Я покоряю мир своей милотой [Быстрое переселение]

Проснувшись рано утром на следующий день, Тан Бинь в спешке добежал до дома, схватил портфель с ноутбуком и помчался на работу. Он снова провел ночь в торговом центре, и его снова никто не заметил. Впрочем, его знаний об этом мире всё еще не хватало, чтобы счесть это чем-то аномальным.

Весь день он снова провел за столом, работал допоздна. Аппетита не было, хотелось только спать. К счастью, сегодня Лун Кэ не приводил женщин, издающих странные звуки.

Тан Бинь принял душ и уже собирался лечь, когда Лун Кэ, привыкший к его странностям, всё же заботливо спросил: — Лэ Ян, ты в порядке? — А? Да, всё хорошо, — Тан Бинь мотнул головой. — А где ты спал прошлую ночь? — Мне не спалось, я прошелся до универмага и вздремнул у них в кресле. — В торговом центре XX? Там что, на ночь никого не выгоняют?

— Выгоняют? — Тан Бинь в замешательстве захлопал глазами.

Лун-гэ почесал в затылке. Он давно знал, что Лэ Ян — парень бесхитростный и врать не умеет: если сказал, что проспал в кресле, значит, точно не по девкам шатался.

Впрочем, внимание соседа привлекло совсем другое. Он придвинулся к Тан Биню с ехидной ухмылкой: — Признавайся, это я тебя вчера ночью разбудил? — Угу, — честно кивнул Тан Бинь. — Было немного шумновато. — ... — Лун Кэ поперхнулся. — Неужели так громко? Что ж ты мне не крикнул? Тан Бинь призадумался: — Да не то чтобы громко. Просто... как-то странно, вот.

Он и сам не мог объяснить, в чем странность. Сейчас он понимал, что звуки были совсем тихими и, по идее, не должны были мешать сну. Но вчера ночью, чем дольше он слушал, тем неуютнее ему становилось, и всё тело пробирали странные ощущения.

Он попытался описать это чувство Лун-гэ. Тот прекрасно знал, что его сосед — девственник, ни разу не влюблялся, да еще и совершенно «непробиваемый» в таких делах, поэтому не стал делать круглые глаза из-за его неосведомленности. Он лишь многозначительно похлопал его по плечу: — Друг, ты уже большой мальчик, пора бы тебе завести себе кого-нибудь. Лун Кэ сунул в рот сигарету и невнятно добавил: — Вот тогда и поймешь, что к чему.

При упоминании о «ком-нибудь» перед глазами Тан Биня тут же промелькнуло лицо господина Шана — настолько красивое, что дух захватывало. Он мгновенно вспомнил о своей миссии и цели. Весь день он был поглощен работой, так что у него даже не было секунды подумать о том, как достичь HE с Шаном. Да и сейчас, когда время появилось, идей не прибавилось.

Тан Бинь уставился на Лун-гэ. Он вспомнил, что вокруг соседа вечно крутятся симпатичные девчонки — тот менял их чуть ли не каждые три дня. Наверняка он мастер в делах сердечных! И Тан Бинь мертвой хваткой вцепился в руку соседа, собиравшегося выйти покурить.

— Ты чего? Я курить иду, — буркнул Лун Кэ. Прежний владелец тела был чистюлей и не выносил запаха табака, поэтому Лун Кэ всегда выходил дымить в коридор. Но Тан Биню было всё равно на пассивное курение, он лишь крепче сжал его руку: — Как мне достичь HE с человеком? — Чего-чего? — не понял Лун Кэ. — Что за «Хэ-Е»? — Happy Ending! Счастливый финал, идеальная концовка! Как мне сделать так, чтобы у нас с ним был HE?

Лун Кэ: «...» «Похоже, парень влюбился», — решил он. Лун Кэ вынул сигарету изо рта, отложил её и усадил Тан Биня рядом. — Ого-го, наш маленький Лэ Ян метит далеко! А ты его хоть подцепил уже? А то сразу — идеальный финал. — Еще нет, — удрученно ответил Тан Бинь. — Он очень крутой человек, крупный клиент нашей компании, большой босс. Я даже просто увидеться с ним не всегда могу.

