Тень Леса, Сердце Моря

Возвращение в деревню было похоже на шпионскую операцию. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая воду в тревожные оранжевые тона. Ло'ак и Амари, мокрые, но отмытые от болотной грязи, пробирались к своему маруи.

Ло'ак поморщился, трогая разбитую губу: Она распухла. Я похож на тулкуна, который врезался в риф.

Амари осмотрела его лицо критическим взглядом: Не так уж и плохо. Шрамы украшают мужчину. Ну, так говорят. Хотя тебе и без шрамов было неплохо.

Ло'ак ухмыльнулся, но тут же зашипел от боли: Не смеши меня. Больно улыбаться.

Они подошли к своему жилищу. Внутри было подозрительно тихо. Тук играла с ракушками у входа, а Кири плела венок.

Тук подняла голову и ахнула: Ого! Ло'ак, что с твоим лицом? Ты подрался с илу?

Ло'ак приложил палец к губам: Тсс! Ни слова маме. Я просто... упал. С дерева.

Кири скептически подняла бровь: С дерева? Лицом об корень? Три раза?

Амари вступилась, садясь рядом и делая вид, что занята починкой своей повязки: В манграх скользко, Кири. Корни покрыты мхом. Мы... тренировали равновесие.

Кири хмыкнула, её взгляд метнулся между их руками, которые инстинктивно тянулись друг к другу, но останавливались на полпути.

Кири прошептала с улыбкой: Равновесие, да? Надеюсь, вы его нашли.

Семейный ужин

Когда Джейк и Нейтири вернулись, напряжение в воздухе можно было резать ножом. Джейк выглядел уставшим, но довольным — патруль прошел спокойно. Нейтири несла корзину свежей рыбы.

Джейк бросил шлем на пол и посмотрел на детей: Ну, как прошел день каторжников? Сети чисты?

Ло'ак старался сидеть в тени, низко опустив голову над миской.
Ло'ак пробормотал: Да, сэр. Всё сделали.

Нейтири, обладающая зрением хищной птицы, сразу заметила неладное. Она подошла к сыну, мягко взяла его за подбородок и повернула лицо к свету костра.
Нейтири тихо спросила: Что это?

Ло'ак сглотнул, встречаясь с глазами матери: Я упал, ма. В манграх. Поскользнулся.

Джейк подошел ближе, нахмурившись: Ты поскользнулся и разбил губу? Ло'ак, ты меня за дурака держишь? Это след от удара. Кто это сделал?
В маруи повисла тишина.
Нетейям, который только вошел, замер у входа, оценивая обстановку. Он перевел взгляд на Амари. У неё на скуле тоже была небольшая царапина, которую она пыталась прикрыть волосами.

Амари подняла глаза и твердо сказала: Это были местные парни. Ротхо и его друзья. Они пришли к нам в мангры. Они оскорбляли нас. Ло'ак защищал меня.

Джейк сжал кулаки, его шея напряглась: Ротхо? Друг Аонунга? Опять? Я пойду к Тоновари прямо сейчас и...

Нейтири положила руку ему на грудь, останавливая. Её глаза горели не гневом, а гордостью.
Нейтири сказала: Сядь, Джейк. Это не война кланов. Это дело молодых.

Она повернулась к Ло'аку.
Нейтири спросила: Ты защитил её?
Ло'ак кивнул, выпрямившись: Да. И я бы сделал это снова. Они не имеют права называть нас демонами. И они не имеют права трогать Амари.

Нейтири посмотрела на Амари. Она увидела сбитые костяшки на руках девушки — следы того, что Амари не стояла в стороне.

Нейтири улыбнулась уголками губ: Хорошо. Салли не начинают драки, но они их заканчивают. Садитесь есть.

Джейк, все еще кипя от злости, выдохнул и сел.

Джейк проворчал: Если увижу Ротхо, оторву ему хвост. Но... молодец, сын. Защищать своих — это главное.

Ужин прошел в странной атмосфере. Ло'ак и Амари сидели рядом, их бедра соприкасались. Они ели молча, но каждое их движение было синхронным. Нетейям наблюдал за ними с легкой улыбкой. Он видел, как изменился взгляд брата. Ло'ак больше не был потерянным мальчишкой.

Разговор под звездами

Позже, когда все улеглись спать, Нейтири жестом позвала Амари выйти наружу.

Сердце девушки упало. Разговор с Тсахик Оматикайя наедине — это всегда испытание.

Они вышли на пирс. Океан был спокоен, луна заливала воду серебром.

Нейтири стояла спиной к ней, глядя на горизонт.

Нейтири начала, не оборачиваясь: Ты любишь его.

Это был не вопрос. Это было утверждение.

Амари замерла. Лгать Нейтири было бесполезно. Она видела души насквозь.

Амари ответила честно: Да, Нейтири.

Нейтири повернулась. В её глазах светилась мудрость поколений.
Нейтири сказала: Я видела, как ты смотрела на него сегодня. И как он смотрел на тебя. Это взгляд пары.

Амари опустила голову: Я знаю, что мы не прошли ритуал. Я знаю, что мы молоды. Но... он мой, Нейтири. Я чувствую его боль как свою. Когда он был за рифом... я думала, что умру вместе с ним.
Нейтири подошла к ней и коснулась её лица, проводя пальцем по белым точкам-звездам.

