Глава 14: Что нас с тобой ждёт?
- Столько дел... - я черпал в перчатках воду из родника у подножия горы Ёго. - Это, конечно, моя работа, но постоянно подниматься туда-сюда трудновато. - я использовал деревянную бочку, набирая в неё воду, на ощупь бочка походила на наждачку. - Строить храм на столь огромной высоте было явной излишностью.
Каждый раз, спускаясь с Горы по извилистым каменным ступеням, меня встречают пушистые рыжие зверьки, гордо ступающие по опавшим лепесткам сакуры, так и говоря своей походкой: ,,В этом мире мы священные животные, именнующиеся как ,,Кицунэ"!", я же просто прохожу мимо, не обращая на них лишнего внимания. Вскоре после этого спуск становится куда более непроходимым и приходится взбираться, прыгать, изворачиваться. Для подобного в помощь приходит ,,электрогранум". После дорога перестаёт быть пыткой и я натыкаюсь на Имение Камисато - дом знатной семьи, и поворачиваю направо к маленькому лесу Тиндзю. Проходя меж деревьев и святилищ, моим ушам становится слышно журчание воды и шуршание листьев в безшумности места. Ступая на каменные плиты, мох под моими ногами хрустит и расслабляет мысли, а растения излучают блёклое сияние. Небо в этом лесу вечно синее, а редкие деревья придают таинственности, словно прячут неизведанных существ, так часто мерещихся мне там в тени.
- Ты ведь согласен со мной, Алекс?
- Да-да! - резво махал руками уже подросший ребёнок. - Мои ножки сильно устают после работы с папой! - он плескал воду в руднике в сторону бочки, пытаясь загребсти в неё побольше воды, но какое разочарование, это нисколечки не помогало, а я никак не мог ему это объяснить...
Прошло более девяти лет после моего внезапного появления в этом мире и многое изменилось. Во-первых я решил на какое-то время остаться в Инадзуме служить в Храме - выполнять грубую работу. Например, сейчас я доставляю питьевую воду на Гору Ёго, это уже второй заход за день. Обычно мне велят переносить различные ящики с продуктами и вещами для обрядов. Во-вторых то самое дитя, которое я когда-то приютил, похоронил, а после, вернувшись к началу, вновь приютил, немало подросло. Не смотря на его неблагоприятный и сырой младенческий период, Алекс вырос сильным и энергичным ребёнком.
Мальчик грёб и грёб воду, прилагал большое усилие.
- Сынок, откуда у тебя столько энергии? Сам-то худой, как стебель сена! - не мог понять я.
В свою очередь мне пришлось продолжить растить его, правда сам не знаю как, но Алекс стал кличить меня ,,папой", хотя я никак его к этому не приучал. Предполагаю, в этом замешаны сестрицы...
- Алекс, не брызгай, ты уже весь мокрый! - возмущался я на раззадоренного ребёнка, но тот выбежал на середину рудника и стал валяться на малом дне, стараясь не брызгаться. Он вспомнил, что я не переношу воду и ему стало стыдно.
- Папа, ты в порядке?
- М? О да, в полном, на мне всё ещё перчатки. Но прошу, выйди с рудника, ты же заболеешь! Я не буду снова сушить твою рубаху, уж поверь! Сам будешь вешать, и только попробуй уронить во время сушки одежду на траву, попортится. - я поднял с мелкого дна полностью набравшуюся водой бочку на каменные плиты и захлопнул ее затычкой. - Как придём, высушим тебя неряху и выпьем чаю из новой воды.
- Мы снова на гору?
- А тебе надо куда-то еще?
- Ну как бы сказать... Папа, а папа, можем зайти в дом? Мне нужно кое-что захватить.
- Что же там такого важного, Алекс, что ты решил отправиться домой?
- Ну пап, я не могу сказать, ну пожалуйста... - смущенно молил тот.