«Ни фига себе, богатая мамочка», — подумал Лун-гэ. Будучи человеком бесшабашным, он тут же воодушевился: — То, что встретиться трудно — это нормально. Но если нравится — надо добиваться! Клеить! Понимаешь? — Добиваться его? — Ну да, добиваться её! Ты сейчас в самом модном типаже — «свежее мясо»: симпатичный, талантливый. Может, ей как раз такие и нравятся.

Тан Бинь: «...» Стоило ему просто подумать о господине Шане, как лицо начинало гореть. А если представить себя перед ним... ему хотелось со стыда провалиться сквозь диван! — Но я... я его почти не вижу в обычное время... Тан Бинь выглядел таким несчастным, будто вот-вот расплачется. Он переживал из-за миссии, но со стороны это казалось муками безответной любви.

Лун-гэ почесал затылок. Советы он давал больше в шутку, так как совершенно не верил, что его сосед-тихоня сможет подкатить к богачу. Он давно жил в этом городе и понимал: это люди из разных миров. Но, видя жалобный вид соседа, он не решился его расстраивать: — Она же сейчас сотрудничает с вашей конторой? — Ну да, — подтвердил Тан Бинь. — Я главный по её проекту. — Ну так вот оно! — Лун-гэ хлопнул в ладоши. — Сделай так: сначала выполни работу на «отлично», заставь её признать твой талант. Выделяйся, мозоль ей глаза своим присутствием, и шанс появится сам собой! — Правда? — Чистая правда.

Тан Бинь во все глаза смотрел на него. Несмотря на уверенность соседа, этот шаг казался ему невыполнимым. Даже без критики Лун-гэ, Тан Бинь по памяти оригинала четко осознавал свой социальный статус: он не был уверен, что мелкая сошка из небольшой фирмы вообще может заинтересовать такого гиганта.

— Давай, действуй! — подбадривал Лун-гэ. Заметив, как Тан Бинь внезапно покраснел, он лишь вздохнул: — Совсем зеленый еще. Ничего, пара тренировок — и привыкнешь. Верь брату, у тебя всё получится.

В итоге Лун-гэ всё же ушел курить. Тан Бинь вернулся в комнату. Он твердо запомнил слова соседа — нужно стараться, нужно работать, — но как именно снова оказаться перед Шаном, он так и не придумал. В этих путаных мыслях он и уснул.

Последующие дни были как под копирку. У программистов всегда так: встал ни свет ни заря — за работу, стемнело — работаешь, наступила глубокая ночь — работаешь. Поспал — и снова рабочий день.

А Тан Бинь, стремясь поскорее закончить проект «Жуйды» и увидеть господина Шана, пахал буквально на износ. Он забывал о еде и сне настолько, что даже коллеги начали за него беспокоиться. Кроме желания увидеть Шана, была и другая причина: стоило ему сделать перерыв и освободить голову, как наваливались мысли о запредельной сложности миссии и последствиях провала. Пусть даже провал в этом мире означал лишь переход в следующий, Тан Бинь до смерти боялся этого. Когда рядом никого не было, он даже тихонько плакал. Это состояние было мучительным, и спасало только то, что он мог думать лишь об одном деле за раз: погружаясь в работу, он переставал хотеть плакать.

Так прошла неделя. Тан Бинь заметно осунулся. Он и раньше был худым, а теперь и вовсе стал прозрачным — кожа да кости. И всё равно он продолжал сидеть за компьютером с огромными синяками под глазами.

Восемь утра. Коллега, пришедший пораньше, чтобы избежать пробок, увидел свернувшуюся фигурку за столом и вздрогнул: — Твою ма... Не говори мне, что ты и сегодня здесь ночевал?! Тан Бинь заторможенно кивнул, подтверждая догадку. — Ты же так копыта отбросишь! Никакие премии не стоят того, чтобы их потом на гроб тратить! — даже коллегам по проекту «Жуйда» стало не по себе. — Всё нормально, — пробормотал Тан Бинь. — Я сплю минимум шесть часов в день. Научный контроль времени сна. С этими словами он помахал маленьким будильником, стоящим на столе.

