Валентинка. Часть 2.
КЛИМЕНТ.
Я растерялся, когда Илья сообщил, что организовал тройное свидание. Каким-то чудом ему удалось уговорить и Давида. Я ответил, что хорошо, что Диму не вовлекли во всю эту романтическую авантюру, на что он загадочно ухмыльнулся. Явно он что-то скрывал и не хотел говорить мне об этом.
Долго не пришлось думать о том, кого пригласить на свидание. Ответ был очевиден. Тонко намекнув на Марину, Илья вышел из класса. Его не волновало, на что была готова девушка ради своей цели. Он просто взял и поручил мне написать ей.
Девушка долго ждала взаимности с моей стороны и даже шла на подлости, лишь бы спугнуть Нику. И вот сейчас, кажется, добилась своего. Я замер, не решаясь действовать. Мне не хотелось сталкиваться с ней лицом к лицу, особенно с предложением сходить на свидание. Это произошло потому, что я неосторожно высказался Лоре и был вынужден превратить свои же слова в реальность. Оказалось, это решение стоило мне бурных эмоций счастливой Марины, но я быстро вернул её в реальность.
— Это только на один день. Ты мне все еще не нравишься, и вряд ли мы зайдем дальше одного свидания. — Девушка кивнула, скрестив руки на груди, но расстроенной не выглядела.
Я подумал, что так будет легче, и отложил все свои переживания на потом. Это было четырнадцатое февраля, в которое я впервые оставался без пары. И вот та, о которой я и думать не мог, что будет со мной, жужжала вокруг, словно пчела над цветком.
— Посмотрим, — ответила она мне, прищурив глаза.
Её неоднозначная улыбка немного пугала, ведь я не знал, на что она может решиться, чтобы я согласился на отношения с ней.
Марина ушла, и я вернулся в класс, заняв своё привычное место у окна, где всё ещё сидел один. Я осмотрелся: все ждали Евгению Яковлевну. Некоторых не было в классе, а кто-то спокойно сидел, уткнувшись в учебники. Дима сосредоточенно переписывал что-то в тетрадь, параллельно заглядывая в телефон.
— Как ты думаешь, я останусь сегодня в живых? — спросил я, поворачиваясь к нему лицом.
— Сомневаюсь, Клим. — Он даже не посмотрел на меня. — Зачем ты согласился на это сомнительное свидание? И кто вообще его организовал?
— Илья, — задумался я. — Он подумал, что сможет сблизить меня с Давидом.
— Сблизить друзей в день влюбленных? — рассмеялся Дима. — Мне кажется, это немного странно.
Но план друга не выдержал такой нагрузки и развалился. На уроках Давид и Ника до последнего вели себя так, словно вовсе не встречались. Подходить и спрашивать друг друга тоже казалось опасным. Чтобы отпугнуть любопытных, они демонстративно проявляли недовольство друг к другу. Однако больше всего, похоже, страдал Давид, потому что на его лице сильнее выражалось чувство непонятной вины.
— Этот оболтус что-то натворил, и теперь мы идём в кино вчетвером, — сказал мне Илья на перемене.
— Что?
— Не важно, — отмахнулся он. — Лора тоже сегодня не в себе. Ни разу не улыбнулась мне. Сидит как на иголках. Хотя я сегодня утром подарил ей цветы. Всё это странно.
— Забей, — сказал и посмотрел на соседку.
Мрачный взгляд, изучающий меня, вызвал волну мурашек. На её лице было написано, что она злится, а не просто расстроена, и это продолжало привлекать моё внимание. Она всё ещё была прекрасна в любом настроении. На светлой коже её черты казались идеальными. А на расстоянии двух парт между нами они действовали на меня точно так же, как отблески на сороку.
— Ты вообще меня слушаешь? — отвлёк меня Илья.
Оказалось, что он сказал еще много чего, но я не слышал, потому что смотрел на Лору. И она смотрела на меня, но была ли она так же изолирована? Почему-то я почувствовал укол в груди, словно меня осенило чем-то невероятным. Эти глаза, казалось, говорили мне, что я виноват. Имело ли место её разочарование во мне? А если да, то что я сделал не так?
