Я покоряю мир своей милотой [Быстрое переселение]

Тан Биню снился сон: мостик над ручьем, прохладный ветерок и яркая луна. Казалось, он вернулся в те места, где жил до того, как стал духом. Сны начали приходить к нему только после обретения человеческой формы, и он еще не научился в них ориентироваться, но этот сон был очень теплым и уютным.

Постепенно журчание родниковой воды нарастало, пока не превратилось в назойливый рингтон мобильного телефона. Тан Бинь не сразу пришел в себя. Он открыл глаза — сквозь стеклянный купол торгового центра на него падали лучи утреннего солнца. На улице уже вовсю кипел день.

Прикрыв глаза рукой от слепящего света, Тан Бинь судорожно выудил из кармана телефон и ответил на звонок, попутно осознавая, что умудрился проспать в массажном кресле всю ночь.

— Алло? — его голос звучал сонно и хрипло. — Алло, Лэ Ян, ты уже в офисе? — раздался в трубке недовольный голос Пан Юйцина. — Еще нет... — Тан Бинь в панике глянул на время. Восемь утра. Уф, пронесло. Рабочий день начинался в девять, он еще успевал, а значит, штрафа за опоздание не будет.

На том конце провода Пан Юйцин сказал: — Ладно, тогда в офис не заезжай. Встретимся на месте, поедешь со мной по делу. — Куда? — На встречу с господином Шаном из корпорации «Жуйда». Босс посмотрел твой отчет и в целом остался доволен. Он хочет, чтобы ты поехал со мной и лично представил клиенту дизайн-проект. Предупреждаю: веди себя там подобающе... — А? О... хорошо.

Тан Бинь согласился, хотя всё еще плохо соображал.

Группа компаний «Жуйда» — восходящая звезда Пекина последних лет. Говорили, что они охватили множество отраслей и на фоне общего экономического спада сумели прорубить себе путь к успеху. На данный момент это был самый крупный клиент их фирмы. Тан Бинь не до конца понимал, насколько этот клиент важен: обладая знаниями оригинала, он всё еще был полным профаном в делах бизнеса. Он знал лишь одно: их компания предоставляет «Жуйде» мобильное приложение и сетевые услуги, а значит, этот клиент — «золотой идол», на которого нужно молиться.

Несмотря на это знание и давление со стороны начальника, Тан Бинь не особо нервничал. Он встал с кресла и с удивлением обнаружил, что после ночи, проведенной в такой позе, у него ничего не болит. Размявшись и договорившись с Пан Юйцином о месте встречи, Тан Бинь из любопытства снова потрогал кресло, на котором спал... Оно уже не казалось таким мягким. Неужели он просто привык?

«Странно всё это», — подумал «пряник».

Впрочем, в этом мире было слишком много странностей. Тан Бинь вспомнил, что ему нужно спешить на встречу, и больше не медлил. Он включил свои «две ноги» и припустил вниз по неработающему эскалатору торгового центра. Магазины еще не открылись, но на первом этаже одна из дверей была распахнута. Тан Бинь не знал тонкостей работы ТЦ, поэтому не заметил ничего подозрительного. Он просто выбежал на улицу и рысцой направился к метро.

Утреннее метро было забито до отказа. Тан Биня сдавили так, что он чуть не превратился в тонкую лепешку. Но он уже привык. По сравнению с первыми днями, когда он по неопытности вообще не мог втиснуться в вагон, сейчас он был благодарен уже за то, что просто попадал внутрь и не опаздывал.

Пан Юйцин жил недалеко от места встречи. Хотя Тан Бинь не знал дорог, он без труда нашел начальника. Тот при виде него задрал брови до самого затылка: — Ты собираешься идти на встречу с господином Шаном в этом?

Тан Бинь опустил взгляд. На нем была та же одежда, что и вчера. Уведомление пришло слишком внезапно, у него просто не было времени заскочить домой и переодеться. Но странное дело: после ночи в кресле одежда совсем не помялась. И в такую погоду — в торговом центре, где ночью отключают кондиционеры, — обычный человек проснулся бы в поту, лежа на кожаном сиденье. Но не Тан Бинь. Его рубашка выглядела свежей, и от него ничем не пахло. И хотя сочетание белой рубашки и рваных джинсов выглядело не слишком официально, оно не казалось неуважительным.

Видя, что парень выглядит опрятно, Пан Юйцин решил промолчать. От дизайнера-программиста всё равно не дождешься строгого костюма. К тому же, у Пана был свой интерес.

