Глава 31. У каждого свои секреты.
Услышав, что братья Лань собираются уходить, Линь Жань сразу понял — это инициатива Бай Ю.
Он что, настолько боится, что он «совратит» Лань Эри? Настолько, что даже не пытается скрыть желание разлучить их?
От злости в грудь словно встал горячий ком.
В этом мире, кроме Бэй Бэя, только с Лань Эри он мог говорить по-душевному. И он верил, что, пообщавшись дольше, они могли бы стать хорошими друзьями.
Но это желание Бай Ю ему разрушил.
За обеденным костром все сидели хмурыми.
Лань Ицзин вздыхал раз за разом, удручённо косясь на Янь Сю. Честно говоря, расставаться с ней он не хотел. Он знал: её первая цель — стать супругой вожака, вторая — А-И, его младшего брата. Поэтому он изо всех сил старался заработать её благосклонность, надеясь стать хотя бы третьим... или четвёртым, или пятым её супругом — любым.
Лишь бы она приняла его.
Но пока что он для неё — пустое место.
Янь Сю же особой печали не чувствовала. Да, братья Лань принесут меньше веселья... но рядом с ней останется Бай Ю.
Больше времени наедине, больше шансов, что их связь углубится.
Особенно когда через два месяца они отправятся вместе в путь домой и проведут бок о бок ровно месяц.
Она к тому времени станет взрослой... Ночи — тёмные, тихие; двое под одной шкурой; объятия... поцелуи... тела, сливающиеся под лунным светом...
Щёки Янь Сю порозовели.
Обед прошёл на редкость молча. Только Бэй Бэй пару раз похвалил готовку Линь Жаня, но, не получив отклика, тоже умолк, исподтишка наблюдая за каждым лицом.
Кто-то унылый, кто-то раздражён, кто-то витает в мечтах, кто-то как камень...
Стоило ему уйти всего на полдня — будто целая драма случилась.
После еды Лань Эри хотел помочь Линь Жаню пропалывать огород, но тот выгнал его:
— Иди помоги брату строить курятник.
Бэй Бэй должен был принести птенцов — значит, курятник нужен.
Сейчас Бэй Бэю даже охотиться не приходилось каждый день: Линь Жань собирает овощи или выловит рыбу, и вот - ужин готов.
А когда заведутся куры, утки, поросята и ягнята, о еде можно будет вообще не думать.
Лань Эри замер:
— Ты слабый, давай я...
— Мне тут помощь не нужна. Я слабый — значит, буду копать медленно. Времени пока достаточно.
Раз увидел, что спорить бесполезно, Лань Эри молча ушёл.
Пару дней — и он уходит. Хотел провести с Линь Жанем побольше времени... но тому это было совершенно не нужно.
К вечеру Бэй Бэй вернулся сияя:
— Линь Жань, смотри! Я принес кучу птенцов! И яйца!
Он тащил узел из шкур, полный пищащих комочков, а другой рукой держал корзинку, доверху забитую белыми яйцами.
Сзади за ним гналась целая стая взрослых лесных кур — искренне пытаясь заклевать его до смерти.
— Ой-ой-ой! Не клюй! — вопил он, удирая.
Линь Жань рассмеялся:
— Да ты целую семью притащил!
И правда — целый клан: малыши, родители, тётки-дядьки, и ещё их яйца.
Но это даже хорошо — поселятся все вместе в курятнике, продолжат нести яйца, выводить птенцов... С едой проблем не будет.
Братья Лань закончили курятник к вечеру, и Бэй Бэй запихнул туда всю шумную семейку.
Дни промчались.
Настал день отъезда братьев Лань.
Все эти дни Линь Жань избегал Лань Эри — никакого уединения, никаких длинных разговоров. Даже с Лань Ицзином говорил меньше.
Единственный, с кем он мог быть полностью собой, — Бэй Бэй.
При виде друга он сразу светлел, и они болтали до глубокой ночи, а потом вместе возвращались спать в дупло.
С Бэй Бэем было просто.
Он не смотрел на Линь Жаня взглядом «ты пытаешься меня соблазнить».
Он не был человеком Бай Ю — значит, тот не мог командовать им.
Но даже тогда, когда Линь Жань перестал приближаться к людям из окружения вожака, взгляд Бай Ю всё равно то и дело скользил туда, где сидели Линь Жань и Бэй Бэй.
Он видел, как Бэй Бэй кладёт руку Линь Жаню на плечо, а тот не отстраняется... порой даже склоняется ближе.
Они переговариваются, смеются — непринуждённо, по-дружески, тепло.
Бай Ю стискивал рукоять ножа.
Неприятное чувство зудело под кожей.
Может, он слишком долго был вожаком?
Он даже Бэй Бэя хотел бы оттащить подальше от Линь Жаня — чтобы тот не дал тому ни единой возможности подползти ближе.
Ведь иначе... даже если их не сожгут, беды всё равно обрушатся на их головы.
Но...
Может ли он приказывать Бэй Бэю?
Нет. Тот не из его стаи.
Бай Ю тряхнул головой, прогоняя путаницу мыслей, и вернулся к работе.
Опомнившись, Бай Юй обнаружил, что вместо двух этажей, как планировал изначально...
он уже почти достроил третий.
Он устало провёл ладонью по лбу.
В его взгляде смешались бессилие и тихое отчаяние.
«Что я творю?..»
На ровном месте прибавил себе работы.
Разбирать, конечно же, никто уже не будет — слишком заморочено.
Оставалось одно: доделать крышу — и тогда этот самый «домик», о котором говорил Линь Жань, наконец будет завершён.