6
Старший альфа мечется между ребёнком и стоящей на месте скотиной и катастрофически не справляется с невыносимым очарованием Чанёля. Он злобно фыркает в сторону Кима, но поражённо наклоняется, чтобы поднять маленького омегу на ручки. Малыш довольно целует отца куда-то в подбородок и подмигивает Юнги, получая в ответ поощрительный кивок.
— Чани, смотри какой тортик, — доносится от Бэкхёна, пока Чимин раскладывает кусочки по тарелкам, а Хосок активно разливает новые коктейли: теперь у всех двойной безапелляционный повод бухнуть.
— Шоколадный, — восхищённо тянет Чанёль и тут же начинает шевелиться в руках отца, пытаясь потянуть того к столу, — Папа, пожалуйста, — строит он глазки.
Намджун переводит взгляд на маленького Бёна, терпеливо держащего в ладошках хлипкую тарелку, и ревностно прижимает к себе ребёнка.
— Ещё один обхаживатель, — фыркает старший Чон, враждебно щурясь в сторону Бэкхёна.
— Ему четыре, — вздыхает Вонхо, качая головой и складывая руки на груди.
— Четыре с половиной, — тут же поправляет отца альфочка, всё ещё протягивая Чанёлю тарелочку с тортом.
— А я о чём! — размахивает руками Намджун, — Сегодня ему четыре с половиной, а завтра кольцо своё моему ребёнку под нос пихать будет!
— Даже не пытайся, чувак, — хмыкает Хосок, протягивая старшему Бёну стаканчик с выпивкой, когда тот открывает рот, чтобы что-то ответить, — А тебе удачи, — сочувствующе похлопывает он озадаченного Бэкхёна по маленьким плечам.
— Дай Чани торт поесть, — закатывает глаза Юнги, наблюдая, как малыш усердно тянется к столу.
— Никакого торта, пока я не закончу с этим кобе-… — запинается старший Чон, оглядываясь по сторонам, — Куда он съебался? — судорожно ищет двухметровую скотину глазами он.
Все оборачиваются, но ни Чонгука, ни Тэхёна не обнаруживают: свет в доме выключен, дверь на кухню закрыта, сланцы обоих валяются около стола. Намджун опускает Чанёля на травку, зачем-то берёт в руку ещё один помидор и уверенно идёт в сторону дома. Он только собирается дёрнуть ручку, когда слышит звук разогревающегося мотора.
— Какого… — Чон выбегает к калитке, остальные подрываются за ним, но успевают увидеть только как с парковки быстро стартует BMW, — Они спиздили мою машину! — хуебесится старший альфа, швыряя несчастный овощ в асфальт.
— Тэхён давно хотел в ней потрахаться, — усмехается Вонхо, только через пару секунд понимая, что озвучил это рядом с Намджуном.
Чон медленно поворачивает на него голову и даже не открывает рот: взгляд говорит сам за себя.
— Как думаешь, Тэхён дотянет до свадьбы? — шепчет Лукас Чимину, и тот думает секунд десять, прежде чем легонько толкнуть мужа в плечо:
— Он поместится у нас в багажнике? — уточняет омега, не отрывая взгляда от Намджуна. Хосок внимательно осматривает брата, прикидывая, и кивает.
— Дотянет, — уверенно хмыкает Чимин.
***
Holiday — Lil Nas X
— Буду через пять минут, — тараторит Чонгук, зажимая телефон между ухом и плечом.
Он носится по номеру в классическом чёрном костюме и пытается найти свои носки в куче одежды, валяющейся на кресле. Омега на ходу поправляет укладку, ногой отпихивая тэхёновы трусы под кровать. Через панорамные окна во всю бьёт жаркое солнце, по огромной белой кровати раскиданы смятые лепестки тюльпанов, окрасивших половину простыни: когда альфа щедро раскидывал их по поверхности, идея казалась ему слишком прекрасной в своей оригинальности, чтобы думать о последствиях. Свежий тёплый ветер развевает лёгкую занавеску, воздух пахнет океаном, отдыхом и чистыми отельными полотенцами.
— На меня тут немного это, — вздыхают в трубку после минутного молчания. Голос Тэхёна звучит подозрительно нашкодившим.
— Что «это»? — уточняет Чон с опаской, наконец откопав свои белые носочки.
— Нагадили, — почти грустно отвечает Ким, и омега клянётся, что знает, как сейчас выглядит его лицо, — Мне срочно нужен новый костюм.
— Какой нахуй новый костюм — до церемонии два часа. Тащись в номер, застираем, — качает головой Чонгук.
— Бэйбик, ты не понимаешь, — убеждает его Тэхён и только через пару секунд добавляет, — Меня обосрала потатуйка.
— Пота- что блять? — изгибает бровь омега, вставая с кресла и забирая с маленького столика ключ от номера.
— Я хотел купить голубей, но у них рожи на сайте какие-то тупорылые были, поэтому я заказал потатуек, — совершенно серьёзно пытается объяснить альфа, — Их в коробке привезли, я начал в клетку пересаживать, а эта сука как заорёт! Я сам чуть не обосрался, — он определённо возмущённо размахивает руками, — Они на меня вдвоём накинулись и заклевали до полукрови! Чонгук, не ругайся, пожалуйста, я истекаю смертью.