Я не смог противиться воли ребенка и мы отправились домой. Я нёс бочку на правом боку, а за мой левый указательный палец держался малец своею крошечною ладонью. Мы ступали по каменным ступеням вниз, перепрыгивали рудники и лужи. Выйдя из леса, небо вновь становилось светлым, взору виднелся город в далеке, за водой, идя по тропинке мы проходили через прямоугольные арки из красного дерева, посвященные началу пути к Священному Храму Наруками. И вот, через какое-то время мы дошли до каменного низкого забора, который даже Алекс в силах перепрыгнуть, но наш дом защищало огромное количество каменных статуй кицунэ, пугающих прохожих своим размером в величину с человека. Алекс подбежал к домику и отпёр дверь. Забежав внутрь, он какое-то время копошился, но после выбежал с маленькой резьбой.
- Цветок? - заметил я. - Ты сам вырезал его из дерева? Ох, какая прелесть!
- Да! Я хочу подарить его госпоже Ринго!
- Ох, я уверен, ей очень понравится, Алекс.
По всей округе были расставлены свечи, зажжённые гражданами в память об усопших. Дело в том, что более девяти лет назад мы с Алексом нуждались в крыше над головой, но продолжать жить в сарае оказалось плохой идеей, ведь для такого организма человека, как у Алекса, там слишком сыро и может быть много инфекции. Главная жрица Яэ позволила нам поселиться у подножия в заброшенном предшественнике Храма Наруками - небольшой постройке из красного дерева. Нас устраивало это место, но многие воспринимали его как ,,кладбище душ" и потому пускали всякие жуткие байки, что отпугивали боязливых и одновременно притягивали любопытных. Ходил слух об огромной неживой кицунэ: ее тело давно обратилось в камень, а сама она живёт на крыше заброшенного храма и охраняет его хозяина. Хозяином является ,,фарфоровый мальчик", который каждую ночь поёт песню, провожая потерявшиеся души в лесу Тиндзю. Лишь перейдя через порог, мёртвого встречают каменные кицунэ и сопровождают по ту сторону...
По крайней мере так говорят. Но за всем этим... Стоим я и Алекс. Прежде, до того, как мы поселились у подножия, люди твердили лишь о кицунэ, но вскоре через какое-то время, пожив в заброшенном храме, на улицах города я замечал разговоры с ещё более изощрёнными подробностями! Меня это сильно волновало, ведь любопытные люди вторгаются в чуть ли не в наш дом, а Алексу это на пользу не пойдёт, так что я всячески пытался развеять нашумевшие россказни.
- Ох, господин Аластр, по-вашему никаких кицунэ нет? Но я их видел! Они там, во дворе!
- Говорю же, это обыкновенные статуи. Вы же не ребенок, чтобы верить...
Пьяный мужичок расхохотался, а все остальные работяги подхватили. Один из них, успокоившись, продолжил за друга:
- Что насчёт ,,фарфорового мальчика", то вот он точно выдумка. Я никогда не видел никого белее, нежели господина Аластра! - мужичок запил свои слова чашечкой сокэ, но алкоголь лишь стёк по бороде, даже не попав на губы. - Вот жеж чёртос два...
- Сынок, - ласково обратился третий мужик, - ты не слушай этих дураков! Они здесь меньше тебя, ничего не знают. Я то помню, раньше ничего подобного не водилось, лишь кицунэ бродили, но позже перебежали на гору Ёго.
- А по какой причине? - поинтересовался я.
- Кицунэ - священные животные, они всегда чувствуют любую опасность и направляются туда, куда надобно судьбою. Вот и тогда перебежали наверх - так и не вернулись. Теперь их встретишь лишь высоко-высоко, в Священном Храме Наруками.
- Хотите сказать, в то время нагрянула опасность?
- Ох, мальчик мой, она всё еще не ушла! Кицунэ до сих пор не желают возвращаться к подножию, лишь на горе их покой никто не потревожит.
Двое мужичков стали спорить о достоверности истории, слова одного противоречили словам другого. Я в это время лишь отпил напитка.
