маленькая глава, в которой появляется крошка-картошка.
Прошло чуть больше месяца. И в целом их жизнь в никак не менялась, а если и менялась, то после всё возвращалось на свои места. С-стабильность. Сокджин так же умело выносил мозг, заказывая новые и новые сочетания не сочетаемых блюд, Намджун терпел, потому что «Хотел ребёнка? — терпи!», и всё чаще разговарил с маленьким пузожителем. Жили-жили не тужили, и вот настало время первого узи...
На улице уже вовсю светило яркое солнышко, так и нарывающие напев макушку, стреляя солнечным ударом, пели птички, перебивая друг друга, дул лёгкий, освежающий ветерок, а жители города уже собирались по своим делам: на работу, в садик или в школу.
А в одной из квартир спального района было тихо. Спокойно и уютно. Царила домашняя всеми любимая атмосфера. Ключевое слово «было»...
— Намджун! — вбегая в спальню, кричит Сокджин с полотенцем намотанное на голову, своеобразно сушá рыжеватые волосы.
От крика Намджун недовольно жмурится, мычит и кутается в тёплое пуховое одеяло, совсем как маленький ребёнок, которого с утра будит мама в детский садик.
— Намджун, кусь тебя за ногу! Просыпайся! Сегодня такой значимый для нас день! И для нашего маленького пузожителя тоже! — омега с разбегу прыгает на спящего на кровати мужа. Тот от навалившегося на него тела подрывается, вскрикивая.
Намджун лениво разлепляет заспанные глаза, смотря на мужа.
— Что-то случилось?.. Если это что-то не серьёзное, то я спать. Сегодня мой последний выходной... Так что... — альфа уже собирался плюхнуться в своё мягкое «гнёздышко», но тут его снова окликнул Джин:
— Джун! Неужели ты не помнишь, какой сегодня день? — омега приподнимается на руках, не задевая уже чуть видневшийся живот. Он надувает обидчиво пухлые губки, делает глаза, словно как кот из «Шрека».
В ответ лишь молчание и протяжное «эээээээээммммммм».
— Ну давай, Наму! Шевели извилинами, ну! — младший Ким, дожидаясь ответа и подбадривая, дрыгает ногами и не сильно бьёт по прессу.
А Намджун молчит. В голове с трудом крутятся ржавые шестерёнки. Он же не скажет, что просто боится что-то, вообще, сказать? Джин всегда помнил все даты. Даже самые бредовые. Ким Намджун до сих пор помнит, когда они поссорились из-за того, что он забыл когда папа Джина закончился садик.
Когда Джун молчит уже целую минуты, омега сдаётся и смачно хлопает себя по лбу. Он конечно знал, что его супруг немного отупел из-за временных ночных смен и загруженного графики, но чтоб настолько...
Джин вздыхает и сам же отвечает на свой вопрос:
— Сегодня, вообще-то, день нашего первого УЗИ... Я думал, ты помнишь... — омега грустно, будто стараясь сделать сделать также не приятно, отнимает одеяло, заворачиваясь в него. Образовавшейся комочек плюхается на поверхность кровати, отворачивается и недовольно фырчит.
Старший мимолетно проходится взглядом по комочку, затем обреченно вздыхает, понимая, что просто должен купить себе витаминам для памяти (хоть он и ненавидит всякие таблетки, витамины и лекарства, и пить их не станет даже на смертном одре, но снова спать на диване не особо-то и хочется. Ну и, вообще, обидчивый Джин — это уже подписанный смертный приговор).
Альфа, вздыхая, ложиться рядом с комочком на правый бок, закидывая одну руку на талию, обнимая и прижимая к себе. А другую просунул между головой и кроватью, зарываясь длинными пальцами в рыжие мокрые от душа волосы.
Намджун превращается в маленького щеночка, начинающий ластиться по ближе к хозяину, когда накосячил. Но вот только муж такие «извинения» не принимает. Лишь показательно отползает дальше к краю постели, норовя упасть и получить ушиб от столкновения с полом.