— Я вижу твой виноватый глаз в окно, — спокойно хмыкает Чон, выжидающе опираясь на стену и склоняя голову к плечу. Глаз медленно исчезает из поля зрения.
— Я хотел как лучше, — жалобно шепчут в динамик.
— Потатуйки, я так понимаю, съебались? — со вздохом складывает руки на груди омега.
Тэхён молчит пару секунд, прежде чем за окном появляются его вытянутые руки, держащие вырывающийся пернатый комок, завёрнутый в бумажную салфетку. Птицу не по-детски пидорасит, и Чонгук готов принять в этой ситуации всё, кроме того факта, что его жених выбрал её, посчитав голубей тупорылыми.
— Тэхён, у неё эпилепсия, — на всякий случай предупреждает его омега, не в силах оторвать взгляд от совершенно ебанутого зрелища.
— Она была со скидкой, — признаётся Ким.
Чон только собирается открыть рот, чтобы что-то ответить, когда потатуйка выворачивает шею почти на сто восемьдесят градусов и со всей дури клюёт альфу в большой палец. Тэхён орёт протяжное «блядина», рассекречивая себя, не истекающего смертью: он вываливается прямо на газон перед панорамным окном и судорожно размахивает руками, пока птица агрессивно набрасывается на его волосы. Он несколько минут катается по траве в своём светло-бежевом пиджаке, а Чонгук обречённо вздыхает, но это никак не мешает ему открыть камеру на телефоне и начать снимать. Чон отдаёт победу потатуйке ещё когда та снова обгаживает альфу и оглушающе завывает, прежде чем улететь куда-то в кусты.
Тэхён встаёт с газона, кряхтя, и недовольно шипит, пока осматривает свой костюм, теперь не только обосранный птицей в двух местах, но и перепачканный ярко-зелёными пятнами. Он медленно поднимает голову, натыкаясь на нечитаемый взгляд Чонгука, и осторожно подходит почти вплотную к окну. Пока Ким усердно дышит на поверхность, чтобы та запотела, Чон убирает телефон в карман, терпеливо ожидая этого клоуна. Альфа заканчивает подготавливать стекло, двумя руками рисует на нём большое сердечко и немного приседает, вставляя своё виноватое лицо прямо посередине.
Младший пялится на своего неординарного жениха секунд тридцать, прежде чем открыть дверь на террасу и впустить его в номер.
— Бэйбик, они обе съебались, — поникает Тэхён, почти падая Чонгуку в объятия.
— Тебя только это волнует? — изгибает бровь омега, мельком осматривая его безнадёжно изуродованный пиджак.
— Всё под контролем, — уверяет его Ким, — У нас ровно два часа, и шикарный торговый центр в паре километров от отеля.
— И на чём ты собрался туда ехать? — Чонгук старается сделать серьёзное, осуждающее лицо, но мягкий, любовный взгляд выдаёт его с головой: злиться на Тэхёна физически нереально, в день свадьбы — тем более. У него жопу счастьем рвёт с самого утра, поэтому он ласково льнёт ближе к чужому торсу и игриво кусает Кима за нос.
— Твои родители арендовали тачку на уикенд, — отвечает альфа, спуская ладони на талию младшего, — Юнги-ши по-тихому дал мне ключи на вечер, — шепчет он ему на ухо, улыбаясь.
— Зачем нам машина на вечер? — на секунду отстраняется Чон, вопросительно хмыкая.
— Я получил её со словами «устрой ему брачную ночь без Чон Намджуна», — старший усмехается, когда омега страдальчески стонет, и по-хозяйски лапает его ягодицы, шикарно обтянутые тканью классических брюк, — Готовь задницу, детка, сегодня тебя будет трахать твой муж.
Sucker — Jonas Brothers
— И кто теперь вместо папочки? — мурчит Чонгук, — «Господин»? — пускает руку на чужой кадык он, толкая язык за щеку, — Или, может, «сэр»? — младший видит, как Тэхёна ведёт, останавливается в паре миллиметров от его губ и неожиданно начинает орать, — Или птичник херов, который засрал шикарный японский костюм за два часа до собственной свадьбы?!
Омега больно наступает ему на ногу, выбираясь из чужих объятий, и агрессивно швыряет в Кима футболку, лежащую на кресле рядом. Вслед за ней на альфу нескончаемым потоком валятся носки, трусы, штаны, халаты, кофты, и всё мягкое, что попадается Чонгуку под руки.
— Накажу! — вопит Тэхён, почти сваливаясь под тяжестью горы одежды.
— Я тебя сейчас членом об унитазный ёршик накажу, скотина ты такая! — хуебесится Чон, стаскивая с кровати одеяло и пытаясь закинуть его двухметровому лбу на голову, но получается из рук вон плохо: оно оказывается слишком тяжёлым, и омега с грохотом валится на пол, споткнувшись об ножку кресла.
— Мой бэйбик! — тут же пищит Тэхён, скидывая с себя все шмотки, и бежит его спасать, будто Чонгук — щеночек, упавший с дивана.
