Я покоряю мир своей милотой [Быстрое переселение]

Тан Бинь возвращался в компанию на машине Юй Минчэна вместе с Пан Юйцином. Всю дорогу он мертвой хваткой сжимал мобильный телефон. Ладони вспотели, но он не смел его выпустить.

Там, внутри, был номер, которым они только что обменялись с господином Шаном.

В офис они приехали как раз к обеду. Юй Минчэн предложил зайти куда-нибудь перекусить. Тан Бинь есть не хотел — ему не терпится вернуться на рабочее место, чтобы переписать номер телефона несколько раз и спрятать копии в надежных местах. Поэтому он отказался.

К счастью, он не был совсем уж глупым и понимал, что нельзя упоминать о том, что Шан Чэнцзюнь — его «цель». Набрав в грудь побольше воздуха, он выпалил ложь: мол, у него еще куча недоделанной работы и нужно срочно за нее сесть.

Юй Минчэн и раньше знал, что парень совершенно не умеет развлекаться и является заправским трудоголиком. Хотя отказ его немного уколол, злиться он не стал. Зато Пан Юйцин, который вовсе не горел желанием видеть коллегу за обедом, заметно приободрился. Он мягко улыбнулся: — Что ж, Лэ Ян, значит, тебе не суждено сегодня вкусно поесть. Затем он повернулся к боссу: — Я знаю, что на улице XX открылся новый ресторанчик, совсем рядом. Может, заглянем туда?

Юй Минчэн, не отрываясь от дороги, безучастно бросил: — Лэ Ян возвращается пахать сверхурочно, а мы пойдем развлекаться? Нехорошо. Поедим в компании.

— ...Понятно. — Улыбка застыла на лице Пан Юйцина.

Сидевший на заднем сиденье Тан Бинь не заметил этой сцены — он изо всех сил заучивал номер Шан Чэнцзюня. Интеллект оригинала был высок, память работала отлично, к тому же у господина Шана был «красивый» номер с повторяющимися цифрами. Тан Биню хватило пары взглядов, чтобы запомнить его почти полностью.

Но он так боялся, что из-за волнения всё вылетит из головы, что шептал цифры про себя снова и снова.

В конце концов, это была единственная зацепка, способная помочь ему выполнить задание. Тан Бинь знал, что он «глуповат», и чтобы справиться, ему нужно приложить в разы больше стараний и аккуратности, чем другим. Его совершенно не заботило, что со стороны такое поведение выглядит странно.

Вернувшись в офис, Тан Бинь исполнил данное себе обещание — угостил Ху Сяобина жареной курицей и свининой в кисло-сладком соусе. Поскольку это был «бизнес-ланч» из хорошего места, обед обошелся почти в сотню юаней. Ху Сяобин был в шоке: он и не чаял, что этот «железный петух»*, из которого копейки не вытрясешь, сам предложит угощение.

В кабинете вкусно пахло. Тан Бинь уплетал ароматную курицу с хрустящей маринованной редькой и кимчи, то и дело поглядывая в телефон и глупо улыбаясь.

— Ого! Ну и запах, с ума сойти! — Мимо проходил коллега, вернувшийся с обеда. Привлеченный ароматом, он заглянул к ним и, выбрав удачный угол, сразу приметил экран телефона Тан Биня. — Ой, а это что? Дайте-ка глянуть... неужели наш невинный крошка Лэ Ян наконец-то прозрел?!

Голос прозвучал так внезапно, что Тан Бинь в испуге тут же погасил экран. Но шумный коллега уже привлек внимание остальных. Ху Сяобин с набитыми щеками спросил: — Что там? Что случилось?

Коллега затараторил: — Да откуда мне знать? Кто ж ведает, почему Лэ Ян сидит и умиляется на список цифр?

Ху Сяобин прищурился, медленно прожевал рис и как бы невзначай спросил: — Кто там? Чей номер? — Не знаю, записано что-то вроде... «Главный герой»? Я не разглядел.

Тан Бинь: «...»

Мгновенно его лицо покраснело до самых кончиков ушей. Он уткнулся в тарелку. К счастью, внимание любопытного коллеги снова переключилось на еду. Если бы он увидел этот румянец... Тан Бинь не знал почему, но чувствовал, что просто сгорит со стыда. Работа в офисе была тяжелой, и такие шутки часто служили разрядкой. Коллега не придал этому значения; он сглотнул слюну и протянул руку: — Эй, братцы, дайте кусочек мяса. Самый большой! Ну, давайте! А-а-ам!

Зато Ху Сяобин внимательно следил за реакцией соседа. Кусок риса встал у него поперек горла, а еда внезапно потеряла вкус. Он надел одноразовую перчатку, сунул коллеге кусок свинины, который выглядел не особо аппетитно, и велел ему проваливать.

