Тень Леса, Сердце Моря

На следующее утро после спасения Ло'ака деревня Ава'атлу гудела, как растревоженный улей. Новость о том, что сын вождя Аонунг лишен статуса охотника и отправлен на «позорные работы», шокировала молодежь.

Для Ло'ака день начался не с шума волн, а с сурового голоса отца.

Джейк Салли стоял над циновкой сына, скрестив руки на груди: Подъем, герой. Ты жив, и это отлично. Но ты наказан. Ты не выйдешь в море на илу. Ты не возьмешь в руки оружие. Твоя задача на ближайшую неделю — чинить сети старейшин. Каждый узел должен быть идеальным.

Ло'ак простонал, закрывая лицо руками: Пап, это работа для детей и стариков!

Джейк наклонился ниже: А ты кто? Ты вел себя как ребенок, который убежал за забор. Скажи спасибо, что я не заставил тебя чистить нужники. И да, Амари помогает тебе.

Амари, которая делала вид, что спит, резко села: Эй! А я тут при чем? Я его спасала!

Джейк усмехнулся, но глаза оставались серьезными: Вы — команда. Один косячит — второй расплачивается. Это научит вас следить друг за другом лучше. Марш за работу.

Сети и взгляды

Они сидели на заднем дворе общинной мастерской. Гора старых, вонючих сетей возвышалась перед ними, как зеленая гора. Солнце пекло, мухи жужжали, а запах тухлой рыбы был невыносим.
Ло'ак с остервенением дернул запутавшуюся веревку.

Ло'ак прорычал: Это несправедливо. Я чуть не умер, а теперь я раб.

Амари сидела рядом, методично распутывая узлы своими тонкими пальцами. Она была спокойна, но её хвост раздраженно бил по земле.

Амари сказала: Скажи спасибо, что тебя не съели. И перестань ныть, у меня от твоего голоса голова болит сильнее, чем от этой вони.
Мимо проходили местные подростки. Они шептались и хихикали, глядя на «лесных демонов», копающихся в мусоре.

Ло'ак сжал кулаки, чувствуя, как горят уши. Ему было стыдно.
Вдруг к ним подошла Цирея. Она выглядела виноватой. В руках у неё была корзинка с едой.

Цирея тихо произнесла: Привет. Я принесла вам поесть. Мама сказала, вам нельзя отходить отсюда, но про голод она ничего не говорила.

Ло'ак поднял глаза. Цирея была красивой, доброй, идеальной. Но сейчас её жалость жгла его хуже, чем насмешки.

Ло'ак буркнул, не глядя на неё: Спасибо. Но мы не голодны.

Цирея поставила корзинку и села рядом, не обращая внимания на грязь.

Цирея сказала: Мне жаль, что Аонунг так поступил. Он был идиотом. Я рада, что ты вернулся, Ло'ак.

Она потянулась, чтобы взять его за руку. Её пальцы коснулись его ладони.

Амари замерла. Её нож для резки сетей застыл в воздухе. Она смотрела на руку Циреи на руке Ло'ака, и внутри неё поднималась холодная, темная волна.

Амари вдруг резко встала.
Амари сказала ледяным тоном: Я пойду воды принесу. А то здесь стало слишком... сладко.
Она ушла, даже не взглянув на Ло'ака.

Ло'ак дернулся, словно хотел пойти за ней, но Цирея удержала его.

Цирея спросила с грустью: Она любит тебя, да? По-настоящему. Не как сестра.

Ло'ак посмотрел вслед удаляющейся Амари. Её прямая спина, её гордая походка...

Ло'ак ответил тихо: Я не знаю, Цирея. Но когда я был там, в воде... я думал о ней.

Цирея грустно улыбнулась и убрала руку. Она была мудрой девушкой и понимала, когда проигрывает бой, который даже не начинала.

Цирея сказала: Ешьте. Вам нужны силы.

Побег в мангры

К полудню жара стала невыносимой. Джейк ушел на патрулирование границ (на цуруке), а Нейтири была с Кири у Тсахик.

Ло'ак посмотрел на Амари. Она молчала уже два часа, яростно сражаясь с особенно сложным узлом.
Ло'ак шепнул: Эй. Звездная Девочка.
Амари не ответила.