Он был геем и давно сох по своему университетскому старшему — нынешнему боссу Юй Минчэну. Юй Минчэн был бисексуалом. Высокий, статный, в прошлом — председатель студсовета, он всегда был на виду, так что его предпочтения не были секретом. Пан Юйцин влюбился в него еще в студенчестве и постепенно «сменил ориентацию». После выпуска он устроился в компанию Минчэна на правах младшего товарища. Пан был недурен собой, Минчэн его ценил, и между ними уже почти проскочила искра... пока в компанию не пришла новая партия выпускников.

Лэ Ян был одним из них. В отличие от самого Пана, Лэ Ян был типичным «айтишником», который целыми днями видел только код. Но у него была чистая белая кожа, миловидное лицо и выдающийся талант. Юй Минчэн положил на него глаз почти сразу. Если бы Лэ Ян не был таким «непробиваемым» и понимал хоть что-то в ухаживаниях, они бы давно уже были вместе. Но именно эта «невинность» разжигала в боссе еще больший интерес. Сейчас он играл с Лэ Яном как кошка с мышкой, совершенно забыв о Пан Юйцине.

Как тут не злиться и не ревновать? Пан не раз вставлял Лэ Яну палки в колеса, но Юй Минчэн всегда его выручал. В этот раз босс лично распорядился, чтобы Лэ Ян поехал на презентацию — явный намек на скорое повышение. Из-за этого Пан Юйцин полночи не мог уснуть от ярости. Но увидев Лэ Яна в джинсах, он немного успокоился. Мужчины любят глазами, особенно геи. Он был уверен: когда Минчэн увидит его, тщательно причесанного и одетого с иголочки, и вот такого Лэ Яна, его взгляд точно не задержится на коллеге!

— Ладно, пошли, — Пан Юйцин поправил пиджак и прическу, над которой трудился всё утро.

Они поймали такси и направились к офису «Жуйды». Тан Бинь и не подозревал о буре в голове соседа. Всю дорогу он молча повторял содержание вчерашнего отчета, чтобы не ударить в грязь лицом перед большим боссом. Оригинальный Лэ Ян был отличным спецом, и такие презентации ему уже доводилось проводить, так что Тан Бинь не чувствовал страха сцены. К тому же, он относился к работе ответственно, не осознавая, что проект, ради которого лично выходит президент корпорации, — это вопрос огромной важности. А отсутствие лишних знаний избавляет от лишней нервозности.

Пока он сосредоточенно подбирал слова, такси медленно ползло сквозь утренние пробки. Наконец они прибыли к зданию «Жуйды» и поднялись в кабинет президента.

В кабинете сидели двое представительных мужчин в дорогих костюмах. Одного Тан Бинь узнал — это был их босс Юй Минчэн, который вечно летал по стране и редко заглядывал в офис. Вторым же, судя по всему, был президент «Жуйды» — Шан Чэнцзюнь.

Тан Бинь не был уверен до конца. Стоило ему войти, как он столкнулся взглядом с этим человеком. Тан Бинь почувствовал, что аура этого мужчины подавляет даже Юй Минчэна. Сделав всего пару шагов, он ощутил себя крайне неуютно под этим тяжелым взором. К тому же, ему показалось, что господин Шан смотрит исключительно на него.

Тан Бинь еще мало знал людей, но понимал, что все они разные. Но такого, кто смотрел бы так в упор при первой же встрече... он видел впервые. И таких красавцев — тоже. Глаза с поволокой, высокая переносица, тонкие губы. Каждая черта лица была идеальной, а всё вместе складывалось в картину невероятной гармонии, будто сама красота мира сосредоточилась в этом человеке. Это было мужественное, волевое лицо, а широкие плечи, которые не скрывал даже пиджак, завершали образ. Тан Бинь подумал, что это, пожалуй, самый красивый мужчина на свете.

Ему хотелось рассмотреть его получше, но он тут же опустил голову, не смея поднять глаз. Стоило ему взглянуть на мужчину, как их взгляды сталкивались в воздухе. Взор Шана был таким горячим, что Тан Биню казалось, будто в нем есть какая-то магия: щеки «пряника» начинали пылать, и это было очень некомфортно.

После взаимных представлений все расселись. Тан Бинь, словно маленький перепел, вжался в диван, и тут напротив раздался бархатный мужской бас: — Спасибо господину Юю и вашим сотрудникам за то, что проделали такой путь. Сначала выпейте чаю, а после мы всё обсудим.

Тан Биню голос показался знакомым. Он инстинктивно поднял голову и снова встретился глазами с господином Шаном. Он тут же спрятался, уткнувшись в пол. В этой суматохе он совершенно забыл подумать, где же мог слышать этот уникальный голос раньше.

