Тень Леса, Сердце Моря

Рассвет над Ава'атлу был похож на разлитое молоко с каплей крови — небо было белесым, но горизонт горел розовым. Океан был спокоен, словно затаил дыхание перед новым днем.

Ло'ак проснулся раньше обычного. Он старался двигаться тихо, чтобы не разбудить семью. Он посмотрел на циновку Амари. Она была пуста. Ткань была холодной, значит, она ушла давно.

У него кольнуло в груди. Обычно они встречали утро вместе, перебрасываясь шутками о том, у кого прическа хуже после сна. Но сегодня его ждала Цирея.

Ло'ак вышел на берег. Цирея уже была там, сидя на краю пирса. Она улыбнулась ему, и эта улыбка была безупречной, как жемчужина.

Цирея сказала мягко: Доброе утро, Ло'ак. Ты пришел.

Ло'ак почесал затылок, чувствуя себя немного неловко: Я обещал. Ты говорила про особое место.

Цирея кивнула, соскальзывая в воду: Да. "Сады Эйвы". Там вода такая прозрачная, что кажется, будто ты летишь. Поплыли?

Они призвали илу. Ло'ак сделал всё чисто, ни разу не сбившись с ритма. Он хотел впечатлить её

Они поплыли прочь от деревни, туда, где риф обрывался в синюю бездну.

Место действительно было красивым. Кораллы здесь образовывали арки и башни, между которыми плавали стаи светящихся рыб.

Цирея плавала вокруг него, показывая, как правильно двигать руками, чтобы не пугать рыбу. Она была грациозна, её прикосновения были легкими. Она поправляла его положение в воде, касалась плеч, спины.

Цирея сказала, подплывая ближе: Ты напряжен, Ло'ак. Отпусти воду. Позволь ей держать тебя. Вот так.
Она положила ладони ему на грудь, заглядывая в глаза.
Это был идеальный момент. Романтичный. Тихий.

Но в голове Ло'ака стучала назойливая мысль: «Амари бы сейчас сказала, что я похож на тонущее бревно». Ему не хватало её колкости. С Циреей было сладко, как от перезревшего фрукта. Слишком сладко.

Ло'ак спросил вдруг: А где Аонунг? И остальные?

Цирея немного удивилась вопросу: Они на охоте. Аонунг готовит снасти для праздника. Почему ты спрашиваешь? Тебе скучно со мной?

Ло'ак поспешно ответил: Нет, что ты! Просто... Амари тоже исчезла с утра. Я думал, может, она с ними.

Цирея убрала руки с его груди, её лицо чуть помрачнело, хотя улыбка осталась.

Цирея сказала: Амари... она сильная. Она найдет чем заняться. Но сейчас здесь только мы, Ло'ак. Смотри на меня.

Она нырнула, приглашая следовать за собой. Ло'ак нырнул, но магия момента рассеялась. Он механически следовал за ней, но его глаза искали среди рифов знакомую фигуру с белыми точками на лице.

Острие копья

Амари не была с Аонунгом. Она была на дальней стороне острова, в старой тренировочной бухте, где дно было усеяно обломками скал.
Она метала копье. Снова и снова.
Её мышцы ныли, шрам на руке тянул, но злость давала ей силы. Злость на Ло'ака, который побежал за красивой юбкой. Злость на себя, что ей вообще есть до этого дело.

Амари вынырнула, держа в руках пойманную рыбу. Она бросила её на камни к уже лежащей куче.

Амари прорычала сама себе: Еще десять раз. Пока рука не отвалится.

Она снова замахнулась.
Голос сзади заставил её вздрогнуть: Ты держишь гарпун как дубину. Так ты только рыбу насмешишь.

Амари резко развернулась, инстинктивно направляя острие на звук.

На камне сидел Аонунг. Он наблюдал за ней, жуя какой-то стебель.

Амари опустила копье, но не расслабилась: Чего тебе, рыбья голова? Пришел проверить, не утонула ли я от горя?

Аонунг спрыгнул с камня. Он был огромным по сравнению с ней, его грудная клетка была широкой, руки мощными.

Аонунг усмехнулся: Много чести. Я просто услышал, как кто-то распугивает всю фауну своим пыхтением. Твой дружок бросил тебя ради моей сестры?

Амари прищурилась: Это не твое дело. И я не "брошенная". Я тренируюсь.

Аонунг подошел ближе. Он посмотрел на кучу рыбы.
Аонунг хмыкнул: Неплохой улов для лесной. Но ты тратишь много сил. Смотри.

Он выхватил у неё копье. Амари хотела возмутиться, но он жестом остановил её.

Аонунг показал: Ты замахиваешься от плеча, как будто кидаешь камень. Под водой нет веса. Есть сопротивление. Толкай копье всем телом, от бедра. Как будто ты — пружина.

Он метнул копье в воду. Оно вошло без брызг, идеально ровно, пронзив проплывающую рыбу на глубине трех метров.

Аонунг повернулся к ней, самодовольно ухмыляясь: Видишь? Меньше силы, больше техники.
Амари подошла и выдернула копье из воды. Она посмотрела на него, потом на Аонунга.

Амари сказала: Ладно. Покажи еще раз. Только медленно, для "тупых лесных".