Нейтири прошептала: Мой сын — сложный. Он видит тьму там, где другие видят свет. Он чувствует себя чужим. Ему нужен кто-то, кто станет его якорем. Кто-то сильный.

Она взяла руку Амари — ту самую, со сбитыми костяшками.

Нейтири продолжила: Ты дралась за него. Ты пролила кровь за него. Это путь женщины Оматикайя. Мы выбираем один раз и навсегда.

Амари подняла на неё глаза, полные слез: Вы не злитесь?

Нейтири улыбнулась тепло и мягко: Злюсь? Я счастлива, дитя. Я боялась, что он выберет путь одиночки, как его отец когда-то. Но он выбрал тебя. Береги его, Амари. Он сильный воин, но сердце у него хрупкое.

Амари кивнула: Клянусь, я никому не дам его в обиду
.
Нейтири поцеловала её в лоб: Иди спать. Завтра будет новый день. И, Амари... скажи ему приложить холодный мох к губе. Иначе он не сможет целовать тебя.

Амари вспыхнула, как закатное солнце. Нейтири рассмеялась своим низким, гортанным смехом и ушла в маруи.

Ночной гость

Амари вернулась на свою циновку, сердце колотилось. Нейтири знала. И она благословила их. Это было облегчением, от которого хотелось петь.

Она легла, укрывшись тонким пледом. Через минуту она почувствовала движение рядом.
Ло'ак подполз к ней в темноте.

Ло'ак прошептал: О чем вы говорили с мамой? Я видел, как вы ушли. Она ругала тебя?

Амари повернулась к нему. В темноте его глаза блестели.
Амари шепнула в ответ: Нет. Она... давала советы по уходу за ранеными героями.

Ло'ак нахмурился: Серьезно?

Амари улыбнулась и осторожно коснулась его распухшей губы пальцами: Серьезно. Она сказала, что тебе нужен холод.

Ло'ак перехватил её руку и прижал к своей щеке.

Ло'ак сказал: Мне не нужен холод. Мне нужно тепло. Твое тепло.
Амари подвинулась ближе. Теперь между ними не было расстояния.

Амари прошептала: Ты наглеешь, Салли. Отец спит в двух метрах от нас.

Ло'ак усмехнулся (осторожно): Пусть спит. Я просто хочу быть рядом.

Он обнял её одной рукой, притягивая к себе. Амари положила голову ему на плечо, вдыхая его запах. Теперь он пах не только морем, но и чем-то родным.
Они лежали в тишине, слушая дыхание друг друга.

Ло'ак вдруг спросил: Как думаешь, Ротхо расскажет Аонунгу?

Амари фыркнула тихо: Обязательно. И приукрасит, что нас было десятеро, и мы были вооружены копьями. Но это неважно.

Ло'ак кивнул: Неважно. Главное, что они теперь знают: нас лучше не трогать.

Амари подняла голову и посмотрела на него.

Амари сказала: Ло'ак... я люблю тебя.

Ло'ак замер. Это было сказано так просто, так обыденно, но для него это перевернуло мир.

Ло'ак ответил, целуя её в макушку: Я вижу тебя, Амари. Я люблю тебя.

В эту ночь они заснули, переплетя хвосты — знак абсолютного доверия и близости у На'ви. И даже шум океана за стенами казался им теперь песней, написанной только для них двоих.

Утро нового статуса

На утро, когда семья вышла к общему завтраку, что-то изменилось.

Ло'ак больше не прятал глаза. Он шел рядом с Амари, открыто держа её за руку.

Когда они подошли к месту раздачи еды, там стояла Цирея. Она увидела их сцепленные руки.
Её улыбка дрогнула, но она кивнула им.

Цирея сказала: Доброе утро. Как... как твоя губа, Ло'ак?

Ло'ак ответил спокойно, крепче сжимая пальцы Амари: Заживает. Спасибо.

Цирея перевела взгляд на Амари. В зеленых глазах лесной девушки больше не было вызова. Было спокойствие победителя, который не собирается добивать проигравшего.

Рядом прошел Аонунг. Он был хмурым, с мешком мусора на плече (его наказание). Он увидел Ло'ака, увидел его разбитое лицо и сбитые руки Амари. Потом он перевел взгляд на Ротхо, который стоял поодаль с огромным синяком под глазом.

Аонунг остановился. Он понял всё без слов.

Он посмотрел на Ло'ака долгим, оценивающим взглядом. В этом взгляде больше не было насмешки. Было предупреждение и... признание силы.

Аонунг кивнул — едва заметно — и пошел дальше.

Амари шепнула Ло'аку: Кажется, мы заработали немного уважения. Или страха.

Ло'ак улыбнулся: Мне подходит и то, и другое. Пойдем, Звездная Девочка. У нас еще много дел. Нам нужно навестить Паякана.

Амари удивленно посмотрела на него: Ты хочешь вернуться к нему?

Ло'ак кивнул серьезно: Да. Он один. Как и мы были. Теперь нас двое, а он всё еще один. Мы должны это исправить.

Амари сжала его руку: Тогда поплыли. Но на этот раз — никаких акул.

Они направились к воде, и племя расступалось перед ними. Не как перед чужаками, а как перед силой, с которой нужно считаться.