Тем временем Юй Минчэн вежливо ответил: — Путь нас не утомил, давайте приступим прямо сейчас.

Сидевший рядом Пан Юйцин впервые видел Шан Чэнцзюня вживую. Он был настолько поражен его статью и красотой, что буквально потерял дар речи и пришел в себя только после слов босса. Желая выделиться и привыкнув по-хозяйски вести себя с подчиненными, он грубо толкнул Тан Биня в плечо: — Чего застыл? Начинаем!

Толчок был несильным, скорее хлопок, но Тан Бинь был очень худым, а в этом диване и вовсе казался невесомым. От неожиданности он качнулся в сторону. К счастью, реакция его не подвела, и он быстро оперся на локоть, не позволив себе опозориться перед господином Шаном.

Тан Бинь выпрямился, достал ноутбук и вчерашний отчет, готовясь к докладу. Однако жест Пан Юйцина заставил господина Шана нахмуриться. Он спросил ледяным тоном: — Ваша компания всегда так обращается с подчиненными? — А? — Тан Бинь вытаращил глаза на Шан Чэнцзюня, не понимая, о чем речь.

Юй Минчэн и Пан Юйцин тоже замерли. Шан Чэнцзюнь продолжил: — Насколько я знаю, господин Лэ — ключевой сотрудник этого проекта. Обладать такими навыками в столь юном возрасте — редкость. Господин Юй, вам следует ценить таланты. Разве можно позволять себе вот так распускать руки и помыкать ими?

Господин Шан и до этого не казался добряком, но сейчас, когда его лицо заледенело, его аура стала просто невыносимой. Лицо Юй Минчэна мгновенно потемнело. Пан Юйцин только сейчас осознал, что его отчитывают за тот легкий толчок. В деловом мире распускать руки — верх неприличия. Он сделал это по привычке, да еще и от нервов из-за красоты Шана, но получить такой выговор при всех... Господин Шан прямо указал на его невоспитанность.

Пан Юйцин был готов провалиться сквозь землю от стыда. Юй Минчэн тоже был в ярости от выходки Пана, но ради спасения лица компании попытался сгладить углы: — Ха-ха, у нас в офисе довольно свободная атмосфера, мы не всегда строго следуем этикету. Прошу прощения, если это выглядело странно.

Тан Бинь моргнул. Хотя Пан Юйцин часто кричал на них в офисе, а иногда и швырял папки в лицо, Тан Бинь не увидел в этом толчке ничего оскорбительного. Однако, глядя на то, как Пан сжался, не в силах вымолвить ни слова, он благодарно посмотрел на Шан Чэнцзюня.

Это был всего один взгляд, и Тан Бинь клялся себе, что посмотрел украдкой, но господин Шан мгновенно поймал его взор.

Тан Бинь больше не смел оглядываться. Их провели в конференц-зал, где сидели еще несколько топ-менеджеров «Жуйды». Тан Бинь открыл файл и начал старательно объяснять детали дизайна. Корпорация «Жуйда» всегда ориентировалась на слово своего лидера, и сегодняшний отчет был решающим: если Шан доволен — сделка в кармане.

Тан Бинь не знал, хорошо ли он справляется. Он мог концентрироваться только на чем-то одном, поэтому не замечал реакции аудитории. Но когда он закончил и набрался смелости посмотреть на господина Шана, ему показалось, что тот удовлетворен. Шан Чэнцзюнь произнес: — Мне очень нравится ваш проект. Тан Бинь покраснел: — Спасибо. — Тогда решено. Господин Юй, я настаиваю, чтобы господин Лэ полностью курировал этот проект и занял должность главного инженера.

— Это... — Пан Юйцин лишился дара речи, а Юй Минчэн с заминкой ответил: — Лэ Ян окончил университет всего год назад. Господин Шан, такое требование... Шан Чэнцзюнь перебил его: — Передайте проект господину Лэ. Если работа будет закончена на три дня раньше срока, я готов увеличить итоговую выплату на десять процентов в качестве премии вашей компании. — ...Господин Шан, вы серьезно? — Юй Минчэн тут же загорелся. — Разумеется, — подтвердил Шан.

На рынке время — деньги, и такие предложения не были редкостью. К тому же Юй Минчэн использовал связи своей семьи (семья Юй входила в совет директоров «Жуйды»), чтобы получить этот контракт. Возможно, Шан просто оказывал ему услугу из уважения к семье. Перед лицом такой прибыли Минчэн не мог отказаться. Хотя ему и не нравилось, как Шан смотрит на Лэ Яна, он согласился: — Хорошо. Делами «Жуйды» будет руководить Лэ Ян.

