Тень Леса, Сердце Моря

Наказание продолжалось. Джейк Салли был человеком (и На'ви) слова: если он сказал "чинить сети неделю", значит, они будут чинить их неделю.

Солнце стояло в зените. Ло'ак и Амари сидели на том же месте, за мастерской. Их руки уже привыкли к грубой веревке, движения стали механическими.

Ло'ак тихо простонал, откидываясь назад на кучу сетей: Я чувствую себя пауком. Я скоро начну плести паутину во сне.

Амари усмехнулась, не отрываясь от работы: Пауки полезные, Ло'ак. Они ловят мух. А ты пока поймал только гнев отца и синяк под глазом.

Ло'ак сел, оглядевшись по сторонам. Взрослые были заняты подготовкой к вечерней трапезе. Нетейям и остальные ушли на тренировку.

Ло'ак прошептал, наклоняясь к ней: Паякан ждет. Я чувствую это. Он там, за рифом, совсем один.

Амари вздохнула, откладывая костяную иглу: Ло'ак, если нас поймают за рифом во второй раз, твой отец не просто посадит нас под арест. Он привяжет нас к маруи веревкой.

Ло'ак посмотрел на неё своими огромными янтарными глазами. В них горел тот самый огонь, которому Амари не могла сопротивляться.

Ло'ак сказал: Мы будем быстрыми. Туда и обратно. Я хочу познакомить тебя с ним. Ты единственная, кто поверила мне, не видя его. Я хочу, чтобы ты увидела.

Амари посмотрела на горизонт, потом на Ло'ака. Ей тоже надоело сидеть в грязи. И, честно говоря, ей было любопытно взглянуть на чудовище, которое спасло жизнь этому идиоту.

Амари кивнула: Ладно. Но если нас съедят, я буду приходить к тебе в виде призрака и пугать каждую ночь.

Побег в синеву

Они украли (временно позаимствовали) два илу с дальнего края загона, где никто не видел.

Как только они вырвались за пределы лагуны, Ло'ак преобразился. В деревне он ходил с опущенными плечами, под гнетом взглядов и шепотков. Здесь, в открытом океане, он расправлял плечи.

Они мчались наперегонки. Амари чувствовала, как ветер выдувает из головы мысли о наказании. Она смотрела на спину Ло'ака, на то, как играют мышцы под его темной кожей, и ловила себя на мысли, что готова плыть за ним хоть на край света.

Когда они добрались до Трех Братьев, океан был спокоен.
Ло'ак остановил илу и начал бить ладонью по воде, создавая особый ритм.

Амари напряглась, держа руку на ноже: Ты уверен, что он не решит закусить нами? Это все-таки хищник размером с гору.

Ло'ак улыбнулся: Доверься мне.
Через минуту вода вспенилась. Паякан всплыл.

Амари ахнула, отпрянув назад. Он был огромен. Гораздо больше, чем она представляла. Его дыхало с шумом выпустило фонтан воды, обдав их брызгами.

Ло'ак радостно закричал: Паякан! Брат!

Тулкун издал приветственный щелчок и повернулся боком, подставляя свой гигантский плавник.

Ло'ак соскользнул с илу и подплыл к нему. Он обернулся к Амари, протягивая руку
.
Ло'ак позвал: Иди сюда. Не бойся.

Амари сглотнула. Её лесные инстинкты вопили: "Беги!". Но она посмотрела в глаза Ло'ака и увидела там такую нежность и гордость, что страх отступил.
Она подплыла к нему. Ло'ак помог ей забраться на шершавую спину гиганта.

Это было похоже на то, как стоять на живом острове. Кожа Паякана была теплой, покрытой узорами и шрамами.

Паякан скосил на неё свой глаз.
Ло'ак сказал тулкуну: Это Амари. Она моя... она моя стая. Не обижай её.

Тулкун тихо загудел, и Амари почувствовала вибрацию ногами. Это было странно, но не страшно. Скорее... успокаивающе.
Свидание на спине левиафана
Они сидели на спине Паякана, свесив ноги в воду. Тулкун медленно дрейфовал по течению, словно понимая, что двум маленьким существам нужно время.
Вокруг них океан менял цвет с синего на золотой — время близилось к закату.

Ло'ак смотрел на Амари. Солнце играло на её белых точках, заставляя их сиять.

Ло'ак тихо сказал: Спасибо, что поплыла.

Амари пожала плечами, касаясь рукой кожи кита: Он удивительный. Я думала, это просто большая рыба. Но у него... разумные глаза.

Ло'ак кивнул: Аонунг и остальные называют его убийцей. Но он спас меня. Он одинок, Амари. Как я здесь.

Амари накрыла его руку своей: Ты больше не одинок, Ло'ак. У тебя есть я. У тебя есть этот гигант. И даже Нетейям на твоей стороне, хоть и ворчит.