В этот момент дверь открылась — пришел Ху Сяобин. Он молча подошел и поставил на стол Тан Биня коробку молока и сливочный рулет. — Вот, взял тебе завтрак. — Спасибо! — Увидев любимое пирожное, Тан Бинь тут же ожил. Его лицо озарилось улыбкой.

Любовь к сладкому была его собственной чертой, а не оригинального Лэ Яна. В памяти Лэ Яна к сладостям относились равнодушно, но Тан Бинь, попав в этот мир, был потрясен: как здесь может существовать нечто настолько нежное, сладкое, дарящее ощущение полного счастья с первым же куском?! «Мир людей определенно прекрасен, у-у-у...» — Я угощу тебя обедом! — пообещал он.

Последние пару дней Ху Сяобин по собственной инициативе приносил ему завтрак. Причем именно то, что Тан Биню нравилось — качественные и довольно дорогие вещи. Ху Сяобин вообще никогда не покупал дешевку. Даже такой неопытный наблюдатель, как Тан Бинь, заметил: Ху Сяобин отличался от остальных. Еда у него всегда была изысканнее, жесты — аристократичнее, и даже обычные футболки сидели на нем куда лучше, чем на других айтишниках, которые натягивали на себя первое попавшееся. Ткань дороже, принт интереснее, сидит идеально. Коллеги шушукались, что каждая его футболка стоит от одной до двух тысяч юаней.

Тан Бинь, на котором была футболка ценой в три копейки за пучок, был в шоке, поняв, что рядом с ним работает «скрытый богач». Но пользоваться его добротой он не хотел. Он пытался отдать деньги за завтраки, но Ху Сяобин наотрез отказался и даже сердился, когда Тан Бинь настаивал. Не желая злить единственного коллегу, который о нем заботился, Тан Бинь решил просто приглашать его на обед.

В этот раз Ху Сяобин охотно согласился. Последние дни они обедали только вместе. — Эй, вы двое, что это у вас тут за шуры-муры? — встрял коллега-свидетель. — Сяобин, я тоже не завтракал, есть что перекусить? Ху Сяобин отрезал: — Нет. — ...А ты, Лэ Ян? Не поделишься с братом? Тан Бинь... Тан Бинь его попросту не слышал.

Пока обиженный коллега обнимал сам себя на своем месте, Тан Бинь окончательно провалился в бездну гастрономического восторга. Он мог делать только одно дело за раз, особенно если это касалось обожаемой еды. Когда вкусовые рецепторы утопают в прохладном, нежном креме, он переставал слышать окружающий мир.

Доев рулет крошечными кусочками, Тан Бинь потянулся, чтобы выбросить мусор и размяться, и тут заметил, что коллега за соседним столом смотрит на него с очень странным выражением лица. Тан Бинь: «???»

Работа была скучной и тяжелой, но в офисе хватало и забавных моментов. Трудолюбие Тан Биня даже начало влиять на окружающих. Одно дело — увидеть, как кто-то пашет, пока ты бездельничаешь в первый раз. Но когда ты отлыниваешь в десятый раз, а этот парень всё так же усердно работает, это начинает задевать. Своим упорством Тан Бинь невольно подтянул дисциплину во всем отделе, хотя сам этого даже не заметил.

Ближе к обеду Тан Бинь заказал доставку. Еда еще не приехала, когда зазвонил его телефон. На экране высветились два больших иероглифа: «Господин Шан». Тан Бинь вздрогнул. После того случая, когда коллега высмеял его за «Главного героя» в контактах, Тан Бинь переименовал абонента.

Но «Главный герой» оставался собой. Это был звонок его Цели. Сердце Тан Биня ушло в пятки. Он вытер вспотевшие ладони о штаны и осторожно нажал на кнопку приема. — Алло? — Лэ Ян, здравствуйте. Это Шан Чэнцзюнь, помните меня? — из динамика вырвался тот самый уникальный низкий голос. У Тан Биня загорелись уши, он начал заикаться: — П-помню. Господин Шан, у вас... у вас какое-то дело ко мне?

