лукас? Тогда мне бы пришлось сменить пол, – расхохоталась подруга.

Я недоуменно смотрела на неё.

— На самом деле мы с Лукасом старые друзья. Он – гей, а я лишь его прикрытие для родителей. Они довольно старых взглядов, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как придумать всю эту схему.

— Иногда мне кажется, что ты ненормальная.

— Нормальной быть – скучно. Запомни, детка, первое правило настоящей жизни: делай то, чего боишься. Жизнь в основном состоит из глупых поступков глупых людей, а если добавить ко всему этому ещё и безумие, то это уже не глупые поступки, а безбашенные. Жизнь любит безбашенных людей.

— Иногда ты говоришь очень мудрые вещи, – сказала я. — Но тут ключевое слово – иногда.

Мы с Карой одновременно залились смехом. Затем подруга схватила меня за руку и потянула на танцпол. Спустя полчаса мы поняли, что вымотались и решили освежиться перед тем, как выйти на сцену.

— Расскажи мне о ваших отношениях с Марком. Мне хочется знать все непристойные подробности, детка, – задевает меня локтем в бок подруга, хихикая.

— Начнём с того, что мы вместе всего лишь два дня. И никаких сексуальных подробностей не будет.

Кара открыла рот, чтобы сказать ещё кое-что. Но ей помешали неизвестные парни, которые сели рядом с нами. От них обоих разило алкоголем, что мне стало трудно дышать.

— Маленькие кошечки скучают? Мы пришли развеселить вас, – сказал один из них и приобнял меня за талию, другой сделал то же самое с Карой.

— Мы хотим побыть одни. Уйдите, – сказала я, убирая его руку с себя.

— Было бы неприлично оставлять таких девушек одних, правда, Сид? – посмотрел на своего друга парень, который стоял рядом с Карой.

— Серьезно, отвалите, – залпом выпила свой коктейль подруга, затем посмотрела куда-то вперёд.

В ту же секунду Кара вернула свой взгляд ко мне и кивнула в сторону выхода. Я проследила за ней и увидела свирепые глаза Марка, приближающегося к нам вместе с Алексом. Ой-ой, это не к добру. Сегодня умрёт один из этих парней, либо умру я.

Я тут же вскочила со своего места и направилась к нему.

— Что ты здесь делаешь? – спросила я, подойдя ближе. — Ты разве не должен быть на матче против Академии Сидней?

Взгляд Марка был устремлён на того парня, который расположился за баром, на моём месте. Мне это не нравится.

— Они разгромили их со счётом 35 : 78, сестрёнка, – ответил вместо него Алекс. — Ого, я вижу, у вас тут весело, – заглянув за мою спину, говорит он.

— Боже, Алекс, заткнись уже! – хочется прокричать мне, но вместо этого я одариваю его злобным взглядом.

Я замечаю, как Марк сжал кулаки, а его ноздри раздулись. Я полностью понимаю его состояние, но сейчас не место и не время для разборок.
Я потянулась к его руке, соединяя его и свои пальцы в одно целое.

— Джианна, ты не должна здесь быть, – наконец произнёс Марк, взглянув на меня.

Его рука обвилась вокруг моей талии, по собственнически притянув к себе ближе. Затем он взглянул на Алекса.

— Окей-окей, испаряюсь, – закатил глаза он и шагнул к толпе. — Кстати, тут рядом есть мотель на случай если вам не терпится, – издевательски кинул Алекс и исчез среди людей.

Мы с Марком одновременно закатываем глаза ему вслед.

— Собираешься прочитать мне лекцию о том, что я должна, а что нет? – мои пальцы сомкнулись на его шее.

Жажда убийства исчезает с лица Марка, заменяя её акульей ухмылкой.

— Какой в этом смысл, если ты всё равно поступишь по-своему, Джианна.

— Конечно.

— Так не может продолжаться. Я делаю, что хочу, Джианна, а ты делаешь, что сказано, – его хватка на моей талии усиливается.

Я усмехаюсь, зарываясь пальцами в его волосы. Мне нравится ощущать их жёсткость.

— Мило, что ты так думаешь. Но тебе предстоит ещё долго мучиться над тем, чтобы заставить меня подчиниться тебе, – бросаю я с вызовом.