Младший недовольно шипит, пытаясь выбраться из-под одеяла, когда на него сверху наваливается чужая мускулистая туша.
— Ушибся? — беспокойно охает Ким.
— Это ты башкой ушибся, — кряхтит Чон, — Слезь с меня, обосрыш, блять!
— Не слезу, пока не поцелуешь, — ставит условие альфа и выпячивает губы, наклоняясь ближе к омеге.
Чонгук вертится, пытаясь вылезти самостоятельно, но Тэхён, по сравнению с ним, весит как ебаный бульдозер. Он спокойно сидит на Чоне сверху и терпеливо ждёт, пока тот выбьется из сил.
— Чтоб тебя, — недовольно пыхтит младший, распластавшись по полу через минуту.
Ким ждёт ещё какое-то время, пока омега совсем жалобно затихнет, и осторожно наклоняется ближе, чтобы чмокнуть его в макушку.
— Ты не верил, что арбузы делают меня агрессивным, — бубнит Чонгук куда-то в пол.
— Ты съел всю миску? — изгибает бровь Тэхён, поворачиваясь к столику с остатками их завтрака, стоящего около кровати.
— И из холодильника тоже, — омега фыркает, не двигаясь с места даже когда старший слезает с его бёдер, — Теперь я обоссусь на церемонии, и мы будем самой эпатажной парой острова.
— Не дуйся, детка, — ластится Ким, — Это всего лишь костюм, и у меня в нём всё равно чешутся яйца, — шипит он.
— Они у тебя чешутся потому что ты меня так в жопу всю ночь долбил, что-… — не успевает закончить Чонгук, когда его рот накрывает чужая ладонь.
— В тебе есть хоть что-то романтичное? — закатывает глаза Тэхён.
Младший шумно фыркает и специально высовывает язык, пытаясь обслюнявить старшего как можно сильнее.
— Ким-бэйбик-Чонгук докапризничался: я включаю в вечернюю программу твою любимую шишку, — заявляет альфа, и глаза Чона мгновенно расширяются в несогласии, — Но, — продолжает он почти сразу, — Если ты перестанешь кукситься и расцелуешь своего оригинального, старательного, заботливого жениха, то я, возможно, заменю её на что-нибудь менее пахнущее болотом.
Омега отчаянно вздыхает и убирает язык с чужой ладони, насупившись: шишки боится, сука, как огня. Тэхён довольно усмехается, вытирая обслюнявленную ладонь об свой многострадальный костюм, и притягивает Чонгука к себе. Младший щёлкает его по носу указательным пальцем и максимально быстро целует в губы, пока альфа не успевает основательно его засосать.
— Ты играешь грязно, — ворчит Ким, когда Чон вскакивает с пола и забирает с пола свою сумочку.
— Чей бы обосранный пиджак говорил, — себе под нос тараторит омега, — Поехали, потатуйщик.
Чонгук закатывает глаза, хватая Тэхёна за руку и стаскивая его с одеяла. Старший недовольно бурчит, пока Чон закрывает номер на ключ, и оживляется только когда младший резко подтягивает его к себе за шею, и мокро целует взасос. Ким ухмыляется, вылизывая чужой рот, но омега отпихивает его от себя, прежде чем шаловливая рука похотливой скотины, готовой трахнуться на любой поверхности, оказывается у него в штанах.
— Время на потрахушки проёбано, папочка, — безжалостно хмыкает Чонгук.
— Я заставлю тебя кончить до того, как мы наденем друг другу кольца, — без малейшего сомнения жарко шепчет Тэхён.
Младший не уточняет, когда и где его жених собрался выполнить своё обещание, но противиться тоже не пытается: он игриво кусает нижнюю губу и семенит за альфой по узкой дорожке.
Им хватает пяти минут, чтобы дойти до минималистичного, открытого ресторана с огромной зелёной площадкой, по которой активно бегают официанты в белой униформе. На газоне расставлены сорок деревянных стульев, посередине полянки стоит маленькая арка из нежно-розовых пионов, по бокам три фуршетных стола с канапе, пирожными и шампанским. Все гости ещё в номерах, но Юнги с самого утра не выпускает Намджуна, Вонхо и Хосока дальше ста метров от ресторана. Бэкхён с Чанёлем уже несколько часов играют в мячик рядом со взрослыми, а все остальные дети бесятся в бассейне около отеля под присмотром Чимина, Лукаса и помотанного жизнью аниматора.
На Юнги широкие серые штаны, огромная бежевая рубашка, расстёгнутая на две верхние пуговицы, и светлая панамка, закрывающая ему пол-лица. Омега несколько часов медленно ходит по кругу, напрягая всех работников ресторана, и внимательно рассматривает закуски, стулья, бутылки с алкоголем. Не то чтобы ему что-то не нравилось, но он каждые двадцать минут подзывает к себе официанта и просит поменять местами тарелочки на столах.