Шан Чэнцзюнь на том конце тихо усмехнулся. Его голос звучал безупречно, как у диктора: — Есть кое-что. У меня внезапно возникла идея, хотел бы обсудить её с вами. У вас найдется время в обед? Поедим вместе. — Да-да-да! — выпалил Тан Бинь, не раздумывая. — Отлично. Тогда я подъеду к вашему офису и заберу вас? — Х-хорошо... — пролепетал Тан Бинь. — Я уже почти на месте, так что собирайтесь и спускайтесь.

Тан Бинь и представить не мог, что господин Шан окажется так близко. Он послушно повесил трубку, крикнул Ху Сяобину, чтобы тот ел заказ в одиночку, быстро прибрал хаос на столе и побежал вниз. Ху Сяобин опешил, но потом решил, что это даже здорово — сегодня ему достанется порция на двоих.

С учетом ожидания лифта всё совпало идеально: стоило Тан Биню выйти на улицу, как перед ним плавно затормозил серебристо-серый седан. Стекло опустилось, явив миру красавца-президента. — Садись, — скомандовал Шан Чэнцзюнь. — О-о, иду! — Тан Бинь, боясь задерживать важного человека, пулей заскочил в машину.

Окна закрылись, отсекая солнечный зной. Шан Чэнцзюнь спросил: — Что хочешь поесть? Я угощаю. — Курочку «Ку-Ку»! — не раздумывая, выпалил Тан Бинь. Но тут же спохватился и добавил: — Господин Шан, а вы что хотите? Я... я угощаю!

Шан снова усмехнулся, явно забавленный его непосредственностью. — Что такое «Курочка Ку-Ку»? Хотел бы попробовать.

«Курочка Ку-Ку» была корейским ресторанчиком неподалеку от их бизнес-центра. Место было небольшим, но уютным, с отделкой в стиле «маленькой буржуазии» — довольно симпатично. Тан Бинь раньше только заказывал доставку оттуда, и сам пришел впервые. В целом он остался доволен: обстановка вполне соответствовала дорогому костюму господина Шана.

Единственная проблема — был самый разгар обеда, и в зале было многовато народу, не лучший фон для обсуждения проекта. Пока Тан Бинь расстраивался, перед ним возникло меню, прижатое длинными пальцами Шана. Тан Бинь поднял взгляд и наткнулся на дерзкую улыбку и острый взор президента. Жар снова начал заливать лицо. Он поспешно уткнулся в меню, услышав голос Шана: — Заказывай ты. Я здесь никогда не был, что посоветуешь из фирменного?

Фирменное... Тан Бинь мельком глянул на него и снова зарылся в названия блюд. Румянец уже победно захватил его щеки и уши. Тан Бинь понимал, что сейчас красный как рак. «Как же жарко!» Чтобы отвлечься от этого мучительного чувства, он сосредоточенно начал выбирать. Курочка и свинина в кисло-сладком соусе — это база. Еще он взял кукси*, роллы с кальмаром и обжаренные ребрышки. Заметив, что, кроме гарнира, заказал одно мясо, он добавил овощной салат и суп твендян-ччигэ*.

— Господин, у нас большие порции, боюсь, двоим столько не съесть, — вежливо предупредил официант. Тан Бинь спохватился — и правда, перебор. — Тогда не надо... — Несите всё, — перебил его бархатный голос Шана. Шан Чэнцзюнь улыбнулся: — Я очень много ем. А что останется — заберем с собой.

Тан Бинь моргнул, решив, что логика в этом есть. Официант ушел, и теперь, лишившись прикрытия в виде меню, Тан Бинь не знал, куда деть глаза. Зато у Шан Чэнцзюня всегда находились темы для разговора, причем большинство касалось профессиональных знаний Тан Биня.

