Глава 17.
– Ты получил письма, которые я отправил? Я отправлял их, как только у меня была возможность, но у меня не было возможности узнать, дошли ли они до тебя, хён-ним.
– ...Я получал их до прошлого года.
Этьен, который сердито смотрел на Ричарда, упорно называвшего его хён-ним, вздохнул и ответил. Спорить с ним только себя изводить.
– Ах, да, я действительно не отправил их в этом году. Мне очень жаль.
Ричард выглядел виноватым. Он добавил, словно оправдываясь:
– Я хотел отправить их и в этом году, но... все было немного неспокойно, и я потерял счет времени.
– Я знаю. Не нужно извиняться за то, за что не нужно. Было бы странно писать письма посреди сражений, которые шли каждый день.
– В любом случае, я рад, что они пришли. Поскольку я не получил от тебя ответа, я не мог быть уверен, получил ли ты их или они затерялись по дороге.
– Я же сказал тебе, что не буду отвечать.
Этьен ответил нарочито резко. При мысли о письмах Ричарда его настроение стремительно ухудшилось.
Ричард добросовестно выполнял обещание, данное три года назад. Он отправлял письма Этьену с наступлением каждого нового сезона.
«У меня все хорошо. Надеюсь, у тебя тоже все хорошо, хён-ним. До новой встречи, пожалуйста, береги себя и не болей».
В содержании писем не было ничего особенного. Они начинались с приветствия и заканчивались прощанием.
– В них всегда было одно и то же...
– Значит, ты все-таки читал мои письма.
Лицо Ричарда просветлело от слов Этьена. Он выглядел очень довольным.
«Нет, почему ты счастлив?» – Этьен был слегка озадачен реакцией Ричарда.
Знал ли он, что Этьен взволнован, или нет, но взволнованный Ричард схватил его за руку с широкой улыбкой. Этьен вздрогнул от этого внезапного действия.
– Я скучал по тебе, хён-ним.
Ричард притянул руку Этьена к себе и склонил голову. Теплое прикосновение согрело его холодную руку.
– Я так рад снова тебя видеть... А ты, хён-ним?
Этьен сильно прикусил нижнюю губу, глядя на Ричарда, который тер лоб рукой. Он почти рефлекторно ответил: «Я тоже».
Он такая змея, прячущаяся в траве. Этьен проглотил слова, которые подступили к его горлу и застряли в животе. Вместо более ласкового ответа он выбрал холодный.
– ...Я же просил тебя не называть меня хён-ним. Почему ты не слушаешься?
– Я не хочу этого делать.
Ричард положил подбородок на руку Этьена и ответил. Он не хотел идти на компромисс в этом вопросе.
«Ты чертов щенок».
Этьен нахмурился, почувствовав упрямую решимость, наполнившую темно-голубые глаза Ричарда.
Ситуация уже была необратимой. Даже если бы Этьен и Ричард не хотели этого, люди не оставили бы их в покое. Их отношения стали бы еще более неловкими, чем сейчас, но он не мог позволить ему продолжать называть его хён-ним.
– Ричард.
Этьен строго позвал Ричарда и встретился с ним взглядом. Это был самый действенный способ, когда Ричард не хотел его слушать. Однако сопротивление Ричарда тоже было немалым.
– Вместо Ричарда, пожалуйста, зови меня Ричи, как раньше.
Ричи.
Выражение лица Этьена ожесточилось, когда Ричард произнес это слово. Это слово было похоронено в воспоминаниях Этьена о прошлом.
– Не предъявляй таких необоснованных требований.
Этьен говорил сухо, его взгляд был твердым. Он попытался убрать руку от Ричарда. Но Ричард был быстрее.
Между его длинными тонкими пальцами были жесткие мозоли. Ричард, переплетя их пальцы, потерся щекой о руку Этьена, как ребенок, закатывающий истерику.
– Раньше ты часто меня так называл.
– Все это в прошлом.
– Не для меня.