Only Human — Jonas Brothers
У Намджуна рожа кислая, как муравьиная жопа, и даже не потому, что на улице адская жара, а брат не затыкается уже полчаса. На нём классический костюм в цвет рубашки мужа и белая бабочка, которой его почти задушили утром, пока пытались переодеть: Вонхо с Хосоком потратили сорок минут, чтобы силком снять с него чёрный похоронный наряд. Альфа недовольно потирает запястья, всё ещё немного красные после наручников, и плюхается на ближайший стул, рядом с братом и Бёном. Все трое несмело берут со стола по капкейку и несколько раз кидают зашуганные взгляды на Юнги, прежде чем снять с них формочки: по ебалу получать уже не хочется.
— Чем так воняет? — бродит по полянке омега, поглаживая свой огромный восьмимесячный живот. Он повторяет вопрос ещё трижды, прежде чем развернуться в сторону альф, судорожно запихивающих кексы в рот.
Беременный опасно щурится, подходит ближе и без всяких объяснений кладёт ладонь Хосоку на затылок, заставляя того наклонить шею вперёд.
— Я выплюну, выплюну! — испуганно скулит младший Чон, но Юнги быстро обнюхивает его башку и отпускает.
Следующим под руку попадается Вонхо, и он даже не пытается что-то говорить, послушно сидя на месте, пока омега бубнит что-то невнятное ему на ухо. Намджуну везёт меньше: муж смело хватает его за волосы, и старший роняет из рук остатки несчастного капкейка.
— Это от тебя несёт, — фыркает Юнги, носом тыкаясь в его шевелюру.
— Я час назад мылся! — оскорблённо защищается альфа.
— Кинь свой шампунь в помойку, — младший морщится и отходит от мужа на несколько шагов.
— Я им восемь лет пользуюсь, — жалобно выдыхает Намджун, — Детка, твоя любимая свежесть голубых елей и канадской древесины, — добавляет он, тут же получая скомканной салфеткой в лицо.
— Ты чё, блять, лесник ебаный? — размахивает руками беременный, — Значит, жожоба и иланг-хуеланг ему слишком по-омежьи, а пахнуть как жаба из канадского болота — заебись просто!
— Детка, — только открывает рот старший, когда Юнги достаёт из своего бездонного кармана очередную скомканную салфетку и снова кидает её в альфу.
— Множественное число! — ворчит он, очаровательно прислоняя свои ладошки к животу.
— Любимые, — тут же исправляется Намджун, — У нас объятия в кроватке по расписанию, — кидает он быстрый взгляд на часы около ресторана.
Начиная с седьмого месяца, Юнги всегда нуждается в пингвине, которого альфа каждое утро рисует рядом с холодильником: на нём шесть пятнадцатиминутных перерывов, и жизненно важные задания для его двух крохотных деток. Омеге необходимо заворачиваться в кокон из одеяла, расчёсывать игрушечного кота, принимать ванную с Чанёлем и уточками, приносить Намджуну восемь маленьких резиночек, чтобы он сделал ему мягкие забавные хвостики. Юнги не просится на ручки — он ждёт, пока альфа посмотрит на пингвина и сам потянет его к ближайшей удобной поверхности. Младший плюшевый до невозможности: он всё время трётся округлыми щёчками о плечо мужа и настойчиво тянет его ладони к своему животу каждую удобную секунду.
— Иди башку мой, — бубнит Юнги, недовольно спихивая альфу со стула, — Ты задерживаешь мои объятия! — пыхтит он.
Намджун страдальчески стонет, пытаясь строить омеге глазки, но тот подпирает руками поясницу и безапелляционно кивает в сторону дорожки к отелю. Хосок с Вонхо гаденько хихикают, пока он, кряхтя, встаёт со стула, а Юнги ярко улыбается, как только замечает приближающуюся к ним парочку.
— Тэхён-хён! — радостно кричит Чанёль, несясь по полянке навстречу старшим.
— Пупсик! — лыбится Ким в ответ. Он останавливается, присаживаясь на корточки, и ловит малыша в свои объятия, — Посмотрите на этого крохотного воришку: стащил наше свадебное печенье, — наигранно щурится альфа, щекоча младшего.
— Я не брал, хён! — активно машет головой ребёнок, но игривая улыбка выдаёт его с головой.
— Значит, это не твои крошки на щёчках? — изгибает бровь Тэхён и быстро зацеловывает мягкие ямочки Чанёля, пока тот смеётся.
— Подожди, хён, подожди! — доносится громкое сбоку. Запыхающийся Бэкхён бежит к ним с большой, тяжёлой сумкой и сразу скидывает её с плеча, когда тормозит, — Отпусти, пожалуйста, — вежливо, но настойчиво тараторит он, хватая Тэхёна за бицепс.
— Бэк, ты чего? — умилительно усмехается Ким, когда альфочка удивлённо охает, ощупывая его мышцы.
— Отпусти Чани, хён, — всё ещё сбито дыша и нетерпеливо топчась на месте, требует Бён, — Тебе можно только в макушку, щёчки мои! Не целуй! Пожалуйста, хён, — взволнованно сжимает ладошки он.
— Это не только твой малышок, Бэки, — специально вредничает Тэхён, прижимая маленького омегу ближе к себе, — Настоящие альфы умеют делиться, — совершенно серьёзно хмыкает он, прикусывая губу, чтобы не улыбнуться.