Все эти девять лет я прожил в ожидании катастрофы, в которой мне пришлось бы проявить инициативу, но я устал ждать, уже близится десятый год. Совсем скоро день рождения Алекса, а также визит вассала Сёгуна - Мияно. Я вновь смогу увидеться с братом! Все это время я следил за новостями и он не вступил в фатуи, как было по истории и еще не получил титул ,,Скарамучча", он всё тот же, всё та же кукла.
- А Вы своего братца то не взяли с собой?
- Я не вожу ребенка по таким местам. - буркнул я на пьяницу.
Дверь в пивную легонько распахнулась и я увидел Алекса всего в слезах.
- Папа, папа!... - рыдал тот.
- Так Вы ж сами ещё ребё... - хотел возразить мужичок, но другой с бородой закрыл тому рот.
Я выбежал за порог пивной, дабы разузнать, что произошло с Алексом, пьяные же продолжили обсуждение:
- Господин Аластр здесь почти десяток лет, дебил!
- Ну и что с того?
- А с того! Ходят россказни, что этот самурай - не человек вовсе! Сколько его знаю, он нисколечки не поменялся за эти годы.
- Да ну, чепуху мелишь. Ему явно не больше восемнадцати, а может, он дурит всех нас и распивает здесь беззаконно.
- Ты мне не веришь, а, старый хрыщь? Да я честью тебе клянусь, здесь замешано потустароннее! Я встречал порой нелюдей, но этот паренёк - единственный, кто живёт возле города и часто его посещает. Остальные обитают на соседних островах и лишь Архонты знают, сколько те прожили лет, а, быть может, и веков. - мужик демонстративно поднял указательный палец.
- Ну не знаю... Сколько жил, столько и не встречал подобных существ.
- Да это потому, что ты рождён был в Мондштадте! Вот я вот - в Ли Юэ, у нас там на каждом шагу можно встретить адепта-долгожителя.
- Ого, да ну тебя! Может и этакий - адепт твой, ась?
- Знать не знаю, но лучше ты своего братца разбуди, а то заснул. - он указал на третьего, улёгшегося головою на столе и пускающего слюни.
Двое разхохотались, сами не зная почему. Я в это время сидел на соседней улице с Алексом у святилища. Он говорил, его успокаивают места, схожие с нашим домом, а потому я привёл его сюда:
- Сынок, ну что с тобой приключилось, мой хороший? - я гладил малыша по его немного потемневшим за эти годы горчичным волосам.
- Другие дети постоянно называют страшным! А ещё они говорили, что ты злой ,,ица", - произнёс Алекс непонятное слово, - , не знаю, что это, но папа вовсе не такой, он очень хороший! Вот я и пытался их переубедить. А еще они твердят ,,Он не твой папа, у тебя нет папы, это твой брат. Папы не бывают такими молодыми."
Меня часто упрекали за усыновление младенца в столь малом возрасте... Куда бы я не ходил, будь это пригородом, глушью или бурным городом, на меня косились призрением и непониманием. ,,Как тринадцатилетний мальчишка может растить такого же ребенка, как и он сам!?" - твердили люди. И вот, мне уже за двадцать, а я никак не переменился телом, но дух мой окреп. Я знал, это когда-нибудь да произойдёт, Алекс всё поймёт, но надеялся, что до него сойдёт озарение чуть позже...
- Не зачем так переживать... - я чмокнул его в лобик. - скажи ребятам, что это у меня такая особенность - выглядеть моложе своих лет. Не мог же я тебя в три годика на руках таскать, так же?
- Угу...
Но что значит ,,ица"? Должно быть, какой-нибудь ёкай или что-то в этом роде.
Я надеялся, другие жители не станут обращать на нас внимание, но как вижу, ошибался. Было глупо с моей стороны надеяться на что-либо. Нам с Алексом стоит переехать в скором времени, но придётся подождать визита Мияно, а не то всё окажется напрасным.
Прежде, чтобы казаться не на свой возраст, а старше я всегда носил сандали на высокой подошве, придавая себе в росте, но теперь этого не достаточно. Со временем я научился искусству макияжа и каждое утро искажал пропорции лица: то морщинку нарисую у носа, то старческих веснушек на щеках, то синячков под глазами - и вуаля!