Ло'ак усмехнулся: Нетейям всегда ворчит. Это у него в крови. "Будь осторожен, Ло'ак", "Не позорь отца, Ло'ак".

Он передразнил голос брата так похоже, что Амари рассмеялась. Её смех, звонкий и легкий, разнесся над водой. Паякан издал короткий свист, словно смеясь вместе с ними.

Ло'ак вдруг стал серьезным. Он подвинулся ближе к ней.
Ло'ак спросил: Амари... то, что было в манграх. И вчера ночью. Мы теперь... кто?

Амари перестала смеяться. Она посмотрела на него прямо и честно.

Амари ответила: А кем ты хочешь быть?

Ло'ак взял её лицо в ладони. Его большие пальцы гладили её скулы.
Ло'ак прошептал: Я хочу быть тем, кто защищает тебя. Я хочу быть тем, с кем ты встречаешь рассвет. Я хочу быть твоим мужчиной, Амари. Даже если у нас нет Древа Душ, чтобы связать нас перед Эйвой.

Сердце Амари замерло, а потом забилось с удвоенной силой.

Амари прошептала в ответ: Ты уже мой, Салли. С того момента, как ты полез за этими дурацкими ракушками.

Ло'ак наклонился и поцеловал её. На этот раз это был не быстрый, адреналиновый поцелуй, как после драки. Это был долгий, нежный и глубокий поцелуй.

Они сидели на спине древнего существа, посреди бескрайнего океана, и весь мир сузился до прикосновения их губ.

Паякан, чувствуя их эмоции, выпустил струю воды в воздух, создавая радугу над ними.

Водная битва

Когда они прервали поцелуй, Амари тяжело дышала. Её щеки горели.
Чтобы скрыть смущение, она толкнула Ло'ака в плечо.

Амари сказала с ухмылкой: Ты целуешься лучше, чем плаваешь. Это прогресс.

Ло'ак рассмеялся, его глаза хитро блеснули: Ах так? Значит, я плохо плаваю?

Он резко схватил её за талию и, прежде чем она успела вскрикнуть, прыгнул вместе с ней в воду.
Они ушли под воду, сплетенные в объятиях. Вода была прохладной и освежающей.

Они начали дурачиться. Амари пыталась притопить его, Ло'ак уворачивался и хватал её за ноги. Они кружились в воде, как два дельфина, забыв о проблемах, о войне, о том, что они чужаки.

Амари вынырнула, отплевываясь и смеясь: Всё, сдаюсь! Ты тяжелый!
Ло'ак вынырнул рядом, отряхивая дреды: Признай, я — король океана!

Амари брызнула в него водой: Ты король луж, Салли!

В этот момент Паякан мягко подтолкнул их носом к илу, напоминая, что солнце садится.
Ло'ак погладил тулкуна на прощание.

Ло'ак сказал: Нам пора, брат. Отец сдерет с меня шкуру, если мы опоздаем к ужину.

Паякан издал прощальный гул и медленно ушел на глубину.
Возвращение и тень подозрения
Они вернулись в лагуну, когда небо уже стало фиолетовым. Они старались вести себя тихо, но их выдавали сияющие глаза.

На берегу их встретил не Джейк, а Нетейям.

Он стоял, скрестив руки на груди, прислонившись к столбу причала.

Нетейям спросил спокойно: Где вы были? Отец спрашивал о вас дважды. Я сказал, что вы ушли искать особый мох для сетей.

Ло'ак выдохнул с облегчением: Спасибо, бро. Мы... мы плавали.
Нетейям подошел ближе. Он посмотрел на мокрые волосы Амари, на счастливое лицо брата.

Нетейям сказал: Вы были за рифом. Я знаю. Я видел, в какую сторону вы ушли.

Амари напряглась, готовая защищаться.

Но Нетейям неожиданно улыбнулся.
Нетейям сказал: Я не скажу отцу. Но в следующий раз возьмите меня с собой. Мне надоело быть единственным правильным в этой семье. Это утомляет.

Ло'ак рассмеялся и хлопнул брата по плечу: Договорились. Но учти, Паякан не любит зануд.

Нетейям хмыкнул: Я очарую его. Пошли, пока мама не начала волноваться.

Они шли к дому втроем. Амари шла между братьями. С одной стороны — надежный, спокойный Нетейям. С другой — буйный, горячий Ло'ак. И впервые за долгое время она почувствовала, что у неё есть настоящая семья. Не просто клан, а семья.

Но вдалеке, из тени другой хижины, за ними наблюдал Аонунг. Его лицо было мрачным. Он видел, как Ло'ак вернулся счастливым. Он видел, как Амари смотрела на него. И зависть, смешанная с обидой за свое унижение, снова поднимала голову.
Аонунг прошептал своему другу Ротхо: Они думают, что победили. Но океан переменчив. Скоро будет шторм.