Вопросы продолжали сыпаться в мои вытянутые руки, пока я не убрал их после громкого звонка на урок. Но и на занятии я тоже не смог расслабиться. Так и тянуло повернуть голову и снова убедиться в своих мыслях. Лора продолжала свою игру: «Пойми меня, если сможешь». И, кажется, я участвовал в ней больше, чем её парень Илья.
***
Мы добрались до кинотеатра вместе, на такси, в котором за место тоже пришлось немного поконфликтовать. Лора отказалась сидеть рядом с Мариной или даже на одном сиденье с ней, поэтому ей пришлось занять место рядом с водителем, а мне — рядом с той, чье недовольное лицо сопровождало нас до самого конца.
— Лора, может, ты не будешь портить всем настроение? — прокомментировал Илья, не сдерживая её кричащие эмоции.
— Это всё твоя вина. Зачем ты поощряешь желания этой девки? Видно же, что она подлая, смотри, как радуется.
Марина только улыбалась, будто ей это было забавно. Она даже не думала оправдываться, молча слушала, как Лора обзывала её. Но я молчать не мог, пусть и на один день, она была парой, и под моё приглашение согласилась на это свидание. Несмотря на всё своё отношение к ней, я не мог позволить, чтобы Лора продолжала.
Я взял её за запястье и оттащил в сторону.
— Что ты делаешь? — сказал я ей, сдерживая себя, чтобы не накричать. — Держи себя в руках, ты в общественном месте. И перестань говорить гадости о Марине.
— Ты что, против? — вырвала она руку из моей ладони. — Ты правда собираешься встречаться с ней? — произнесла она, с комком в горле.
Было очевидно, что она расстроилась ещё больше. Ее дрожащий голос и глаза, полные слёз, говорили о том, что Лора может расплакаться. Она могла это сделать, но собрала себя в руки и вернулась к своему парню. А я остался стоять на месте и теперь чувствовал себя ещё хуже. Меня не покидало ощущение, что всё время обижаю её. Хотел как лучше, старался, но выходило так, что виновным в её плохом настроении всё равно оказывался я.
Всё было бы ничего, если бы это не волновало меня так сильно. Теперь, без романтического настроя, которого у меня и так не было, и с испорченным чувством покоя, я вернулся к Марине. Не знаю, как она взглянула на меня и взглянула ли вообще — я не видел её лица. Илья с моей соседкой шли впереди, а я, уставившись в землю, плелся позади, пока мы не дошли до кассы.
— Будет лучше, если пара будет сидеть в ряду отдельно от другой, — вмешалась Марина в выбор, за который взялся Илья. — Не хочу сидеть с этой истеричкой, — добавила она, косо поглядывая на Лору.
Соседка не пожалела своего убийственного взгляда, от которого страдали многие ее недоброжелатели.
— Мне с тобой сидеть тоже не хочется, — нагрубила она.
— Вы можете сидеть по краям, а я и Клим будем посередине, так вы друг друга даже не увидите, — ляпнул Илья и замолк, когда девушка подошла к нему со своей категоричностью.
— Как бы смешно это ни звучало, я согласна с этой девкой, — ответила ему соседка.
Хоть в чем-то они сошлись в одном мнении. Я должен был порадоваться, но вместо этого смотрел на то, как ребята выбирали места, и ощущал тяжёлую пустоту внутри. Она не отличалась от чёрной дыры, всасывающей все хорошее и нехорошее в себя, но всё равно оставалась голодной.
Так я и не понял, как мы оказались в зале кинотеатра. Я с Мариной сидел в ряду выше, а Илья с Лорой — ниже. Мы купили попкорн и напитки у входа, сели на бордовые удобные сиденья и стали ждать начала фильма.
Вокруг нас было немало влюблённых пар, которые решили отдохнуть, выбрав именно эту романтическую комедию — классику для каждой девушки. Каждый второй из этих парней и зрелых мужчин, я был уверен, терпел ради любви и мило улыбался на комментарии своей половинки.
Казалось, с нами должно было случиться то же самое, но нет. Я сидел словно в капкане, без желания проявлять своё существование элементарным дыханием. Воздух, пропитанный ароматами попкорна, становился напряжённым в неуютном сближении с Мариной. Её приятная внешность, наоборот, должна была располагать, но всё портило излишнее желание девушки потрогать меня. Глупости, что она шептала мне на ухо, и очевидные жесты — на всё, что она проявляла ко мне, я старался сдержанно улыбаться. Я пригласил её, — твердил я себе мысленно, — я должен до конца нести ответственность за своё решение.
