Взросление? Или нет? Часть 3.
ЛОРА.
— Я не верю в дружбу между парнем и девушкой, — передразнила я Клима, повторяя его слова Нике.
Я доедала уже второе пирожное за недопитым чаем, и, кажется, это шло мне на пользу. Ника попыталась меня остановить, предупредив, что я могу набрать лишний вес. Но даже если бы мне сказали, что я лягу в больницу с отравлением, я все равно продолжила бы снимать стресс именно таким способом.
— Слово в слово, представляешь? — Нахмурила я брови, вспоминая вчерашний вечер. — И как мне теперь с этим жить?
— Странно, — заметила подруга, замахнувшись вилкой над своим десертом. — Вообще нет, — усмехнулась после кусочка бисквита. — У Климента раньше не было подруг. Он просто не дружил ни с кем. А может, он влюбился?
— В кого? В меня? — Рассмеялась, всем своим видом отрицая его романтические чувства ко мне.
— Ну а что? — Ника говорила серьёзно. — Если он сказал тебе, что не верит в вашу дружбу, то что это было тогда между вами? Я считаю, что таким образом он признался тебе в любви.
— А я считаю, что Клим нес всю эту чушь, будучи не в себе. Как он мог такое мне сказать, до сих пор не верится.
— Ну и отношения у вас, — усмехнулась Ника. — Вы хоть сами понимаете, что чувствуете? Уверена, что нет.
— На себя посмотри, — ответила я ей в той же манере. — Рассказывай, за что наказан Давид?
Я перевела тему на другую, но в той же плоскости. Ника выглядела не очень счастливой, и, учитывая, что согласилась встретиться со мной на нашем месте и посплетничать, была готова раскрыть тайну этой весны.
— В день святого Валентина родители узнали о нас, — сообщила мне Ника, шокируя новостью. — А еще я узнала кое-что о Давиде тоже.
— Что он крашенный? — попыталась пошутить я, поглаживая набитый живот, но на лице одноклассницы не было улыбки. — Ясно. Что-то неприятное, да?
— Угу, — кивнула она, сдержанно улыбаясь. — Уезжает.
— Куда? Когда? — начала я задаваться вопросами вслух, но это, как и моя шутка, оказалось неуместным. — Ой, извини. Расскажи, если хочешь.
— За границу. Точно не знаю куда, — печально сообщила мне подруга. — Не хочу больше говорить о своём предателе. — Она распустила волосы и растрепала их руками. — И ты о своём не говори. Всем надо готовиться к экзаменам, тебе, кстати, тоже, — намекнула она на мою неподготовленность и хлебнула остывший чай.
***
Вечером я не выпускала из объятий Индиру, которая приехала домой совершенно другим человеком. Её энергетика, тепло от хрупкого и женственного тела, а также запах, совершенно незнакомый, холодный и роскошный, напомнили комнаты нашей неподходящей квартиры.
К приезду мамы я приготовила ужин, который сделала по видеоурокам из YouTube, и прибралась в комнатах, где успела провести недели без опекуна.
Я помогла ей перетащить чемоданы и сумки в гостиную, которых у неё оказалось намного больше, чем когда она уезжала.
— Столько вещей! — восхитилась я, глядя на глянцевые и кожаные сумки и чемоданы. — Ты что, магазин ограбила? — Обняла её за плечи, когда она присела на кресло рядом с диваном.
— Нет, это гостинцы, привезла всем. — Улыбнулась Мачеха, поглаживая меня по спине. — Как ты? Не скучала одна без меня?
— Немного. — Застенчиво ответила я, уже принимая роль послушной дочери.
— Какой порядок, а запах... — Вдохнула она воздух свежей, проветренной комнаты с нотами горячего томатного супа и полевых цветов, которые я купила утром. — Это ты приготовила? — Мы переместились на кухню, чтобы поужинать.
— Вкусно? - Попробовала Индира и замерла на несколько секунд, чтобы с доброй ухмылкой посмотреть на меня.
— Как ты выросла... - Протянула она. — Стала взрослой, самостоятельной. Вон и волосы немного отрасли, и в росте прибавила.