Ричард поднял взгляд и посмотрел на Этьена. В его глазах, в которых не было и следа улыбки, горел огонек, показывающий, насколько он серьезен. Этьен стиснул зубы, глядя в глаза, в которых, казалось, было все ночное небо.
Эти глаза всегда были главной проблемой.
И тогда, и сейчас Этьен был очарован этими глазами. Словно зачарованный феями или духами.
«Ричард? Ричи... Произношение немного сложное. Можно я буду называть тебя просто Ричи?»
В памяти Этьена всплыло поблекшее воспоминание о том времени, когда он был моложе и ничего не знал о бизнесе и политических отношениях взрослых.
«Ричи...?»
«Да. Ричи. Как насчет того, чтобы использовать это как прозвище?»
«Что такое прозвище?»
«Это как особое имя, которое используют близкие тебе люди. Это как интимный способ произнести твое имя. Тебе не нравится? Если тебе не нравится, я не буду называть тебя Ричи».
«Нет, мне нравится. Мне нравится Ричи.
«Значит, теперь ты позволишь мне называть тебя Ричи? Не передумай потом!»
«Ммм».
«Хорошо, Ричи».
Да, все началось с него. Он в одностороннем порядке разорвал отношения с Ричардом и положил конец их детской дружбе.
В тот день, когда Ричарду исполнилось восемнадцать, он получил герцогский титул и стал великим герцогом Экхартом, Этьен попрощался с их общим детством.
– Поздравляю, Ричард. Теперь ты великий герцог Экхарт. Ах, должен ли я теперь говорить с тобой более официально?
– ...Ричард? Почему ты вдруг стал обращаться ко мне так официально?
– Я больше не могу вести себя как ребенок, мне нужно быть более официальным. Вы унаследовали герцогский титул, так что я должен проявлять должное уважение. Ричард наедине и Великий герцог на людях, как вам такое?
– Даже если я стал великим герцогом, я все равно остаюсь собой. Пожалуйста, обращайся ко мне так же, как раньше.
– Нет. Даже если тебя это устраивает, другие не оставят это без внимания.
– Хён-ним.
– С этого момента перестань называть меня хён-ним. Мы ведь больше не братья, да?
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
– Даже если ты не понимаешь, все так и есть.
Эта детская игра окончена.
Этьен решительно оборвал удивленного Ричарда. В тот момент он думал, что поступает правильно. Эта мысль не изменилась и сейчас.
– ...Я не собираюсь потакать твоему ребячеству.
Этьен медленно шевелил губами. Из его маленьких губ вырвался меланхоличный голос.
– Мы больше не дети.
Закончив говорить, Этьен избегал взгляда Ричарда. Он не мог смотреть прямо в эти честные глаза.
Если бы он продолжал смотреть в эти глубокие, как море, темные глаза, то испытал бы необъяснимый страх.
Страх, что все его сокровенные мысли будут полностью раскрыты.
– Хён-ним, я...
– Ваше высочество, где вы?
Как только Ричард собрался что-то сказать, послышался голос Бена, зовущего Этьена. В этот момент Этьен вскочил, как будто его застали за чем-то неподобающим.
– Отодвинься.
Этьен резко оттолкнул Ричарда. Он не мог допустить, чтобы кто-то увидел их вместе. К счастью, Ричард отступил с разочарованным видом.
– Я здесь.
– О, вы здесь. Императрица...
Бен, который открыл занавеску и дверь на балкон, остановился, увидев Ричарда с Этьеном. Он быстро задернул занавеску и закрыл дверь, опасаясь, что кто-нибудь может их увидеть.
– Великий герцог тоже здесь.
– Давненько мы не виделись.
В отличие от взволнованного Бена, Ричард был спокоен. Он небрежно поздоровался с Беном, казалось, даже обрадовавшись его приходу.
– Давненько мы не виделись, великий герцог.
Бен, взяв себя в руки, быстро выразил свое почтение. Затем он вопросительно посмотрел на Этьена, явно недоумевая, почему они вместе.
