Глава 51. Их нашли!
Перед сном Лань Эри расспросил малышей, где именно находится их племя.
Хотя дети объясняла путано и отрывочно, общее направление он всё же уловил.
На следующее утро, пока волчата ещё крепко спали, волчья стая тихо поднялась и, прихватив четырёх малышей, отправилась отводить их домой.
Братья из рода Лань, Ню Дачжуан и Фэн Кэ приняли человеческий облик — каждый нес по одному волчонку на руках. Остальные шли рядом в зверином обличье, оберегая их со всех сторон.
Сначала им ничего не показалось странным, но чем дальше они шли, тем более знакомым становился пейзаж.
Лань Эри, подняв голову, обратился к белому волку, шагавшему впереди:
— Вождь... а место, где живёт Линь Жань, разве отсюда уже недалеко? Ну... дня три-четыре пути?
Белый волк промолчал, хотя сам уже заметил то же самое.
Когда они преследовали кочевых зверолюдей, путь должен был вести совсем в другую сторону. Но теперь, из-за необходимости доставить малышей, они шли практически противоположным маршрутом.
Услышав имя Линь Жань, Лань Ицзин заметно оживился:
— Э? Это тот Линь Жань, что так ловко владеет шаманизмом и готовит всякие чудные блюда? Ах, как же я скучаю по его жареной еде на свином жиру... — он даже сглотнул, вспомнив аромат.
Вернувшись в племя, они уже не могли есть сырое мясо. Попробовали повторить способ, который показывал Линь Жань, — поджаривать еду. Да, получалось вкуснее, чем в сыром виде, но до его блюд было так далеко, что сравнение казалось издевательством.
Лань Ицзин предложил:
— Как передадим малышей — давайте зайдём к Линь Жань.
В голове у Янь Сю пронеслось не только жареное мясо на свином жире, но и рис, картошка, черешня, арбуз, помело, и тот вонючий, но чертовски вкусный дуриан...
Всех этих вещей братья Лань так и не успели попробовать — ушли раньше.
Она недовольно поджала губы:
— Ладно уж, заглянем.
Хотя Линь Жань она терпеть не могла, но кто станет враждовать с вкусной едой?
За эти два года знания Янь Сю в шаманском ремесле далеко обошли всех учеников. Она понимала больше, чем даже шаманы племени, поэтому рано завершила обучение и сама стала шаманкой — наравне со своим наставником.
Все в племени называли Янь Сю гением: она — самая молодая шаманка за всю историю. Даже её учитель в её возрасте был лишь маленьким учеником.
Янь Сю ругала Линь Жань за «неправильные, обходные методы», но стоило столкнуться со сложной болезнью, она неизменно прибегала именно к этим «обходным методам», и люди выздоравливали. Постепенно ей пришлось признать — у Линь Жань таки была голова на плечах.
Привыкнув к похвалам, Янь Сю захотела ещё больше признания. Почему бы, подумала она, не воспользоваться случаем и не подучиться у Линь Жаня ещё чему-нибудь?
Белый волк подавил в себе странный, внезапно вспыхнувший порыв и сухо сказал:
— Не стоит. Его там может и не быть.
Лань Эри расстроился:
— Ты хочешь сказать... он, возможно, вернулся на свою родину?
Он ведь сам обещал однажды его разыскать. Кто бы мог подумать, что разлука затянется на два года? Но у Лань Эри не было выбора: он должен был защищать племя, каждый день думать лишь о том, как убить ещё больше кочевых зверолюдей и как полностью уничтожить их стаю.
Хотя по ночам облик Линь Жаня то и дело всплывал в памяти, он мог только вспоминать — уйти и найти его он никак не мог.
Но теперь, когда они были так близко... он, конечно же, собирался его увидеть.
Ню Дачжуан удивлённо спросил:
— Вы о ком вообще? Есть кто-то, чьи навыки сильнее, чем у Янь Сю?
Фэн Кэ поражённо добавил:
— И кто-то готовит лучше, чем вы?
Оба смотрели так, будто им рассказывали небылицы.
И тут волчата один за другим начали просыпаться. Они обнаружили, что лежат в объятиях волков-дядь и что поблизости уже нет моря.
Линь Дабао вздрогнул и выпрямился:
— Где мы? Куда вы нас тащите? А море где?!
Линь Эрбао насторожился:
— Это похоже на дорогу домой.
Услышав «домой», остальные трое тут же начали вырываться:
— Выпустите нас! Немедленно!
Но Лань Эри и остальные только крепче их прижимали:
— Хотите искать свою Аму — пусть ваш отец ведёт вас. Или подождите, пока вырастете. Сейчас идти к морю — верная смерть.
Папа тоже говорил ждать, пока повзрослеют. Но они не могли ждать так долго — вот и убежали. И теперь даже клочка шерсти Аму не нашли. Как же можно возвращаться?!
Линь Санбао, самый молчаливый, но самый строптивый, просто взял и вцепился зубами в руку Фэн Ке. Малыш был маленький, но зубы — острые. Фэн Ке завыл от боли, и волчонок выскользнул у него из рук.
Фэн Ке сразу же кинулся его догонять.
Линь Санбао был маленький и юркий. Он проскальзывал между лап волков, а Фэн Ке — красный от смущения — ползал между лап собственных товарищей, пытаясь его поймать.
Волки шарахались в стороны, боясь ненароком раздавить малыша. Некоторые пытались схватить его зубами за шкирку, но тот «вжик» — и уже проскочил под брюхом к другой стороне.
Линь Дабао, Линь Эрбао и Линь Сыбао всё ещё отчаянно извивались в объятиях остальных, шевелились, как рыба в сетях, кричали, плакали — со стороны и не скажешь, что их спасают.
Слаженная волчья стая превратилась в хаос — всего-то из-за четырёх маленьких комочков.
Тем временем. Гончий пес-зверолюд, принюхавшись, наконец снова уловила след волчат. Он указал на запад.
Два десятка людей бросились следом за гончей.
По дороге Линь Жань так волновался, что бежал, спотыкаясь. Он несколько раз падал, сдирал колени до крови, но каждый раз вставал и снова бежал — страх гнал его вперед.
Бэй Бэй, увидев это, сказал ему ждать на месте — он с Бэй Си и гончей сами найдут детей.
Но Линь Жань отказался. Его сердце было охвачено ужасом. Как он мог спокойно сидеть, когда его малыши пропали?
Ни один из них не должен пострадать. Ни один.
Ещё около двух часов погони — и Линь Жань выбивался из сил. И вдруг Гончий пес вскрикнул:
— Нашёл! Вон там!
Все посмотрели туда, куда указывала его лапа. Вдали виднелись крошечные, как кунжутные зёрнышки, тени — серые, бурые, белые. По телосложению — взрослые волки, не дети...
Гончий пес испуганно сказал:
— Там другие волки. Их больше, чем нас. А Дабао и малыши — прямо среди них!
И в ту же минуту оттуда донёсся жуткий детский визг — отчаянный, разрывающий душу.
Линь Жань вздрогнул:
— Это Сыбао!
Его малышей... окружила стая волков!
Совсем обессилевший Линь Жань будто получил второе дыхание — неведомая сила прорвалась наружу. Он сорвался с места и понёсся к волкам, как безумный.