— Не преувеличивай, мам. - Рассмеялась я, перекладывая порцию супа себе в тарелку. - Тебя не было совсем недолго, ничего не изменилось. Кстати, когда ты поедешь обратно?
— Уже не терпится избавиться от меня? — закончила мама, недоедая то, что остыло перед ней.
— Нет, просто хотела, чтобы ты осталась до выпускного хотя бы, — улыбнулась я, не решаясь признаться, что безумно соскучилась и больше не хочу расставаться.
— Конечно, я останусь до выпускного, — отвечает мама, поднимаясь со стола. — Мы после твоего поступления вместе поедем в Москву.
— Ты серьёзно? — Не верила я.
На глазах наворачивались слезы. Я от радости не смогла сдержаться и крепко обняла плечи мамы, которая тут же поцеловала мне макушку. Это был один из лучших дней в моей жизни, когда я по-настоящему чувствовала себя любимой. Я старалась ценить каждую секунду и еще долго не давала покоя Индире, превращаясь в тактильного монстра.
— Хочешь посмотреть, что я купила? — радостно сообщила мачеха, прикасаясь к моим плечам. — Тебе точно понравится.
Когда мы вернулись в гостиную, к оставленным в углу чемоданам и сумкам началась распаковка. Было интересно разглядывать каждую вещь, словно это было что-то волшебное и необычное. В нашем доме давно не было таких перемен, поэтому замена многим предметам интерьера и не только мне безумно нравилась.
— Этот запах я купила тебе, — сказала мама, распыляя на мою голову маленький розовый флакон с духами. — Я сразу вспомнила о тебе, когда увидела их. — Она достала пару коробок из чемодана.
— Новые туфли? — Я почувствовала себя, как ребенок на рождественской елке, словно детская версия меня вдруг ожила и слилась с моей взрослой жизнью в одно целое. — Какие красивые! И... Наверное, дорогие.
— Не думай об этом, просто принимай, — поддержала Индира, тепло улыбаясь. — Кстати, я купила тебе и новые платья. У тебя же нет своего, так что будешь носить на свидание с парнем.
Хотела бы я сказать, что у меня нет парня, но перед глазами предстал Илья, а сразу за ним и Клим. Он отшил меня, и, почему-то, именно это я думала в тот момент. Не могла смириться с тем, что сосед наговорил мне в своей комнате.
— Ты помрачнела, — подтвердила мама моё состояние, убирая несколько нарядных платьев в сторону. — Лора, если что-то не так, можешь всегда рассказать мне.
— Я… — замешкалась, почесывая переносицу. — Запуталась. Не знаю, как мне поступить.
— Поссорилась? — предположила Индира и была близка.
— Нет... Или да. — Уверенности не хватило моему слову, и оно почти сошлось с тишиной, умирая на моих губах. — У меня есть друг. — начала объяснять так, чтобы мама не поняла, о ком я говорю. — И, кажется, я его теряю. — Почувствовала жар и неприятное жжение в ноздрях, ком встал в горле и начал душить меня. — Больно.
— Лора, друзья приходят и уходят, — попыталась меня успокоить мама. — В жизни всегда так. Вот ты окончишь школу, и все твои одноклассники пойдут своей дорогой, а ты своей. Но это не конец света, мир не без людей.
— А нельзя по-другому? — поинтересовалась я, стараясь не расплакаться. Но голос дрожал. — Например, взять с собой кого-нибудь ещё.
— Можно, — улыбнулась мама, поглаживая мою щеку. — Только этого должны захотеть оба путника. Скажи, — осторожно произнесла она, присаживаясь рядом со мной на пол. — Этот твой друг сильно дорог тебе?
Я посмотрела на маму и больше не захотела говорить на эту тему. Она улыбалась мне, словно жалела и пыталась поддержать, но врать ей о каком-то друге было выше моих сил.
Клим остался соседом и одноклассником, а не кем-то иным в моей жизни. Он этого захотел, и я должна была закрыть на это глаза и просто отойти в сторону. Но был и другой путь.