Мужчина уже хотел начинать грустный монолог о том, какая он скотина и тварь, и что, вообще ему очень жаль и он готов вымаливать прощение на стоя коленях с красной розой в зубах, но не успевает как обиженный на него и на жизнь Сокджин поворачивает в его сторону голову, мило хмурит домиком бровки и довольно грозно говорит:
— Подлизываться будешь? Или едой снова подкупить? Ты же мог вспомнить. Тем-более, я тебе напоминание в телефоне сделал, ты его удалил, что ли? — набирает обороты своей гневной тирады парнишка. Намджун бы назвал это словесным поносом, ведь омега тараторит так, что даже Эминем бы позавидовал.
А вот напоминание Джун и в правду удалил, потому что запись под названием «сегодня мы идём смотреть на голого ребёнка!» не очень схоже с темой первого УЗИ-скрининга.
— Прости. Да, я забыл. Прости, но это из-за завал на работе буквально всё из головы вылетает. Ты же знаешь. — сипло отвечает старший, утыкаясь носом в омежьи волосы.
Сокджин пахнет цитрусом (то ли лимоном, то ли ещё чем-то, Намджун ещё не понял) и алое вера, что очень хорошо сочеталось с утренней прохладной свежести. У омеги полно всяких баночек, бутылочек, которыми забиты полки в ванной до края. Пахло от него каждый день по-разному, поэтому угадать или предположить было довольно сложно. Ещё если учитывать, что бывают дни, когда Джин может мыть голову по пять раз.
— Знаю, и именно поэтому хочу, чтобы ты работал дома. Или хотя бы спал по восемь часов в сутки, а не как обычно по три. — не успокаиваться парнишка. Временами он напоминает альфе дедушку. Такого ворчливого, седого и с длинной бородой, размахивающий своей тростью. — А то ты со своей работой всё забываешь. Не удивлюсь, если в следующий раз ты забудешь про мой день рождение, например. Кстати, когда он? Не отупел ещё со своими бумажками?
Вопрос альфа будто пропускает мимо ушей, не отвечает. Он лишь тихо шепчет «прости...» и тянется к полным малиновым губам мужа за извинительным поцелуем. Но Джин морщится, отворачивает голову и не даёт прикоснуться губами к себе, остановив альфу ладонью.
— У тебя из-за рта воняет. Я всё ещё расстроен, поэтому простыми поцелуйчиками ты от меня не отделаешь! — омега выбирается из вороха одеял, поднимаясь с кровати убегая, будто совсем не чувствуя стальную хватку. — Давай, поднимай свой зад, и идём собираться. Нам через полтора часа выходить, сегодня ты будешь выполнять все мои просьбы, потому что ты меня огорчил. И пузожителя тоже! — Сокджин с аурой садиста-антагониста кричит и скрывается из спальни, звонко хлопнув дверью.
А Намджун всегда знал, что Джин пошёл в своего папу. Ведь точно таким же тираном мог быть только его тесть.
***
После того, как Намджун выполз из комнаты, закутанный в одеяло (ибо Джин любитель пооткрывать все окна в квартире, впуская свежий, прохладный воздух вместе со сквозняком) он направился в ванную комнату, чтобы умыться, почистить зубы, принять бодрящий душ и сходить в туалет, грея зад на пушистом ободке для унитаза, которого на днях купил Джин. Вообще, омега в последнее время очень странно проявляет заботу, но и на этом спасибо.
Намджун скидывает одеяло на стиральную машинку, затем оттягивает резинку боксеров, стягивает их вниз, снимая. Он большой любитель спать в одном нижнем белье, потому что «тело должно дышать». Он даже пытался несколько раз уломать мужа спать в одних трусах. Но Джин был достаточно стеснительный, да и словами: «Мой милый, да что я там не видел? Давай снимай пижамку» он ничего не добился. Лишь заработал большую шишку, которая не проходила больше трёх недель.