- Хоть ты выглядишь немного уставшим, но, папочка, а тебе идёт... - Алекс заворожённо глядел то на меня, то на моё отражение в воде. Он с самого детства, как только научился уверенно ходить на ногах, стал бродить за мной по пятам, и также произошло во время прогулки до рудника, когда я решил вновь накраситься.
- Я вот видел у одной тёти маленькую коробочку, а внутри неё сидело стеклышко и в нём была видна та самая тётя! Почему ты тоже не красишься, глядя в эту коробочку, папа?
- Ох, Алекс... Во-первых нельзя леди звать ,,тётями", они могут оскорбиться и тебя посчитают неряхой! А во-вторых стёклышко не может ,,сидеть", оно способно лишь "лежать", ,,быть" или ,,быть прикрепленным к коробочке". В-третьих же отвечу, наконец, на твой вопрос, Алекс: это ,,стеклышко" имеет название как ,,зеркало" и в наше время очень дорогое, не каждый может его себе позволить. Должно быть, той леди являлась знатная дама. Хотя было бы славно заиметь эту диковину, процесс стал бы куда проще...
Алекс же начал мычать по непонятной мне причине, стал скакать по всей округе леса Тиндзю и рыскать в разных травах.
- Что ты ищешь?
- Зеркало, дорогой папенька! Вдруг кто-нибудь оставил это сокровище по случайности здесь.
Я лишь расхохотался на выходку мальчика и мы пошли дальше по делам.
Наша рутина, как я уже говорил, состояла в доставках товара из города Инадзума в Храм Наруками, но в этот раз жрицы впервые за долгие годы моей работы здесь меня попросили о новой услуге - я должен был доставить письмо во Внутренний двор Сегуна.
Мне показалось это чересчур странным, никогда подобного не происходило, а теперь меня, обыкновенного рабочего, послали во Дворец самого Архонта Вечности! На мои расспросы жрицы лишь пожимали плечами со словами: ,,Госпожа поручила это поручение именно тебе, Аластр.". Я не стал перечить им и мне пришлось отправиться в путь. Причиной моего безотказного согласия послужило любопытство. Как же там поживает сестрица Сёгун? В этой жизни мы ни разу не встречались, так что она, возможно, будет удивлена моим приходом, как и тогда однажды.
Мы проходили мимо нашего дома и рядом с ним рыскала какая-то девушка. Она твердила: ,,страшно-страшно...". Я не стал окликивать её, потому что привык подобному, но проходя мимо неё вблизи, она вскочила и закричала от испуга. Я успокоил леди. Та представилась как Синодзуко. Я спросил, что она здесь делает, на что Синадзуко ответила:
- Я пишу романы в жанре ужасов. До меня дошли слухи о том, что в этом заброшенном храме водятся призраки, поэтому я пришла посмотреть, что смогу найти. Но я сразу же поняла, это не место для живых... - лицо леди, словно потяжелело. - Здесь даже температура кажется ниже.
- Ох, тётя... То есть, леди! Вам не стоит ходить по подобным местам, здесь бывает очень-очень опасненько! - Алекс искренне беспокоился за писательницу, ну а я попросту желал прогнать:
- Алекс прав, за пределами города весьма опасно. Вам стоит поскорее возвратиться домой.
- Я бы сама очень бы этого хотела, но... - леди поникла. - Я должна быть храброй...
Я не стал более уговаривать леди не идти в наш дом искать всяких призраков, даже не сказал, что я там живу, просто пошёл вместе с Алексом дальше по тропинке. Мальчик какое-то время нервничал из-за Синодзуко, но его отвлекла вода под ногами - он наступил на ручей. После на наш путь попалась деревня Когда. Жителей там живёт мало, так что мы почти никого не встретили, за исключением дедушки, уснувшего на садовом лежаке у входа в дом. Алекс прыгал потамошним каменным мостикам и заглядывал во дворики жителей деревеньки, за что ворчал на озарника.
- Я же столько раз говорил тебе так не делать!