Тан Бинь и не подозревал, что президент так глубоко разбирается в его сфере. Кроме того, Шан Чэнцзюнь, казалось, знал всё обо всём: он рассказывал о местах, где побывал, о вещах, которые Тан Бинь даже представить себе не мог. Увлекшись рассказом, Тан Бинь забыл о неловкости. Принесли еду, и они болтали за обедом. Время пролетело незаметно; когда перерыв Тан Биня начал подходить к концу, ему пришлось прощаться с Шаном, похлопывая себя по сытому животику. Оказалось, что они вдвоем умяли почти всё заказанное.

На выходе Тан Бинь рванулся платить, но Шан Чэнцзюнь крепко перехватил его руку. Тан Бинь попытался вырваться, но Шан с непоколебимой властностью приобнял худого паренька за талию, прижимая к себе, и свободной рукой отсканировал QR-код на кассе, сразу оформив накопительную карту. По акции: при пополнении на 300 дают 30 бонусов, на 500 — 50, на 1000 — 100. — Положите тысячу, — сказал Шан.

Когда карту выдали, он просто сунул её в карман Тан Биня и улыбнулся: — Пусть карта побудет у тебя. А деньги на ней... будь добр, потрать их.

На Тан Бине была обычная футболка, так что Шан сунул карту прямо в карман джинсов. Тан Биню показалось, что то место, которого коснулась рука Шана, внезапно стало обжигающе горячим и тяжелым, так что даже идти стало трудно. Там было так «горячо», что он не смел даже засунуть руку в карман, чтобы потрогать карту. Краснея, он серьезно произнес: — Я могу сохранить карту для вас, господин Шан, но деньги я тратить не буду!

— Тогда в следующий раз, когда я приеду, поедим вместе? — наполовину спросил, наполовину утвердил Шан Чэнцзюнь. Он по-хозяйски приобнял Тан Биня за плечо, выводя спотыкающегося паренька на улицу. «Какой же он милый», — подумал Шан, не в силах скрыть улыбку.

Провожая Тан Биня, Шан спросил: — В выходные хочешь поехать со мной на рыбалку? Рыбалка! Конечно, он хотел. — Хочу! — выпалил Тан Бинь, не успев подумать. Но тут же вспомнил про работу... В прошлые выходные он не отдыхал. Не потому что работы было завались, а потому что в рабочем режиме он впадал в некое подобие транса, из которого не хотелось выходить. А сейчас он, не раздумывая, принял приглашение... Тан Бинь растерянно хлопал глазами, не понимая, что с ним происходит. Он совсем недавно стал человеком и еще плохо разбирался в человеческих эмоциях, но ему было безумно любопытно.

Шан Чэнцзюнь с оттенком вины спросил: — Переживаешь из-за работы? Моё условие в контракте доставляет тебе хлопоты? — А? — очнулся Тан Бинь. — Нет-нет, никаких хлопот! Я просто хочу поскорее закончить задание, чтобы поскорее... увидеть вас. Последние два слова он буквально проглотил. Не потому что было неловко, а потому что его осенило: Главный Герой только что пригласил его на свидание! Все его старания в работе были нужны лишь ради встречи с ним, а теперь... Тан Бинь осознал, насколько неловко это звучит, но радость пересилила всё. Шан позвал его на выходные! Слова Лун-гэ четко отпечатались в памяти: будь активным, мозоль глаза... Тан Бинь от избытка чувств схватил Шана за край пиджака: — У меня есть время, господин Шан! В выходные я совершенно свободен! — ...Вот и славно, — ответил Шан. — Тогда договорились, созвонимся ближе к делу.

Они доехали до парковки бизнес-центра. Тан Бинь всё еще немного витал в облаках. — На улице слишком жарко, не хочу, чтобы ты перегрелся. С подземной парковки можно сразу подняться на твой этаж? — спросил Шан. — Да, можно. Странно, но лицо Тан Биня снова стало пунцовым. В машине ведь вовсю работал кондиционер...

Когда он вышел и под взглядом Шана зашел в лифт, его вдруг осенило: Шан Чэнцзюнь всё это время просто болтал с ним. Он не предложил ни одной «новой идеи» и даже не коснулся текущего проекта! Пока он удивлялся, в голове раздался системный «дзинь»:

[Расчет за день окончен. Поздравляю хоста с получением трех «мин» и одной «гранаты»!]