Ло'ак толкнул её ногой: Ну хватит дуться. Отец ушел. Давай сбежим. Не на илу, просто... подальше отсюда.

Амари наконец подняла голову. Её зеленые глаза сверкнули интересом.

Амари спросила: Куда? Если нас поймают, мы будем чистить рыбу до старости.

Ло'ак кивнул в сторону густых мангровых зарослей, которые росли на восточной стороне острова. Там, где корни деревьев переплетались в лабиринты, создавая подобие их родного леса.

Ло'ак сказал: Туда. В тень. Я устал от солнца и открытого неба. Мне нужно дерево.

Амари улыбнулась уголком губ. Это было предложение, от которого она не могла отказаться.

Они пробрались в мангры незамеченными. Здесь было тихо, прохладно и темно. Огромные корни создавали мосты над водой. Это место напоминало дом.

Они забрались на высокое дерево, устроившись на широкой ветке, скрытой листвой.

Ло'ак глубоко вдохнул, прислонившись спиной к стволу.
Ло'ак сказал: Наконец-то. Нормальный запах. Прелая кора и мох. Я скучаю по лесу, Амари.
Амари села рядом, свесив ноги.
Амари ответила: Я тоже. Здесь всё... слишком открытое. Негде спрятаться. Все на виду.

Они сидели молча, плечом к плечу. Здесь, на высоте, в полумраке, напряжение последних дней отпустило их.

Ло'ак повернулся к ней и начал рассматривать её профиль.
Ло'ак спросил: Почему ты ушла, когда пришла Цирея?

Амари напряглась, теребя край своей набедренной повязки.
Амари сказала: Не хотела мешать. Вы так мило ворковали. Принцесса и её герой.

Ло'ак усмехнулся и сделал то, чего не делал раньше — он взял её за подбородок и повернул лицо к себе.

Ло'ак сказал серьезно: Она не моя принцесса, Амари. Она просто... добрая. А ты... ты настоящая. Ты единственная, кто не смотрел на меня как на урода, когда мы прилетели.

Сердце Амари забилось где-то в горле. В полумраке мангров его глаза казались огромными и темными.

Амари прошептала: Ты тоже не урод, Ло'ак. Ты просто... особенный. Твои руки... они сильные.

Она накрыла его ладонь, лежащую на её колене, своей рукой. Четыре пальца против пяти. Контраст, который раньше казался ей странным, теперь вызывал трепет.

Ло'ак подался вперед. Дистанция между ними сократилась до опасного минимума. Он чувствовал её дыхание на своих губах.

Ло'ак прошептал: Можно?
Амари не ответила словами. Она просто чуть прикрыла глаза, давая разрешение.

Но их момент был грубо прерван.
Снизу раздался треск веток и голоса.

Стычка на корнях

— Я видел, как они пошли сюда! Эти лесные крысы прячутся здесь!
Это был Ротхо. И с ним еще двое парней — друзья Аонунга. Они были злы. Их лидер был наказан, а виновник, по их мнению, прохлаждался в тени.

Ло'ак и Амари замерли на ветке.
Ло'ак прошипел: Черт. Они не отстанут.

Ротхо заметил их движение наверху.

Ротхо крикнул: Эй! Слезайте! Вы думаете, что можете подставить Аонунга и прятаться на наших деревьях?

Ло'ак посмотрел на Амари. В его глазах загорелся тот самый огонь, который обычно приводил к проблемам.

Ло'ак сказал: Жди здесь. Я разберусь.

Амари схватила его за руку: Нет. Мы — команда, помнишь? Вместе.
Они спрыгнули вниз, приземлившись на пружинистые корни прямо перед троицей Меткайинов.

Ло'ак выпрямился, расправив плечи. Он был немного ниже Ротхо, но в нем была ярость загнанного зверя.

Ло'ак спросил спокойно: Чего вам надо? Аонунг получил то, что заслужил. Он бросил меня умирать.

Ротхо сплюнул в воду: Ты должен был умереть, демон. Ты приносишь одни беды. Из-за тебя вождь зол на нас всех.