Они провели следующий час вместе. Аонунг, к удивлению Амари, оказался неплохим учителем, когда не пытался быть придурком. Он показывал ей, как учитывать преломление света в воде. Амари училась жадно, быстро.

Встреча на берегу

Ближе к полудню Ло'ак и Цирея вернулись в деревню. Ло'ак сразу начал оглядываться, ища Амари.
Он увидел её у хижины охотников.

Она стояла рядом с Аонунгом. Они о чем-то спорили, но без злости. Аонунг показывал ей какой-то узел на сети, а Амари смеялась — коротко, хрипло, но искренне.
Внутри Ло'ака вспыхнуло зеленое пламя. Ревность. Горячая, кусачая, иррациональная.

Он оставил Цирею и быстрым шагом направился к ним.

Ло'ак крикнул: Амари!

Они обернулись. Амари перестала улыбаться, её лицо снова стало непроницаемым.

Амари спросила спокойно: Привет, Ло'ак. Как прогулка? Вода была достаточно мокрой?

Ло'ак проигнорировал сарказм. Он встал между ней и Аонунгом, глядя на парня исподлобья.

Ло'ак спросил: Что ты здесь делаешь? С ним?

Аонунг закатил глаза: Расслабься, демон. Я просто показал ей, как не позорить клан с гарпуном в руках. Она, кстати, учится быстрее тебя.

Амари сложила руки на груди: Я была занята делом, Ло'ак. Пока ты... наслаждался видами.

Ло'ак почувствовал укол совести, но гордость не дала ему отступить.

Ло'ак огрызнулся: Я тоже учился! Цирея показывала мне течения!

Амари хмыкнула: Течения? Или свои ресницы?

Аонунг рассмеялся, хлопнув Амари по плечу (Ло'ак дернулся от этого жеста): Она тебя уделала, парень. Пошли, Амари, отец зовет. Тулкуны возвращаются.

Возвращение братьев и сестер

Внезапно со стороны океана раздался низкий, трубный звук.

Он был похож на зов огромного рога, от которого вибрировали кости.

Вся деревня пришла в движение. Люди бросали работу, хватали детей и бежали к воде с радостными криками.

Аонунг просиял, забыв о ссоре: Они вернулись! Духовные братья и сестры вернулись!

Ло'ак не понимал, что происходит.
Ло'ак спросил: Кто вернулся?

Цирея, подбежавшая к ним, сияла от счастья.

Цирея объяснила: Тулкуны! Наши духовные побратимы! Они возвращаются из миграции! Это самый счастливый день в году!

Океан закипел. Огромные, величественные существа, похожие на китов, но с четырьмя глазами и бронированными пластинами, входили в лагуну. Их было много. Десятки. Они выпрыгивали из воды, поднимая фонтаны брызг, и пели свои песни.

Меткайины прыгали в воду, плыли к ним, обнимали их, говорили с ними на языке жестов. Это было воссоединение семей. У каждого Меткайины был свой Тулкун, с которым они были связаны с детства.

Ло'ак и Амари стояли на берегу. Они видели эту безумную радость, эту глубокую связь, которую им не дано было понять.

Нетейям, Кири и Тук тоже смотрели с берега, чувствуя себя чужими на этом празднике жизни.
Аонунг уже был в воде, обнимая молодого самца тулкуна. Цирея плыла рядом с огромной самкой, что-то ласково ей рассказывая жестами.

Амари подошла к Ло'аку. Гнев и ревность отступили перед лицом этого чуда. И перед лицом их общего одиночества.

Амари тихо сказала: У них у всех есть кто-то. Кто-то, кто понимает их без слов.

Ло'ак кивнул, не отрывая взгляда от воды: Да. А мы... мы просто зрители.

Амари посмотрела на него. Её зеленые глаза с белыми точками были печальными.

Амари прошептала: Может быть. Но у зрителей есть преимущество. Они видят картину целиком.

Ло'ак повернулся к ней. Вокруг кричали, пели, плескались, но он видел только её. В её глазах отражался океан, но в них был и лес. Их дом.

Ло'ак вдруг взял её за руку. Крепко. Переплетая свои пять пальцев с её четырьмя.

Ло'ак сказал: Мне не нужен тулкун, Амари. Если у меня есть ты.

Амари вздрогнула. Это было почти признание. Она хотела ответить, хотела сказать, что он дурак, но самый лучший дурак на свете.
Но тут к берегу подплыл Джейк Салли.

Джейк скомандовал: Дети! Не стойте столбами! Помогайте встречать гостей! Это важно для Тоновари!

Момент был прерван. Ло'ак выпустил её руку, но тепло осталось.

Амари посмотрела на горизонт. Там, вдалеке, она заметила что-то странное. Одинокий плавник. Обломанный. Тулкун, который не заходил в лагуну, а держался поодаль, словно изгой.

Амари подумала: «Интересно, почему он один? Как мы?»

Она толкнула Ло'ака и указала на одиночку.

Амари спросила: Видишь того? Вон там, за рифом?

Ло'ак прищурился.

Ло'ак ответил: Вижу. Он не с остальными. Почему?

Амари пожала плечами: Может, он тоже "демон". Пошли спросим Аонунга.

Они побежали к воде, но теперь они бежали не порознь, а вместе, объединенные новой тайной и старой связью, которая становилась только крепче.