- Папа, папа, смотри, у них там растёт виноград!!
- Конечно он у них растёт, ты видел этот виноградник кучу раз, не понимаю, чему ты радуешься...
Алекс потянулся к плодам, растущим в далеке сада, будто верил, что способен дотянуться, но прежде, чем он перевернулся за низенький заборчик, я поднял его на руки, а после закинул на шею.
- Эй! Я хотел виноград...
Он поправде думал, что дотянется!?
- Я пока... не могу его купить. Прости, но это слишком дорогое удовольствие для нас. Хотя странно, что оно растёт в столь бедном месте. - я стал вглядываться в дряхлые, но ухоженные домики. - Да, здесь живут бедно, но у жителей слишком сильная внимательность к деталям. Хей, Алекс, как думаешь, откуда у них виноград?
Мы пришли на распутье: сдази храм, слева город Инадзума, справа остров Рито. Более девяти лет назад я плавал по водам страны и первым делом прибыл на остров Рито. Именно оттуда меня прогнали с больным ребёнком и именно после этого дня я похоронил несчастное дитя под святилищем на острове Ясиоре в деревне Хиги, в месте, где появился изначально. То место навевало мне неприятный осадок и потому я старался заходить на Рито как можно реже.
Мы с Алексом завернули в сторону города и вышли из деревни, пройдя её всего за три-четыре минуты умеренной ходьбы.
- Не знаю, может просто купили? Интересно, какой виноградик на вкус...
- Нуу, как бы тебе описать...
- Папенька кушал его?? - поразился мальчишка и пытался вытянуться вперёд к моему лицу.
- Да, было дело. Очень давно, когда тебя ещё в помине не было, пару раз я сумел вкусить тот фрукт. - я пытался удержать дёргающегося Алекса на своей шее, дабы тот нечаянно не упал.
- И как, и как?!
- Алекс, будь аккуратнее, люди очень хрупкие... - я поправил Алекса на своей шее. - Ну как сказать, наа вкус виноград бывает разный. Тот, что в том дворе - чёрный. Он очень сладкий и порой от него даже может щипеть горло. Также бывают зелёные, они более кислые. Когда кусаешь, то тоненькая кожурка лопается и из неё выливается сок и волокна, также часто в винограде бывают косточки.
- А почему мы так редко видим его кустики?
- Дело в том, что виноград предпочитает тёплые края, сынок, так что в Инадзуме ему не место, но находятся умельцы, выращивающие небольшые горстки. Этот фрукт не везде получается вырастить, так что цены на него растут и растут...
- Э..? - Алекс не очень понял большинство моих слов, так как он еще маленький.. - Похоже его очень мало...
- Да, но в последнее время виноград стали привозить чужеземцы из тёплых краёв, так что количество возрастает, а цена падает. Вообще это хорошая новость, но транспортировка тоже удовольствие не из дешёвых. - я снял с себя маленького Алекса и, держа его в руках, как длинненького котенка, он показался мне чуть больше обычного.
- Слушай, ты что ли опять, вырос!? Я помню, какое-то время назад ты явно был куда меньше, нежели сейчас... - меня поразило новое открытие. - Ну почему дети так быстро растут...
- Мне скоро десять! Я буду уже совсем большой и смогу помогать тебе не только по работе в храме, но и с монстрами у дома, папенька! - восклицал мальчонка.
Я промолчал на на его высказывание и опустил на землю. Я не собираюсь отвечать ему на подобные вольности, не стоит Алексу желать судьбы, в ходе которой он будет сражаться с нежитью...
Мальчик озадаченно и невинно посмотрел мне в глаза:
- Папа?
Браню нечисть, хотя сам являюсь нелюдем...
- Пойдём ка, Алекс, пойдём.
Ступая по тропинке к городу, Алекс прочитал не менее трех досок с объявлениями. По его словам, на них всех приклеены письма с одним и тем же содержанием.
- Дедушка ищет своего сына... А сын на войне, пропал, не пишет... - читал вслух. - Что же с ним могло приключиться папенька?