Большие, жалобные глаза проедают в Киме дырку, но мальчик всё ещё прикладывает все свои усилия, чтобы не показаться невоспитанным. Он мнётся на месте, слабо оттягивая чужой бицепс от Чанёля, а старший альфа ждёт несколько секунд и показушно целует Чона в щёку. Бэкхён не выдерживает:
— Нет, мой! Отдай, отдай! — хнычет от беспомощности Бён, протягивая ладошки к омеге, — Чани, я тебя тоже поцелую! Пожалуйста! — он уже собирается залезть на Тэхёна, когда маленький Чон наклоняется к уху Кима и шепчет смущённое:
— Он собственник, — малыш хихикает, прикладывая указательный пальчик к губам, будто об этом секрете знает только он.
— Я уже догадался, — усмехается старший альфа, поворачиваясь к Бэкхёну, и легонько щипает его за аккуратный носик.
— Омегами не делятся! — фыркает Бён, недовольно качая головой, — А то я сейчас Чонгуки поцелую, хён! — угрожает он Тэхёну, предупредительно складывая руки на груди.
— Понятно тебе? — поддерживает его Чонгук, стоящий в сторонке.
3 Nights — Dominic Fike
— Сдаюсь, сдаюсь! — стонет Ким, поднимая руки над головой и отпуская веселящегося Чанёля к его маленькому защитнику.
— Убегает он всё время, — бубнит себе под нос Бэкхён, ловко поймав крохотного Чона за край футболки, — Чего ж ты такой непослушный, — с досадой вздыхает он и нежно прижимает омегу к себе.
Тэхён пялится на них глазами-сердечками и не сдерживается, проводя своими огромными ладонями по двум мягким макушкам. У малышей волосы совсем как пушок, и он не может заставить себя оторвать руки, пока Чонгук не тянет его за шиворот.
— Нам нужно ехать, — закатывает глаза омега, ласково запуская пальцы в шевелюру старшего.
— Бэйбик, смотри, у него заколочка на чёлке, — почти скулит Тэхён и продолжает гладить Чанёля по головке, — Она с клубничкой. С клубничкой, Чонгук.
— У меня ещё с пчёлкой есть, — смущённо шепчет маленький Чон, активно вертя головой, но не пытаясь выбраться из объятий Бэкхёна.
— С пчёлкой, — морально умирает от очарования Ким, — Я так хочу покупать заколочки, — ещё чуть-чуть и он, кажется, разрыдается.
— Мне папа набор уже подарил, — озадаченно хмыкает Чанёль, — Но ты можешь купить ещё, хён — мы украсим Бэки! — улыбается он, переводя довольный взгляд на маленького Бёна.
— Заколочки для омег! — сразу возмущается тот.
— Неправда! — машет головой Чон, — Тэхён-хёну нравится! Да, Тэхён-хён? — возвращает он взгляд к Киму, снимая со своих волос одну заколку. Глаза малыша светятся так, что старший залипает на них на минуту, не меньше, пока Чанёль настойчиво тянет к нему крохотный сжатый кулачок, — Это тебе хён, у меня много, — кладёт он украшение в чужую подставленную ладонь.
— Спасибо, пупсик, — улыбается альфа, закалывая себе одну боковую прядку и чмокая младшего в макушку под чутким присмотром Бэкхёна.
— Предупрежу папу, что мы отъедем, — вздыхает Чонгук, взглянув на время. Он разворачивается к Юнги, сидящему около стола, и параллельно осматривает полянку, довольно поджимая губы: всё ровно так, как он и хотел.
Тэхён никак не может оторваться от двух малышей и спокойно усаживается на травку прямо в костюме: терять уже нечего. Хосок с Вонхо игриво шепчутся о чём-то, прежде чем присоединиться к нему, останавливаясь рядом с бокалами шампанского.
— Ебаный в рот, что с твоим костюмом? — вскидывает брови Хосок, когда ближе рассматривает альфу.
— Дизайнерский ход, — хвалится Тэхён. Он подтягивает к себе большую сумку, которую притащил Бэкхён, и вынимает из неё несколько мягких игрушек.
— Достань птенчика, хён, — просит Чанёль, когда маленький Бён выпускает его из объятий. Они окружают Кима с обеих сторон и вместе с ним роются в поисках нужных зверюшек.
— Хочешь себе малышню? — с мягкой улыбкой интересуется Вонхо у Тэхёна, поправляя сыну задравшуюся футболку. Альфа не успевает даже рот открыть, когда его перебивает Хосок:
— Ты глаза его вообще видел? — усмехается он, — Он готов украсть этих двоих, как только ты отвернёшься, — кивает Чон на занятых игрушками детей.
— Они такие хорошенькие, — скулит Тэхён, вручая Чанёлю жёлтого плюшевого цыплёнка, — Я хочу выбирать крохотные носочки со звёздочками, хёны, — поднимает он щенячий взгляд на старших.
На лице Хосока появляется искренне добрая и тёплая улыбка, перерастающая в хриплый смех. Он громко вздыхает, положив руку на плечо Кима, и присаживается рядом на корточки.