Один из парней шагнул к Амари, ухмыляясь: А ты, звездоглазая? Тоже считаешь себя лучше нас? Лесная подстилка.

Это стало последней каплей.
Ло'ак не стал ждать. Он не стал "думать головой". Он ударил.
Его кулак (пятипалый, жесткий) врезался в челюсть парня, который оскорбил Амари. Звук удара был сочным и громким. Парень отлетел в воду с громким всплеском.
Ротхо заорал и бросился на Ло'ака. Они сцепились, катаясь по скользким корням.

Третий парень попытался вмешаться, но Амари была быстрее. Она подсекла его ноги своим хвостом и толкнула в грудь, отправляя следом за первым в воду.

Амари крикнула: Не трогай его!
Ло'ак и Ротхо боролись жестоко. Ротхо был сильнее физически, его руки были мощнее, но Ло'ак был изворотливее. Он использовал захваты, которым его учил отец.
Они упали в грязь. Ротхо прижал Ло'ака, занося кулак.

Ротхо прорычал: Я выбью из тебя дурь, урод!

Но тут Амари прыгнула ему на спину. Она обхватила его шею локтем в удушающем захвате.

Амари прошипела ему в ухо: Отпусти его, или я заставлю тебя уснуть. Прямо здесь, в грязи.
Ротхо захрипел, пытаясь сбросить её, но Амари держалась как клещ. Ло'ак воспользовался моментом, ударил Ротхо коленом в живот и сбросил с себя.

Троица Меткайинов оказалась в воде и грязи. Ло'ак и Амари стояли на корнях, тяжело дыша, грязные, но непобежденные.
Ло'ак вытер кровь с разбитой губы и посмотрел на Ротхо сверху вниз.

Ло'ак сказал: Еще раз подойдете к ней — я не буду таким добрым. И передайте Аонунгу, что я не держу зла. Но если он хочет реванша — пусть приходит сам, а не посылает своих шестерок.

Ротхо, кашляя и держась за горло, посмотрел на них с ненавистью, но и со страхом. Лесные оказались безумными.

Ротхо прохрипел: Вы пожалеете. Вы здесь чужие.
Они уплыли, униженные.

После боя

Ло'ак повернулся к Амари. У неё была ссадина на щеке, волосы растрепались, всё тело было в болотной тине. Но для него она никогда не была красивее.

Ло'ак рассмеялся, и это был немного истерический смех: Ты видела, как тот парень улетел? Ты просто монстр, Амари!

Амари улыбнулась, вытирая грязь с лица: А ты? "Передайте Аонунгу..." Ох, Салли, ты любишь драму.

Ло'ак шагнул к ней. Адреналин бурлил в крови, требуя выхода.
Ло'ак сказал: Спасибо. Ты снова спасла мою шкуру.

Амари покачала головой: Мы спасли друг друга. Как всегда.

Ло'ак посмотрел на её губы. Момент, прерванный на дереве, вернулся с новой силой. Теперь их никто не мог прервать.
Он осторожно взял её лицо в свои грязные ладони.

Ло'ак прошептал: Я хотел сделать это там, наверху.

Амари замерла, её сердце колотилось о ребра: Сделать что?

Ло'ак не ответил. Он просто наклонился и поцеловал её.
Это не было нежно или аккуратно. Это было мокро, солено, со вкусом крови от его разбитой губы и грязи. Это был поцелуй двух изгоев, которые нашли свой дом друг в друге посреди чужого океана.

Амари ответила на поцелуй, обхватив его шею руками. В этот момент для неё не существовало ни Ронал, ни Джейка, ни войны. Только Ло'ак.

Когда они отстранились, оба тяжело дышали.
Ло'ак прижался лбом к её лбу, закрыв глаза.

Ло'ак прошептал: Теперь у нас точно будут проблемы. Отец увидит мою губу и убьет меня.

Амари рассмеялась тихо и счастливо: Скажем, что я упала с дерева, а ты меня ловил. Он поверит. Ты же герой.

......
Они стояли в тени мангров, держась за руки, грязные, побитые, но абсолютно счастливые. Они знали, что завтра будет буря, но сегодня они победили.