Аккуратно зайдя в душевую кабинку, Намджун начал крутить краник, настраивая воду чуть горячее тёплой. Сверху полилась вода. Множество капелек ударялись об смуглую кожу, пробуждая организм. Вода стекала по лопаткам, прессу, бёдрам, смывая напрочь остатки сна.
Альфа тянется рукой к шампуню, который стоял на самой высокой полке (, чтобы Джин им «незаметно» не воспользовался, ага). Блага его высокому росту он с легкостью достал нужную ему бутылочку. Он немного выливает жидкости на ладошку, ставит булочку на рядом находящийся бортик, и принимает намыливать голову. Намджун промывает корни, вычесывает волосы пальцами по всей длине. Под подушечками пальцев появляется мягкая пенка, что из-за довольно сильного потока воды начинает стекать вниз, иногда словно стараясь попасть в глаза, затечь в рот или в нос.
После Намджун берет душ и начинает промывать голову от шампуня. Вся пена смывается легко. Закончив, Джун зачёсывает мешающие и попавшие на лицо волосы назад пятерней пальцев. Затем он выдавливает себе немного геля для душа, после растирает его по телу ладошками.
Он наклоняется, чтобы помыть коленки, но вдруг он чувствует шлёпок. Смачный такой шлёпок по его крепкой, накаченной заднице, от чего Намджун впал с ступор. И следом извращенное:
— Эй, красавчик, задница зачёт! — раздаётся за приделами кабинки голос Сокджина. И хорошо, что Сокджина. Джун хоть и не параноик или человек, который верит во всё сверхъестественное, но страх того, что в душе его изнасилует какой-то полтергейст-извращенец всё же появилась. Особенно для такого утра, которое началось не очень радужно.
— Сокджин, ты чего? Тебе эмбрион по мозгам бьёт? — не удержавшись дерзит альфа, не переставая намыливать тело и шарахаться от каждого звука.
— Не обижай меня ещё больше, паршивец! Я сегодня твой начальник, а начальник может делать с тобой всё, что душа его пожелает! — говорит ну оооочень умную мысль. Кстати, именно также думает его босс. Может у них есть что-то общее? — Я пришёл волосы высушить, а ты слишком долго тут намываешься. Давай быстрее! — недовольно восклицает Джин, хватая фен с розовой наклейкой. Он втыкает вилку в розетку, включает на среднюю мощность и начинает досушивать волосы.
Намджун же начинает двигаться быстрее, потому что чувствует, что если он будет медлить, то омега ебнет его чем-нибудь.
Старший хватает белое махровое полотенце, что висит на крючке рядом с душем, и начинает обтираться, не трогая спину. Он любит, когда спина высыхает сама. Он уже хотел повязать полотенце на поясе и выйти, но его, буквально, вырывают и начинает вытирать им спину. Намджун жмурится недовольно и хнычет почти, что по-детски:
— Ну Сокджин... Не надо, — хотев забрать махровую ткань, Джун получает по рукам и продолжает терпеть. — Я хочу, чтоб она сама высохла! — альфа ведёт себя как ребёнок. Ещё чуть-чуть и начнёт истерично топать ногами и плакать. Прям, как когда мама не купила киндер в супермаркете.
— Намджун, пока твоя спина высохнет пройдёт минут сорок, а нам выходить через полчаса! Тем-более, я смотрел прогноз погоды на сегодня, обещают ветер. Хватит вести себя, как ребёнок, если не хочешь неделю в кровати проваляться!
Альфа проигравши вздыхает, возмущается, но молчит. Ведь победителей не судят. Особенно беременных.
Оххх, чувствуется веселый будет денёк...
***
К клинике они приезжают более менее во время, но приехали бы ещё быстрее, если бы Сокджин не начал делать себе в термосе чай, чтобы взять его собой, и если бы он не начал выбирать между розовыми носками с пончиками и зелёными с авокадо. В конечном итоге, Джин вышел из комнаты в спортивные, чёрных штанах с розовыми линиями и в розовом худи с собачкой, а носки выбрал совершенно другие. Фиолетовые. С помидорчиками. Намджун же не пошёл дальше обычной футболки с «FG» надписью и обычными джинсами. Куда ему выряжаться? Тем-более в десять утра.