— Поверь мне, это уже произошло, – уверенными тоном отвечает Марк. — Иначе... – одна его рука скользит по моей талии вниз, накрывая ладонью мою ягодицу, сжимая её.

В ту же секунду я ощутила поток неимоверного наслаждения, одновременно с мурашками, которые покрыли всю мою кожу. Одно его прикосновение – и я таю. Мне не нравится, что я так бурно реагирую на него. Но ничего не могу с собой поделать. Я слишком слаба.

— Твоё тело... — второй рукой он проводит по моей спине вверх, зарываясь пальцами в мои волосы.

Марк накручивает их в кулак и слегка тянет назад, заставляя меня опрокинуть голову. Он смотрит мне прямо в глаза и я вижу в его взгляде полыхающий огонь страсти. Марк прижимает меня к себе настолько, что я чувствую его эрекцию сквозь ткань брюк. Видимо, не только я так бурно реагирую.

— Не отзывалось бы так на каждое моё прикосновение, требуя ещё, – шепчет он, наклонившись вперёд.

Всего несколько лёгких движений рукой, а я уже чувствую пульсацию ниже живота. Моё тело запомнило каждое его прикосновение вчера ночью и просит продолжения. Но пока я сохраняю своё самообладание – ничего дальше поцелуев не произойдет. Пока не время.

— Я рада, что смогла потешить твоё самолюбие. А теперь заткнись, и потанцуй со мной, – крикнула я.

— Разумеется. Но перед этим я должен покончить кое с кем, – Марк поднял взгляд, заставляя меня обернуться.

Чёрт. Я не хотела доводить до такого. Я думала, что всё обойдется. Но Марк никогда не забудет и не отпустит того, кто посмел прикоснуться ко мне. Он обходит меня, шагая вперёд к бару. Но я встаю перед ним и кладу ладони на его грудь, останавливая.

— Позволь мне самой всё решить, – прямым тоном говорю я, ощущая как бьётся его сердце.

Марк некоторое время смотрит на того парня. Взгляд его тёмных глаз возвращается ко мне. При таком освещении, кажется, будто они темнее обычного. Я продолжаю смотреть на него. Марк ухмыляется и одобрительно кивает, позволяя мне сделать всё самой. Мои губы сложились в дьявольской ухмылке, которую он так любит демонстрировать, находясь рядом со мной.

Я вырываюсь из его рук и двигаюсь в сторону бара. Я вижу, как Кара держится из последних сил, чтобы не ударить светловолосого прилипалу.

— Детка, я успел соскучиться, – говорит его друг, когда я подхожу к ним. — Не пропадай так больше, – кладёт он руку мне на поясницу, продолжая мерзко ухмыляться.

С тяжёлым вздохом я поворачиваю голову в поисках Марка. Он и Алекс расположились за соседним столом, внимательно наблюдая за нами.

— Кара, не хочешь спеть? – незаметно подмигиваю я ей, уведомляя о своём плане.

— Так у нас тут две маленькие певчие птички. Как тебе идея, Чед? – говорит Сид, приобнимая Кару за плечи.

— Давайте же, порадуйте своих папочек, – шлёпает меня по попе Чед.

Меня сейчас стошнит. Я чувствую, как мои пальцы впиваются в кожу ладоней. Ещё немного и я плюну на всякие правила, и вмажу этому придурку со всей силы.

— Да, Джи, давай споём, – говорит Кара, взглядом давая понять, что одобряет мой план.

Мы с ней поднимаемся с места и идём к Ди-джею. Я чувствую на себе чей-то прожигающий взгляд. Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять кто это.

— Что будете петь? – спрашивает парень в дредах, вручая нам альбом со списком различных песен.

Когда мои глаза находят нужную нам песню, я произношу:

— А211.

— Отличный выбор, – Ди-джей улыбается и кивает.

Take a hint – Victoria Justice & Liz Gillies

Мы с Карой берём два микрофона и поднимаемся на сцену. Чед и Сид сидят за баром и шумно хлопают, не забывая свистеть и кричать на всё заведение. Кара посылает в их сторону воздушный поцелуй. И вот, когда начинается музыка все гости оборачиваются на нас.