Лицо Пан Юйцина стало чернее сажи. Программисты отвечают за продукт, а не за управление. Это совершенно разные сферы. Назначив Лэ Яна главным, господин Шан фактически отобрал у Пана его хлеб. Менеджеры «Жуйды» молчали — они никогда не шли против воли босса.

И только Тан Бинь вообще не понимал, что происходит. Он еще не осознал, что его карьера перевернулась из-за одной фразы. Он просто думал, что господин Шан, который так легко усмирил его босса, чертовски крут...

— На этом закончим. Я распоряжусь подготовить дополнительное соглашение, — Шан Чэнцзюнь закрыл папку и встал. Тан Бинь невольно поднял взгляд и снова наткнулся на этот странный, изучающий и немного дерзкий взор... Волна жара снова ударила в лицо.

Тан Бинь коснулся своей щеки. Горячая. «Неужели заболел?» — подумал он. Когда у Ху Сяобина был жар, его лоб был таким же горячим.

Он в суматохе встал вместе со всеми, провожая взглядом удаляющегося Шан Чэнцзюня. И в этот момент в его голове раздался уже знакомый электронный голос:

[Добро пожаловать в мир новеллы «Дни под защитой властного мужа-президента». Публикую системное задание:]

Цель: Шан Чэнцзюнь.

Рост: 185 см.

Статус: Неизвестно.

Прошлое: Неизвестно.

Требования миссии: >

1. Вступить в романтические отношения с целью.

2. Достичь счастливого финала (HE).

Сложность: 1 звезда.

Тан Бинь замер. Наконец-то пришло задание, но он был в полном замешательстве. — ...И что же мне теперь делать? — робко спросил он. Система ответила механическим голосом:

[Прошу прощения, данная система только выдает задания и не может предлагать хосту идеи для их выполнения].

Тан Биню... Тан Биню снова захотелось плакать. Перед тем как попасть сюда, он с трудом выучил, что такое «счастливый финал», но когда пришло время действовать, он совершенно не представлял, с чего начать.

Он мог писать код и проектировать интерфейсы, опираясь на память прежнего владельца тела, но в его собственной голове не было ни знаний, ни опыта, которые подсказали бы, как достичь «счастливого финала» с человеком.

Стоило Тан Биню всхлипнуть, как даже Система, словно не выдержав, попыталась его утешить:

[Хосту не стоит паниковать. Вам очень повезло: эта книга — чистый «сладкий» роман. В сюжете нет никаких «белых лун» или «киноварных родинок»*, бывших любовниц, абортов, издевательств над телом или душой и прочей кровавой драмы. Сложность всего одна звезда — это самый легкий уровень.]

Тан Бинь: «...»

Почему-то от этого он запаниковал еще сильнее. Ведь если он не справится с заданием в этом мире, ему придется отправляться в следующий, и так до тех пор, пока он не выполнит семь миссий. Только тогда его «перерождение» завершится, и он сможет навсегда остаться в человеческом облике.

И если, как говорит Система, этот мир — самый простой... а он не справится даже с ним...

Тан Бинь мгновенно преисполнился тревоги за свое будущее. Факт оставался фактом: он совершенно не понимал, что нужно «проворачивать», чтобы выполнить задачу.

На мгновение ему захотелось броситься вслед за еще не ушедшим Шан Чэнцзюнем и взмолиться, чтобы тот сотворил с ним «хэппи-энд». Но память оригинала и крупицы усвоенных знаний твердили: в человеческом обществе нет места жалости. Такой поступок лишь вызовет отвращение, и мужчина только сильнее отдалится от него.

От незнания и страха перед провалом у Тан Биня похолодели руки и ноги, а по спине пробежал неприятный холодок.

Однако в этот самый момент он заметил, что Шан Чэнцзюнь, который уже должен был уйти далеко, обернулся и посмотрел на него. Более того, президент развернулся, подошел прямо к нему и спросил: — Инженер Лэ, верно? Вы не против, если мы обменяемся номерами телефонов?

Тан Бинь: «?!!»

Шан Чэнцзюнь едва заметно улыбнулся: — На случай, если у меня внезапно появятся новые идеи, чтобы я мог оперативно с вами связаться.

Опешил не только Тан Бинь. Эта внезапная фраза заставила вздрогнуть всех топ-менеджеров, которые только что безропотно приняли условие о десятипроцентной премии.

...С каких это пор идеи господина Шана требуют личного звонка рядовому дизайнеру? Сколько же уровней иерархии он сейчас перешагнул?!