Тан Бинь боялся, что над ним снова начнут подшучивать. Он не мог объяснить, что в этом плохого, так же как не понимал, почему его лицо так горит. Инстинкты заставили его убрать телефон и смиренно доедать обед.

«Да-а, не зря оригинал так любил эту курицу. Мясо совсем не сухое, очень нежное, в меру соленое и острое, и с той легкой сладостью, которую я так люблю».

Погрузившись в дегустацию, Тан Бинь позабыл о неловкости. Закончив с едой и убрав со стола, он открыл на компьютере проект для «Жуйды». Чтобы достичь «счастливого финала» с героем, они для начала должны пересекаться. Этому его когда-то научил Дух Персика. Он твердо помнил это правило и смутно осознавал: единственный способ «подкатить» к главному герою — это безупречно выполнить текущий проект.

Благо, его профессиональные навыки были на высоте, и он верил, что сможет закончить работу раньше срока. — Вперед! — Тан Бинь сжал кулачки, подбадривая себя.

После обеда господин Юй официально объявил о назначении Тан Биня главным инженером проекта «Жуйда». Стоило ему замолчать, как по офису пополз шепот. За год работы здесь в способностях Лэ Яна никто не сомневался, но отсутствие опыта многих смущало.

Голос Юй Минчэна перекрыл гул: — Я прошу группу Б оказать Лэ Яну полную поддержку. Впереди трудные времена, но я в долгу не останусь.

Слова босса о «долгах» обычно означали хорошие премии по завершении дела. Офис взорвался радостными криками. — На этом всё, за работу. Лэ Ян, зайди ко мне в кабинет, — бросил Юй Минчэн и ушел. Тан Биню ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

В отделе кто-то вернулся к делам, а кто-то остался пошептаться. Один из сотрудников подскочил к Пан Юйцину: — Пан-цзун*, что происходит? Мы же всегда были под вашим началом, почему заказ «Жуйды» отдали лично ему?

— Ну, человек-то талантливый, — Пан Юйцин вздернул подбородок с выражением высокомерного презрения. — Вы бы видели, как кое-кто в офисе «Жуйды» строил глазки господину Шану. Меня аж подташнивало! — Да ладно? Лэ Ян не похож на такого человека... — В лицо смотришь, а сердца не видишь*, — вздохнул Пан Юйцин и махнул рукой. — Всё, возвращайтесь к работе. Раз у нас нет таких «талантов», придется просто смириться и пахать.

Остальные разошлись. Многие из них не были такими «деревянными» и бесчувственными, как оригинал. Кое-кто замечал, что господин Юй симпатизирует Лэ Яну, но тот вечно делал вид, что не понимает намеков. Кто-то считал, что он и правда не понимает, кто-то — что прикидывается дурачком. Но до этого момента все были лишь зрителями, пока Пан Юйцин не упомянул президента Шана...

Впрочем, в это верилось слабо. Весь офис знал, что Пан влюблен в босса Юя и из-за этого постоянно придирается к Лэ Яну. Скорее всего, он просто брызжет ядом от ревности. Программисты жили своим ремеслом и не особо гнались за должностями, тем более что Лэ Ян стал руководителем временно, и зарплата его выросла ненамного. Так что завидовать было особо нечему. Многие даже сочувствовали Пану — мол, раз мастерства не хватает, чтобы удержать позиции, приходится вот так очернять парня.

В кабинете Юй Минчэн сначала обсудил с Тан Бинем технические детали. Тан Бинь понимал важность момента и старательно всё записывал. Затем он услышал вопрос: — А-Ян, ты ведь не был знаком с господином Шаном раньше? — А? — Тан Бинь решительно мотнул игловой. — Нет.

Юй Минчэн долго вглядывался в него, пытаясь уловить хоть тень лжи. Но этот миловидный юноша смотрел на него огромными, полными недоумения глазами, в которых не было ни капли притворства. — Вот и славно, — с облегчением выдохнул босс. Он встал и похлопал Тан Биня по руке, лежащей на столе. — Ты должен понимать, кто на самом деле к тебе добр и кто твоя настоящая опора.

Тан Бинь непонимающе моргнул. Он действительно не сообразил, на что намекает Юй Минчэн. Хотя, если говорить об опоре, господин Юй и правда его босс. Но босс — не главный герой, а ему нужен именно он...

В голове внезапно всплыло невероятно красивое лицо Шан Чэнцзюня. Тан Бинь на мгновение выпал из реальности, так что даже не расслышал последующих слов Юй Минчэна.

— Возвращайся к работе, — Юй Минчэн с довольным видом откинулся на спинку своего массивного кресла. Ему очень понравилось, как Лэ Ян только что смотрел на него, не мигая.