- Ага, а как это слово читается? - я указал на слово ,,сердце".
- ,,Сердце". - ответил мальчик.
- Правильно! - я похлопал в ладоши, но так и не ответил Алексу.
Дойдя до подножия города, мою руку сжала похолодевшая ладонь Алекса. Я оглянулся на него: он глядел на молодого стражника у входа в Инадзуму.
- Что такое, малыш?
Он покачал головой и потянул меня вперёд.
Мы часто бывали здесь, но в последние дни Алекс ведёт себя как-то странно, находясь в Инадзуме. Это из-за его сверстников?
Я поплёлся за Алексом следом, а тот показывал рукой то на домики, то на людей, то на маленькие домашние плантации у жителей. На этот раз на них рос не виноград, а оранжевые фрукты, похожие на апельсины. Я вспомнил, что у Алекса вскоре день рождения и нужно приготовить ему в подарок всяких угощений.
- Слушай, давай купим продуктов сегодня. - предложил я, дабы развеселить мальчонку.
- Что... Но ведь ты сегодня работаешь.
Нас остановили стражник, попросив удостоверение личности. Я достал железную пластину и деревянную дощечку. Железо обозначает взрослого человека, а дерево - несовершеннолетнего ребенка. Такая разнообразность объяснятся высокой смертностью детей - металл попусту. Получив одобрение от стражников, мы ступили в город.
- Не беспокойся. Я постараюсь закончить пораньше. - продолжил я диалог, уже идя в сторону Дворца Сёгуна. Мы попали на очень оживлённую главную улицу Инадзумы, на которой было построено множество магазинчиков и забегаловок. По улице проходили граждане всяких возрастов: мужчины, женщины, старики, дети. Кто-то ходил за покупками, несколько пило чай, а другие резвились по округе. Последними являлись ребятишки, игравшие друг с другом.
- Правда? - Алекс задумался на пару секунд, но после, взглянув на детей поблизости, сказал. - Это незачем, папа! Не утруждайте себя...
- Ох, хорошо..? Но почему так официально?
- Просто к старшим стоит относиться уважительно, так что я...
- Алекс.
- А.. Д-да!?
Я присел на колени и наши глаза оказались на одном уровне:
- Я не знаю, что происходит с тобой, но... Но если люди говорят тебе что-либо, то не верь им и не поддавайся влиянию. Да, к взрослым стоит обращаться уважительно, но я твой папа, так что это необязательно. Лучше прежле спрашивай меня обо всём, а потом действуй, хорошо?
- Хорошо...
- Так что же произошло, Алекс? Что же произошло между тобой и стражниками?
- К-как ты узнал? Я ведь не говорил!..
- Ты мой сын, конечно, я всё знаю.
Алекс опустил взгляд:
- Папа одного мальчика из города работает стражником, и когда я играл там, то он начал кричать на меня. - глаза его намокли.
- Кричать? Но по какой причине?
- Я... Я не знаю, хнык... Он просто кричал и говорил, что я чудовище... И... и..!
- Стой, можешь не продолжать. - я видел, как Алексу было тяжело говорить о случившемся. - Спасибо, что рассказал, малыш. - я погладил его по затылку, поправил взъерошенную красную прядь, выделяющуюся из всех горчичных волос и взял его за руку.
- Давай-ка сходим к этому глупому стражнику и скажем ему, что ты на самом деле очень-очень хороший ребёнок.
- Страшно...
Боже. Насколько же сильно он запугал моего ребенка?.. Это начинает бесить.
Алекс покачал головой и начал твердить, что ему страшно, но я не стал его слушать и разузнал у него, где находился тот самый стражник. Мы отправились на поиски.
- Так ты правда его отец..? - удивился стражник. - Уж больно молодой для детей! Не твой? - с подозрением спросил тот, словно думая, что я украл Алекса.
- Мне двадцать два года, так что я, как и Вы, считаюсь достаточно взрослым человеком. А теперь ответьте, почему вы кричали на моего ребёнка? Он весь дрожит при виде Вас, это ведь не просто так?