Так время шло, а сцена за сценой фильм двигался к кульминации. Я поймал себя на мысли, что половину времени притворяюсь хорошим парнем, а другую — наблюдаю за парой Ильи и Лоры. Они не отличались от влюблённых, сидящих в зале: о чём-то перешептывались, улыбались, почти смеясь. Когда я увидел, что друг берет девушку за руку и легонько касается кистью губами, во мне что-то сжалось от безумного раздражения. Так, словно человек ударился мизинцем о косяк двери, только боль ощущалась не в пальце ноги, а в сердце.
Я успешно подавил попытку встать со своего места и уйти. Вместо этого я взял горсть попкорна и бросил его прямо в их романтическое логово. Сладостная картина этих двоих завершилась осуждающими взглядами в мою сторону, но это меня не пугало. Я продолжил есть, не обращая внимание на друзей, которые не поняли меня так же, как и Марина.
— Ты это специально сделал? — Ответ на вопрос девушки был очевиден. — Что с тобой не так?
— Ты преувеличиваешь. Мне просто скучно, вот и всё. — Я закатил глаза, откинувшись на спинку кресла.
— По твоему мне не видно, что происходит? — Она посмотрела на меня так, словно говорила о чем-то важном, на что я не имел права не ответить.
— А что происходит?
— Ты действительно так глуп или притворяешься? — Девушка буквально за считанные секунды из дерзкой и смелой красотки превратилась в обиженную и сломленную лань.
И это я довёл её до слёз.
— Ты мне правда нравишься, — посмотрела она мне в глаза. — Давно нравишься и сильно. Годами ждала и старалась, чтобы ты заметил меня. И вот когда это происходит, хоть и ненадолго, как ты мне сказал, на одно свидание... Ты пялишься на свою Лору, всю такую вычурную.
Тихо, но требовательно и со слезами на глазах она выложила мне правду, которую я не хотел признавать. Я не понимал, как мне реагировать: признать, что теряю себя рядом с той, что живёт по соседству, или отвергнуть всё, высмеивая чувства Марины. Был ещё и третий вариант — обвинить себя и попытаться разглядеть скомканный сюжет своей жизни, вернуться туда, откуда всё началось, и притвориться, что ничего не изменилось. А изменилось многое.
— Почему ты молчишь? Молчание — знак согласия? Или я сказала что-то лишнее?
— Марина, — обратился я к ней, ощущая, как разрывается голова от потока мыслей. — Если я скажу правду, ты поверишь мне?
— У меня есть выбор? — усмехнулась она, вытирая слёзы с век костяшками пальцев. — Я вся во внимании.
— Помнишь мои отношения с Никой? Не хочу, чтобы такие же были и у тебя. Если я буду жалеть, потому что не смогу полюбить, это ведь не устроит тебя.
— Почему не сможешь? — спросила Марина умиротворённым тоном, который был далек от её имиджа. — Потому что там кто-то ещё есть, у тебя в мыслях? Так ведь?
— Ты хочешь, чтобы я пальцем на Лору указал? — усмехнулся я, прикрывая лицо от мисс очевидности. — У тебя есть потребность ревновать меня? Поэтому в каждой видишь соперницу. — Перевёл я стрелки, чтобы избежать этой темы.
— Если это так, то соперницу Лору будет тяжело оттолкнуть от тебя. Мало того что она живёт рядом, так ещё и в твои мысли лезет. — Возможно, она пошутила, а возможно, и нет. Я не понимал её.
— Ты бредишь, — завершил я разговор, который усложнил мне жизнь ещё больше. - Свежий воздух не помешает.
Все мои мысли были о том, есть ли у меня чувства к соседке. И значат ли простые мысли о ней что-то большее, чем дружба? Хотел бы я разобраться в этом. Но пока моя тяга к Лоре обосновывалась только тем, что я переживал за нее. Она осталась без мамы, совсем одна, доверенная миру, которому нельзя доверять. А я, как человек, обязанный присматривать, излишне отнёсся к просьбе Индиры.