Почему от меня всегда тащатся парни, которые мне не нравятся?
Они так и прут со всех сторон.

Пою я и делаю рукой круговое движение в сторону Кары. Подруга преподносит микрофон ко рту и начинает петь, смотря прямо на двоих идиотов, которые пока ещё ни о чём не догадываются.

Я не хочу быть ханжой, я просто стараюсь оставаться вежливой,
Но еще чуть-чуть, и я выйду из себя.

Я изображаю пальцами телефон, поднеся его к ушам. Я вижу, как Чед в ответ так же изображает телефон, улыбаясь во все зубы.

Спросишь у меня мой номер — считай, поставишь меня в тупик.

Кара: Сначала я вроде запала на тебя с первого взгляда, но затем ты открыл рот...

Мы с Карой подходим ближе к друг-другу, прижимаясь спиной к спине.

Вместе: И все пошло под откос
О!

Оживились не только мы, но и все присутствующие. Они свистели и громко аплодировали нам, пока мы спускались со сцены.

Вместе: Убери руки с моих бёдер, а то получишь пощечину!
И прекрати пялиться на мои – Эй!

Обойдя столы, мы подошли к Чеду и Сиду. Парни покачиваются под такт музыки. Кара насмешливо проводит пальцем по груди Сида, напевая слова песни.

Лови намёк, давай, вникай!
Нет, меня нельзя угостить, послушай, что я о тебе думаю.

Я закидываю руку на плечи Чеда, прижимая его к себе. Хочу, чтобы он услышал слова песни. Хочу увидеть его выражение лица, когда он поймёт, о чём мы поём на самом деле.

Тебе стоит купить мятный освежитель для рта,
Лови намёк, давай, вникай
Словил намёк?

Мы с Карой оставляем их в неведении и прогуливаемся по залу. Я подхожу к столу, покачивая бёдрами, где сидят Алекс и Марк. Алекс хлопает нам в поддержку, смеясь с тех парней, которые в недоумении сидят за баром. Я беру Марка за руку, заставляя его подняться с места и потанцевать со мной. Всё моё тело начинает гореть, когда смотрю в его полные жажды и голода глаза, которые медленно скользят по мне. Марк шагнул вперёд. Я знаю, что он часто посещал всякие клубы и пабы, и это стало очевиднее, когда он задвигался. Такой высокий и мускулистый парень, как он, не должен быть в состоянии так плавно двигаться. Я повернулась в объятиях Марка, прижавшись к нему спиной. Его руки по собственнически лежали на моей талии.

— Ты выглядишь охренительно горячо, Джианна, – прошептал он мне на ушко.

На миг я забыла о том, где нахожусь. Мне хотелось, чтобы все эти люди исчезли, оставив нас с Марком наедине.
Марк повернул меня к себе. Он наклонился вперёд, чтобы поцеловать меня, но я отвернулась и ловко выскользнула из его хватки, не давая ему закончить начатое.

Кара: Тебе все еще неясно, что значит "НЕТ"?

Я: Так, кажется, тебе уже давно пора свалить отсюда.

Кара: Считаю до трех,
затем открываю глаза
И чтоб тебя тут не было, ага?

Мы с Карой возвращаемся к Чеду и Сиду. Я вижу, как Чед подносит ладонь ко рту, проверяя его на наличие запаха. А Сид заметно напрягся. Ещё бы. Ведь все гости уставились на них. Парни поджав хвосты, поднимаются с места, пытаясь улизнуть к выходу. Но мы преграждаем им путь, шагая вперёд.

Кара: Один.

Я: Убери руки с моих...

После каждого слова я тыкала пальцем в грудь Чеда, точно так же делала и Кара. Мы обе переглянулись, наслаждаясь тем, как парни нервничают и глазеют по сторонам в поисках выхода. Это лучше, чем просто набить им морду.

Кара: Два.

Я: А то врежу по...

Я вижу, как на лице Чеда выступила капля пота. Он сжал губы в одну тонкую линию, шагая назад.

Кара: Три.

Я: Прекрати пялиться на мои...

Оставив парней, мы подбегаем к бару, где нас ждали Алекс и Марк. Марк протягивает мне руку, помогая подняться на барную стойку, как и Алекс помогает Каре. При этом он не сводит с меня глаз.