— Чани, — зовёт Чон, и малыш сразу оборачивается, — Кто твой любимый хён?
Омега пару секунд задумчиво теребит пальчиками игрушку, прежде чем ответить:
— Я люблю всех хёнов одинаково, — без особого энтузиазма бубнит он, пристально смотря Тэхёну в глаза и улыбаясь.
Хосок удовлетворённо хмыкает, а Вонхо усмехается, мягко путая маленькому врунишке волосы на затылке.
— Кто бы сомневался, — вздыхает Бён-старший.
— Будут тебе и носочки, и шапочки, и пиздюли от беременного мужа, — как старый дед, отживший своё, кряхтит Чон, — Они в основном, правда, носятся по дому, визжат, рыдают и выбрасывают из окна твой новый плэйстейшен, — шипит он, — Зато выглядят как лапочки и обниматься всё время лезут.
— Тебе понравится, — подмигивает Киму Вонхо, игриво толкая его в плечо.
Тэхён переводит взгляд обратно к малышам и любовно оглаживает маленькую макушку Чанёля. Он лениво даёт хёнам кулачки, когда сзади подходит Чонгук, цепляя его за рукав пиджака.
— Я договорился, линяем, — топчется на месте омега, — Чё у вас у всех лица такие загадочные? — с подозрением осматривает он альф.
— Даём ценные брачные советы твоему жениху, — усмехается Бён.
— Боже, не слушай их, ко мне вчера тоже приходили! — отчаянно стонет Чонгук, поднимая Кима с травы, — Чимин-хён подарил мне духи «животная страсть», которые воняют дохлой курицей, и они с папой час впаривали мне, как издеваться над возбуждённым мужиком!
— Юнги профи, — играет бровями Хосок. Вонхо заинтересованно хмыкает, и Чон тут же поднимает руки в сдающемся жесте, — Я когда-то случайно заглянул, — оправдывается альфа и через пару секунд добавляет, — Он ему там ремень так затянул на чле-…
— Хён! — вопит Чонгук, закрывая уши.
Старшие смеются, а Тэхён наконец встаёт с травы и сразу обхватывает омегу за бёдра, одним движением закидывая его себе на плечо. Чон пищит что-то, практически без усилий барабаня кулаками по чужой накачанной спине, но Ким спокойно придерживает его за задницу и уносит в сторону парковки отеля.
Watermelon Sugar — Harry Styles
Яркое солнце бьёт в ебало, из-за шёлковых трусов чешется между ягодиц, прядка, выбившаяся из потрёпанной укладки, тычется прямо в глаз — Чонгуку дохуя удобно висеть, как мешок картошки, пока альфа копается в карманах возле нужной машины.
— Бэйбик, у тебя стояк? — заботливо интересуется старший, щёлкая ключами.
— У меня жених — сельскохозяйственный трактор, — шипит Чонгук, усердно пытаясь выбраться из железной хватки.
— А у меня вот стояк, — тяжело вздыхает Тэхён.
Он открывает переднюю дверь, снимает омегу с плеча, будто тот весит пять килограмм, и усаживает его в салон. Чон смотрит, как альфа обходит машину, чтобы сесть на водительское, и хватает его за воротник рубашки, как только тот залезает внутрь.
— У нас сорок минут на покупку нового костюма, или тебе придётся ебать меня в общественном туалете, — жарко шепчет он старшему в губы и сразу прижимается к ним своими.
Тэхён довольно улыбается, положив обе ладони на чужие щёчки, и ещё несколько секунд не даёт младшему отстраниться, чмокая его куда придётся.
— Отпусти, — фыркает Чонгук, — Скотина, ты слишком горячий, — шипит он, но Ким продолжает, пока не добирается до шеи, — Заебись, теперь у меня тоже стояк! — отчаянно стонет омега и пихает старшего в грудь.
— Так-то, бэйбик, — издевательски хихикает Тэхён, прежде чем пристегнуться и завести машину.
Чон со вселенской болью в глазах кидает взгляд на свой грустный бугорок на штанах, и жалобно кусает губу, поворачиваясь обратно к альфе. Как он с этим, блять, жить будет. Тэхён, типа, неописуемо сексуальный. Типа, пиздец просто. Типа, Чонгук почти кончает, когда смотрит на его руку, плавно проворачивающую руль влево.
— Не видел утром никого из твоих братанов, — старается он занять свои мысли хоть чем-то другим.
— Я говорил — мальчишник они не переживут, — качает головой Тэхён, выезжая с парковки.
— Сколько ушло бутылок? — усмехается омега.
— Учитывая то, что Вина и Минги я нашёл голыми в ванной, не меньше десяти, — прикидывает Ким, — Джексон снова припёр свою ебаную машинку и набил им по ромашке на заднице.
— Джин обкурился до или после того, как прислал мне свой член в инсте? — Чонгук прыскает в кулак, когда альфа поворачивается к нему и широко распахивает глаза, — Следи за дорогой! — смеётся он.
— Сукин сын! — стискивает челюсти Тэхён, — Я видел, как он его фоткал!
— Я думал, у него больше, — невзначай хмыкает Чон.
