Автобус. Часть 1.
КЛИМЕНТ.
На последнем уроке, на классном часу, Евгения Яковлевна с радостью сообщила нам, что на днях мы поедем в кемпинг. Мы не знали, как воспринять эту новость, но по воодушевленному и радостному лицу классного руководителя показали себя счастливыми, хотя за каждым из нас стояло тяжелое время.
Это было начало апреля, сезон невыспавшихся и худеющих на глазах студентов. Несмотря на то что некоторым было все равно на экзамены и баллы, которые могли бы вытащить их из этого города, большинство всерьёз боролись за оценки.
Как у Димы ни у кого не получалось это делать. Он был одним из тех, кто не жалел себя и даже разносил учителей.
Посмотрел на него, восхищаясь его упорством и целеустремленностью. Ни один из нас не смог бы так совмещать работу с нарастающим напряжением. А в последнее время в него будто вселилось что-то нехорошее. Он не говорил со мной, мрачно отсиживал уроки и с таким же выражением лица, какое у него было раньше, уходил.
Провожая его взглядом, я ждал полчаса и только потом возвращался домой. Я продолжал избегать встречи с Лорой, а после моего поступка и она охладела. С одной стороны, я чувствовал облегчение, что соседка поняла меня, но с другой — я видел её рядом с другим и злился.
Я старался держать себя в руках и не показывать, как переживаю из-за этого. Но из-за боли внутри я стал дерганным и часто начал ссориться с мамой. Поэтому домой мне особенно не хотелось возвращаться. Я медленно проходил путь от школы до нашего подъезда под рандомную музыку, размышляя о своей жизни.
Пока Евгения Яковлевна говорила о поездке, Илья, который пересел рядом со мной, спросил:
— Как думаешь, на кемпинге у всех будут такие же кислые лица, как сегодня? Все встали не с той ноги?
— А чего ты ожидал? — ответил я ему. — Все устали от учёбы и раздражены. Скоро ЕГЭ сдавать, а тут поездка.
— Ну, можно и по-другому, — усмехнулся он. — Последний класс, когда еще мы будем в одиннадцатом. Надо повеселиться напоследок.
— Ты один так думаешь.
— Что с тобой происходит? Я не узнаю своего друга Клима.
Я бы ответил, но Илья не был тем, кто оценил бы мои слова. Наша дружба держалась на честном слове, и только одна сторона думала, что все хорошо.
— Помнишь, как в начале года мы проводили время вместе? Мы были одной командой: ты, я, Давид и Дима.
— Да, пока не приехала Ника, — сухо констатировал я факт.
— Давид предал нашу дружбу из-за девушки, и Дима увлёкся своей, — сказал он непринуждённо.
— Своей? — захотел уточнить я, так как оне знал, что у Димы есть девушка.
— Да. Ты не знаешь? У Димы есть девушка. Особенная.
Я был в мягком шоке от того, как непринуждённо и без страха он раскрыл этот секрет.
— Он не говорил мне, — удивился я, оглядываясь на откинувшуюся к спинке стула фигуру друга.
— А ты спроси, и он всё расскажет тебе, — предложил Илья, пока не наткнулся на осуждающий взгляд классного руководителя и не замолчал.
— А почему ты пересел ко мне? — решил уточнить у него минут через пять.
— Это я у тебя должен спросить.
— Я тут при чём?
— Понятно же, — закатил он глаза, расслабляясь на стуле. — Ты виделся с ней. А я ведь просил не мешать мне.
— Почему ты перекладываешь ответственность на меня? Она твоя девушка, а не моя. И, к тому же, она человек, а не вещь, и может сама принимать решения.
— Я не знаю, что мне делать, — признался он, отчаянно усмехнувшись. — Подскажи, как вести себя, чтобы она полюбила, а не просто держалась рядом, как ледяная статуя.
Он пытался сохранить дружеский тон, словно не услышал моих слов. Или не захотел спорить при классной. Вместо того чтобы возразить, сменил тему, которая, как он надеялся, должна была снизить напряжение между нами.
— Я скажу, но ты не послушаешь меня.
— Говори.
— Отпусти её. Да, она дала тебе шанс, захотела попробовать. Но ничего у вас не выходит. Так не мучай её и отпусти. — Сказал я ему серьёзно, в надежде, что Илья прислушается.
— Да? Чтобы потом подбить клинья к ней? Я знаю, о чем ты думаешь, Клим. И да, ты прав, я не послушаю тебя и поступлю по-своему.
Я выдохнул, убеждаясь в том, что Илья не изменился. Внутри себя он мог бы понять, что не прав, но разве гордость позволит?
— Я давно понял, что ты влюблён в неё. Я не отдам её тебе.