Кара: Так, кажется, тебе уже давно пора свалить отсюда.

Я: Лови намёк, давай, вникай
Словил намёк?

Песня заканчивается. Мы с Карой одновременно машем пальцами, сидя на барной стойке, убегающим прочь парням с красными лицами от стыда. Я ещё никогда не испытывала такое большое чувство гордости за себя. Я рада, что смогла преподать тем придуркам урок, не устраивая громкие сцены.

                                  ***

Вечером следующего дня я собиралась на свидание с Марком. На этот раз он серьезно отнёсся к тому, чего хочу я. К счастью, все уехали на выставку мамы и вернуться поздно вечером. Хотя бы на часа три или больше мы можем не прятаться и скрываться, как кролики. Но мне кажется, что мужская половина семьи, за исключением Малькольма и Джексона уже знают о наших отношениях. Я поняла это из-за вчерашних слов Алекса в караоке-баре. Если честно, я безумно рада, что они смогли принять это. Надеюсь, и Джексон примет наши отношения.

Марк пригласил меня в ресторан. Однако, о названии и о том, где заведение находится, он решил умолчать.

— Ты представляешь собой опасность для мужчин с сердечными заболеваниями, детка, – вот, что сказала Кара, присвистнув, когда увидела платье, которое я собиралась надеть на этот вечер.

— Полностью согласна. Ты ослепительна, Джианна, – присоединилась к словам Кары Джозефина.

Я была в восторге от реакции подруг. Я никогда раньше не носила что-то столь дерзкое и изящное. Платье обтягивало моё тело, демонстрируя все прелести тем, кто будет смотреть на меня. Красивые, сияющие кристальные цепочки Сваровски свисали над длинным вырезом вдоль ноги с левой стороны, что только добавляло очарования. Элегантный и манящий цвет засохшей крови смотрелся очень утонченно. Когда я впервые надела его, то не была уверена, что смогу его снять, но теперь я была рада, что купила его. Действительно. Я выглядела потрясающе.

Я оторвала свой взгляд от зеркала, когда дверь моей комнаты распахнулась. Марк шагнул внутрь, и я не смогла удержаться от того, чтобы провести по нему взглядом. В этом роскошном классическом чёрном костюме, он был похож на Малькольма. Столь сдержанный и утонченный. Серебряные Ролексы идеально подходили к его образу, добавляя ещё больше изыска. Я прикусила губу, когда глаза Марка блуждали по моему телу.

— Боюсь, мне придётся отменить наш столик в ресторане, – сказал он, подойдя ближе ко мне.

— Почему? – я коснулась пальцами его галстука, чтобы поправить.

— Иначе я сяду в тюрьму за убийство каждого чёртового придурка, который посмеет глазеть на тебя в этом платье.

У меня перехватило дыхание и мои пальцы сжали его галстук.

— Пусть смотрят на то, что никогда не смогут заполучить. Потому что никто из них недостоин меня, – пожала я плечами.

Марк усмехнулся.

— Мой отец слишком избаловал тебя.

— Да, и мне это нравится. Не сомневаюсь, что и тебе тоже.

Он внимательно посмотрел мне в глаза.

— Безусловно, Бабочка.

Я разворачиваюсь обратно к зеркалу. Остался один последний штрих и всё.

— Не поможешь мне? – говорю я, перекинув волосы в одну сторону.

Ничего не сказав, Марк протянул руки вперёд к оголённому участку кожи от спины до ямочек над попой. Я глядела на него в отражении зеркала. Сегодня он был необычайно красив. Мне хотелось смотреть на него снова и снова. По телу пробежала дрожь, когда он костяшками пальцев коснулся впадинки вдоль позвоночника, и медленно провёл по моей коже вниз, вызывая у меня табун мурашек. Я втянула в себя воздух. Марк аккуратно взялся за тонкий бегунок, который соединял заднюю часть платья, закрывая всю мою спину, и потянул вверх. Всё это он делал поглядывая на меня в отражении. Я даже не заметила, как мои щёки запылали.

— Твоё красное платье хорошо смотрится с румянцем на твоём лице, Бабочка, – сказал Марк и взял мои волосы в свои руки, распределяя их по спине.