- Ой, да что там кричал, приструнил просто.
- За что?
- За что, за что, да за то! На него сын мой жаловался.
- Вы назвали Алекса чудовищем, а дети после подхватили Ваше презрение.
Из-за дерева выскочил крупный мальчуган лет двенадцати и гораздо больше Алекса:
- Да потому что он взаправду чудовище! Алекс сказал, живет в заброшенном храме, но будь он человеком, там бы его давно съели каменные кицунэ! Я даже видел фарфорового мальчика. Я знаю, о чём говорю, я все видел!
- Опять об этом заладили... Как же я устал повторять, нет там никаких призраков, это всё домыслы жителей. - тряс руками, пытаясь отчётливее донести суть. - Да, мы с Алексом живём в заброшенном храме, и да, там мрачно и страшно, но так лишь со стороны.
Стражник и его, сын смотрели на меня своими маленькими выпученными глазами, показывая всю тупость их мозгов.
- Вы хоть поняли, о чём я говорю..?
Стражник выступил вперёд и хотел было сказать слова в отместку, но его перебил крик парня в далеке. Им оказался Тэнью, бежащий к нам и прокричавший ,,Аластр, какая встреча! О, и ты здесь, Алекс. Все помогаешь папе с работой? Надо же, какой ты молодец!" - Тэнью уболтал нас и я сам не заметил, как мы дошли до центра города.
Я не воспринимал упрёки к Алексу и ко мне всерьёз, наоборот мне казалось совершенно обычным такое поведение детей, но каждый раз после таких случаев Алекс приходил в слезах и мне это наводило смуту в моей голове.
- Ой, прости, ты общался с тем стражником, я не помешал вам?
- Нет... Всё равно нам не о чем было говорить. - я махнул рукой.
- Ну тогда славно. Я тут по работе, на этот раз таскаю мешки с крупой в магазин рядом, а ты куда направляешься?
- Госпожа поручила доставить письмецо.
- Сама Яэ Мико..? Давненько от неё не было вестей... - эта новость словно подкосила Тэнью. - Сколько она уже не появлялась в Храме Наруками? Год? Два?
- Десять лет.
- Аэ!? Правда..? Не шутишь? - поразился Тэнью.
- Время быстро летит, вот ты и не замечаешь хода времени. Может, если бы ты хотя бы раз зашёл в Храм в течении всех тех годов, то заметил бы долгое отсутствие главной настоятельницы.
- Аластр... - виновато взглянул на меня Тэнью.
Мы остановились неподалёку Дворца великого Сёгуна.
- Ну что ж, мы пришли туда, куда мне надо. На этом нам стоит проститься, Тэнью. Мне было очень приятно с тобой поболтать.
- Я...
Мне показалось глупым выслушивать оправдания парня, выросшего за эти десять лет в статного мужчину:
- Алекс, скажи ,,пока" дядюшке Тэнью.
- Пока-пока, дядя Тэнью!
Я схватил мальчика за его ручку крепче и мы двое ступили на мост - перешагнули порог между смертными и внутренним двором Божества Инадзумы. Пространство вокруг нас исказилось, наполнилось искрами и молниями, а отчаянный Тэнью сзади никак не сумел пройти через барьер, установленный самим Архонтом Вечности пару лет тому назад. Как я слышал, причиной послужили частые незаконные проникновения во Двор. Ну что тут сказать, я сам грешил подобным в прошлой жизни, повстречав когда-то Сёгуна...
- Папа, что происходит..? Почему всё светится? - Алекс в смятении сжал второй рукой моё кимоно и стал вертеть головой по сторонам. - Даже домиков не видно!
- Да, ты прав, город пропал... Но всё в порядке, мы вскоре прибудим во Дворец и отдадим письмо. Не стоит ни о чём беспокоиться. - я потрепал его по голове. - Это всего лишь магия великого Сёгуна. Тебе предстоит повидать множество чудес этого мира. Уж поверь, обыкновенный барьер нисколечки не сравнится с ними...
... ведь мы не знаем, что же нас с тобой ждёт...