– В чем дело? – Этьен спросил Бена, как будто ничего не случилось. Только тогда Бен взял себя в руки и ответил.
– Императрица ищет тебя.
– Да? Тогда я пойду.
Этьен говорил, не обращая внимания на взгляд, устремленный ему в спину. Обычно ему не нравилось, когда императрица вызывала его, но в этот момент он был почти рад.
– Хён-ним.
Низкий голос окликнул Этьена, когда тот поспешно пытался войти в банкетный зал. Этьен прикусил нижнюю губу, услышав голос, который показался ему хватающей его за лодыжку рукой. Он хотел проигнорировать Ричарда, но не смог.
– ...Что?
Этьен с трудом повернул голову и резко спросил. Несмотря на его холодный тон, Ричард не отступил. Когда их взгляды встретились, он слегка прищурился.
– Я действительно счастлив, что мы смогли снова встретиться вот так.
От этих искренних слов у Этьена задрожали губы. Он непонимающе уставился на улыбающегося ему Ричарда.
Хотя его лицо, голос и телосложение полностью изменились по сравнению с тем, что было три года назад, его улыбка осталась прежней.
– Я планирую задержаться в столице на какое-то время. Давайте поговорим по душам, когда встретимся в следующий раз.
– ...Конечно.
Этьен наконец пришел в себя и ответил приглушенным голосом. Он выбежал с балкона, словно пытаясь сбежать от этой ситуации. Его сердце громко билось.
Этьен не мог понять, от радости или отчаяния у него так сильно колотилось сердце. Всякий раз, когда он видел Ричарда, его охватывали противоречивые чувства.
Для Этьена Ричард был тем, кого он одновременно и хотел, и не хотел видеть. Так было на протяжении последних трех лет.
Когда он вошел в банкетный зал, избегая настойчивого взгляда Ричарда, Бен ждал его и сразу же заговорил.
– Как вы оказались с великим герцогом? Если императрица узнает, она устроит скандал...
– Я не знаю. Великий герцог искал меня. Все будет хорошо, ведь нас не раскрыли.
– Ваше высочество.
Бен строгим голосом позвал Этьена. Этьен быстро сменил тему, увидев, что Бен собирается читать ему лекцию. У него не было ни сил, ни желания спорить.
– Почему мама ищет меня?
– Ах, маркиз Матиас только что появился в банкетном зале.
– Маркграф?
Этьен нахмурился, услышав ответ Бена. Маркграф Матиас был одним из ключевых военачальников, к которому императрица добивалась расположения в течение нескольких лет.
– Что привело сюда маркграфа?
Маркграф, великий полководец, отвечающий за охрану границ империи, не стал бы приезжать в столицу без веской причины. На лице Этьена отразилось недоумение.
– Похоже,... его цель – великий герцог Экхарт.
– Ри... великий герцог?
Этьен чуть не сказал «Ричард», но быстро поправился. Бен огляделся и понизил голос, чтобы его не услышали другие.
– Ходят слухи, что во время отражения вторжения варваров маркграф Матиас и великий герцог Экхарт очень быстро сблизились.
– Ax.
Лицо Этьена помрачнело от слов Бена. Маркграф Матиас был известным дворянином, который сохранял нейтралитет.
Если бы он публично поддержал великого герцога Экхарта, это стало бы серьезным ударом по фракции, поддерживающей императрицу.
– Кажется, императрица хочет представить меня маркграфу до того, как он встретится с великим герцогом, чтобы понять его намерения.
– Скорее всего.
Бен согласился с предположением Этьена. Этьен, зная о намерениях Леоны, слегка вздохнул. Он поднял руку, чтобы застегнуть пуговицу на рубашке. От одной мысли о том, чтобы застегнуть пуговицу, ему казалось, что его душат.
– Пошли.
Этьен, быстро оправив одежду, пошел прочь.
Затянувшееся опьянение от разговора с Ричардом, казалось, снова нарастало, вызывая у него тошноту.