Ему нравится заставлять меня краснеть. Хуже. Он наслаждается этим. Наслаждается тем, как моё тело реагирует на него. Хорошо, тогда я верну ему это вдвойне.

— Моё красное платье смотрелось бы куда лучше вон в том углу, разорванное тобой в клочья, – говорю я, проводя пальцем по его груди.

Глаза Марка вспыхнули то ли от возбуждения, то ли от гнева. Он облизнул губы.

— Не провоцируй меня, Джианна, – томно выдохнул он, смотря на меня своими потемневшими от желания – глазами.

— Не могу противиться искушению, – я продолжала смотреть ему в глаза.

Марк закрыл глаза и усмехнулся. Моё сердце забилось так быстро, что я испугалась, как бы оно не прорвалось сквозь грудную клетку, когда Марк неожиданно схватил меня за предплечья и притянул к себе. Я старалась держаться достойно, непрогибаясь под его натиском. Но, когда губы Марка коснулись моих – всё было кончено. Моё тело согрелось, и стая бабочек начала буйствовать у меня внутри. Это ещё не всё. Я никогда не думала, что поцелуй способен заставить моё сердце сжаться от желания, может сделать меня настолько возбуждённой, что мои трусики прилипнут к пульсирующей коже, но губы Марка сумели это сделать. Он целовал меня без спешки, томным, смакующим поцелуем, когда наши языки нашли друг друга. Моё дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее, когда наши губы скользили друг по другу. Его язык дразнил и ласкал меня так, что в моей голове зародилась мысль о том, что я хотела бы почувствовать его и в других частях своего тела. Когда он прервал наш поцелуй, я была ошеломлена и тяжело дышала. Мои трусики промокли насквозь. Глаза Марка потемнели, а грудь тяжело вздымалась.

— Перестань нарываться, Джианна. Я не каменный, – тяжело дыша, произнёс он.

Разве я когда-нибудь его слушала? Отдаю своё. Действительно приятно наблюдать за тем, как он стискивает зубы, сдерживая себя. Это приносит удовольствие.

— Странно, а твой член говорит об обратном, – сказала я, даже не побоявшись произнести это слово, и скользнула глазами по выпуклости на его брюках.

Некоторое время Марк стоял и смотрел на меня, ошеломлённый моим заявлением. Это впервые, когда он слышит из моих уст это слово. Он склонил голову, руками зарываясь в свои волосы. Затем поднял взгляд тёмных глаз на меня.

— Если не хочешь, чтобы я взял тебя в этой комнате Принцессы – а я очень хочу – бери сумочку и поехали, – его голос прозвучал ниже и грубее.

Видимо, мои слова на него так подействовали. Как же приятно осознавать это. Хоть моё лицо и покраснело.

Собравшись духом, я решила завершить наш "диалог" красиво. Я подошла к своему комоду, цокая каблуками от Saint Laurent с открытым мысом, и вытащила свежие кружевные трусики того же цвета, что и платье на мне. Мои были  до невозможности липкими, и мне было бы ужасно неудобно быть в них в ресторане. Марк не сводил с меня глаз. Я одарила его застенчивой улыбкой.

— Дай мне секунду, чтобы переодеться.

Его глаза скользнули по красной ткани, свисающей с моих пальцев, ноздри раздулись, а глаза потемнели ещё больше. Я не смогла сдержать победную ухмылку. Мне нравится моё влияние на него.

— Иди, – хриплым голосом ответил Марк.

Почти под кайфом от головокружения я зашагала в ванную. Дверь я закрывать не стала. Сунув руку под алое коктейльное платье, я стянула с себя промокшие трусики. Я надеялась, что Марк наблюдает за мной. Он не двигался со своего места в центре моей комнаты. Моё тело затрепетало под его вниманием. Сделав вид, что ничего не заметила, я надела свежие трусики и натянула их на ноги.

Я вернулась обратно к Марку, и его рука обвилась вокруг моей талии.

— Джианна, – начал он, покачивая головой.

— Нам пора ехать.

Я выскользнула из его объятий и шагнула в сторону двери. Вскоре он догнал меня. Я чувствовала, как его глаза буквально прожигают меня. И мне это чертовски нравилось.