Тан Бинь выскочил из кабинета как ошпаренный кролик и бросился за свой стол. Нужно было немедленно составить план работ, утвердить его у босса и распределить задачи между коллегами. Это было непросто, но так как Тан Бинь с самого начала вел проект «Жуйды», он щелкал эти задачи как орешки.

В половине девятого вечера он отправил готовый план Юй Минчэну. Длинный рабочий день подошел к концу. От напряженного труда голова гудела. Тан Бинь зевнул; в метро по дороге домой его нещадно клонило в сон. Все мысли были только о кровати, он даже про ужин забыл — впрочем, после плотного обеда он еще не проголодался.

Он вернулся в свою съемную квартиру. Это было обычное жилье: две комнаты, гостиная, кухня и санузел. Он занимал меньшую комнату, аренда которой была чуть дешевле. Когда Тан Бинь открыл дверь, его сосед Лун Кэ сидел на диване с какой-то девицей — они обнимались и целовались. Телевизор орал так громко, что звука открывающейся двери не было слышно. Увидев Тан Биня, женщина испуганно вскрикнула: «А-а!»

Сосед был земляком оригинала, они приехали из одной деревни. Только один благодаря высокому интеллекту окончил университет и стал крутым айтишником, а второй бросил учебу, приехал в город на заработки и стал «человеком с улиц». У него был сомнительный круг общения, и он постоянно приводил домой незнакомых женщин.

Будь Тан Бинь обычным человеком с опытом жизни в обществе, он бы понял, насколько нелепо выглядит такое соседство. Но он не понимал. Он даже не сообразил, почему женщина закричала, увидев его.

Тан Бинь был в замешательстве, но «братец Лун» когда-то предупреждал его, что на его гостей можно не обращать внимания. Поэтому Тан Бинь просто проигнорировал даму, переобулся и пошел к себе.

Лун Кэ отреагировал спокойно: — Это мой сосед. Чего ты так разволновалась? Стесняешься, что ли? Боишься, что увидят? А? — Ах ты, негодник! Противный! — послышался кокетливый голосок, и женский кулачок символически опустился на плечо Лун Кэ.

Видя, что парочка продолжает миловаться на диване, Тан Бинь решил не мешать и скрылся в своей комнате. К счастью, женщина всё же чувствовала себя неловко под посторонними взглядами и вскоре ушла вслед за Лун Кэ в его комнату.

Тут Лун Кэ высунулся в коридор: — Вернулся уже? — Ага. — Ужинал? — Нет, голова побаливает, хочу прилечь. — Ну ложись, — сказал Лун Кэ. — Если проголодаешься ночью, позови, я тебе лапши сварю.

На самом деле Лун Кэ был довольно радушным парнем. И хотя его татуировки на всю руку пугали, а густые брови придавали лицу свирепый вид, Тан Бинь всё равно его немного побаивался. Зато лапша быстрого приготовления у Лун Кэ всегда получалась отменной.

Тан Бинь радостно согласился, отпустил Лун Кэ заниматься своими делами, сходил в душ и, посвежевший, улегся в постель. На улице стояла летняя жара. Несмотря на кондиционер, Тан Бинь вскоре почувствовал, что весь промок от пота. Усталость была дикая, но сон не шел.

Мешала не только жара, но и доносящиеся из соседней комнаты звуки: шорохи и странные женские вскрики. Звуки были негромкими, но Тан Биню становилось от них всё жарче и жарче. В конце концов он не выдержал, встал и вышел из дома. Заодно и проголодался, так что заглянул перекусить в ночную лавку.

После позднего ужина он, словно ведомый неведомой силой, оказался у торгового центра как раз перед закрытием. Ноги сами привели его к тому самому креслу, на котором он спал вчера.

Снова погрузившись в мягкость и оплатив сеанс, он почувствовал, как за его спиной будто выросли несколько невидимых рук. Они точно знали, где болит, и мастерски разминали затекшую шею и позвоночник. Даже головная боль начала отступать.

Затем эти «руки» спустились ниже к ягодицам. Ощущение, будто его пятую точку интенсивно разминают, сначала вызвало у Тан Биня жуткую неловкость, но он вспомнил про потраченные десять юаней и решил, что раз это часть программы, надо расслабиться. Как только он расслабился, странное чувство пронзило копчик, заставив его тихо охнуть: — Ой-ой...

Ощущение было странным, но вовсе не плохим. Казалось, будто он попал в теплые, успокаивающие объятия. Тан Бинь медленно закрыл глаза. Вскоре он окончательно разомлел и потерял счет времени, так и не заметив, как снова проспал в торговом центре всю ночь.