— Он всем в уши ссыт, что у него там конский хер. Хоть на плечо закидывай, — закатывает глаза Ким, — А как мерить так «да чё мериться-то, пацаны?».
— Вы мерились членами? — Чонгук изгибает бровь и запрокидывает голову на сиденье.
— А вы в омежьей компании чем занимаетесь? — искренне недоумевает Тэхён, будучи уверенным, что это неотъемлемая часть любого попоища.
— А мы вашими меряемся, — подмигивает ему Чон.
— И на каком первом месте я? — интересуется Ким, расслабленно следя за дорогой и постоянно кидая игривые взгляды на младшего.
— Вне конкуренции, — без тени сомнения отвечает омега.
Они доезжают до огромного торгового центра меньше, чем за пятнадцать минут, и альфа паркует машину у главного входа, быстро закидывая ключи в карман. Чонгук успевает даже загуглить расположение магазинов, пока они ищут эскалатор в шумном холле, а Тэхён активно затирает ему что-то про хот-доги.
— Туда нам надо, — тянет младшего за руку Ким. Чон отрывает глаза от телефона только когда альфа заводит его внутрь магазина.
— Ты заебал со своими секс-шопами! — стонет омега, оглядевшись вокруг и тут же разворачиваясь.
— Я больше не буду покупать латексные костюмы, бэйбик, обещаю! — виновато скулит Тэхён.
Чонгук показушно закрывает уши, выметаясь обратно в холл, а Ким хватает с полки первые попавшиеся анальные шарики с пультиком и со скоростью света подлетает к кассе.
— Здравствуйте, наличка, быстрее, пожалуйста, — тараторит он, доставая из кармана кошелёк, но натянутая улыбочка продавца выражает слишком много непонимания, — Хэлоу, кэш, фастер, фастер! — подгоняет парнишку альфа.
— Do you wanna get some lubri-… — только открывает рот консультант, когда Тэхён начинает нетерпеливо шипеть и двигать к нему несколько купюр.
— Ай хэв веддинг тудэй! Ай нид кончить май эмэйзинг хазбенд, плиз! — почти агрессивно умоляет он, и продавец косится то на него, то на охранника у двери, пробивая игрушку.
— It's my present for your husband, — нервно улыбается парень, по доброте душевной положив в пакетик бутылочку смазки.
— Вандерфул! Сэнкью, гуд бай! — чуть ли не сносит стенд с презервативами Ким, хватая пакет и на ходу разрывая красивую упаковку. Он засовывает игрушку, пультик и лубрикант в карман, и, как ни в чём не бывало, выходит из магазина.
— Второй этаж, — тут же хватает его за руку Чонгук.
Альфа шесть раз пытается полапать младшего за задницу, пока они поднимаются на эскалаторе, и Чон не сдерживается, шлёпая его ладонью по макушке.
— Ауч, — шипит старший, убирая шаловливые ручонки.
— Вон туда, — тыкает в сторону нужного магазина Чонгук, и тянет его за подол пиджака, как ребёнка.
— Лучше тебе переместить руку повыше, детка, — почти давится воздухом Тэхён, когда омега случайно задевает его пах ладонью.
— Лучше тебе снять обосранный пиджак, — советует ему Чон, вылавливая первого попавшегося консультанта, — Здравствуйте, нам вот такой костюм, срочно, — показывает он пальцем на своего жениха.
— Can you… — только начинает парень, и Ким, предсказуемо, перебивает его на полуслове.
— Нид э сюит! Суит, — пытается выговорить он, — Сьют! Вайт, сиксти сайз! Фастер, фастер.
— Какой тебе, блять, сиксти! — пихает альфу в плечо Чонгук, — Фифти, — поворачивается он к продавцу.
— У меня член в эти штаны сраные не помещается! — Тэхён недовольно оттягивает ткань своих брюк в области паха и снова повторяет, — Сиксти! Нид спэйс фор биг дик!
— Excuse me, — судорожно бегает глазами в поисках охранника консультант и медленно текает за ближайший стенд.
— Осталось сорок минут, — закатывает глаза Чонгук, кинув короткий взгляд на часы, — Пошли.
Он берёт Тэхёна за рукав и тащит к светлым костюмам, не наблюдая в зале больше ни одного продавца. Ким лениво перебирает пиджаки на вешалках и кряхтит каждый раз, когда Чон закидывает ему на плечо очередную рубашку. Они собирают все бежевые вещи, которые им удаётся найти, и еле протискиваются в одну примерочную, агрессивно пытаясь задёрнуть уебанскую занавесочку.
Put it on me — Matt Maeson
— Снимай штаны, блять, — ворчит Чонгук, пихая альфу к зеркалу.
— Снимаю я, снимаю, — Тэхён расстёгивает ремень, спуская брюки с бёдер, и Чону совсем не нужно было смотреть на его боксёры. Он пялится на невъебительно прекрасный член, прижатый к чёрной мягкой ткани и отчётливо понимает, что теперь не сможет оставить его в покое.
— Чтоб тебя, — шипит младший себе под нос, опускаясь на колени.
— Бэйбик? — изгибает бровь Ким и сразу видно, сука — придуривается.