Пока Намджун стоял на стойке регистрации, Джин в припрыжку бежал в кабинет УЗИ, совсем не замечая недовольных медбратов и работников, которые как под копирку говорят, что, вообще-то, бегать по больнице нельзя. Пфффф. Да когда Джин кого-то слушался?
Джин залетает в нужный кабинет, а Намджун быстрым шагом его догонят и про себя молится. Лишь бы врач ультразвуковой диагностики был нормальный...
***
В кабинете как ни странно довольно уютно: на столе находилась парочка симпатичных суккулентов*, там же стоял небольшой аквариум с двумя золотыми рыбками, в углу стоял небольшой диванчик с лежащими на нем парочкой персиковых подушек, да и в целом помещение выглядело мило и собрало в себе то, что привлекает и успокаивает омег.
Врач добродушно взглянул на женатую пару, и пригласил Джина лечь на кушетку, доставая бутылочку со специальным гелем. Когда омега уже удобно устроился на кушетке, приподнял худи, открывая свой живот, когда Джун паркует свой зад на рядом стоящий стул, пряча огромное желание увидеть свою маленькую крошку-картошку на экране, врач странно смотрит сначала на омегу, потом на альфу, а затем спрашивает:
— А Вы точно беременны? — этого точно никто не ожидал, в особенности Джин. А старший Ким даже может согласиться с этим, ведь его муж не выглядит беременным. Его живот совсем маленький, невидимый, даже для такого срока. Можно подумать, что он просто немножко набрал в весе или переел пельменей, но никак не беременный.
— Конечно, с чего такие вопросы? — спрашивает серьезно парнишка.
— Т-так, ладно. Давайте начнём и пропустим эту тему.
Врач выдавливает немного геля на омежий живот, слегка размазывая. Гель холодной и приносит некий дискомфорт от чего младший Ким морщит нос. Когда проходит меньше минуты и гель нагревается от тёплой кожи, врач прикладывает аппарат и начинает водить им в нижней части, отодвинув ниже кромку спортивных штанов.
На экране появляется маленькая точка, именуемая крошкой-картошкой. Сокджин закусывает губу, стараясь не заплакать, сам не зная от чего. Для него это такое странное чувство... Чувство того, что внутри него постепенно зарождается новая жизнь, которой он должен посвятить вся свою жизнь, для которой ему нужно будет изменить себя. И эта маленькая точка, которую иногда даже сложно заметить через несколько лет вырастит и станет человеком с собственным характером, с собственной точкой зрения, с собственными чувствами. От этого Джину, кажется, становится страшно.
Сам врач не скрывая слабой улыбки что-то говорил про размер плода, про отсутствие подозрений на различных патологий и ещё про многое другое.
Намджун в свою очередь глупо улыбался, находя что-то забавное. И не удержавшись нечаянно выплевывает:
— Ххммм, похож на горошек, — хмыкает, а после посмеивается альфа. Ловя на себя взгляд уже заплаканного Джина, он сглатывает, понимая, что ляпнул лишнего. — ой... Прост...
— Нет, слушай, реально похож. — задумчиво выдаёт омега.
После этих слов пара начинает увлечённо обсуждать сорт данного горошка.
А врач сидящий в сторонке быстро ставит галочку в своём списке «самых странных пациентов».
————————————————————————
* Суккуле́нты — растения, имеющие специальные ткани для запаса воды. Как правило, они произрастают в местах с засушливым климатом. Растения, которые входят в группу, объединяемую термином «суккуленты», не связаны между собой общим происхождением, их схожие черты вызваны схожими условиями обитания.
Вся глава это тупо описание того, как Намджун принимает душ(охуенно, блять). Извиняюсь за долгое отсутствие, мне очень стыдно. Причин было очень много, одна из которых это когда я болела и голова трещала, пиздец. Надеюсь, писать буду чаще, пожелайте мне удачи) #яжрэпер.