— Завали, — фыркает омега, рефлекторно облизываясь и подползая ближе.
Тэхён пошло толкает язык за щеку, включая свой дэдди режим на максимум.
— Это мы так с мужем разговариваем? — резко понижает он голос и уверенно зарывается ладонью в чужие уложенные волосы, — Да, детка? — Ким дёргает руку вперёд, заставляя Чонгука совершенно очаровательно пискнуть.
— Мало времени, — мямлит младший, а у самого блеск в глазах загорается, как у послушного пёсика.
— Ничего страшного, отсос — это быстро и качественно, — подмигивает ему Тэхён, — Как насчёт глубокой глотки, малыш? — почти шепчет он, бережно заправляя мягкую прядку за ухо младшего.
Чонгук шумно сглатывает и невинно хлопает длинными ресницами, не отрывая взгляда от старшего. У него перед глазами безбожно манящий член, в паху пожар, а в башке только чужой хриплый бас и желание быть трахнутым прямо на полу примерочной.
— Давай ближе, бэйбик, вы уже давно дружите, — давит ему на затылок Ким.
Младший утыкается губами в крепкое бедро и не сдерживается, высовывая язык. Тэхён усмехается, пытаясь направить его чуть выше, но Чон специально облизывает загорелую кожу и слегка прикусывает её прямо поверх крупной мышцы. Чонгук балдеет. Тащится, закатывает глаза, мурчит почти, когда думает о том, насколько это тело сильнее его собственного. Альфа может припечатать его к зеркалу, схватив за шею одной рукой, и Чон находит это охуенно возбуждающим.
— Зубками, — останавливает омегу Тэхён, когда тот поднимает руки к резинке его боксёр.
Чонгук смотрит снизу вверх и пальцами медленно скользит по голым бёдрам, послушно убирая их за спину. Он наклоняется вплотную к рубашке старшего, упирается лбом в его пресс и зубами мягко царапает по светлой коже внизу живота.
— Слишком легко, детка, — любовно треплет младшего по волосам Тэхён и с силой спускает его лицо ниже, заставляя упереться щекой в слегка влажную ткань.
Чонгук скулит. Чонгук всегда скулит, когда с ним обращаются как с собачкой. Он прижимается губами к чётко очерченной головке и поднимает свой развратно-очаровательный взгляд на старшего. Тэхён наслаждается прекрасным видом пару секунд, прежде чем дать омеге сделать новую попытку избавить его от белья. Чон осторожно поднимается выше, зажимает широкую резинку зубами и с усилием тянет вниз, пока не освобождает чужой возбуждённый член.
— Трахни, — первое, что слетает с его языка.
— Куда, солнышко? — хищно улыбаясь, уточняет Тэхён, двумя пальцами приподняв младшего за подбородок.
— В рот, — выдыхает Чонгук, — Как умеет папочка.
— Всё, что пожелаешь, — усмехается Ким, прежде чем плавно провести большим пальцем по нижней губе Чона.
Омега податливо открывает рот, не отрывая взгляда от члена, находящегося в паре сантиметров от его лица. Тэхён осторожно давит подушечкой на влажный язык и наконец позволяет младшему дотянуться до своего ствола. Он довольно шипит, когда Чонгук смело берёт за щёку несколько сантиметров, обнимая руками его колени для удобства.
Чон мягко причмокивает губами, пока Ким спускается пальцами до его подбородка и слегка подаётся бёдрами вперёд. Старший даёт ему не больше минуты на самодеятельность, а потом перекладывает обе ладони на чужую макушку, фиксируя.
— Расслабь, — спокойно требует он, и омега случайно сглатывает, игнорируя слова старшего, — Где твоё внимание, детка? — недовольно качает головой Тэхён, несколько раз шлёпая его широкой ладонью по щеке.
Чонгука откровенно ведёт: у него от слабых пощёчин коленки трясутся, член в штанах мгновенно дёргается, ладони предательски потеют.
— Я хочу мягкую и податливую глотку, Чонгук, — басит Ким, и боже, Чон не в состоянии думать, когда альфа называет его по имени.
Младший запрокидывает голову чуть назад и нетерпеливо ёрзает на месте, пока Тэхён плавно толкается в его горло, не встречая больше сопротивления. Чонгук годами практики научен так, что даже слёзы не накатывают, пока старший не начинает тянуть его за волосы.
— Ещё немного, бэйбик, — ласково шипит он, но совершенно безжалостно погружает член в чужой рот до конца: знает, что его детка может.
Чон зажмуривает глаза несколько раз, прежде чем поднять немного поплывший взгляд на Тэхёна, довольно сжимающего его многострадальные волосы между пальцами. Младший приглушённо то ли мычит, то ли поскуливает и царапает короткими ногтями колено альфы. Ким бесшумно усмехается, ждёт ещё пару секунд и делает осторожный толчок, заставляя Чонгука пошатнуться.
— Рот шире и к зеркалу, — кивает он в угол примерочной и маленькими шажками подтаскивает омегу к ровной поверхности, чтобы тот мог упереться в неё лопатками, — Такой послушный с членом во рту, — игриво закусывает губу Тэхён.